Лея

Я привыкла работать няней в состоятельных семьях, но на этот раз все по-другому. Дорогой автомобиль, который Шарлотта для меня организовала, вызывает у меня нешуточное беспокойство. Не знаю почему, но мне кажется, на это раз на карту поставлено многое. Мне незнакома ни его марка, ни модель, он был создан специально для детей Адриана Астора, и я жутко нервничаю, находясь за рулем этой машины. Даже представить страшно, сколько она может стоить. Неужели его детям действительно нужен такой уровень безопасности?

Подходя к школе, я чрезвычайно собранна и следую их правилам на автопилоте. Я работала с другими детьми, которые посещали эту школу, и хотя меня тут знают, учителя не могут отпустить Колтона и Люси со мной без проверки документов и специального допуска.

Я знаю, что приехала вовремя, но все равно бросаю взгляд на часы. Не хватало только заставлять ребят ждать в их первый день в школе. Пять минут. Отлично.

Я приветливо киваю нескольким другим знакомым няням, парочка из них – мои коллеги. Большинство одеты в униформу, и я рада, что Тор не настаивал на ней. Переодевание всегда отнимает время от моих рабочих часов, и мне почему-то кажется, что униформа лишь увеличит пропасть между мной и Тором. Для меня это не должно иметь значения, но имеет.

– Лея! – вскрикивает Колтон, округляя от удивления глаза.

Я широко улыбаюсь и машу ему рукой, подзывая к себе.

– Разве твой папа не сказал, что я заберу тебя?

Колтон качает головой, но его радость очевидна.

– Нет, но он, наверное, думает, что сказал. С папой такое часто случается.

Я улыбаюсь и кладу руку ему на плечо, пока мы ждем Люси.

– Теперь я буду забирать вас из школы каждый день. Твой отец нанял меня в качестве вашей няни.

– Здорово, – говорит он. – Мы сможем вместе играть в Fortnite. Ты когда-нибудь играла в нее?

Я усмехаюсь и киваю.

– Так совпало, что играла. У меня двое племянников твоего возраста, и их не оторвать от этой игры. Так вот, мне пришлось научиться в нее играть или оставаться скучной тетушкой. Ни за что на свете я не могла позволить им называть меня скучной!

– Хорошо придумано, – говорит Колтон, одаривая меня кривой ухмылкой. – Но сомневаюсь, что ты в ней хороша.

Я пожимаю плечами:

– Думаю, ты скоро узнаешь.

Увидев меня, Люси останавливается в дверях. Она выглядит такой же удивленной, как и Колтон.

– Лея? – сдержанно произносит она.

Я киваю.

– Привет, Люси. Как дела в школе?

Она замолкает и какое-то время просто смотрит на меня.

– Все хорошо.

Я киваю и веду их к машине. Люси не произносит ни слова, и я не могу понять, то ли она не рада меня видеть, то ли у нее просто был не самый хороший день в школе. Очень надеюсь, что она не ждала появления Тора, потому что могу только представить, какое тогда разочарование она испытала, увидев меня.

К счастью, Колтон не умолкает, когда мы садимся в машину, и всю дорогу до дома болтает, рассказывая, как провел день в школе.

– Девочки считают мой британский акцент клевым. Хотя люди здесь странные. Они называют брюки кальсонами. Разве они не знают, что кальсоны – это типа нижнее белье?

Услышав недоумение в его голосе, я заливаюсь смехом.

– Да, существует довольно много слов, которые имеют разное значение для британцев и американцев. Большинство из них, думаю, тебе знакомо благодаря твоим играм, но что-то может быть в новинку. Хочешь, я составлю для тебя список самых часто встречающихся слов, чтобы тебе было легче?

– Ага, – соглашается Колтон. – Было бы здорово. Спасибо, Лея.

Когда мы входим в дом, я почему-то нервничаю. Я работаю няней много лет, и хотя все семьи разные, сама работа в основном одна и та же. Но на этот раз все почему-то кажется другим. Я боюсь наделать ошибок, и, хотя мне не следует этого делать, я хочу понравиться этим детям.

– Ленора! – выкрикивает Колтон, здороваясь с экономкой. – Ты по мне скучала?

