Адриан

Я смотрю на часы и вздыхаю, испытывая досаду, потому что не смог вернуться домой до ужина. В дополнение к моей работе в колледже дедушка начал увеличивать продолжительность моего рабочего дня в своей компании. С тех пор как я переехал сюда, он предоставил мне большую свободу действий, но очевидно, что его терпение на исходе. Он хочет, чтобы я вошел в правление как можно скорее, а у меня заканчивается время и отговорки. Мне придется смириться с этим и принять на себя роль Астора.

Когда я вхожу, в доме непривычно тихо, и я на мгновение останавливаюсь в коридоре, просто прислушиваясь. Обычно в это время Колтон и Лея играют в игры или все трое смотрят фильм. Сегодня вечером дом погружен в тишину.

Я заглядываю в гостиную и с удивлением обнаруживаю, что Лея сидит на диване в одиночестве, уставившись в пространство.

– Лей?

Она выходит из оцепенения и озабоченно смотрит на меня.

– Привет, – говорит она, выдавливая из себя улыбку.

Я хмурюсь и внимательно смотрю на нее. Меня настораживает выражение ее лица. Она выглядит нервной. И у меня такое чувство, что я знаю причину.

– В чем дело?

Глаза Леи расширяются, как будто от испуга, и она качает головой.

– Мне нужно тебе кое-что сказать.

Я киваю и подхожу к дивану, чтобы сесть рядом с ней.

– Где дети?

– В постели.

– Так рано? – Я снова в замешательстве смотрю на часы. – Еще только семь.

– Э-э, – бормочет Лей. Она замолкает в нерешительности и обхватывает себя руками, словно ищет защиты. – Я должна была сразу сообщить тебе об этом и, не сделав этого, подвела тебя как твоя няня.

Она глубоко вздыхает и на мгновение опускает взгляд на свои руки.

– Сегодня днем Колтон и Люси ввязались в драку, и меня вызвали в школу. Вместо того чтобы сразу сообщить тебе об этом, я отвезла их домой. Драка, в которую они ввязались, имела отношение ко мне, и я не смогла найти правильных слов, чтобы рассказать тебе о том, что произошло, поэтому вместо этого промолчала, избежав разговора в целом. Мое поведение было неприемлемым, и я хотела бы официально извиниться.

Я киваю, испытывая облегчение от осознания того, что ничего серьезного не случилось.

– Мне было интересно, сколько времени тебе потребуется, чтобы рассказать мне, и расскажешь ли ты вообще. Мне пришло официальное подтверждение по электронной почте об их отстранении.

Она поднимает на меня удивленные глаза. Похоже, дети не сказали ей, что я уже разговаривал с ними по телефону. Они показались мне нормальными, если не считать, что испытывали небольшую неловкость из-за произошедшей ситуации.

– Оу. Разумеется. Честно говоря, это еще не все, Тор. Я переступила границы наших рабочих отношений, хотя не должна была этого делать. Я весь день думала о своем поступке, и у меня не было права принимать какие-либо решения от твоего имени. Еще есть вероятность, что мать мальчика подаст на нас в суд. Если это произойдет, пожалуйста, дай мне знать, и я возьму все расходы на себя. В конце концов, это я ее спровоцировала.

Я улыбаюсь про себя и откидываюсь на спинку дивана. Могу себе представить, что произошло. Дети попали в беду, и ярость Леи дала о себе знать.

– Расскажи, что произошло. – Директор позвонил мне, как только Лея вышла из его кабинета, и пожаловался на ее поведение, но ей необязательно об этом знать. Также ей необязательно знать, что школа мгновенно потеряла значительную часть своих пожертвований.

Она виновато опускает взгляд на свои руки.

– Колтон рассказывал о том, что я играю с ним в компьютерные игры, и один из учеников сказал ему, что я общаюсь с ним только потому, что ты мне за это платишь, и что мне на него наплевать. Они поссорились, и Колтон ударил мальчика. Поняв, что ее брат попал в беду, Люси, очевидно, нашла самую большую ветку от дерева и тоже ударила мальчика.

Я зажимаю переносицу, чтобы не рассмеяться. Что сделала моя маленькая девочка? Я бы заплатил хорошие деньги, чтобы это увидеть.

– Ясно, – бормочу я. – И как ты отреагировала?

Она смотрит на меня, и на ее лице отражается сожаление.

– Я словно с цепи сорвалась, – отвечает она, и на этот раз я действительно смеюсь.

– Естественно, ты это сделала, принцесса. Расскажи мне, что ты сказала, и я с этим разберусь.

