Лея

– Лей, что случилось? – спрашивает Колтон. Я улыбаюсь ему и качаю головой. Двойняшки уговорили меня посмотреть фильм после того, как сделали уроки, и при обычных обстоятельствах я бы с удовольствием его смотрела, но сегодня никак не могу сосредоточиться.

– Ничего, – отвечаю ему, несмотря на то что у меня не получается оторвать взгляд от множества сообщений, которые прислала мне Амара.

Амара: Что происходит между тобой и Адрианом?

Амара: Почему вчера вечером его видели с Элинор Уильямс? Ты же знаешь, я ненавижу эту стерву.

Амара: Я думала, что между вами, ребята, что-то есть? Разве не ты рассказывала мне, что вы провели вечер вместе за бокалом вина?

Лея: О чем ты говоришь?

Амара присылает мне ссылку, и, перейдя по ней, я открываю статью в разделе светской хроники «Вестника», газеты, которой каким-то образом всегда известны все подробности о знаменитых и важных персонах города. В статье есть фотография Элинор и Тора, пиджак которого накинут ей на плечи, пока они прогуливаются вместе. Судя по ее платью, они были на свидании. Очень сомнительно, что она надела бы такое на деловую встречу. На днях Тор попросил меня поработать по вечерам, сказав, что взял на себя большую часть обязанностей своего деда.

Мое сердце болезненно сжимается, когда я вижу, как он улыбается ей на этом снимке. Почему он мне солгал? Почему просто не сказал правду или вообще ничего не говорил бы? Я няня его детей. Он не обязан оправдываться, куда пошел, так зачем утруждать себя ложью?

Я сильно прикусываю губу, пытаясь подавить боль, которую испытываю. Амара права. Я действительно думала, что между нами что-то было в тот вечер, когда он попросил меня остаться и выпить с ним вина, но на самом деле ничего особенного не произошло. Он был со мной милым, а я его оттолкнула. Я не имею права злиться после того, как неоднократно отвергала его знаки внимания. Но я злюсь, и мне больно.

Не удержавшись, я прокручиваю страницу вниз. Мне не стоит читать эту статью, если одна фотография уже причиняет столько боли, но я ничего не могу с собой поделать.

«Неужели Элинор Уильямс уже успела охомутать Адриана Астора?

Дорогие читатели «Вестника»,

Нам удалось заполучить эксклюзивные кадры вчерашнего свидания Адриана и Элинор. Пара отправилась в «Флер» – один из эксклюзивных ресторанов, принадлежащих корпорации «Астор», и, как сообщают наши источники, они просидели в уединенной обеденной зоне несколько часов.

Когда они наконец вышли на улицу, на плечи Элинор был накинут пиджак Адриана. Невольно возникает вопрос: почему такое могло произойти? Неужели на радостях молния ее платья разошлась? Ведь вечер был на редкость теплым. Не может быть, чтобы красавица замерзла и ей понадобился пиджак.

Адриан Астор известен тем, что не подпускает женщин к себе, но на этом фото Элинор явно держит его за руку. Хотя у женской половины «Вестника» разбито сердце, мы должны отметить, что эти двое составляют прекрасную пару. Миллиардер и богатая наследница отлично подходят друг другу, и разве они не восхитительно смотрятся вместе?»

Я закрываю статью и блокирую телефон, не зная, что ответить на бесконечные сообщения Амары. Меня накрывает волной жгучей ревности, подобной которой я никогда не испытывала. Она зарождается в животе и растекается по всему телу, сжимая сердце в стальные тиски, и мне так больно, что дыхание становится неровным. Ведь это я сказала, что не хочу иметь с ним никаких отношений, так почему же я удивлена, что он встречается с кем-то другим? Я стараюсь убедить себя, что просто злюсь, потому что он не был со мной честен, но дело вовсе не в этом. Мне ужасно больно. Больно и обидно, что он двинулся дальше, в то время как я не могу.

Я отталкивала его, потому что знала, что мы не можем быть вместе, пока я работаю у него няней и являюсь его студенткой, но я эгоистка. Я не хочу, чтобы он был с кем-то еще. Это нелогично, но я ничего не могу с собой поделать.

Я выпрямляюсь, когда слышу его шаги в коридоре. Похоже, сегодня он вернулся домой пораньше. Я прикусываю губу, стараясь взять свои эмоции под контроль. Если я сейчас заговорю с ним, то наверняка сорвусь на него из-за боли и гнева, которые испытываю, а я не имею на это права.

– Папа! – вскрикивает Люси, когда он заходит в гостиную. Она вскакивает на ноги и бежит к нему. – Ты уже дома!

Он подхватывает ее на руки и, крепко обнимая, кружит.

