– У нас осталось всего два дня.

С этими словами Лу грохнула учебником физики по столу между Чарли и Эбигейл. От громкого хлопка Чарли резко вздрогнула.

– Ух ты! – Лу подозрительно вгляделась в подругу. – Что это с тобой?

– Ничего, – поспешила ответить Чарли.

Ночной недосып начинал сказываться на ней. Вместе с мыслями о гноме, обосновавшемся у нее в рюкзаке, и паре золотистых оленей, сопровождавших ее машину всю дорогу до школы.

– И какого черта ты нацепила темные очки в помещении? Решила ввести новую моду? – допытывалась Лу.

Чарли медлила. Очки она не снимала все утро, опасаясь того, что увидит, если расстанется с ними, но Лу была права: на уроках она выглядела в них нелепо. Взглянув на дальнюю стену, она увидела солнечный свет, падающий на нее сквозь наполовину закрытые жалюзи. Возможно, здесь не очень светло.

Честно говоря, Чарли была на грани нервного срыва. Сегодня утром, когда она вышла из дома, все вокруг оказалось изменившимся. Даже сквозь темные очки она видела, что зелень стала ярче, тепло солнца – ощутимее, деревья словно шептались с раскачивающим ветки ветром. В небе пара двухголовых птиц, которых Чарли видела еще вчера ночью, описывала плавные круги. Оглянувшись через плечо, она успела заметить, как за углом ее дома скрывается остроухий человечек ростом меньше метра, со скрипкой в руках.

Мир стал совершенно новым.

В школе перемены были не столь очевидными: ни лиан, обвивающих шкафчики, ни розовых змей, проползающих по плиткам пола. Казалось, силам Асгарда пришлось отступить перед навесными потолками и лампами дневного света. Чарли была за это благодарна: она не могла допустить, чтобы приступ паники из-за того, чего не видят другие, накрыл ее на глазах у одноклассников.

Она медленно сняла темные очки и поморгала.

Действительно, хотя лучи солнца все еще сияли ярче, чем им полагалось, свет был настолько приглушен жалюзи, что она могла не обращать на него внимания.

– Господи, Лу, – вступила в разговор Эбигейл, – а может, с Чарли все в порядке. Может, это у тебя что-то не так, если ты швыряешься книгами в такую рань.

– Ой, неужели кое-кто забыл сегодня утром выпить свой кофе «без ничего» с тостом «без ничего»? – Лу надула губы, но тут же перевела взволнованный взгляд с Эбигейл на Чарли и обратно. – Нет, серьезно! У нас же осталось всего два дня, чтобы найти себе пару.

– А если не найдем, что тогда? – более мрачным, чем обычно, тоном поинтересовалась невыспавшаяся Чарли.

– Тогда включу на всю школу то видео, где ты в десять лет распеваешь песни из рождественского альбома Арианы Гранде, – пригрозила Лу.

Кроха в рюкзаке Чарли пискнул и выскочил наружу, на лабораторный стол. Чарли с трудом заставила себя отвести от него взгляд.

– Не включишь.

– Мы же обе знаем, что так я и сделаю. – Лу хлопнула в ладоши. – Итак, начинаем мозговой штурм. Эбигейл, ты кого собиралась позвать?

Эбигейл полезла в рюкзак и вытащила темно-синюю папку. Бросив на стол, она открыла ее.

– В общем, – начала она, листая страницы, на которых было что-то напоминающее скриншоты чьих-то социальных сетей, – я составила список всех достойных кандидатов из старших классов нашей школы, и…

– Что-что ты сделала? – Лу выхватила папку, не обращая внимания на протесты подруги, и быстро просмотрела страницы. – Господи, Эбигейл, ты что, агент ФБР?

– Нет. – Эбигейл отняла у нее папку. – Просто ко всему подхожу основательно. И если уж мне предстоит потратить драгоценное время, приглашая кого-то на танцы, этот кто-то должен соответствовать определенному набору критериев.

Лу вскинула бровь.

– Каких это?

Эбигейл принялась перечислять, загибая пальцы.

– Участвовать не меньше чем в двух видах внеклассных занятий, иметь минимальный средний балл три целых пять…

– Минимальный средний балл? – У Лу отвисла челюсть. – Это что, прием в колледж?

– А что такого? – ответила Эбигейл. – Если я и стану с кем-нибудь встречаться, то лишь в том случае, если это не отразится негативно на моей репутации.

– Эбигейл… – Лу коснулась кончиками пальцев своего веснушчатого виска. – В Гарварде не будут рассматривать список всех, с кем у тебя были отношения в старшей школе.

Эбигейл в ужасе отшатнулась.

– А при чем тут отношения? На них у меня нет времени. Отношения требуют поддержания на таком уровне, что…

– Итак! – послышался голос мисс Фелдмен, хлопнувшей в ладони, чтобы привлечь внимание класса. – Как ни жаль прерывать животрепещущие дискуссии, которыми поглощен ваш класс, – она бросила многозначительный взгляд в тот угол, где сидела Чарли с подругами, – но у меня есть объявление. Наш вводный курс физики с запозданием пополнился еще одним записавшимся. Вдобавок в нашей школе он новичок, так что будьте добры оказать ему радушный прием, – и она указала на дверь, где стоял…

Элиас.

Чарли судорожно втянула в себя воздух. Он вновь был в человеческом обличье – рослый, бледный, со встрепанными волосами. Можно было подумать, что минувшая ночь ей привиделась.

И все-таки все это было. Было по-настоящему – Чарли знала это по тени, которую Элиас отбрасывал на порог, по тому, как устремился на нее взгляд сверкающих зеленых глаз, по насмешливой улыбке, в которой растянулись его губы. Он прекрасно понимал, что делает. И на этот предмет наверняка записался лишь для того, чтобы мучить ее.

– Божечки мои! – прошептала Лу. – Он здесь. Он в нашем классе! – Изумленно вытаращенными глазами она уставилась на Чарли. – И смотрит прямо на тебя, Чарльз.

– Ничего подобного, – возразила она, хотя Элиас по-прежнему не сводил с нее глаз.

– Проходи, Элиас. – Мисс Фелдмен приглашающе махнула рукой в сторону лабораторного стола. – Или предпочитаешь, чтобы тебя звали Эли?

– Нет. – Он наконец отвел взгляд от Чарли. – «Элиас» будет в самый раз. Спасибо, что представили меня, мисс.

– «Мисс Фелдмен» тоже будет в самый раз, – уточнила учительница, глядя на парня так, словно заранее знала, что не оберется с ним проблем.

– Ладно. – Он сел на стул рядом с Чарли и подмигнул учительнице. – Как скажете, мисс.

Чарли впилась ногтями в ладонь.

Спаси ее Один, урок обещал выдаться долгим.