Проталкиваясь через толпу в спортзале, Чарли не было дела до того, какими взглядами ее провожают присутствующие. И до того, что ее платье разорвано, макияж размазан и в целом выглядит она так, будто ее сбил грузовик. Пусть пялятся, думала она, толкаясь среди танцующих и вглядываясь в лица, пока не нашла брата.
Ветте сидел у нее на плече. К счастью, он, похоже, владел искусством скоростного заживления ран: царапина у него на носу уже затянулась так, что от нее не осталось и следа.
Чарли заметила Мейсона у края толпы, его лицо было подсвечено экраном мобильника. Он что-то быстро набирал, покусывая нижнюю губу. Оглядевшись, чтобы проверить, нет ли поблизости Эбигейл, Чарли не нашла ее. Вот и хорошо. Пусть лучше не знает, что случилось. Ей было и так тошно оттого, что она подвергла опасности одного близкого человека, втянув в свои дела. И лучше бы таких людей не становилось двое.
– Мейсон! – позвала она, пробиваясь к нему.
Он вскинул голову.
– А! Ты не видела?.. – но он вдруг осекся, заметив, что подол ее платья разорван, а на коленях видна грязь. – Что за черт? – Он кинулся к ней, на ходу засовывая телефон в карман, и положил ладонь ей на плечо. – Ну ничего себе, Чар! Что стряслось? Ты в порядке?
– Это Элиас, – отозвалась она, и ее слова, будто громкий щелчок резиновой ленты, притянули взгляд Мейсона к ее глазам.
Его лицо моментально потемнело. Ноздри раздулись. Взгляд стал убийственным. И Чарли поняла свою ошибку, сообразив, о чем он наверняка подумал.
– Нет, не в этом дело, – поспешила заверить она. – Он не… он ничего мне не сделал. Во всяком случае, напрямую.
– Напрямую? И что это значит? – Его голос прозвучал ровно и глухо.
– Мне пришлось драться. Но не с ним – с другим. Я все объясню, обязательно, но знаешь, Мейсон…
Чарли зажмурилась. Она не подумала, как сообщить о случившемся брату. Не учла, что он, скорее всего, не поверит ей. А ей требовалась помощь, чтобы спасти лучшую подругу, и требовалась немедленно.
Она открыла глаза. Мейсон переменился в лице и теперь выглядел скорее встревоженным, чем злым.
– Он не тот, кем ты его считаешь, – сказала Чарли. – Он опасен. И если мы не помешаем ему…
– Помешаем ему в чем?
– Мейсон. – Она схватила брата за плечи. – То, что я собираюсь сказать тебе, прозвучит абсурдно. Ты наверняка подумаешь, что я спятила. Но ты должен выслушать меня. Мне нужна твоя помощь.
Он в тревоге смотрел на нее.
– Чарли…
– Все дело в Лу, – продолжала она. – Он забрал ее.
При этих словах лицо Мейсона изменилось. Беспокойство улетучилось, сменившись предельной сосредоточенностью. В эту минуту все потеряло значение, кроме единственного факта: Лу в опасности.
Голосом, который Чарли слышала от него лишь на грани срыва, за секунду до нападения на товарища по бейсбольной команде, ее брат велел:
– Рассказывай.
– Давай-ка проясним, – сказал Мейсон, когда Чарли повернула «Бронко», и тот съехал с шоссе и затрясся на ухабах лесной дороги. – Последнюю неделю ты повсюду видела магических существ?
– Я не просто видела их, – уточнила Чарли. – Они были повсюду. Существовали реально. Понимаю, это звучит так, будто я сошла с ума, но дай мне всего пять минут. И я тебе докажу.
– Как?
– Помнишь, я говорила, что Элиас дал мне такую ягоду? У него в доме есть еще. Я найду их и дам тебе одну.
– Мы вломимся к нему в дом? – Мейсон уставился на Чарли, разинув рот. – Да кто ты вообще такая?
– Вламываться мы никуда не будем, – ответила она. – Строго говоря, он живет там незаконно. Я бы не…
– Не желаю слышать эти отговорки. – Ее брат заложил руки за голову. – Честно говоря, я потрясен. Шарлотта Хадсон – нарушительница закона! Вот уж не думал, что доживу до такого дня.
Тяжело вздохнув, Чарли повернула «Бронко» в ту сторону, где деревья сгущались.
– Ты понятия не имеешь, что…
С заднего сиденья послышался шорох пластикового пакета, потом приглушенный возглас: «Вот дерьмо».
Чарли ударила по тормозам. И они с Мейсоном обернулись к человеку на заднем сиденье.
– Эбигейл? – изумилась Чарли, увидев подругу съежившейся на полу машины. – Какого черта ты здесь делаешь?
Эбигейл, подложившая руки под голову, робко подняла взгляд.
– Привет.
– Как ты?..
– Я ушла с бала, чтобы переобуться, – объяснила Эбигейл. – Шпильки меня доконали. Я захватила с собой пару балеток и оставила их в машине, вот и… – она почесала подбородок. – Не важно. И тут прибежали вы, и, похоже, разговор у вас был не для посторонних ушей, вот я и… словом, спряталась.
Чарли уронила голову на руки.
– Ты, наверное, меня разыгрываешь.
– Не знаю, что значит вся эта скандинавская белиберда, – продолжала Эбигейл, перебираясь на сиденье, – но, если Лу в самом деле в беде, я иду с вами, ребята.
– Ни в коем случае, – отрезала Чарли. – Это слишком опасно. Ты понятия не имеешь, с какими существами нам предстоит столкнуться, и я уже и так рискую жизнью человека, который мне дорог…
– Чарли, – Эбигейл закинула ногу на ногу и смерила подругу взглядом, которым в прошлом уже положила конец множеству споров, – вам с братом предстоит столкнуться, как ты сказала, с демоном из тьмы и тени, пожирающим страх, и ты думаешь, вам не понадобится помощь?
– Эй! – вмешался Мейсон, поднимая бейсбольную биту, которую забрал из своего шкафчика. – У меня при себе Отбивала.
Эбигейл вскинула руку.
– Что и требовалось доказать.
– А я думала, ты мне не поверила, – заметила Чарли.
– И до сих пор не верю, – кивнула Эбигейл. – Но если в твоих словах есть хоть доля правды, одних я вас туда не отпущу.
Мейсон уставился на Эбигейл, вскинув брови.
– Черт побери, Эбби, я потрясен. А я-то думал, тебя волнует только лексика к тесту на вступительных.
Эбигейл задрала подбородок.
– Да ты вообще ничего обо мне не знаешь, Мейсон Хадсон.
– Ох. – Чарли, которая до сих пор слушала, раздраженно дергая себя за волосы, взялась за руль. – Ладно. Можешь ехать с нами.
– Что-что? – Мейсон повернулся к сестре.
– Но лишь потому, что каждая секунда, потраченная нами на споры, – это секунда, когда жизни Лу грозит опасность. – Чарли переключила передачу. Мейсон удивленно посмотрел, как она сделала вид, будто что-то поднимает с пола, хотя там ничего не было. Чарли проигнорировала вопрос в его глазах. – Ехать уже недалеко. Оттуда пойдем пешком.