– Я думал, твой дядя гангстер низкого ранга, – сказал я Эли. Моей девушке.

– Так мне сказал папа, – ответила она, посматривая на виллу в итальянском стиле, к которой мы приближались. – Видимо, грязную работу хорошо оплачивают?

Я займусь с ней грязной работой, как только мы останемся одни. Мое растянувшееся в улыбке лицо уже начинало болеть, и все, о чем я мог думать, – это как мы разберемся со своими делами как можно быстрее, чтобы я мог затащить ее обратно домой и консумировать наши отношения.

Может, нам просто припарковаться багажником вперед, как самосвал, бросить тело Брэда на пороге, пожелать ее дяде удачи и умчать в закат, как отпетым похотливым нечестивцам, которыми мы и были? И нет, я не боялся говорить за нас обоих, потому что у Эли очень плохо получалось скрывать свои эмоции и она кидала на меня вожделеющие взгляды с тех пор, как я снял свою маску сталкера.

Я неохотно оторвал от нее взгляд и тоже посмотрел на возвышавшиеся перед нами ворота. Они были закрыты, но справа виднелась небольшая панель для звонка в будку охранника прямо за ними. Здесь кто-нибудь вообще бодрствовал в такой час?

Я получил ответ через минуту, когда Эли опустила стекло. Она едва успела нажать на красную кнопочку, когда динамики с треском ожили.

– Кто ты и какого хрена тебе надо? – спросил хрипучий мужской голос.

Я понимал, что сейчас едва брезжил рассвет, но мне все равно не понравилось, как этот мужик разговаривал с моей девушкой.

И вот мой неудержимый рот опять растянулся от уха до уха.

Моей девушкой.

Эли высунула голову из окна, вдохнув холодный ночной воздух.

– Я Алисса Каппеллуччи, племянница Нико.

Ворота бесшумно раскрылись, повернувшись на смазанных петлях.

Эли тронулась, и мы обменялись удивленными взглядами. Это показалось слишком просто. Они ожидали нас или охране был отдан приказ сразу впустить ее, если она когда-то появится? Учитывая слова Эли о том, насколько важна для Нико семья, последнее было вполне вероятно.

Тут мне пришла в голову неприятная мысль: ведь бандиты наверняка интересуются тру-краймом сильнее, чем кто-либо еще. Я был слишком занят планированием веселого голого времяпрепровождения для нас двоих, чтобы задуматься, чем это могло для меня обернуться. Что, если кого-нибудь привлечет моя внешность и он упомянет отца? Я сам должен был сообщить обо всем Эли; ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы она узнала об этом от кого-то другого, прежде чем я успею все ей объяснить. Она вполне могла перепугаться до смерти, если бы узнала. И я бы не мог ее винить.

Я открыл передний карман своего рюкзака и достал верные средства маскировки: темные очки и фальшивые усы. В свое оправдание скажу, что это были очень высококачественные фальшивые усы, выглядевшие очень натурально даже вблизи. Но, да, в них я все равно выглядел как реликт из фильмов про приятелей-копов из 80-х.

– А это ты сейчас что делаешь? – поинтересовалась Эли, когда я опустил солнцезащитную шторку и глянул в зеркало, чтобы поправить усы.

– Объясню потом. Обещаю, – сказал я, приглаживая кончики.

– Ты знаменитость или что?

– Или что, – сказал я, повернувшись к ней.

Она посмотрела на меня и покачала головой.

– Ты выглядишь…

Я вскинул бровь.

– Сексуально, да?

Она резко перевела взгляд на подъездную дорожку, когда мы миновали ворота. В окне мелькнула чья-то темная фигура, наблюдавшая за нами.

– Не стоит. Эта штука выглядит нелепо.

Я не смог удержаться, так что наклонился к ней поближе и прошептал:

– Но ты бы все равно была не против оседлать их. – Для убедительности я пощекотал ими краешек ее ушной раковины.

