Добравшись в то утро до своей небольшой квартиры, Дима рухнул на диван прямо в одежде и забылся тяжелым тревожным сном. Ему не приснилась ни манящая за собой мертвая девушка, ни жуткие «братки», пришедшие по его душу. Собственно, он вообще не видел никаких сновидений. Уставший и измотанный стрессом разум был не в состоянии продолжать анализ и требовал немедленной передышки.
Проспав весь день, Дима с трудом разлепил веки и обнаружил, что за окном уже начинает темнеть. Первой его мыслью было все-таки позвонить в полицию, но, здраво поразмыслив, он отбросил эту опасную и рискованную затею. Связываться со стражами правопорядка было поздно. Если и стоило, то еще в супермаркете. А теперь у него нет никаких доказательств, чтобы подкрепить свои слова. Сообщать родственникам или друзьям о произошедшем парень тоже не решился. Они уж точно не смогут никак помочь в сложившихся обстоятельствах, и единственное, чего Дима добьется, – втянет в свои беды ни в чем не повинных людей. Что же тогда остается? Или выкинуть вчерашнюю ночь из головы и жить дальше, или прямо сейчас собрать свои вещи и уехать куда глаза глядят. Радикальный вариант парень решил пока оставить про запас. В этом случае у пассажиров «Тундры» явно возникнет масса вопросов и, чем черт не шутит, они вполне могут догадаться о причинах столь спешного отбытия сотрудника. Впрочем, догадаться они могут и без этого. Как грузчики ни старались замести следы, вряд ли таинственные гости поверят, что девушка свернула себе шею, когда ящик неудачно подпрыгнул на кочке. Все еще терзаемый беспокойными мыслями, парень умылся холодной водой и решил пройтись. Свежий воздух сейчас был необходим как никогда.
Дима брел вдоль пустынной набережной в полной тишине. Под ногами похрустывали опавшие листья, а над водой бесновался холодный ветер. Парень подошел к резному ограждению, оперся на шершавый камень перил и хмуро уставился на возвышающиеся за рекой многоэтажки. А что, интересно, решил Саныч? В сложившихся обстоятельствах он едва ли продолжит корчить из себя пофигиста. Нет, нужно что-то решать. Возможно, им стоило скрыться еще ночью, но теперь уже поздно. Парень решил дождаться следующей смены и обсудить это со старшим, а там уже как повезет. Усмехнувшись, он вдруг подумал, что, возможно, стоило вместо всего этого согласиться на годичную повинность.
Проветрившись, молодой человек двинулся обратно. По пути он опасливо приглядывался к случайным встречным, ожидая, что кто-нибудь из них, поравнявшись, внезапно выхватит из-за пазухи пистолет и оборвет тревожные мысли. Этого, конечно, не произошло, но, подойдя к своему подъезду, Дима буквально почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Робко обернувшись, парень пригляделся. Никого. Хотя нет. На парковке стоял незнакомый автомобиль. Стекла машины были наглухо затонированы, но Дима вдруг живо представил, как из салона неприметной иномарки за ним внимательно наблюдают, ожидая дальнейших действий. Парень пулей заскочил в квартиру и спешно закрыл дверь. Отдышавшись, он попытался успокоиться. Не факт, что это подосланная слежка. Может, просто какой-нибудь водила остановился в тихом дворике, чтобы отдохнуть. А даже если это «тундровцы», вовсе не факт, что слежка установлена из-за вчерашнего. Вероятно, машину к нему приставили еще в самом начале, чтобы убедиться в том, что Дима не натворит глупостей. Конечно, версия обнадеживающая, но в данных обстоятельствах парень не готов был на нее положиться, поэтому, отдышавшись, он выключил в квартире верхнее освещение и принялся упаковывать в рюкзак предметы первой необходимости. Вдобавок ко всему молодого человека тревожило, не доберутся ли бугаи до его родных. Впрочем, подумав, Дима решил, что это опять бушует его неуемная фантазия. Все-таки это не сицилийская мафия, и устраивать кровную вендетту сбежавшему чернорабочему у «братков» никакой причины нет. Окончательно распрощавшись с дурными мыслями, но все еще пребывая в состоянии глубокого стресса, парень занавесил шторы, заварил крепкий кофе и постарался расслабиться.
На очередную смену Дима шел как на эшафот. Он взвалил на спину набитый вещами рюкзак и твердо решил при первых же признаках опасности свалить прямо в ночь. Парень зашел в супермаркет, проследовал через торговый зал, миновал натирающую пол уборщицу и вошел на склад. Сидящий за столом с усталым видом Саныч при звуке приближающихся шагов потянулся рукой куда-то в сторону бедра, но, узнав Диму, немного успокоился.
– Здоров, боец, – облегченно выдохнул он.
– И тебе не хворать. Че у тебя там? – спросил парень, кивнув в сторону старшего.
Саныч огляделся и, убедившись в том, что они в помещении одни, достал из-за пояса ПМ[4]. Дима вопросительно посмотрел на коллегу.
– Вы полны сюрпризов, мистер Бэггинс! Настоящий, что ли?