Я сдерживаю улыбку, наблюдая, как Колтон очаровывает женщину, которой, должно быть, за пятьдесят. Я не сомневаюсь, что он хочет выпросить каких-нибудь сладостей, но нам даны строгие инструкции не давать детям ничего вредного. Насколько я понимаю, Тору не нравится, что у него есть экономка, поэтому она работает всего несколько часов в день, чтобы приготовить еду для семьи и прибраться в доме, а затем возвращается, чтобы приготовить ужин. Полагаю, это соответствует его характеру. Он не похож на человека, которому нужен постоянно проживающий персонал.

– Идемте, – говорю детям. – Ленора приготовила вам вкусный обед. Давайте перекусим, прежде чем садиться за уроки.

Я осматриваю огромную кухню, оборудованную по последнему слову техники – большей частью которой, я уверена, Тор вообще не пользуется. Этот дом похож на уменьшенную копию дома дедушки Амары. Он современный и, безусловно, дорогой, но, мне кажется, совершенно не подходит Тору. Хотя, с другой стороны, я не так хорошо его знаю, как полагала.

– Блин, – возмущается Колтон, раздраженно вскидывая руки. Этот паренек – истинное наказание, но в самом лучшем смысле этого слова. – Ты ведь говорила, что мы поиграем в Fortnite.

Я киваю, погрозив ему пальцем.

– Говорила, но не сказала когда. Чем быстрее ты сделаешь домашнюю работу, тем больше времени у нас останется на игру.

– А-а-а-а! – восклицает он, зарываясь пальцами в свои волосы, а я изо всех сил стараюсь не улыбнуться. Интересно, он набрался этого от Тора?

Люси садится обедать без единой жалобы. Она вообще ведет себя довольно тихо, и у меня возникает ощущение, что завоевать ее расположение будет не так-то просто. Основная часть моей работы заключается в том, чтобы помочь ей освоиться в новых условиях, но я не смогу этого сделать, если она не будет мне доверять.

Вторая половина дня пролетает незаметно, и мне удается подготовиться к своим занятиям, пока дети выполняют домашнюю работу. Они послушные ребята, но оба кажутся одинокими. Им потребуется какое-то время, чтобы привыкнуть ко мне и чувствовать себя комфортно в моем присутствии.

Люси сидит на диване, когда Адриан возвращается домой.

– Привет, солнышко, – говорит он ей, улыбаясь и разводя руки в стороны. Она неохотно поднимается и обнимает отца, как будто нерешительно, но я замечаю счастливую улыбку у нее на лице. Она не улыбалась так весь день. Тор со своей дочерью представляют трогательную картину. Он так сильно ее любит, что мне трудно продолжать злиться на него. Я понимаю, почему он сделал то, что сделал два года назад, и на самом деле не держу на него зла. Но легче мне от этого не становится.

Колтон даже не отрывается от своей игры, когда отец ерошит ему волосы, и Тор задумчиво качает головой.

– Лея, следуй за мной, – велит он, и я напрягаюсь. – Я бы хотел услышать о твоем первом рабочем дне.

Я тут же начинаю нервничать. Мне непривычно, что разные аспекты моей жизни теперь так тесно переплетаются между собой. Он мой профессор и мой работодатель, но он также тот мужчина, который заставил меня забыть обо всем, кроме него, когда овладевал мною под звездным небом. Мне все труднее делать вид, что я ничего не помню, что не хочу его так же сильно, как тогда. Я изо всех сил стараюсь оставаться профессионалом, но каждый раз, когда он мне улыбается, я хочу сдаться.

Сердце едва не выпрыгивает из груди, когда он поднимается по лестнице, и я прикусываю губу, пока он направляется прямиком в комнату, которая, как я подразумеваю, является его спальней. Несмотря на то что мне разрешено заходить в любые комнаты в этом доме, я никогда не думала, что окажусь в его.

Я останавливаюсь в дверях и оглядываю комнату. Она совершенно отличается от остального ультрасовременного дома. Его спальня оформлена в оттенках темного дерева, она определенно предназначена для мужчины и выглядит довольно роскошно, но при этом в ней чувствуется особый характер, в отличие от остальной части дома. Мой взгляд падает на его кровать, и в голове проносятся образы нас двоих вместе.

Адриан кладет свой портфель на матрас и поворачивается ко мне, развязывая галстук.

– Как дети себя вели?