Она отдернулась, сосредоточившись на дороге, и в свете огней передней панели ее лицо порозовело.

– Кажется, мы уже установили, что рано или поздно я все попробую.

Я выпрямился в кресле, напомнив себе, что сейчас мы встретимся с отъявленным бандитом, а делать это с огромным стояком наперевес – не самый идеальный вариант. К сожалению, все, о чем я мог думать, – это как я плашмя лежу на кровати, а Эли скачет на моем лице. Надо было как-то отвлечься.

Как насчет мертвого тела в багажнике?

А, ну да. Я только что убил человека. И хотя у Эли отлично получилось взять на вооружение мою собственную логику и обратить ее против меня, в глубине души я все же был не уверен, насколько «случайной» была эта смерть.

Я не помнил, как заматывал ему рот. Да, я точно залепил кляп изолентой, но потом отвлекся на какую-то реплику Эли. К тому же я находился в полувозбужденном-полушокированном состоянии от того, что мы собирались сделать. Может, я просто был неаккуратен? Или какая-то подсознательная часть меня поддалась импульсу и намеренно подсказала мне так намотать изоленту? Эта неуверенность, от которой теперь вряд ли удастся избавиться, наверняка будет мучить меня до конца жизни.

Я нацепил на нос очки, когда мы остановились на широкой круговой стоянке. Она была выложена красным кирпичом. Наверное, это был кошмар – поддерживать ее в приличном состоянии. Весной погода у нас странная: из-за постоянного чередования заморозков и оттепелей на городских дорогах творится хаос, они постоянно проседают или, наоборот, вспучиваются. Страшно представить, как это могло влиять на плотно выложенный кирпич.

Эли притормозила, и в этот момент открылась дверь одного из гаражей на пять машин. Из-за нее появился человек в синем фланелевом халате. Дядя Нико? Он пригласил нас заехать в гараж и отошел в сторону, чтобы освободить для Эли место. Он стоял с моей стороны машины, пока Эли парковалась, и я изо всех сил старался не пялиться. Он совсем не был похож на хладнокровного преступника. Ростом от силы метр семьдесят, он был худеньким и совсем не внушительным. Волосы у него были черные с проседью, кожа – оливкового цвета, на пару оттенков темнее, чем у Эли, а нос казался слишком большим для такого лица.

Эли заглушила машину и повернулась ко мне.

– Готов?

Я пожал плечами.

– Не особо, но разве есть выбор?

Она покачала головой.

– Нету. Ну, давай сделаем это.

Мы вместе вышли из машины.

Нико все еще стоял с моей стороны, и я навис над ним, встав во весь рот.

Он взглянул на меня и вскинул бровь.

– Славные усы, порно-Джо.

Отлично. Язвительный юмор был семейной чертой.

У меня на языке уже крутился встречный убийственный комментарий, но я сдержался. Бросаться оскорблениями казалось не самой удачной стратегией, чтобы поладить с этим человеком, а благодаря телу в багажнике он сейчас имел надо мной большую власть. Лучше было не злить его прямо с порога.

Я протянул руку.

– Близко. Я Джош.

Он хмыкнул, но все же взял мою руку и с удивительной силой пожал.

– Жаль. Джош уже не так звучит. Я Нико.

Я кивнул, и мы разомкнули рукопожатие.

– Ты итальянец? – спросил он, внимательно глядя на меня.

– На четверть. Моя мама наполовину итальянка, наполовину алжирка.

Он снова взглянул на меня.

– Я подумал, что в тебе может быть немного…

– Не говори ничего расистского, – сказала Эли, огибая капот машины.

Нико повернулся к ней, распахнул объятия и растянулся в улыбке, которая казалась вполне искренней.

– Ни в коем случае.

Она исподлобья посмотрела на меня, явно чувствуя неловкость за фамильярность дяди Нико и за разговор, который она только что прервала. Тем не менее она приняла его объятия и немного подалась вперед, чтобы тоже его слегка приобнять.