– Откуда? Нет, конечно. Газовый. Лет десять назад купил по дешевке у знакомого.
– И толку от этой пукалки? – произнес Дима, с сомнением покосившись на оружие.
– А че, лучше с голой жопой гостей встречать?
– Да нет, ты прав. Надеюсь, что не понадобится, – сухо ответил парень.
– Сомневаюсь, Димон. Ох как сомневаюсь. По ходу, подозревают они что-то. За мной следили вчера весь день.
– За мной тоже, Саныч. За мной тоже. А ты уверен, что они наблюдение установили только сейчас? Может, пасут нас на регулярной основе? Типа, чтобы убедиться, что не болтаем лишнего и всякое такое.
– Не знаю, Димон, но мне все это не нравится. Мы с тобой влезли в какое-то очень дурно пахнущее дельце. Между прочим, не по моей вине. – Старший с укором посмотрел на парня.
– Да ты вроде и не особенно сопротивлялся, Саныч. Забыл, кто ящик вскрывал? – парировал Дима.
– Что есть, то есть.
– Надо решать что-то.
– И какие у тебя идеи?
– Валить, Саныч. Вот прямо сейчас. Я весь вчерашний день об этом думал. Других вариантов нет. Даже если они еще не подозревают ничего, то очень скоро начнут. И тогда у нас уже шансов не будет никаких. Из дома удрать не получится. Меня пасут на всем пути до магазина, да и тебя, скорее всего, тоже, а вот вокруг супермаркета чисто вроде. Грузовик с товаром должен приехать только через полтора часа, так что, если сейчас улизнем, у нас будет хоть какая-то фора. Дворами доберемся до трассы, там поймаем попутку и двинем за город. Ну а дальше выберем направление, и автостопом. Сможем затеряться. Отсидимся и продумаем, как быть.
– Рискованно, Дима. Ох как рискованно.
– А по-другому, Саныч, никак. Но, я вижу, ты тоже вещички собрал. – Дима кивнул на стоящую у тумбочки туго набитую спортивную сумку.
– А как же. Знаешь, Дима, ты, может, удивишься, но я согласен. Сам голову грел, но ничего лучше придумать не смог. Говорил же тебе, дураку, не лезь. Эх, да теперь уже что об этом… – Старший поднялся из-за стола, убирая «макаров» за пояс. – Гори оно все синим пламенем, погнали!
Саныч подошел к стоящей на полке коробке, вскрыл ее и достал несколько банок с завтраком туриста. Он порылся еще в нескольких ящиках и набрал еды, которой должно было хватить на несколько дней. Дима, поколебавшись, последовал примеру старшего и заполнил провизией свободное место в своем рюкзаке. Напарники еще раз оглядели складское помещение, взвалили на плечи тяжелые сумки и подошли к воротам разгрузочного шлюза. Старший отпер замок, и коллеги вместе подняли громыхающий роллет. Дима с решительным выражением на лице перевел взгляд на окутанный ночной темнотой двор, и сердце его на мгновение замерло, а затем рухнуло куда-то вниз: прямо перед мужчинами в тихом осеннем мраке стояла огромная черная «Тундра», безразлично озаряя асфальт габаритными огнями.
Двери автомобиля открылись, и из салона вышли хорошо знакомые рослые качки. Бугаи направились к воротам склада, и тут Саныч, первый пришедший в себя, бросил сумку с вещами на пол и кинулся к проходу в коридор торгового зала, закрытый металлическими секциями. Когда он наклонился и схватился за находящуюся у самого пола ручку, с той стороны послышались бряцанье ключей и звук запираемого замка. Старший изо всех сил потянул преграду вверх, но та не поддавалась.
– Дуня! Ах ты шаболда предательская! Открой, сука! – в отчаянии выкрикнул мужчина.
– Да пошел ты! – раздалось с той стороны.
Саныч со злобой ударил ворота кулаком, отчего те задребезжали, но с места не сдвинулись. Когда он обернулся, мордовороты уже забрались в шлюз и молча наблюдали за его жалкими потугами. Дима вдруг резко подался вперед, пытаясь проскользнуть между бугаев, но в тот же момент получил короткий и мощный удар затянутой в перчатку рукой в живот, отчего тут же согнулся пополам и повалился на бетон. Старший вдруг преисполнился праведной ярости и подскочил к одному из громил, выхватывая на ходу свое оружие. Он передернул затвор и направил дуло газового ПМа прямо тому в лицо.
– А ну сейчас же оба… – начал было Саныч.
В это мгновение он почувствовал, как в висок ему уперся холодный металл. Вот только не бутафорского, а совершенно точно настоящего пистолета. Могучий большой палец взвел курок. От характерного щелчка боевой пружины по телу старшего разлилась тягучая беспомощность, и он осекся. Воля к сопротивлению и боевой раж были сломлены в одну секунду. Стоящий перед ним здоровяк мягко, но уверенно вырвал газовую пукалку из дрожащей руки Саныча, не сводя с того безмолвных спокойных глаз.
