Во время матча парни продолжали то и дело прикладываться к фляжке. Еще дома Мейсон перелил в нее остатки водки, и теперь она незаметно переходила из рук в руки.

– Смотри не выпей лишнего, – прошипела Чарли Элиасу. – Или рискуешь сам выболтать свою тайну, не дожидаясь, пока это сделаю я.

– Расслабься, подруга, – шепнул он. – Я же мара. У нас устойчивость к спиртному намного выше, чем у людей.

– Похоже на миф, выдуманный вашим видом.

– Может быть. – Он усмехнулся. – Кстати, тебе в туалет не пора?

– Не понимаю, какая логическая связь между…

Элиас вдруг поднялся.

– Моей девушке надо в туалет, – объявил он друзьям. – И я как верный парень пойду провожать ее.

– Ясно. – Лу покосилась на Эбигейл и Мейсона, лукаво усмехаясь. – «В туалет» они собрались. – И она изобразила пальцами в воздухе кавычки.

Чувствуя, как горят щеки, Чарли схватила Элиаса и потащила его к проходу между рядами, не дожидаясь новых двусмысленных намеков.

Они спустились с трибун, и Чарли повернула в сторону школы, словно и правда направляясь в туалет. Но прежде чем она успела сделать несколько шагов, Элиас дернул ее за руку, увлекая в узкий проход между конструкциями, на которых держались трибуны, и двухэтажной постройкой для спортивного инвентаря. Чарли не успела опомниться, как они оказались под трибунами, вдали от любопытных глаз.

Раньше Чарли никогда не бывала здесь. Под трибунами было темно, зрители и постройка загораживали от них свет фонарей над футбольным полем и стоянкой. Чарли огляделась, ожидая увидеть стайку старшеклассников, передающих друг другу косячок. К ее удивлению, они с Элиасом были здесь одни – впрочем, она заметила, что под ногами шныряют какие-то крохотные существа из камня, с горбатыми спинами и в зеленых колпачках. Один из них сжимал в каменном кулачке зверюшку, похожую на трехголовую мышь, словно собираясь поджарить ее на вертеле.

Ей даже знать не хотелось, правда ли это.

Помотав головой, она повернулась к Элиасу.

– А что мы, собственно, делаем?

– Никому из нас в туалет не нужно, – ответил он.

– Естественно. – Чарли еще раз окинула взглядом темное пространство, скрытое под трибунами. – И зачем ты притащил меня сюда?

– Просто решил продолжить игру, – слегка заплетающимся языком объяснил он. – Все думают, что мы сбежали, чтобы пообжиматься.

– Это мне прекрасно известно.

– Да? – Он поднял бледную руку и коснулся макушки Чарли. – Ну и как тебе?

Ее дыхание участилось, стало неглубоким. В животе, как сумасшедшие, затрепетали крыльями назойливые эльвор.

– Элиас, – зашептала она, – что мы на самом деле делаем здесь?

– Ничего. – Он провел пальцами вдоль границы ее волос, помедлил у основания подбородка. – Мне просто хотелось побыть с тобой наедине.

Чарли похолодела. Что происходит? Как же надо напиться, чтобы заявлять такое? Они ведь только делают вид, будто встречаются, и то лишь ради дела, помочь в котором он ее вынудил. Заставил силой. Угрожал отнять у нее жизнь. И навредить людям, которые ей дороги. Но с того момента, как они оказались на стадионе, он вел себя дико и нелепо, будто в его тело вселился кто-то другой.

– Зачем? – медленно выговорила она.

Он скользнул пальцами вниз по ее подбородку, по шее и наконец остановил их рядом с впадинкой у основания шеи. От его пальцев на коже словно остался горящий след. На то место, где они задержались, Элиас несколько секунд смотрел со странным выражением лица. С блеском и сосредоточенностью в глазах. С голодом.

А потом, будто неожиданно вспомнив, где находится, отдернул руку и сделал шаг назад. На его губах расплылась саркастическая усмешка.

– Чтобы обсудить бальный наряд, зачем же еще, – ответил он. – Расскажи, в каком платье ты будешь завтра. Чтобы я мог подстроиться.