– Спасибо, что впустил. Мне неприятно это говорить, но у нас тут…

– Э! – рявкнул Нико. – Не здесь. – Он отпустил ее и пошел закрывать гараж. Потом он позвал нас к боковому входу.

Мы зашли в довольно-таки функциональную, но при этом роскошную прихожую с мраморными полами и чем-то похожим на собачье спа в углу.

Нико показал на наши ноги.

– Обувь снимаем, – распорядился он. – Мойра убьет меня, если вы тут наследите.

Я опустил взгляд. После того как меня стошнило в кустах, грязной была не только моя обувь, но и джинсы. В доме было тепло, так что я скинул зимнее пальто, стянув ботинки, и повесил его рядом с пуховиком Эли на крючок у двери.

Нико провел нас из прихожей в очень нарядную, пышно обставленную кухню.

– Кофе? Вино?

– Кофе было бы отлично, – ответила Эли.

Я прищурился, пытаясь рассмотреть окружающую обстановку. Верхнее освещение подчеркивало глянцевый блеск мрамора и стекла. Сюда будто стошнило Версаль. Все было выполнено в кремовых и бежевых тонах, и я не мог понять, почему мозаичный фартук за плитой изображал толпу голых людей. Предполагалось, что это имитация древнеримского стиля, но что-то с этим панно было категорически не так: у одного из персонажей правая рука располагалась гораздо ниже левой, а член другого парня был отделен от тела целой плиткой. Он как будто парил в пространстве сам по себе.

Прямо как блуждающий член на подростковой вечеринке.

Господи, только не смейся, сказал я себе, закатив глаза. К сожалению, мой взгляд уперся в зеркальную люстру, и сноп света от флюоресцентных ламп чуть меня не ослепил. Как там говорят? За деньги вкус не купишь?

Эли тыкнула меня локтем.

– Хочешь кофе или что-нибудь покрепче?

– О… – отозвался я, переведя взгляд на ее дядю. – Кофе, пожалуйста. – Вино моему пострадавшему желудку сейчас было ни к чему, но мысль о кофеине показалась вполне уместной, учитывая то, что я почти не притронулся к термокружке, которую мне налила Эли.

Нико остановился у крутой бело-серебристой машины с каким-то невероятным количеством кнопок.

– Так что же привело вас ко мне в такую рань?

– Мы кое-кого убили, – мгновенно ответила Эли.

Я посмотрел на нее круглыми глазами.

Она выпучилась на меня, как будто спрашивала: «А что?»

– Решила не начинать издалека?

Она пожала плечами.

– Видимо, в школе я пропустила урок этикета про то, как вежливо сообщать людям о трупе в багажнике.

Нико резко повернулся.

– Ты привезла в мой дом чертов трупешник?

– Да? – напустилась на него Эли. – Папа сказал обращаться к тебе в случае неприятностей.

– Черт! – выругался Нико. – За мной могут следить федералы. Ты не можешь просто привозить сюда трупы, как будто у меня морг.

– Эй, – произнес я, закрывая собой Эли. Может, он и был ее дядей, но его тон заставил меня задуматься, так ли уж важно произвести хорошее впечатление. – Она не знала.

Нико всплеснул руками.

– Скажи это федералам! – Он повернулся на каблуках и закричал, выходя с кухни: – Грег! Стефан! Алек! Джуниор! Тащите сюда свои задницы! У нас проблема!

Эли прильнула ко мне, и я приобнял ее за плечо, увидев в ее глазах озабоченное выражение.

– Упс? – сказала она.

Я прижал ее к себе.

– А что нам оставалось делать? Позвонить и предупредить его? Но федералы могут и телефон прослушивать.