Молчаливые «братки» вывели грузчиков на улицу и встали на небольшом отдалении, держа в руках по хромированному CZ[5]. Они не стали направлять оружие на трясущихся от страха напарников, но уверенные позы и холодные, оценивающие взгляды говорили о том, что при малейшем намеке на неподчинение громилы готовы выпустить весь магазин точно в цель, ни секунды не колеблясь.
Дима и Саныч стояли, потупив глаза и ожидая скорой расправы. Парень прижал руку к животу – внутренности все еще саднило. Со стороны «Тундры» показалось какое-то движение, но вместо оглашающих ночной пригород выстрелов послышался звук открываемой двери, и на землю опустилась пара дорогих лакированных мужских туфель. Незнакомец вышел из автомобиля, задумчиво поправил широкополую шляпу и осмотрелся. Он подтянул элегантный галстук и неспешной, вальяжной походкой направился к виновникам торжества. Остановившись в паре шагов от не помнящих себя от страха работников, он повернулся к своим телохранителям и легким жестом приказал им убрать оружие. Те мгновенно подчинились и зачехлили пистолеты.
– Господа. А вы, надо сказать, те еще непоседы, – словно кот, проурчал «шляпник». Мужчины подняли взгляд на странного собеседника и удивленно уставились на него. Из-под широкого головного убора выглядывала пара маленьких хитрых глаз. Рот трогала едва заметная ухмылка.
– Ты, мля, кто такой? – не выдержав, спросил Саныч.
– Виктор, однако, грубиян. Что ж, не страшно. Кто я? Да, собственно, никто. Маленькая безропотная пташка, которая выполняет приказы.
– Вы… вы же вроде главный? – проговорил Дима.
– Ха-ха-ха. Главный? Дмитрий, право, с чего вы это взяли? Я такой же простой служащий, как и вы. Вы делаете свою работу, я свою. Вот эти молодые люди тоже, – проворковал собеседник, показав на амбалов, молча стоящих в паре шагов. – Но, впрочем, есть между нами одна разница. Знаете, в чем основа иерархии? Подчинение. Субординация вот что держит систему на плаву. Топливо поступает в двигатель, заставляет двигаться поршни, энергия передается на шестерни, колеса и так далее. И механизм работает отлаженно и безупречно. Но если один элемент откажется подчиняться, решит, что он выше правил и установленных порядков… Что нас ждет? Хаос! Разброд и шатание.
– Засунул бы ты себе свои нравоучения в …! – взорвался Саныч. «Шляпник» мгновенно отвесил ему гулкую пощечину. Дима хотел было вмешаться, но один из мордоворотов резко переместил руку за пазуху, тем самым прервав неожиданный порыв парня.
– Я вам, Виктор, крайне советую выбирать выражения. Ситуация складывается не в вашу пользу, – уже без былой доброжелательности проговорил незнакомец.
– Послушайте… Простите, не знаю, как вас зовут. Мы ничего не делали. Не знаю, что вам от нас нужно, но мы выполняли все, что было велено. Чего вы от нас хотите? – включил дурачка Дима.
– Дмитрий, неужели вы держите нас за полных идиотов? Это, знаете ли, обидно. Вы с коллегой лишили моего босса того, что принадлежало ему по праву. Если уж начистоту, вы ведь прекрасно знали о том, что, что бы ни было в том контейнере, вас это не касалось. Вы выполняли свою работу и брали за нее наши деньги. Это всех устраивало. Но затем вы с коллегой стали тем самым элементом системы, который из-за своего невежества нарушил шаткий баланс. Вас неоднократно предупреждали, и вы, думаю, осознавали неизбежность последствий, которые повлечет ваше неуемное любопытство.
– И… и вы что, нас за это теперь убьете? – со слезами на глазах пролепетал парень.
– Убью? Нет. Конечно нет. Я не имею ни желания, ни права для подобных действий. Я не собираюсь вас убивать, а если вас напугал грозный вид моих спутников, то спешу вас уверить – они тут исключительно для обеспечения порядка и безопасности. Я уполномочен лишь организовать встречу.
– С кем?
– С тем, кого вы назвали «главным», конечно. Лично я не лишен милосердия и с превеликим удовольствием дал бы вам шанс исправиться, но увы, как уже сказал, я всего лишь маленький винтик. Впрочем, не стоит отчаиваться. Думаю, если вы постараетесь, то вполне сможете исправить свою ошибку и загладить вину.
– Так значит, вы нас отпустите? – с надеждой проговорил Дима.
– Обязательно, но чуть позже. Сначала вам предстоит отправиться на ковер к боссу.
С этими словами «шляпник» достал из кармана пару крохотных шприцов и приблизился к собеседникам. Громилы, как по команде, подступили к сопротивляющимся и заломили руки. Незнакомец, не обращая внимания на трепыхания испуганных мужчин, ввел каждому содержимое шприцев и двинулся обратно к «Тундре». Его телохранители подхватили обмякших грузчиков, затолкали их в багажник и закрыли крышку кузова. Последнее, что запомнил Дима перед тем, как отключиться, это легкий джаз, раздающийся из динамиков в салоне, и убаюкивающий голос посланника, который проговорил:
– Что ж, отправляемся в путь, друзья.