Только теперь Чарли поняла, что стоит затаив дыхание, и бесшумно выдохнула, не желая, чтобы Элиас догадался, как подействовала на нее его близость.

– Эм-м… – замялась она, подыскивая слова. – У меня… его нет. В магазине не нашлось ничего, что бы мне понравилось.

Элиас нахмурился.

– У тебя нет платья? Тогда что же ты будешь делать завтра?

Она пожала плечами.

– Одолжу какое-нибудь у Лу, наверное. Как делала в прошлом году.

Похоже, ее ответ не на шутку встревожил его.

– Но ты же такая красивая. У тебя должен быть особенный наряд. Такой, чтобы ощущался так же, как ты.

Ее сердце на миг замерло. «Ты же такая красивая».

Он шагнул ближе, и ее вновь охватило чувство, будто мир исчезает, все в один миг рушится, а он уже поднес ладонь к ее щеке, и его темные глаза горели, он склонялся к ней все ниже, касаясь дыханием…

Как вдруг у ног Чарли раздался громкий писк.

Они с Элиасом вздрогнули и отшатнулись друг от друга. А когда посмотрели вниз, обнаружили, что на земле возле их ног сидит ветте.

– Ты что… – Чарли потрясенно заморгала. – Ты что, пришел сюда пешком?

Ветте усердно закивал.

Чарли закрыла лицо руками, глядя на ветте сквозь пальцы.

– Так-так. – Элиас наклонился и поскреб под шляпой ветте. Тот прильнул к его ладони, издавая негромкое довольное урчание. – Похоже, ты нашла себе преданного друга. – Он поднял голову и посмотрел на Чарли. – Уже дала ему имя?

– Имя? – Чарли взглянула на Элиаса. – Зачем мне это делать?

– Это твоя привилегия как человека, к которому прибился ветте. Ветте – скитальцы. Они бессмертны и все время своего бесконечного существования проводят в странствиях и поисках истинно отважной души, чтобы следовать за ней. А когда находят такого человека, ему нужно дать ветте имя. – Элиас почесал коротышку под подбородком. – Это имя – как печать подлинности. Она скрепляет узы между ветте и человеком.

– Но это же абсурд, – выпрямляясь, возразила Чарли. – Никакими узами с этим существом я себя скреплять не желаю. И вообще не понимаю, что это значит.

Услышав это, ветте отвернулся от руки Элиаса и слегка поник.

– Ничего, приятель, – шепнул Элиас. – Это она не всерьез.

– Нет, правда. У меня и без того забот хватает, и я просто не могу позволить себе…

В воздухе разнесся рев, от которого, казалось, кости в ее теле задрожали.

Это был не гул толпы или крик разъяренного тренера, распекающего судью. Рев был гортанный, нечеловеческий, как из фильмов про чудовищ, которые так нравилось смотреть маме Чарли. Она рухнула на колени и сжалась, словно пытаясь укрыться от ужасающих звуков.

Положив руку на ее плечо, будто оберегая, Элиас присел на корточки рядом.

– Вот дерьмо, – прошептал он. – Драугр.

– Здесь? – Чарли огляделась по сторонам, но ничего не увидела. – На футбольном матче?

Неистовый рев снова разорвал воздух.

– Идем со мной, – позвал Элиас.

Он взял Чарли за руку, а она подхватила ветте и усадила его к себе на плечо. Вместе они стали пробираться через путаницу металлических конструкций. Стараясь ступать как можно тише, они едва не споткнулись об одно из красных существ, которые уносились прочь, напуганные появлением драугра.

Прежде чем оставить свое убежище под трибунами, Чарли и Элиас помедлили, вглядываясь в темноту.

Поначалу они ничего не видели. На парковке не было ни души. Ночь спустилась, пока они смотрели первый тайм игры, парковку затопили тени. Уличные фонари через каждые десять шагов освещали небольшой кружок бетонного тротуара. От автомобилей протянулись искаженные зловещие тени.

Куда-то подевались все мелкие существа Асгарда, еще недавно шнырявшие повсюду. Исчезли эльфы и духи, которых Чарли уже привыкла видеть. Казалось, все разбежались и попрятались.

