Очевидно, нужно было умереть, чтобы заново родиться. Именно так случилось сегодня со мной. К счастью, пока не в прямом смысле, но мне понравилось. Пролежал безвылазно в палатке аж тринадцать часов. Мог бы валяться еще, но труба зовет – пора вставать, собирать манатки и топать дальше. Организм неплохо восстановился после вчерашнего. Еще вечером я едва мог пошевелиться, сегодня утром заметно воскрес и даже пытался что-то шутить.

Впрочем, делать это не всегда уместно, когда рядом слышен звук непрекращающегося кашля и громких отхаркиваний. Недалеко от нас расположилась группа туристов, половине которой в срочном порядке пришлось спускаться вниз к базовому лагерю из-за различного рода недугов. Также накануне общались с парнем из Москвы, которого сильно накрыло на этапе восхождения – у него начали литься жидкости разных цветов и оттенков из всех возможных отверстий, в итоге он принял решение полностью сойти с дистанции.

Сочетание высоты и сложности подъема четко дает понять, что с горами шутки плохи. Поэтому меньше болтовни и больше дел. Выдвигаемся дальше. И снова шаг за шагом. И снова сложно. Придумал себе игру – делаю тридцать шагов, отдыхаю десять секунд, опираясь на палки, иду дальше. С помощью такой незамысловатой геймификации удалось протопать пять часов вверх до отметки 5600 метров. И снова установка палатки, рубленый снег и отвратные сублиматы, будь они неладны.

Вокруг чертовски красиво, царят дивные пейзажи, закатное багряное солнце освещает скальные снежные вершины великолепных Андских гор, но какой в них смысл, когда тебе очень плохо и нет ни на что энергии? Вечером снова накрывает апатия. Хочется просто лечь, укутаться в спальник и ничего не делать. Сегодня впервые в моей жизни ночевка на высоте, сопоставимой с вершиной Эльбруса. Чувствую себя на двоечку. Парням тоже не комильфо. Пытаюсь делать заметки, но рукам холодно нажимать на кнопки. Телефон тоже мерзнет. Пожалуй, надо спать. Головная боль, уйди.