Над нашими головами послышался тяжелый топот, как только Нико своими криками поднял тревогу. Кто-то сбежал вниз по ближайшей лестнице, и мы обернулись на звук. В кухню ворвался молодой человек: ростом он был примерно с Эли, то есть где-то метр семьдесят, черноволосый и худой, как шпала. Несмотря на юное лицо и веснушки, какая-то жесткость в его глазах намекала на то, что он старше, чем кажется.

– Ключи! – заорал он, тыкая в Эли.

– Привет, Грег. Я тоже рада тебя видеть, – проворчала она, начав рыться в сумке.

Значит, это был Грег. Я рассмотрел ее младшего кузена. Видимо, его возраст соответствовал внешности, а жесткость появилась из-за того, что он уже успел сделать для своего отца. Уж я-то знал, как рано иногда из-за родителей взрослеют дети.

– Пошли, – сказал он. – Нам надо спешить.

Эли протянула ему ключи.

– В каком смысле «нам»?

Грег замотал головой.

– Оставь их у себя. Ты сюда приехала. Ты отсюда и уедешь. – Он повернулся ко мне. – Где твое пальто?

– В прихожей, – на автомате отозвался я.

Он кивнул и махнул своей кузине.

– Пошли за мной.

Эли с сомнением шагнула к нему, высвободившись из моих объятий.

– А что насчет Джоша?

Грег сверкнул на меня глазами.

– Я прикинусь им, чтобы не вызвать ни у кого подозрений, а он останется и введет батю в курс дела.

– Не-а, – ответила Эли. – Мы не будем разделяться.

– Все с ним будет в порядке, – заверил ее Грег. – Думаешь, батя захочет поссориться с тобой, наехав на твоего мальчика-зайчика? – Он снова повернулся ко мне и оглядел с ног до головы. – Тем более он, похоже, может постоять за себя. А теперь вперед, Эли. У нас мало времени.

Она с тревогой посмотрела на меня.

Я подошел к ней и поцеловал в лоб, а потом перевел взгляд на Грега.

– Я понимаю, что вы спешите, но я должен знать ваш план.

Переминаясь с ноги на ногу, он заговорил так быстро, что чуть не проглатывал слова.

– Мы поедем в безопасное место и попросим кое-кого забрать тело.

– А если федералы сядут вам на хвост?

– Мы сбросим его.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга. Господи, он был совсем пацан, только недавно школу окончил.

– Береги свою кузину.

– Обязательно. – Он двинулся в сторону двери, как будто подгоняя Эли.

Я посмотрел на нее.

– Со мной все будет в порядке. А с тобой?

Она свела брови и нахмурилась.

– Надеюсь. Мне это не нравится.

– Мне тоже, но они эксперты, и мы должны доверять их опыту.

Грег щелкнул пальцами.

– Нет времени на сантименты, Эли. Нам пора.

На ее лице вспыхнуло раздражение, когда она отвернулась от меня.

– Уже иду. Господи, успокойся.

Я посмотрел на Грега через голову Эли и едва заметно покачал головой; внутри меня бурлила ярость. Отец постоянно щелкал на маму пальцами, и для меня это был страшный триггер.

– Не делай так больше.

Не уверен, как именно в этот момент выглядело мое лицо, но его вид заставил сына жестокого бандита сделать шаг назад.

– Извини, – сказал он.

Я кивнул головой в сторону своей девушки.

– Перед ней.

Он посмотрела на Эли.

– Извини. А теперь пошли, пока ба…

Нико вернулся на кухню через боковую дверь.

– Какого хрена вы двое тут до сих пор делаете? Andate, idioti![5]

Грег, очевидно, боялся гнева своего отца больше, чем моего, так что схватил Эли за руку и потащил ее в сторону прихожей. Она на полпути вырвалась и пригрозила ему избиением, если он еще раз ее тронет.

Она последний раз взглянула на меня и сказала:

– Береги себя.

В ее словах звучало предостережение. Береги себя, а не то будет плохо. Я выдавил из себя успокаивающую улыбку и кивнул.

– Ты тоже.

