Я едва ли бодрствовала дольше шести часов, но уже была вымотана до предела. Наверное, после того, как в мой дом вломились, я помогла организовать похищение и последующее убийство насильника, проехала с его трупом в багажнике через полштата, столкнулась со злобным орущим на меня бандитом, съездила обратно в город, помирая от страха, что меня преследуют, а потом два часа прождала в холодном магазине автозапчастей, пока черный парень средних лет по имени Люциус несколько раз вымыл машину моего парня, я, как хрупкая женщина, могла чувствовать некоторое утомление.

И нет, Люциус не оценил мой вопрос о том, каково ему было в Азкабане.

Тем не менее я не взялась бы с полной уверенностью утверждать, что он не колдун. Как минимум мне показалось чертовски подозрительным, что последующие полтора часа он пытался испепелить меня взглядом. Если только он уже не слышал эту шутку раньше, потому что тогда… справедливо.

С заднего сиденья машины Джоша раздался протяжный вой.

– Я знаю, дружок, – сказала я Фреду. – Просто потерпи еще несколько минут. Мы почти приехали к папочке.

Ну вот, Джош и меня заставил так разговаривать.

Я глянула в зеркало заднего вида – наверное, раз сотый. Хоть я и велела Грегу не преследовать меня, когда мы разъехались у моего дома, я не могла быть уверена, что этот маленький говнюк не соврет. Джош уже задолжал моему дяде; не хватало только привести Нико прямо к его квартире. Хотя, если он будет и дальше меня игнорировать, я, возможно, передумаю.

Светофор впереди загорелся красным, я остановилась в хвосте очереди из машин и воспользовалась паузой, чтобы заглянуть в телефон. Все так же. Никаких сообщений от Джоша или кого-нибудь из родственников мужского пола, несмотря на ужесточение моих угроз в адрес последних. Если они тронули моего парня, то, клянусь богом, я посвящу остаток жизни тому, чтобы они пожалели об этом. Это будет бесконечная кампания по запугиванию. Сбитые животные на капотах автомобилей. Канцелярские кнопки в ботинках. Доставка пиццы посреди ночи с запиской, что ее отправили федералы.

Они больше никогда не узнают покоя.

Я молилась, чтобы Джош действительно просто кинул меня в игнор, и ничего страшного с тех пор, как он перестал писать, не случилось. В последнем сообщении я написала: «Я счастлива, что ты счастлив». Будь он кем-то другим, я бы уже давно начала загоняться и решила, что слишком рано бросилась с головой в романтику. Но речь шла о Джоше. Он только посмеялся над моим «слишком рано» и поднял ставки до «у нас общий ребенок».

А это значило, что возникли какие-то проблемы. Черт.

К сожалению, никаких действий я предпринять не могла. Со мной был Фред, и если его усиливающийся жалобный вой о чем-то и свидетельствовал, то скорее всего о том, что ему требуется лоток, и немедленно. Но мне казалось, что даже когда я довезу его до Джоша, возвращаться в дом дяди мне лучше не стоит. Грег сказал мне на какое-то время затаиться, то есть как минимум держаться подальше от моей окучиваемой федералами семьи.

Обращаться к ним явно было ошибкой. Нам с Джошем стоило рискнуть, порубить Брэда самостоятельно, а потом уж разбираться с психологическими последствиями на терапии. По крайней мере, мне точно стоило. Судя по первой реакции Джоша на обычный труп, мгновенный переход к расчлененке мог бы стать для него слишком резким.

Светофор загорелся зеленым.

– Просто соберись, – сказала я себе, снимая ногу с педали тормоза.

Грег дал мне список инструкций, которые мне еще предстояло выполнить. В том числе как следует вымыться под душем и почистить грязь под ногтями рук и ног. Я переоделась дома и отдала всю свою одежду и обувь парню по имени Гвидо; исключением стали только трусики и лифчик, потому что… Фу, нет. Я не собиралась предоставлять свое исподнее какому-то противному старому уголовнику.

Телефоны, по которым мы с Джошем переписывались, были одноразовые. Он дал мне запасной просто «на всякий случай», и да, эта формулировка вызвала у меня некоторые подозрения. Свои обычные телефоны мы оставили у меня, так что если будут поднимать детализацию, то она покажет, что мы всю ночь были дома. Сейчас они были со мной, как и ноутбук Джоша и еще две сумки с моими с Фредом вещами.

По машине снова разнесся вой – более долгий и протяжный, чем прежде.

– Скрести ноги, я не знаю, – сказала я Фреду. – Мы почти приехали.

Через секунду я поняла, что это был не он, а сирены.

Кожа на руле скрипнула, когда я сжала его мертвой хваткой. Я посмотрела в зеркало заднего вида и увидела полицейскую машину, с ревом и включенными мигалками несущуюся по моей стороне улицы. Мое сердце чуть не пробило ребра, когда я вместе с остальными машинами прижалась поближе к обочине.

Пожалуйста, только не по мою душу, молилась я.

Копы притормозили рядом с моей машиной, и я уже начала паниковать, прежде чем поняла, что прямо перед нами – перекресток, и они, наверное, просто проверяли, не едет ли кто-нибудь с другой стороны. Я отвернулась, когда они проскользнули мимо меня, а потом снова набрали скорость, миновав перекресток.