– Я сказала им, что все это просто домыслы, поскольку у них не было свидетелей, и обвинила ученика, которого ударил Колт, в буллинге, потому что оба мальчика утверждали, что драку начал другой. Я, ну, возможно, посоветовала женщине просто подать на нас в суд. Я даже дала ей визитку твоего адвоката.

Я прикусываю нижнюю губу, чтобы удержаться от улыбки, и киваю. Мне было интересно, будет ли она честна со мной. Я доверяю ей своих детей и рад, что мое доверие не было напрасным. Она не солгала мне, но у меня такое чувство, что она что-то недоговаривает.

– Когда дело касается детей, ты всегда спокойна и собранна, так почему же сегодня вышла из себя? – Это единственный вопрос, который мучил меня весь день. Я не сомневался, что Лея правильно разрешила ситуацию, но мне было интересно, почему она сорвалась, как сказал мне директор.

– Из-за этого я чувствую себя виноватой больше всего, – признается она. – Я поступила так потому… э-э, потому, что они отнеслись ко мне как к няне, в то время как мои чувства к этим детям гораздо сильнее. Это было неправильно и непрофессионально. Я не имела права так себя вести, и если мое поведение поставило тебя в неловкое положение, я искренне извиняюсь, Тор. Мне действительно очень жаль. Не знаю, о чем я только думала.

– Имела, – мягко возражаю ей. – Ты имела право, Лея. Я вижу, как ты любишь моих детей, принцесса. Я знаю, что ты всегда желала им только самого лучшего. Ты не просто их няня, Лея, и мы оба это знаем. Дети тоже это чувствуют, иначе они бы с самого начала не затеяли эту драку. То, что мы пока не можем официально определить, что ты для них значишь, не означает, что у тебя с ними нет никаких отношений. Ты отреагировала так, как отреагировал бы любой родитель, и я благодарен тебе за то, что ты была рядом, чтобы разобраться с этой ситуацией. Тебе никогда не нужно извиняться за то, что ты поступаешь правильно. Ты всего лишь человек, Лей. Пока ты делаешь все, что в твоих силах, это все, о чем я могу просить.

Лея всхлипывает, по ее щеке скатывается слеза, и мое сердце разбивается к чертям собачьим.

– Детка, – шепчу я, заключая ее в объятия. – Не плачь, любимая. Ты не сделала ничего плохого. Мы с детьми так благодарны, что ты у нас есть.

– Тор, что мы делаем? – спрашивает она срывающимся голосом. – Все границы размываются, и мне так страшно. Я боюсь сделать неправильный выбор, причинить боль им или тебе. Я боюсь, что мое собственное сердце будет разбито. Что, если ты бросишь меня и я потеряю Люси и Колта? Что, если они узнают о нас и возненавидят меня? Что будет с нами? Сможем ли мы выстоять, если они поссорятся друг с другом из-за нас?

Я глажу ее по спине, закрывая глаза. Честно говоря, я тоже об этом переживал. Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее, и обхватываю ладонями ее щеки, смахивая слезы большими пальцами.

– Посмотри на меня, принцесса. Наши отношения сопряжены с огромным риском, но ты не хуже меня знаешь, что это судьба. Я не буду лгать тебе и говорить, что путь, который нас ждет, легок, но если ты готова дать мне и моим детям шанс, я очень хочу попытаться. Разве это не все, что мы можем сделать?

Мое сердце бешено колотится в груди, когда она смотрит на меня. Меня убивает, что я не могу заставить ее поверить в мои чувства к ней. Я ни на секунду не сомневаюсь, что у нас все будет хорошо. Уверенность и стабильность, которые я ощущаю рядом с ней, несмотря на все, чем мы рискуем, нереальны, и это нечто особенное. Я надеюсь, она тоже это чувствует.

– Я вижу это, Лей. Я вижу нас семьей. Вижу, как ты остаешься с нами на ночь. Как ложусь с тобой в постель и готовлю завтрак вместе по воскресеньям. Я представляю, как мы оставляем детей в доме Амары, а сами уезжаем на выходные, или как по-быстрому занимаемся сексом, пока дети делают уроки. Я хочу с тобой все, от чего когда-то отказался. И если ты тоже этого хочешь, то у нас все будет хорошо. Это всего лишь один из этапов, которые нам предстоит пройти в жизни. Когда впереди у нас целая жизнь вместе, это не так уж плохо, верно?

Я переплетаю наши пальцы и подношу соединенные ладони к своим губам, нежно целуя тыльную сторону ее запястья, и Лея улыбается мне.

– Перспектива, – бормочет она, и я киваю.

Лея крепче сжимает мою руку, но я вижу беспокойство в ее глазах. Я не сомневаюсь, что ее тревожит все то же, что и меня. Дети еще совершенно не готовы, и я не уверен, что они когда-нибудь будут готовы.