Грег бросил из-за двери какую-то резкость, так что Эли вышла и прикрыла ее за собой, приглушая звуки их непрекращающейся перебранки. Грохочущий звук подсказал мне, что они открывают дверь гаража.

И вот я остался наедине с дядей-бандитом Эли.

Я опасливо глянул в его сторону, но он уже снова вылетел из кухни и орал в потолок, чтобы остальные сыновья двигали булками. Вскоре в кухню набились еще трое мужчин в возрасте от двадцати до тридцати лет. Все они были похожи на Грега, только более откормленные.

Нико вернулся к кофемашине и стал жать на кнопки.

– Что случилось? – бросил он через плечо, и внезапно я оказался в центре внимания.

Я ненавидел быть в центре внимания. Мне захотелось самоустраниться, испариться, спрятаться, но Эли рассчитывала на меня, так что надо было брать себя в руки.

– Во-первых, куда именно поехали Грег и Эли? – спросил я.

– Обратно в город, в один из наших магазинов автозапчастей, – ответил Нико, когда прикинутая кофемашина с жужжанием заработала. – Наш парень отмоет вашу машину, пока другие позаботятся о том, что в багажнике.

– И вы думаете, что у Эли с Грегом все будет нормально?

Он кивнул, продолжая стоять ко мне спиной.

– Грег знает, что делать. Он один из наших лучших водителей, и по пути он пересечется с другими ребятами, которые смогут отвлечь внимание, если к ним с Эли сядут на хвост.

Я тяжело вздохнул, еще больше разволновавшись за Эли, потому что до меня внезапно дошло: моя девушка снова в пути и в данный момент разъезжает по городу с трупом в багажнике. Черт, надо было обсудить какие-нибудь другие сценарии, при которых она бы так не рисковала, но все произошло слишком быстро.

– Ты с нами, Джо? – обратился ко мне Нико.

Я оторвал взгляд от пола и увидел, что он пялится на меня, со скрещенными на груди руками.

– Я Джош, – поправил я. – Скажите, что с ней все будет нормально.

Я думал, что постоянное затягивание разговора с моей стороны его взбесит, но он только ухмыльнулся.

– А тебе сильно нравится моя племянница, да?

Я кивнул, оглянувшись и заметив, что все четверо мужчин смотрят на меня с одинаковым пытливым выражением. Почему я внезапно почувствовал себя в ловушке?

– И ты ответствен за тело в багажнике? – спросил Нико.

Я снова кивнул, и все вокруг напряглись. Я догадался, что мужская половина семьи Эли может оказаться не сильно рада перспективе, чтобы Эли встречалась с убийцей.

– Тогда ты должен рассказать мне, что произошло, – сказал Нико, и я почувствовал, что если ему не понравится моя история, то даже обещание Грега по поводу моей сохранности не убережет меня от смерти.

– Насильник и возможный убийца по имени Брэдли Блум две ночи назад попал в больницу, – начал я. – Они с Эли вступили в словесную перепалку, и она его оскорбила. А сегодня ночью он попытался вломиться к ней в дом.

Комната наполнилась недовольным роптанием четырех мужчин, и я почувствовал себя в большей безопасности, потому что теперь мы разделяли общую ненависть к Брэду.

Темные глаза Нико вспыхнули от гнева.

– И зачем он туда пришел?

– У него при себе был набор для убийства, – сказал я, не утруждаясь пояснениями, потому что они, вероятнее всего, знали, что это такое. – Мы одолели его, связали и запланировали бросить на пороге семьи его последней жертвы, но он умер по дороге. Эли сказала, что надо ехать сюда. Мы так и сделали. Мобильный Брэда остался у него дома. Он отключил GPS-трекер в своей машине, так что я не знаю, где она, но подозреваю, что где-то рядом с домом Эли.

– И откуда ты это знаешь? – спросил Нико.

Черт. Вот и до этого дошло.

– Я хакер.

Один из кузенов шагнул вперед, привлекая мое внимание.