– Черт возьми, – выдохнула я, уперевшись лбом в руль. Ну нет. Я не была создана для преступной жизни. Кровь и кишки – с этим я могу справиться. Но постоянный страх, что тебя арестуют? Я точно пас.

Кто-то за мной просигналил, и я вскинула голову. Сейчас было не время для нервного срыва.

Я помахала водителю и тронулась с места, стараясь не превышать скоростные ограничения. Да, машина была чиста, и нет, у копов не было причин сейчас за мной гоняться, но осознание этих фактов не избавляло волшебным образом от паранойи. У меня было чувство, что пройдут еще недели, если не месяцы, прежде чем я снова смогу почувствовать себя спокойно. Что теперь будет с телом Брэда? Можно ли доверять Люциусу? Он видел мое лицо. Он сможет опознать меня, если полиция его допросит.

Черт возьми, вот обязательно мне было кривляться и выводить его из себя этой шуткой про Азкабан? Может, мне стоило послать ему цветы или набор разводных ключей в качестве извинения, чтобы завоевать расположение?

Через пять минут я заехала на подземную стоянку дома Тайлера и Джоша и заняла гостевое место рядом с внедорожником Тайлера. Фред мяукал уже без остановки, так что я закинула на плечо переноску и схватила лоток, чтобы сразу поднять их наверх. У меня был пароль от их домофона, но я решила сначала позвонить, чтобы известить Тайлера о своем прибытии. Было бы супернеловко явиться к ним неожиданно, пусть даже Джош и сказал, что Тайлер не против.

– Привет, Эли! – протрещал его голос в динамиках, прежде чем он меня впустил.

Через пару минут он уже встречал меня у дверей, гостеприимно их распахнув.

Его темно-русые волосы были влажные, как будто он только что вышел из душа, и были симпатично зализаны назад. Он был ниже Джоша – может быть, метр восемьдесят – и такой же мускулистый, хотя выглядел немножко мощнее, потому что его фигуру не перекрывала куча татуировок. Он, бесспорно, был красив, но даже близко не мог сравниться со своим соседом ни по внешности, ни по глубине личности, так что я прошла мимо, не испытывая к нему никаких эмоций.

– Извини, – бросила я через плечо, устремляясь в комнату Джоша. – Нужен экстренный кошачий туалет.

Я не успела осмотреться, когда зашла в спальню, потому что сразу кинулась устанавливать лоток и выпускать Фреда из переноски. Освободившись, он пулей полетел к лотку и, готова поклясться, я услышала тихий кошачий вздох облегчения, когда он наконец-то смог пописать. Бедняга.

Я подняла голову и… Черт возьми. Я была здесь. В декорациях всех моих самых любимых видео. У дальней стены стоял диван. Справа – огромная кровать со специальными отверстиями для игр со связыванием. Прямо передо мной располагалось несколько видовых окон, в которые глядел Джош, когда прикидывался грустным.

Я мгновенно болезненно возбудилась. Мой рептильный мозг ожидал, что вот сейчас я развернусь и обнаружу за своей спиной Человека Без Лица, обмазанного кровью, с тяжело вздымающейся грудью. Боже, оставалось только надеяться, что Джош скоро вернется. Я никогда в жизни не была так готова к извращенному, атлетичному сексу.

Разумеется, именно в этот момент в полуприкрытую дверь постучался Тайлер.

– Не хочешь кофе или еще чего-нибудь?

Я поморщилась. Хорошо, что я стояла к Тайлеру спиной. Если бы он увидел мое странное выражение лица, это наверняка вызвало бы вопросы.

– Кофе было бы отлично, спасибо, – ответила я; голос прозвучал октавы на две выше обычного.

Ка-а-а-ак неловко.

Я подождала, пока он отойдет от двери, и снова повернулась. Фред был довольно воспитанным котом, но я была не уверена, насколько нормально Тайлер отнесется к свободно расхаживающему по квартире животному. Поэтому, выйдя из комнаты Джоша, я захлопнула за собой дверь, чтобы ограничить его перемещения.

– Я только захвачу оставшиеся вещи, – крикнула я Тайлеру, шагая к входной двери.

– Код знаешь?

– Ага.

– Отлично. Тогда оставлю дверь открытой.

Я вылетела из квартиры, обрадовавшись зимнему морозному воздуху, который охладил мою разгоряченную кожу. Я почему-то ни на секунду не задумывалась, каково мне будет находиться у Джоша дома. Пока что я испытывала странную комбинацию эмоций. Я фантазировала, как буду творить самый грязный и страшный разврат с предметом своей одержимости в одной спальне, тогда как в другой у меня был реальный, скучный секс с мужчиной, к которому я не испытывала никаких чувств.

Джош заверил меня, что Тайлер нормально ко всему отнесется, но сейчас я начинала в этом сомневаться. Была ли я достаточно зрелой для такой ситуации? Или она все-таки чересчур неловкая для меня? Мне хотелось быть спокойной и расслабленной. И мне казалось, что я смогу, но после такой ночи и такого утра я, кажется, достигла предела своих ментальных возможностей. Теперь светская беседа с парнем, с которым мы валялись в постели голые, казалась мне непосильной задачей. Мне нужно было избегать его, пока я не переведу дух.