А потом из-за пикапа «форд» поднялась высокая тень.

Чарли судорожно втянула в себя воздух. Ростом драугр как минимум вдвое превосходил обычного человека. Он высился над пикапом – тощая, сутулая, пошатывающаяся башня из костей и лохмотьев. Ветхий черный плащ с наброшенным на голову капюшоном и обтрепанным рваным подолом скрывал почти все его тело. Лишь заглянув под капюшон, Чарли увидела истинный облик драугра: голый череп с пустыми провалами глазниц и клыками. Драугр медленно поднял руку, широкий рукав плаща свалился с нее и обнажил длинные голые кости, которыми их хозяин оперся о капот пикапа.

– Обалдеть, – потрясенно прошептала Чарли.

– И не говори, – тихо отозвался Элиас. – Слушай, – он повернулся к Чарли, его взгляд вспыхнул, – мне надо обратиться.

Чарли не сразу поняла, что он имеет в виду.

– Да? – и она огляделась, словно в поисках примерочной. – Прямо здесь?

– Да, прямо здесь. – И он поманил ее в тень под трибуны. – Это займет всего минуту. Просто поглядывай через плечо и старайся, чтобы драугр тебя не заметил. Иначе мы здорово влипнем. Ясно?

Ветте тихонько бормотал у нее на плече. Сжав кулаки, Чарли с трудом сглотнула и кивнула.

Элиас расправил плечи, закрыл глаза, запрокинул голову и зашевелил губами, повторяя шепотом те странные слова, которые Чарли уже слышала ночью в старом особняке. Она беспокойно переступила с ноги на ногу. Ее шею покалывало, казалось, что кто-то подкрадывается к ней. Но оглянувшись, она ничего не заметила.

– Давай же, – поторопила она шепотом, покачиваясь на носках. – Давай, давай.

Не обращая на нее внимания, а может, и не слыша в глубоком трансе, Элиас продолжал бормотать что-то. Его глаза были закрыты. Тело начало оседать, словно он уже не управлял им.

Еще один дикий рев сотряс трибуны. Ветте пискнул и уткнулся лицом в шею Чарли.

– Дерьмо, – выпалила она. Неужели драугр сдвинулся с места? И направляется в их сторону? Надо было проверить.

Прижимаясь спиной к стене постройки для инвентаря, она боком двинулась вперед. Ей требовалось всего мгновение. Один быстрый взгляд в сторону жуткого чудовища, возвышающегося над парковкой, – чтобы убедиться, что оно все еще там. Потом Элиас закончит превращаться, станет сильнее, и они смогут сбежать.

Дойдя до конца стены, Чарли помедлила, сделала быстрый вдох и выглянула из-за угла.

В этот момент произошло сразу несколько вещей. Элиас договорил последние слова заклинания, превращающего его в тень. Его человеческое тело с глухим стуком повалилось на землю. Привлеченный шумом, драугр повернул голову и уставился холодными пустыми глазницами на Чарли.

Ветте испуганно запищал.

– Бежим, – послышался далекий голос Элиаса, ставшего мара. Холодные бесплотные пальцы охватили руку Чарли, потянули ее вперед. От резкого движения ветте свалился с ее плеча. Чарли подхватила его на лету, не дав удариться о землю, прижала к себе и бросилась бежать.

Драугр ревел позади, как разъяренный бык, охваченный огнем.

Чарли и Элиас-Тьма неслись через стоянку, за которой мрачно высилась неосвещенная школа. Высокие ухоженные изгороди отделяли футбольный стадион и парковку от школьного газона, и они направлялись прямиком к этим кустам. Подошвы ботинок Чарли звонко стучали по бетону, шаги Элиаса были быстрыми и бесшумными, будто он парил над землей. И пока Чарли огибала машины, Элиас проходил сквозь них. Драугр с ревом нагонял их, грохоча, словно каменные глыбы, катящиеся по склону.