– Номер и марка машины Блума?

Я ответил.

Нико щелкнул ему пальцами. Я постарался не заскрежетать зубами. Видимо, это у них было семейное.

– Позвони Джимми, – сказал Нико. – Пусть его парни едут туда. И не возвращайтесь, пока не найдете и не уберете машину.

Его сын кивнул и сорвался с места, направившись в сторону двери.

Нико повернулся к другому.

– Ее дом надо вычистить. Встретьтесь там с Эли и Грегом, когда они закончат с машиной Джоша, и пусть она заберет свои вещи и кота, прежде чем вы начнете.

Второй сын тоже исчез за дверью, так что теперь остались только я, Нико и его старший сын – Джуниор? – стоявший за кухонным островком.

Патриарх семейства взглянул на меня.

– Что-нибудь еще?

– В больнице Брэду удалось узнать только имя Эли, так что, вероятно, он провел небольшое расследование, чтобы узнать, где она живет. Я волнуюсь, как бы его телефон или компьютер не привели полицию прямо к ней после того, как его объявят в розыск.

Нико повернулся к Джуниору.

– Езжай к Винни и скажи ему, чтобы он послал всю команду в дом Блума.

– Он из богатой семьи, – предупредил я. – Так что у него наверняка есть камеры безопасности, сигнализация и…

Нико поднял руку, чтобы я замолчал.

– Со всем уважением, но для нас это не первое родео.

– Вы собираетесь украсть его компьютер или взломать его?

Нико взглянул на своего старшенького.

Джуниор встретился со мной глазами. Его взгляд был еще более жестким, чем у Грега.

– Придется действовать в стиле «хватай и беги», потому что у нас нет времени подготовиться. Придется его украсть.

Я покачал головой.

– Это слишком подозрительно. Возьмите меня с собой, и я его взломаю.

Он вскинул бровь и смерил меня взглядом.

– Ты уверен?

Я тяжело вздохнул.

– Да. Я зарабатываю этим на жизнь, так что могу залезть на жесткий диск Брэда и отчистить его меньше чем за десять минут, не оставив при этом цифрового следа.

Джуниор повернулся к отцу, вопросительно подняв брови.

Нико снова всплеснул руками и отвернулся к кофемашине.

– Придется раскочегаривать эту штуку заново, чтобы сделать кофе в дорогу.

■ ■ ■

Через сорок минут я был еще жив, потому что, видимо, прошел странную проверку, устроенную на кухне Нико. Теперь я сидел в кузове фургона и попивал свежесваренный макиато из кружки с герметичной крышкой. На боках фургона красовался логотип энергетической компании. Я не знал, краденый ли он, или специально так закамуфлирован, или – самое неприятное предположение – действительно принадлежал энергетической компании, потому что ее контролировала мафия.

Я подумал про себя, что надо бы прекратить играться с их электросетями каждый раз, когда мне приходит в голову вломиться к своей девушке. Я и так уже был в долгу у мафии; не стоило рисовать у себя на спине еще одну мишень.

– Нравится кофе? – спросил Джуниор.

Он сидел на скамейке напротив с еще двумя крупными мужчинами, которых мне не представили, – наверное, и к лучшему. По обе стороны от меня сидели еще двое, и сначала я испугался, что они собрались подчищать меня. Но потом они начали обсуждать логистику наших дальнейших действий, и я успокоился.

– Кофе отличный, – отозвался я.

Джуниор кивнул.

– Обязательно скажи моему старику, если хочешь с ним поладить. Он чертовски гордится своими талантами бариста. – Он нахмурился и повернулся к парню слева. – Баристы? Это слово вообще склоняется?

– Понятия не имею, – пробурчал его приятель.

В кармане зазвонил телефон, и я вытянулся на скамейке, чтобы достать его. Увидев сообщение от Эли, я вздохнул с облегчением.

– Они добрались до гаража.

– Что-то они долго, – пробормотал Джуниор.