Я открыла багажник автомобиля и уже хотела забрать вещи, когда у меня в куртке зазвонил телефон. Я выхватила его из кармана.

– Джош? Ты в порядке?

– Эм… Нет, не Джош, – сказал женский голос.

Я убрала телефон от уха и вздохнула. Это была Вероника, моя подружка из лаборатории.

– Привет, Верн! – сказала я, схватив сумки из багажника и захлопнув его. – Извини, я жду звонка от другого человека.

– Ничего страшного. Я просто хотела сказать, что закончила работу над твоими анализами крови раньше времени.

– Верн, – простонала я, вбивая на домофоне код. – Я же тебе говорила не запариваться на этот счет.

– Я знаю. И не надо чувствовать себя виноватой! Никуда ты мимо очереди не пролезла. Последние пару ночей я задерживалась на часок, чтобы все сделать.

– Верн! – вскрикнула я, и мой голос эхом разнесся по лестнице. – Теперь я чувствую себя еще более виноватой!

– Переживешь. Хочешь знать результаты?

– Дай угадаю: они не совпали.

– Пам-парам-парам! У нас есть победитель!

Я закатила глаза и ввалилась обратно в квартиру. Надо было не забыть спросить у Джоша, как ему удалось это провернуть.

– Извини, что загрузила тебя бессмысленной работой. Чувствую себя сволочью.

Фред ждал меня у двери в спальню Джоша, и я чуть не споткнулась об него.

– Господи, Фред, осторожней, – пробормотала я. Верн что-то говорила, но я убрала телефон от уха, пока балансировала на одной ноге с сумками, пытаясь помешать Фреду вырваться на свободу. – Подожди минутку, Верн.

Наконец, я втащила все внутрь и загнала Фреда в его угол. Я прижала телефон к уху.

– Извини, пожалуйста. Что ты говорила?

– Я сказала, что провела небольшое расследование.

Что-то в ее тоне заставило меня опуститься на краешек кровати Джоша. Она как будто собиралась сообщить новости, перед которыми стоит присесть.

– Так?

– Как я и сказала тебе на днях, мне стало любопытно, так что я решила не просто сравнить образцы, а поискать еще какую-нибудь информацию.

– И?

– Хм, я даже не знаю, как тебе это преподнести.

Я сжала телефон, начиная волноваться. С кровью Джоша было что-то не так?

– Просто сделай это быстро, как будто пластырь срываешь.

Она тяжело вздохнула.

– Я пробила образец, секвенированный из кровавой марли, по нашей рабочей базе ДНК. Ну, и оказалось, что ДНК нашего подопытного на 50 % совпадает с ДНК Убийцы Кена.

Я замотала головой.

– Погоди. Что ты мне сейчас пытаешься сказать?

– Что человек, чья кровь осталась на марле, сын серийного убийцы, Эли.

Телефон выскользнул у меня из рук. Я слышала, как Верн зовет меня по имени, но нарастающий гул в ушах заглушал ее голос. В глазах начало мутнеть, а голова закружилась. Я теряла сознание. Я никогда в жизни не падала в обморок, но знала все симптомы, и после потрясений сегодняшнего дня это, очевидно, стало последней каплей.

Во мне проснулась медсестра, и я растянулась на кровати, когда комната поплыла. Мужчина, который преследовал меня, проникал ко мне в дом и недавно убил человека, был сыном серийного убийцы.

Боже, он снимал себя, вымазавшись в крови. Он что, хотел стать как отец?

Или уже стал?

Я резко выпрямилась на кровати. Мне надо было убираться отсюда. Я не была поклонницей тру-крайма, но в силу профессии имела кое-какое представление о людях с расстройствами личности. Я знала, что некоторые из них умеют очень хорошо имитировать настоящие эмоции. Настолько хорошо, что Банди удалось много лет проработать бок о бок с одной из самых видных криминальных писательниц нашего времени, и она даже не заподозрила в нем монстра. Если Банди смог обдурить кого-то вроде нее, какие шансы были у меня против кого-то вроде него?

По всему выходило, что для Джоша это просто большая игра – я уже имела возможность убедиться, как он их любит. И все эти разговоры про парня, девушку и сыночка-кота были лишь для того, чтобы усыпить мою бдительность и заслужить доверие, а потом увидеть мой подлинный ужас, когда на сцену выйдет настоящий Джош.

Меня повело, когда я попыталась встать, и я снова рухнула на кровать. Фред подскочил ко мне и начал что-то стрекотать, будто спрашивал, в порядке ли я.

– Эли! – крикнул кто-то.

Черт. Точно. Я уронила телефон.

Я подняла его с пола.

– Я здесь, – сказала я Верн. – Извини. Я просто немножко в шоке.

– Ты в порядке? Ты в безопасности?

Я огляделась вокруг, и крюки на кровати предстали передо мной в новом свете. Была ли я в безопасности? Джош все еще где-то ездил, так что у меня было время сбежать. Я не могла поехать домой, потому что он уже продемонстрировал, с какой легкостью может туда пробраться. Грег сказал мне держаться подальше от семьи, но сейчас я не могла представить себе места безопаснее, чем логово бандитов. У Нико, наверное, было столько оружия и камер безопасности, что даже Джошу не удалось бы их обойти.