Я наблюдаю за тем, как он расстегивает свою рубашку, позволяя ей распахнуться. Проклятье. И почему он выглядит так же хорошо, как два года назад? Какое-то время я надеялась, что мои воспоминания о нем были немного приукрашены, но мимолетный взгляд на его пресс говорит об обратном.

Он вообще понимает, насколько это интимно? Он ведет себя так, будто я его жена и мы болтаем после долгого рабочего дня. Я хмурюсь и скрещиваю руки на груди, когда меня внезапно посещает одна мысль.

– А вы всех своих сотрудников вот так приводите в свою спальню?

На мгновение он замирает, затем снимает рубашку.

– Нет. Только тебя, Лея.

Я удивленно моргаю, мои щеки заливает румянец. Не знаю, куда смотреть, когда он стоит прямо передо мной с обнаженным торсом и в брюках. Неужели он не понимает, что со мной делает?

– Я… С ними все хорошо. Люси была немногословна, и я не знаю, что она думает обо мне как о своей няне. Кажется, она не сильно обрадовалась, увидев меня, и я не могу сказать, как у нее дела в школе, потому что она мне ничего не рассказывает. Я принесла ей книгу, которую обещала в прошлый раз, но, кроме вежливой благодарности, я не услышала от нее никаких других ответов.

Он кивает и проводит рукой по волосам, взъерошивая их. Это напоминает мне о том, как я хватала его за волосы, как он покрывал мою шею поцелуями. Я заставляю себя отвести взгляд. Два года, а воспоминания по-прежнему такие яркие. Я облегченно выдыхаю, когда он натягивает футболку. Меня бесит, что я все еще нахожу его очень привлекательным.

– До развода она была другой. Она была такой же жизнерадостной, как и Колтон. Честно говоря, из них двоих он был тихоней. Я переживаю за нее, но не знаю, что делать. Я надеялся, что ты ей понравишься и с няней она будет меньше скучать по матери.

Я качаю головой.

– Профессор, няня не может заменить мать.

– Не называй меня так, когда мы дома.

– Тогда как бы вы хотели, чтобы я вас называла?

– Адриан или Тор. Тебе решать.

Я опускаю глаза в пол и поджимаю губы. Мне нужны границы, если я хочу устоять перед ним. Несмотря на мое нежелание, каждый раз, когда я его вижу, он заставляет меня сомневаться в своих убеждениях.

– Я не могу. У нас, в фирме Аши, строгие правила относительно личных отношений на рабочем месте.

Он скрещивает руки на груди, привлекая внимание к своим бицепсам, и я заставляю себя посмотреть ему в глаза.

– Это мое условие, – произносит он сурово.

Я вздыхаю и заправляю прядь волос за ухо.

– Мистер Астор, – говорю я, стараясь оставаться профессиональной. – Я здесь не для того, чтобы общаться с вами. Я здесь в качестве няни ваших детей, потому что искренне верю, что могу что-то изменить в их жизни. Меня совершенно не тянет погружаться в воспоминания о нашем с вами прошлом, и я не хочу быть с вами чересчур фамильярной.

Он стискивает зубы и сердито смотрит на меня.

– Осмелюсь сказать, что ты знакома со мной на самом интимном уровне, Лея. Если уж ты могла обхватить рукой мой член и умолять о большем, то можешь называть меня по имени. Давай не будем делать вид, что этого не было.

Я изумленно открываю рот, на мгновение меня ослепляет вспышка гнева. Я расправляю плечи и достаю из кармана свой телефон.

– Что ж, хорошо, Адриан, – огрызаюсь я, протягивая ему свой телефон. – Если подумать, ты должен дать мне свой номер на всякий случай. Сейчас у меня в контактах есть только Шарлотта, но, думаю, будет уместно иметь и твой контакт тоже. Постарайся на этот раз записать правильный номер, ладно?

Он сердито вбивает цифры в мой телефон и на этот раз дожидается, когда зазвонит его мобильник, прежде чем дать отбой. Я сразу же выхватываю свой телефон у него из рук и выхожу из спальни, со злости хлопнув дверью.

Я обещала себе, что буду вести себя с ним профессионально, но как только речь зашла, пусть и отдаленно, о чем-то личном, как я тут же потеряла самообладание. Нужно больше стараться.