«Где ты?» – спрашивала Эли.

«Изображаю из себя секретного агента».

«Ты о чем? Ты больше не у него дома?»

Умная женщина, не вдается в детали.

«Не-а. Мотаемся по делам».

«В каком смысле? Ты уже что-то для него делаешь?»

«Мо-о-о-ожет быть», написал я в ответ.

«В КАКОМ СМЫСЛЕ?»

Я отправил ей три смеющихся эмодзи.

«Джош, я сейчас не шучу. Ничего для него не делай. Так они и берут людей в оборот».

Вероятно, она была права, но теперь я уже никак не мог отступить. Если техника Брэда исчезнет вместе с ним, это вызовет у полиции слишком сильные подозрения.

Я глубоко вздохнул и написал ей:

«Все будет хорошо, обещаю. Но это надо сделать. Пожалуйста, доверься мне».

«Думаю, ты знаешь, насколько я тебе доверяю», – ответила она, и нет, мне не стоило вспоминать о ее нежной шейке в тисках моих рук, когда я находился в фургоне с семью огромными мужиками.

«Не доверяю я всем остальным, – прибавила она. – Если с тобой что-нибудь случится, я применю тактику выжженной земли. Передай тому из моих говнюков-кузенов, который сейчас вместе с тобой».

Я поднял взгляд и увидел, что Джуниор смотрит на меня.

– Да? – сказал он.

– Эли попросила передать вам предупреждение.

Он приподнял брови и наклонил голову в ожидании пояснения.

– Она велела доставить меня домой в целости и сохранности.

Он хмыкнул.

– Уверен, выражения она использовала не самые мягкие. Для человека, не участвующего в семейном бизнесе, она очень во многом напоминает нас.

Парень справа от Джуниора ткнул его под ребра.

– Может, это генетическое, а?

Джуниор медленно развернулся к нему.

– Что ты хочешь сказать? Что все итальянцы должны быть в мафии?

– Эм, нет, – осекся парень, смутившись.

– Потому что это расизм, Фил.

Я опустил голову и снова залип в телефон. Ну нет. В этом споре я не участвую.

«Я передал, – написал я. – Тебе будет приятно узнать, что он преизрядно охренел».

«Впечатляет, – ответила она. – Мало кто нынче использует такие устаревшие выражения».

Я усмехнулся. Теперь, когда Эли перестала делать вид, что ее раздражают мои подколы, она стала подкалывать меня в ответ. И мне это нравилось. Очень.

«Я кинул ключ тебе в сумку, – сообщил ей я. – Он от моей квартиры. Если вы с Избранным захотите там перекантоваться, я к вам подъеду, как все тут закончу».

«А как же Тайлер? Это не будет неловко?»

Я растерянно замигал. Действительно. Я совершенно про него забыл. Как и про то, что они с Эли были вместе. Вероятно, мой мозг куда-то задвинул эту информацию, чтобы меня не травмировать, но теперь это не казалось необходимым. У них все равно не было ничего серьезного, и я знал, что они уже давно не питают друг к другу никаких чувств. Для неуверенности или опасений не было никаких причин.

Я написал соседу.

«Помнишь, как я согласился помочь Эли?»

Было только начало шестого утра, но Тайлер всегда рано вставал и даже по выходным не мог заставить себя валяться в постели. Ответил он почти сразу.

«Пожалуйста, скажи, что вы сошлись!» – написал он.

Я растянулся в улыбке. Уж с чем с чем, а с лучшим другом мне повезло.

На экране появилось облачко – он печатал еще что-то. Следующее сообщение пришло буквально через секунду.

«Потому что в последнее время ты был даже более странный, чем обычно. Я чуть было не решил попросить Марию и Роба вмешаться».

Ну вот, он умудрился все испортить.

«Не надо впутывать моих родителей. Я предложил Эли стать моей девушкой».

«Поздравляю! То есть, погоди, она же согласилась, верно?»