– Эли? – в голосе Верн уже слышалась истерика.

– Да, извини. Я в безопасности. Правда. – Или, по крайней мере, скоро буду. – Слушай, мне пора. Спасибо, что рассказала.

– Ты точно в порядке? – переспросила она.

– Точно. Можешь, пожалуйста, пока держать эту информацию при себе? – В башке у меня творился бардак, но одно я знала наверняка: если Верн разнесет слух, что в городе живет близкий родственник известного серийного убийцы, это вызовет панику в больнице и привлечет ко мне больше внимания, чем нужно.

– Могу, – отозвалась она. – Можешь во мне не сомневаться, потому что, технически, я воспользовалась собственностью больницы в личных целях, а я слишком люблю свою работу, чтобы рисковать увольнением.

Ну хоть это мне на руку.

Мы распрощались и отключились, а я еще несколько минут просидела на краю кровати, пытаясь выровнять пульс. Джош не хотел рассказывать мне о своем темном прошлом, и теперь я понимала почему. Как он там сказал? Худшее время для этого разговора – после того, как он кого-то убил?

Я рассмеялась, и это прозвучало немножко безумно. Да, момент действительно был паршивый, но все же лучше было услышать это от него тогда, чем выяснить это вот так.

А может, и хорошо, что его не было рядом: так он не мог повлиять на мою реакцию.

Я поморщилась. Эта мысль показалась несправедливой. Теперь, когда первоначальный шок спал, я стала сомневаться в адекватности своих скоропалительных выводов. Конечно, я не так уж хорошо знала Джоша, но… Мне казалось, что знаю. Не банальные факты типа того, какой у него любимый цвет или с кем он ходил на выпускной, но просто – кто он. Он был смешной, милый и более заботливый, чем все мужчины в моей жизни, и я не могла поверить, что он был настолько талантливым актером, чтобы все это подделать.

Я не была писательницей в жанре тру-крайм, но если подумать, я, наверное, видела гораздо больше опасных людей, чем эта женщина. Она взаимодействовала с ними только во время интервью, находясь под усиленной охраной, а я сталкивалась с ними ежедневно, практически в естественной среде. Мои инстинкты были более обострены хотя бы потому, что рядом с ней всегда находились тюремные надзиратели, готовые ее защитить, а у меня была только я сама.

Моя семья знала про него. И мои соседи тоже. А Тайлер знал про меня. Полиция могла бы опросить кучу людей, если бы я пропала. Разве тот, кто запланировал бы меня убить, не постарался бы свести количество свидетелей до минимума?

В дверь спальни постучались.

– Эли? – позвал Тайлер. – Кофе готов.

Тут меня осенило. Тайлер был не просто соседом Джоша – он был его лучшим другом. Однажды он сказал мне, что они с Джошем подружились еще в детстве. А это значило, что он, наверное, знает все о его отце.

Я на трясущихся ногах поднялась с кровати. Вся моя уклончивость и нежелание говорить с бывшим куда-то испарились. Если кто-то и мог ответить на мои вопросы, а также помочь понять, тот ли Джош человек, которым я его считаю, то это был Тайлер.

– Воу, ты в порядке? – спросил он, когда я вышла из спальни.

– Нет. У меня тут случился небольшой шок.

– Вот, присядь, – сказал он, выдвигая барный стул из-под кухонного островка.

Я плюхнулась на него и стала наблюдать, как он наливает мне кофе, параллельно раздумывая, с какого конца подступиться к этой теме. Я решила, что заговорить об этом как бы между делом не получится, так что бросилась с места в карьер.

– Ты знаешь, кто отец Джоша?

Тайлер, стоявший ко мне спиной, напрягся.

– Почему ты спрашиваешь?

– Так знаешь или нет?

Он коротко кивнул головой.

– В общем, я только что это выяснила, и у меня есть пара вопросов.

Тайлер опасливо глянул на меня через плечо.

– Я правда не думаю, что отвечать на них должен я. Джош, мне кажется, справится с этим лучше.

Я покачала головой.

– Я хочу послушать тебя.

Он нахмурился и повернулся ко мне.

– Почему?

Черт, как ему это объяснить?

– Потому что некоторые мои вопросы достаточно жесткие, и я не хочу ранить чувства Джоша.

– Да, потому что Джош у нас очень нежный, – отозвался он, отворачиваясь к столешнице.

Я успешно подавила вспыхнувшее раздражение.

– Неважно, нежный человек или не очень. Чужие чувства в любом случае надо щадить. – К слову, о чувствах: неудивительно, что к этому парню они у меня так и не возникли. Когда меня перестала ослеплять красота его тела, я заметила, что он гораздо больший козел, чем казался мне раньше.

Он развернулся и поставил передо мной мой кофе.

– Ладно. Задавай свои вопросы.

– Он же не такой, как он, правда?

Тайлер вздрогнул, как будто я дала ему пощечину.

– Господи, нет! С чего ты так решила?

Сначала я подумала упомянуть аккаунт Джоша в соцсетях, но отказалась от этой идеи. Учитывая характер Джоша, вряд ли Тайлер вообще о нем знал. И я уж точно не могла ничего рассказать про Брэда. Но я хотела внести некоторую ясность в отношении комментария Джоша по поводу его смерти.