– Ага. Я соскучился по вам. У меня такое чувство, что мы давно не проводили время вместе, а? У меня еще много работы, но я подумал, что было бы неплохо доделать ее дома, чтобы повидаться с вами.

Она согласно кивает.

– Мы с Колтом уже сделали уроки, так что не сможем с тобой работать.

Тор смеется, и этот звук вызывает в груди боль другого рода. Это мучительная тоска, которую я не могу объяснить.

– Ничего страшного, солнышко. Я буду счастлив, если ты просто почитаешь, пока я работаю. Как тебе такой вариант?

Она кивает, но Колтон стонет:

– Я хочу посмотреть этот фильм с Леей!

Тор смотрит в нашу сторону, но я не отрываю глаз от телевизора. Я должна поприветствовать его, но не могу. Я веду себя неразумно и по-детски, но просто не могу встретиться с ним взглядом. Я слишком боюсь, что он увидит меня насквозь.

– Лея, не могла бы ты последовать за мной, пожалуйста? Я бы хотел поговорить с тобой. – Я напрягаюсь и прикусываю губу, кивая и поднимаясь на ноги. Я хочу уйти, но не могу придумать предлог, который позволил бы мне избежать этого разговора, и не хочу показаться непрофессиональной только потому, что мне было бы легче не оставаться с ним наедине прямо сейчас.

К моему большому удивлению, Тор направляется вверх по лестнице, а не в свой домашний кабинет, и я неохотно следую за ним.

Он придерживает дверь, и я вхожу, внезапно почувствовав себя беззащитной. Тор закрывает за собой дверь, снимает галстук и роняет его на пол, по-видимому, погруженный в свои мысли. Он смотрит в окно, вместо того чтобы смотреть на меня, и я не могу отвести взгляда, пока он снимает пиджак и кладет его на кровать.

Он тянется к рубашке и начинает ее расстегивать, дюйм за дюймом обнажая свою кожу и заставляя мое сердце трепетать. Он снимает ее, и она тоже оказывается рядом с пиджаком на его кровати.

– Что ты делаешь? – тихо спрашиваю я.

Он переводит на меня свой напряженный взгляд.

– Переодеваюсь.

Я прочищаю горло и киваю.

– Может, мне стоит подождать снаружи, пока ты это делаешь?

Он не сводит с меня глаз, его лицо непроницаемо. Я не могу понять, то ли он злится, то ли просто невозмутим, но кажется, что-то не так.

– К чему так утруждаться? Ты уже видела меня обнаженным.

Я с трудом сглатываю, пока он расстегивает брюки. Он выглядит потрясающе, стоя в лучах солнца, подсвечивающих его силуэт. Мышцы на его руках стали больше, чем раньше, а вид его накачанного пресса с ярко выраженными косыми мышцами не на шутку возбуждает меня.

Я зла на него и обижена, и все мои инстинкты велят мне подойти к нему и продемонстрировать, как сильно я злюсь. Мне хочется схватить его за волосы и поцеловать. Я хочу оставить засосы по всей его груди, чтобы любая другая женщина, перед которой он разденется, знала, что он занят, и я хочу, чтобы он жестко овладел мной и сказал, что я принадлежу ему.

Он натягивает серые спортивные штаны и белую футболку, затем наконец поворачивается ко мне.

– Мне нужно, чтобы ты завтра вечером присмотрела за детьми. Мне нужно, чтобы ты осталась тут на всю ночь.

Я обхватываю себя руками, мое сердце болезненно сжимается, а в груди зарождается ревность, медленно разрастаясь до тех пор, пока я не перестаю ясно мыслить. Он хочет, чтобы я осталась с детьми на всю ночь? Он вообще не собирается возвращаться домой?

– Понятно, – бормочу я. – Я постараюсь быть здесь.

– Неужели? – спрашивает он, невесело улыбаясь.

– Разумеется. Ведь это моя работа?

Он кивает и проводит рукой по волосам.

– И ты не спросишь меня, куда я собираюсь или с кем я буду?

– Я прекрасно представляю, с кем ты будешь, – огрызаюсь я, не в силах сдержаться.

– Нет, – возражает он. – Не представляешь.

Я качаю головой и отступаю к двери.

– Раз ты уже дома, я ухожу. Я буду здесь завтра.

– Лея, – говорит он с такой же злостью в голосе, какую чувствую я. Какое он имеет право злиться на меня, когда это он трахается направо и налево?

Я с грохотом захлопываю его дверь и сбегаю вниз по лестнице. Я стараюсь не думать о том, что он с Элинор, но не могу. Все мои мысли заняты тем, что все, о чем я когда-либо мечтала, он дает кому-то другому.