«Ага. Ты не против, если она зайдет?»

«Без проблем. А вы будете не вместе?»

«Нет. Мне нужно уладить кое-какие дела, так что я подъеду только через час или два. Ей нужно обработать дом от насекомых, так что она будет с котом».

«Отлично. Эта мелкая тварь меня ненавидит».

Улыбка снова вернулась на мое лицо. Я до сих пор упивался тем, насколько оказался исключительным – ведь я был одним из двух людей, которых мог переносить Фред.

«Как ты мог запятнать доброе имя моего сына?!»

«Твоего сына?»

«Да, Сэра Фредерика Каппеллуччи-Хаммонда, именуемого первым».

Тайлер прислал мне три эмодзи, закатывающих глаза.

«Слава богу, блин, что теперь в твоей жизни появилась женщина, которая разделит со мной груз твоей долбанутости».

В отличие от Эли, Тайлер был не особым ценителем моего специфического чувства юмора.

«Спасибо! Она подъедет в квартиру через какое-то время. Я дал ей ключ, чтобы она смогла зайти сама».

«Че-е-е-ерт. Уже и ключ? А ты времени зря не теряешь. А она знает про твоего отца?»

Моя улыбка растворилась, когда меня вновь накрыло чувство вины.

«Пока нет. Она уже поняла, что у меня было трудное детство, но не знает, до какой степени. Я планирую рассказать ей, когда вернусь домой».

«Дай знать, если тебе нужна моя поддержка, чтобы все ей объяснить».

«Думаю, я справлюсь, но спасибо».

Я снова переключился на переписку с Эли.

«Он не против».

«Уверен? Это ужасно, но я до сих пор даже не задумывалась, как он может отреагировать на нас».

«Ха! То же самое. Но я виню в этом тебя».

«Меня?! Каким вообще образом я тут виновата?»

«О, я думаю, ты знаешь. И не волнуйся. Он просто счастлив, что я счастлив».

«Я тоже счастлива, что ты счастлив», – написала она.

Тут фургон резко дернулся, как будто водитель со всей дури нажал на газ. Телефон вылетел у меня из рук, и мне пришлось схватиться за скамейку, чтобы не присоединиться к нему на полу.

Джуниор впечатался в парня слева и раздраженно глянул в сторону водителя.

– Винни, какого черта?

– Чертовы копы у дома Блума! – крикнул тот в ответ.

Джуниор выругался.

– Езжай помедленнее. Будет подозрительно, если мы пронесемся мимо на всех парах.

– На меня выписана куча ордеров, – сказал Винни полным паники голосом.

Джуниор вскочил со своего места, достав пистолет из фальшивой спецовки энергетика. Он незаметно присел за водительским сиденьем рядом с Винни и ткнул ствол ему в бок. В кабине раздался щелчок предохранителя.

– Езжай. Мать твою. Помедленнее, – сказал Джуниор.

Винни постепенно снял ногу с педали газа, и вокруг меня поднялся хор облегченных вздохов. Черт, это было жестко.

Джуниор резко развернулся и впился в меня взглядом.

– Какого хрена они уже здесь?

Несколько пар глаз разом уставились на меня, как будто сидящие в фургоне решили, словно у меня есть все ответы. Но я мог лишь пожать плечами.

– Понятия не имею.

Джуниор убрал пистолет от Винни и снова плюхнулся на свое место напротив меня. Он подался вперед, упер локти в колени и остановил на мне пронизывающий взгляд.

– Начни сначала и расскажи обо всем, что случилось, еще раз. Видать, ребят, вы где-то облажались.

Я потянулся к телефону на полу.

– Дай мне просто сказать Эли быть осторожнее.

Джуниор оттолкнул телефон ногой в другой конец фургона и направил на меня оружие.

– С Эли все будет в порядке. Тебе сейчас о себе надо беспокоиться. Давай говори, красавчик.

Ох, черт.