– Он как-то признался в своих опасениях, что ему предначертано быть убийцей.

На лицо Тайлера набежала тень.

– Этот сраный мозгоправ.

– Что? – недоуменно переспросила я.

– После поимки папы Джоша его мать отвела его к одному известному психологу, чтобы тот помог ему справиться с травмой, – объяснил Тайлер. – Этот доктор участвовал в исследованиях, которые должны были доказать, что психопатия передается по наследству. Он был убежден в своей правоте, хотя данные были очень спорные. И вот появился Джош. Буквально счастливый билет, свалившийся прямо ему на голову. Всего за один месяц ему удалось убедить и Джоша, и Марию, что Джошу нужно до конца жизни принимать антипсихотические препараты, чтобы не стать как отец.

Я в ужасе откинулась на стуле.

– Какой врач мог такое сказать?

Тайлер покачал головой.

– Он больше не практикует. Джош был не единственным ребенком, которым он манипулировал, чтобы доказать свою теорию. Кончилось тем, что его жертвы подали на него гражданский иск. Он лишился лицензии, но вред уже был нанесен. Джош только недавно окончательно слез со всех медикаментов, и если он до сих пор выдает заявления типа того, о котором ты упомянула, значит, он по-прежнему сомневается в правильности этого решения.

– То есть он вообще не должен был на них сидеть?

– Нет. У него есть свои странности, но у кого их нет? Важно то, что он не проявлял никаких тревожных признаков, указывавших на антисоциальное расстройство личности. – Тайлер уперся локтями в столешницу и взглянул на меня. – Я знал его отца, и Джош совершенно на него не похож. Тот факт, что я все еще жив, должен быть достаточным доказательством. – Он ухмыльнулся. – Если ты заметила, иногда я могу быть еще тем живчиком.

Я глотнула кофе. Да уж, самодовольства ему было не занимать.

– Но почему Джош не рассказал мне все это раньше?

Джош поднялся и схватил кружку со стола.

– Возможно, потому что знал, что ты попытаешься удрать?

– Эй! – возмутилась я. – Разве похоже, что я удираю?

Он фыркнул.

– Судя по тому, какая ты была бледная, когда вышла из комнаты, ты бы наверняка это сделала, если бы дома не оказался я и в последний момент тебя не переубедил.

Ладно, справедливо. Но все же.

– Слушай, у меня есть серьезные причины для беспокойства. Твой сосед пролез ко мне в дом и установил там камеры. А еще взломал камеры у меня на работе, чтобы наблюдать за мной.

Вместо того чтобы надлежаще ужаснуться, Тайлер рассмеялся.

– Наконец-то груз его любви переляжет еще на чьи-то плечи, кроме моих. – Он протянул ко мне руку и схватил за запястье. – Благослови тебя бог.

Я вырвалась.

– Я серьезно, Тайлер.

– Я тоже. Это те самые странности, о которых я говорил. Все свое детство Джош провел под колпаком у серийного убийцы. Как только им с мамой удалось вырваться, он каждую секунду своей жизни посвящал тому, чтобы снова не оказаться в этой ловушке. Даже повзрослев, он по-прежнему испытывает потребность знать все о людях, которые ему небезразличны: где они, с кем они. Один раз я забыл предупредить его, что не приду домой ночевать, и в три часа ночи он заявился к моей подружке, чтобы прочесть мне лекцию на эту тему.

Я улыбнулась. Звучало очень похоже на Джоша.

– Ты даже не представляешь, из какого кошмара он сбежал. И в каком он по-прежнему живет. Новостные агентства и СМИ постоянно пытаются выследить его и Марию, чтобы добиться интервью. Из-за этого он стал параноиком и затворником, а после того, как летом вышла та документалка, все стало еще хуже. Он почти не выходил из дома, пока вы с ним не начали встречаться.

– Почему? – с искренним недоумением спросила я.

– А ты правда не интересуешься тру-краймом, да? – сказал Тайлер, доставая телефон из кармана. – Джош выглядит точь-в-точь как отец.

Он открыл что-то на телефоне и толкнул его ко мне. Я подняла его и… Черт возьми. Он был прав. У них были немножко разные прически, и кожа у Джоша была потемнее, но в остальном они были практически идентичны.

Нет, минуточку.

Я склонилась над телефоном и вгляделась в глаза убийцы. Они тоже отличались. В них была та же дикая смесь мертвенности и лихорадочной жизни, как у того убийцы, с которым я встретилась в том году; как и у Брэда. Ни намека на ту жизнерадостность и теплоту, которую я постоянно замечала в глазах Джоша. Я прокрутила фото и быстро пробежалась по статье под ней. Отец Джоша стоял на одном уровне с Банди и Дамером по степени жестокости их преступлений. Можно было только представить, каково было расти рядом с таким родителем.

Я протянула телефон обратно Тайлеру.

Он пихнул его в карман и взглянул на меня из-за ободка кофейной кружки.