До живой изгороди осталось всего два ряда машин. На бегу у Чарли мелькнула мысль: странно, почему Элиас не бросил ее, ведь он говорил, что в облике мара обладает нечеловеческой скоростью. Должно быть, ему приходилось сильно замедляться, чтобы она могла за ним угнаться. Не говоря уже о том, что в одиночку он мог бы пересечь парковку по прямой, проходя через машины, как сквозь воздух. Но он сдерживался, подстраиваясь к ее человеческим недостаткам.

В десятке шагов от них разлетелось разбитое ветровое стекло машины. Все мышцы Чарли ныли, но она мчалась вперед, подгоняя себя и не сводя глаз с живой изгороди впереди. Она не знала, что задумал Элиас, но надеялась, что драугр ненавидит траву так же, как виттра – воду.

Разбитое ветровое стекло…

Минуточку. Но ведь это невозможно! Существа из Асгарда могут жить бок о бок с людьми, но взаимодействовать с их миром не способны. Они не в силах вредить людям, значит, у них нет и возможности разбивать стекла машин.

Разве что…

Пронзительный визг рассек ночную тьму. Не задумываясь, Чарли повернула голову и увидела девчонку с волосами, собранными в два хвостика, которая стояла возле серебристой машины и держала в руке бумажную трубочку от сладкой ваты. Похоже, она заблудилась на обратном пути из киоска, и теперь вопила, разинув в ужасе рот и уставившись на драугра.

Едва успев охватить взглядом эту сцену, Чарли влетела в живую изгородь, листья которой лезли ей в глаза, а ветки царапали кожу. Стараясь не замечать боль, она продиралась сквозь кусты, пока не выбежала на газон и в лицо ей не ударил свежий воздух.

– Неужели та девочка?.. – крикнула она Элиасу, который преодолел этот путь без малейших затруднений.

– Да! – проорал он в ответ.

– Так она видела?..

– Да.

– Но это же невозможно!

С гортанным ревом драугр вломился в живую изгородь, оставляя за собой зияющую дыру там, где листьев касались его похожие на когти крючковатые пальцы. С каждой секундой он приближался. Чарли прибавила ходу, но до школы оставалась еще добрая половина футбольного поля. Ее жалких человеческих возможностей не хватало, скорость была недостаточной, а драугр делал шаги, по длине вдвое превышающие шаги Чарли.

Газон полого поднимался к зданию школы. Боль пронзала ноги Чарли, пока она из последних сил мчалась вперед, прижимая ветте к себе так крепко, что опасалась раздавить его. Зажмурившись, она молилась о чуде. Еще несколько шагов. Еще немного…

Костяные пальцы глубоко впились ей в спину.

Чарли вскрикнула, открыла глаза и полетела вперед. Боль. В ней вспыхнула такая боль, какой она никогда в жизни не испытывала. Пять ножей, источающих яд, вонзались в ее кожу легко, как в масло…

Она с силой ударилась об землю. Ветте выскользнул из ее руки и откатился в траву. Попытавшись поднять голову, она успела увидеть, как Элиас обернулся – за мгновение до того, как в ее тело впилась вторая бритвенно-острая пятерня.

Чудовище вцепилось ей в бок. Его пальцы вдавились глубоко в плоть, вздернули Чарли вверх и повернули лицом к черепу с мертвыми глазами. Ее болевые рецепторы едва выдерживали перегрузку, кровь хлестала из десяти ран в теле. Драугр швырнул ее спиной на траву, и воздух вылетел из легких. Вблизи чудовище оказалось еще страшнее – с серыми острыми костями и лохмотьями кожи, свисавшими с щек. Оно заревело в лицо Чарли, брызгая слюной. Его острые, как серпы, зубы скалились, надвигаясь на нее. Чувствуя, что ее конец близок, Чарли увидела мысленным взором маму, машущую ей с веранды, брата, хохочущего на заднем сиденье машины, подруг, подтрунивающих друг над другом за ланчем, сестру-близнеца, ведущую обратный отсчет, пока Чарли в отчаянии ищет фиолетового кролика…

Внезапно тень охватила ее, успокаивая прикосновением прохладных рук, и, когда драугр испустил вопль агонии, низкий голос прошептал: «Тссс, я держу тебя», а потом боль стала нестерпимой, и сознание покинуло Чарли.