– Джошу необходимо обо всем знать, Эли. Чувство безопасности очень важно для него, а безопасность тех, кто ему дорог, – еще важнее. Если ты хочешь быть с ним, тебе придется принять то обстоятельство, что обычные понятия о чужих личных границах ни хрена для него не значат. В моей машине установлен GPS-трекер, который он поставил туда в тот же день, когда я вывез ее из салона. У меня в телефоне всегда включено отслеживание местоположения, чтобы он в любой момент мог проверить, где я. Если бы ты была фанаткой тру-крайма, я никогда бы не пригласил тебя в этот дом, потому что сюда им вход запрещен.

– Странно, но меня все это совершенно не пугает, – призналась я.

Тайлер кивнул.

– Да, меня тоже. Приятно знать, что за тобой всегда кто-то присматривает. Как твой личный ангел-хранитель.

– Но, похоже, ты за ним тоже приглядываешь, – заметила я. Он нахмурился, и я кивнула в сторону гостиной. – Ну, ты не приводишь сюда людей, которые могли бы его узнать; ты потратил время, чтобы все это мне объяснить; ты совсем не против наших отношений.

Он прыснул от смеха.

– Если бы я знал, что вы двое – это вариант, я бы сразу с тобой порвал и толкнул в его объятия. Без обид.

– Без обид, – отозвалась я, махнув рукой.

Он прислонился спиной к столешнице.

– Я понимаю, это надо переварить. Но Джош – самый надежный и верный человек, которого я знаю. Есть ли у него загоны? Да. Надоест ли тебе его раздражающая манера обращать все в шутку? Быстрее, чем ты думаешь. Но Джош из тех, кто за тебя и в огонь и в воду. Ты можешь заявиться к нему с трупом, и он поможет тебе от него избавиться.

Я поперхнулась кофе. Если бы только Тайлер знал, насколько близка к истине его фраза.

Он развернулся и протянул мне рулон салфеток.

– Спасибо, – выдавила я, откашливаясь. – Не в то горло попало.

– Без проблем. И, слушай, если ты не уверена, что сможешь смириться с багажом Джоша, лучше уйди прямо сейчас. Он мало кого к себе подпускает. И если ты с этим затянешь, то сделаешь ему только больнее.

Я кивнула.

– Я понимаю. Я тоже не особо подпускаю людей.

Тайлер вскинул бровь и бросил на меня взгляд.

– Да уж. Я знаю.

Я поморщилась.

– Извини.

Он только отмахнулся.

– Да я вообще не обижаюсь. У нас бы все равно ничего не вышло, реши мы начать что-то серьезное.

Я кивнула. Да, Тайлер был козлом, но мне начинало казаться, что вполне симпатичным. Я как будто бы даже могла с ним подружиться, если между мной и Джошем все окажется надолго.

– О чем еще мне стоит знать? – спросила я.

– Он веган.

Я нахмурилась.

– Но он недавно сделал мне бекон с яйцами.

Теперь я поняла, почему они были так ужасны. Просто Джош, видимо, понятия не имел, как их правильно готовить.

Тайлер присвистнул.

– Видно, он реально на тебя запал. Ни разу не видел, чтобы он готовил тут мясо.

– А почему так?

– Хм, как бы поизящнее выразиться… – начал Тайлер, постучав пальцем по подбородку. – Его батя слепил из одной из своих жертв котлетки для бургеров и скормил их всему району на соседской вечеринке.

Меня чуть не стошнило.

– Что?

– Да. Такое запомнится любой шестилетке.

Я подняла руку, чтобы его остановить.

– Все. Да. Я поняла. Не надо больше деталей, пожалуйста. Подожди. – Я с подозрительным прищуром глянула на него. – А как ты до сих пор можешь есть мясо?

– Я в тот день съел хот-дог вместо гамбургера.

– Да, но ты же все равно чувствовал запах, пока они готовились. – Не думала, что когда-нибудь в жизни произнесу такое предложение.

Тайлер пожал плечами.

– Справедливо. Но одно дело – запах, а другое дело – вкус.

– Фу. Хватит.

Даже для меня подобный разговор был чересчур, особенно после походя брошенного предложения сжечь части тела Брэда. Бедный Джош. Наверное, я заставила его снова пережить ту травму.

Я чувствовала себя такой сволочью, что распсиховалась после звонка Верн! Хорошо, что я была рациональным человеком и умела прислушиваться к голосу разума, даже после всего того дерьма, которое пережила за последние 24 часа. Только представьте: я готова была вылететь отсюда, не оставив Джошу даже шанса объясниться и позволив недопонимаю потенциально разрушить наши отношения. Непростительно.

У нас с Джошем было очень много общего, и чем больше я узнавала о его прошлом, тем отчетливее это видела. Теперь все встало на свои места. Стало ясно и почему Джош такой, какой есть, и почему он завел именно такой аккаунт в соцсетях. Оставалось только надеяться, что он выслушает мое мнение по поводу всего этого, когда вернется. Меня бесила идея, что он до сих пор в себе сомневается, и если я могла как-то помочь ему раз и навсегда избавиться от этого груза, я должна была это сделать.

Стоило мне вспомнить его, входная дверь открылась и в квартиру вошел Джош. Он был прекрасен – даже бледный и измученный, даже в чужой одежде, которая ему была явно мала. У него начала отрастать щетина, которая придавала ему суровость, недостававшую его гладко выбритому лицу. Мне это нравилось. Очень.

Все мои прежние тревоги рассеялись, когда я увидела его живым и здоровым. Я соскользнула с барного стула и бросилась к нему. Он заключил меня в медвежьи объятия и поднял над землей, крепко прижимая к себе.

– Ты в порядке? – сказали мы одновременно.

– Рад тебя видеть, братан, – сказал Тайлер. – А, и Эли знает про твоего отца. – Тело Джоша напряглось под моими ладонями. – Я буду так любезен, что удалюсь и позволю вам разобраться с этим наедине.

Я оторвалась от Джоша, только чтобы смерить Тайлера испепеляющим взглядом, когда он проходил мимо нас с гадской улыбочкой на лице.

– Разверни-ка меня к нему.

– Зачем? – удивился Джош.

– Чтобы я его пнула, – сказала я, махнув ногой, но промахнувшись почти на метр.

Хохот Тайлера разнесся по общему коридору, и он захлопнул за собой дверь.

Джош поставил меня на ноги и с затравленным выражением на меня посмотрел.

– Это он тебе рассказал?

Я покачала головой.

– Сотрудница лаборатории, которой я дала твои образцы на анализы, копнула чуть глубже и случайно обнаружила, что твоя ДНК на 50 % совпадает с ДНК твоего отца.

Джош выругался.

– Я так и знал, что надо было залезть к тебе и выкрасть их.

– Не волнуйся, она обещала держать язык за зубами.

– И ты ей доверяешь?

– Да. Она моя подруга, и от этого зависит ее работа.

Но мои слова ничуть не умерили его очевидного беспокойства.

– А ты?.. – Он провел рукой по лицу. – Черт, я не хотел, чтобы все так получилось.

– Все нормально, – сказала я, сжав его бицепс. – Я не боюсь.

Он недоверчиво взглянул на меня.

– Больше нет. Тайлер для меня все прояснил.

– Тогда мне реально нужно беспокоиться…

Я покачала головой.

– Он хороший друг.

Он шумно выдохнул.

– Я знаю. Козлина, но друг хороший.

– Я понимаю, почему ты это делаешь, – сказала я.

– Что делаю?

– Носишь маску. Покрываешь себя искусственной кровью.

Он приподнял брови.

– Правда? Потому что мне хотелось бы услышать объяснение.

Я взяла его за руку и повела на кухню. На его лице отражалась та же усталость, которую испытывала и я, так что я подумала, что ему не помешает кофе. Я уступила ему свое место на барном стуле и налила ему кружечку.

– Ты делаешь то же самое, что и я, – сказала я. – Пытаешься переписать свою историю.

– Как это?

– Я пытаюсь спасти каждого пациента, чтобы как-то искупить вину за то, что не спасла маму. – Я повернулась и протянула ему кружку кофе. – А ты наряжаешься страшным серийным убийцей, но поступаешь диаметрально противоположно своему отцу.

Он непонимающе заморгал.

– Подумай сам, – продолжила я и взяла со столешницы собственную кружку. – Ты вломился в мой дом и преследовал меня, прямо как твой отец, но ты ни разу не сделал мне больно, а только доставлял удовольствие. И то же самое ты делаешь для миллионов человек в интернете каждую неделю. Ты отвлекаешь их от окружающего дерьма и приносишь им счастье вместо страданий.

Он с задумчивым видом откинулся на стуле.

– Никогда не думал об этом в таком ключе.

– Ты его полная противоположность, Джош.

Он покачал головой и посмотрел на меня грустными глазами.

– Мне нравится страх, как и ему.

Мое сердцебиение на секунду застопорилось.

– Тебя возбудила моя реакция на проникновение Брэда? – О господи. Я не знала, что делать, если это вдруг окажется правдой.

– Боже, нет! Не такой страх.

– Тогда что конкретно?

Он оторвал от меня взгляд и посмотрел куда-то в пустоту, как будто подбирал правильные слова.

– Сложно объяснить. Но эти моменты, когда я застаю тебя врасплох и в твоих глазах вспыхивает страх, который постепенно перетекает в желание… Вот что меня возбуждает.

Я усмехнулась.

– Еще раз повтори эту фразу у себя в голове и поймешь, что тебя возбуждает скорее не сам страх, а именно переход от испуга к похоти.

Он снова посмотрел мне в глазах, и я почувствовала, как у него в голове крутятся шестеренки.

– Мне наплевать на мнение людей, выходящих за пределы узкого ближнего круга.

Я пожала плечами.

– И что? Большинство из них все равно никчемные.

– Я не жалею о том, что следил за тобой.

– Я тоже. Может, ты не заметил, но я ни разу не попросила тебя прекратить. Никаких стоп-слов, помнишь?

Он кивнул, не отрывая от меня глаз.

– Я помню, детка.

Я вздрогнула. Почему это вульгарное словечко так меня заводит? Или дело в намеке на обладание, который он каждый раз в него вкладывает?

– Так, – сказала я. – Если ты закончил с попытками меня отпугнуть, то ответь: почему ты перестал мне отвечать пару часов назад?

Весь жар исчез из его глаз.

– Мы не смогли попасть к Брэду домой. Там уже была полиция.

Я выругалась и чуть не выронила кружку.

– Что? Но как?

– Это было никак не связано с нами. Они приехали взять его под арест в связи с нападением на Мэйси.

Я взялась за переносицу.

– Отвратительное они выбрали время.

– Знаю. Твой кузен держал меня на мушке, пока все не выяснилось.

Я опустила руку и уставилась на него. А потом, оскалив зубы, прорычала:

– Который?

Джош отшатнулся от меня и пригрозил пальцем.

– Сейчас от тебя идет дико жуткий вайб, и я не знаю, пугаться мне или возбуждаться. – Он опустил взгляд на свои колени, скрытые за кухонным островком. – Неважно. Мое тело уже само все решило.

– Сейчас не время шутить, – заявила я. – Время планировать второе убийство.

– Мне показалось, ты говорила, что это было причинение смерти по неосторожности.

– Хватит тянуть резину, говори имя.

– Ну уж нет. Только когда Страшная Эли вернет мне мою девушку. К тому же это было просто недопонимание. Он потом извинился и даже пригласил меня на еженедельную партию в покер. Кажется, мы теперь друзья.

– Не надо заводить дружбу с моими кузенами-бандитами. Ничего хорошего из этого не выйдет. Погоди. Они подбросили тебя досюда? Они знают, где ты живешь?

Он кивнул, и мне пришлось поставить кружку с кофе на столешницу, чтобы она не треснула у меня в руках. Коту под хвост все мои попытки уберечь его. Наверное, я с самого начала проиграла в этой схватке. Я была уверена, что либо Люциус, либо Грег переписал номер машины Джоша, и оставалось только ждать, когда они выйдут на него.

– Что было после того, как ты уехала от Нико?

Следующие десять минут мы рассказывали друг другу о событиях, которые произошли с нами после расставания. На первый взгляд казалось, что у дяди все было схвачено. Страшно представить, о какой услуге он мог попросить меня теперь, когда дело было сделано. Особенно я волновалась о том, что они могут потребовать от Джоша. Я надеялась присутствовать, когда они явятся к нему для переговоров, и пригрозить дяде Нико никогда больше с ним не общаться, если он совсем обнаглеет. В конце концов, я оставалась последней из другой ветви его семьи.

– Иди сюда, – сказал Джош, когда поток слов иссяк.

Я обогнула островок, а он крутанулся на стуле, поставил меня у себя между ног и обнял за талию.

– Спасибо, что проявила такое понимание относительно моего отца, – сказал он.

Я покачала головой.

– Не благодари. Я чуть не впала в истерику, когда только узнала.

Он приподнял мой подбородок и провел большим пальцем по нижней губе, следя за каждым движением глазами.

– Я тебя не виню. Ты с собой совладала и во всем разобралась – вот что главное.

– Это оказалось несложно, когда я отключила мыслительный процесс, – ответила я, обвивая руками его шею. – Я повидала кучу плохих людей на своем веку и могу с полной ответственностью заявить, что ты на них не похож.

– Нет? – спросил он, не сводя глаз с моих губ.

– Нет. И если мне придется связать тебя и держать на пороге оргазма, пока ты со мной не согласишься, я так и сделаю. Я тренировалась.

Он растянулся в улыбке, и его темные глаза наконец заглянули в мои.

– О, я знаю. Я наблюдал.

Мы улыбнулись друг другу, и мне до боли захотелось наклониться и поцеловать его.

– Как ты? – спросила я. – На самом деле?

Он подался вперед и прижался ко мне лбом. Его глаза превратились в бездонные озера, когда чернота зрачков чуть не потеснила карюю радужку.

– Вымотан. А ты?

– Тоже.

– Как насчет сходить вместе в душ, а потом поспать часов двенадцать-тринадцать?

– Согласна, – сказала я, крепче обнимая его за шею.

– Черт, мне нравится, когда ты это произносишь, – пробормотал он, а потом я взмыла в воздух, потому что он подхватил меня на руки и понес к себе в комнату.

Только когда он открыл дверь, я вспомнила о возможном препятствии по другую сторону.

– Осторожнее! – успела крикнуть я, когда дверь распахнулась и Фред пронесся ровно у Джоша между ног, заставив его зашататься.

Слова богу, великолепное физическое развитие Джоша позволило ему сделать еще несколько нетвердых шагов и рухнуть вместе со мной на кровать, а не на бетонный пол. К сожалению, Джош был все-таки немножко гадом, так что хоть он и успел в последний момент вытянуть руку, чтобы не упасть, большая часть его веса обрушилась на меня и выбила из меня весь дух.

– Ох, черт, мое колено! – простонал он, скатившись с меня.

– Мои ре-е-е-ебра, – прохрипела я.

Он повернул голову, и когда наши взгляды встретились, его пухлые губы растянулись в улыбке.

– Теперь я понимаю людей, которые утверждают, что дети ставят крест на сексуальной жизни.

– Вот что сейчас произошло? Или Фред, наоборот, стал сводней? Как-никак, мы с тобой в постели.

– Наш хороший мальчик, – сказал Джош, снова карабкаясь на меня. – Насыплю ему побольше вкусняшек.

И вот он снова оказался на мне, а его мощное тело нависло над моим: моя личная мечта без маски, воплотившаяся в реальность.