Перелет в компании смертоносных охотников прошел на удивление спокойно. В аэропорту «Париж-Орли» нас с Сильви встретили Луиза и Лорент Ле Гро. Луиза, как старшая сестра, явно заставила Криса остаться дома. Ванда решила, что показываться Луизе и остальным эмпам еще не время, и словно растворившись в тенях, охотники исчезли из зоны прилета.

– С прибытием, красавицы, – заулыбался нам Лорент.

Сильви при виде француза оттаяла, расплылась в ответной улыбке.

– Ma chérie, – бархатисто произнес Ле Гро, проворно подхватывая руку Сильви и поднося тыльную сторону к губам. Луиза, окруженная облаком ванильно-табачного парфюма, склонила голову набок и недовольно цокнула языком. Одного этого звука было достаточно, чтобы Лорент тут же сбросил игривый вид и встал рядом с Луизой.

– Отлично выглядишь, – прокомментировала я очередные перемены в облике эмпы. Луиза вернула волосам цвет белого золота, на груди поблескивал новый медальон в виде стеклянной капли размером с большой палец. Сосуд был целиком заполнен кровью.

– Как успехи? Могла бы и ответить хотя бы на одно сообщение. Пальцы же у тебя целы, – пожурила меня Луиза и кивком указала на мои руки, сжимающие сумку, в которой лежали части меча. Тати пришлось переложить в чемодан Сильви. Если бы не сила убеждения француженки, декларация наших реликвий вызывала бы уйму подозрений.

– Есть новости, но вот с дальнейшим планом пока проблема, – слабо улыбнулась я. Лорент мне подмигнул. Хоть что-то в этом мире не меняется. Луиза расправила невидимые складки на лацкане пиджака винного цвета.

– С планами разберемся, пока надо вернуться домой, – решительно объявила она. В ее присутствии я ощутила поразительное спокойствие. Точно Луиза остановила шторм волнений и переживаний, что нахлынули на меня после событий в убежище лилимов. В душе я ликовала даже столь темным чувствам, радуясь расцвету ощущений после длительной засухи. Тревога казалась экзотическим цветком, распустившимся на безжизненной ветке.

– Тогда домой, – усмехнулась я.

В квартире витал знакомый аромат жасмина, натертые полы сверкали в предзакатных лучах догорающего солнца. Легкий тюль на окнах зала, которые были видны через арку в коридоре, чуть подрагивал от парижского ветра. Дом. Но чужой Париж никак не сочетался с этим бесценным словом. Иллюзия родного места создавало окружение.

– Отдохнешь пока? – любезно поинтересовалась Луиза, не сводя ледяного взгляда с Лорента. Эмпа ловко перетаскивал мой багаж. Сильви дожидалась Ле Гро в машине. В отличие от меня, она действительно скоро окажется дома. Москва мне чудилась далекой и манящей, но когда я вернусь в любимый город, моя жизнь все равно не станет прежней.

– Ты заснула? – с нескрываемым сарказмом спросила Луиза. Не настолько уж она и поменялась. Я тряхнула волосами.

– Иду-иду.

Эмпа кивнула.

– Выпьем потом на кухне или в зале, обсудим твои подвиги.

Ответив Луизе одной улыбкой, я удалилась в свою спальню и притворила за собой дверь. Мне требовался душ. Хотелось переодеться в чистую и новую одежду. Жажда крови тоже давала о себе знать сосущей пустотой в желудке. Все на что мне хватило сил, это упасть на мягкую кровать. Остальное подождет.

Провалявшись минут двадцать пять, я встала чтобы умыться, принять душ и надеть что-то подходящее для разговора с Луизой. Впрочем, это могла оказаться любая чистая одежда, которая нашлась бы у меня в чемодане.

За окном густели сумерки. Я открыла окно, чтобы впустить дымный парижский воздух в свою комнату. В полутьме мне казалось, что очертания мебели становятся мягче, точно вуаль обволакивает острые углы. Выбрав простое платье черного цвета, я с неудовольствием посмотрелась в зеркало. Влажные волосы струились по спине. Бледное лицо я тронула одним из тональных кремов, что оставила для меня Луиза. Невесомый поцелуй солнца, именно так ощущался на коже крем за двести евро. В таком образе я и пришла на кухню.

– Луиза! – крикнула я, и тотчас в коридоре раздался стук каблучков эмпы, острых шпилек, ударяющих по паркету. Безжалостно, не щадя антикварного дерева.

– Как там Лорент? – поинтересовалась я, когда Луиза вошла в кухню. Выглядела она потрясающе. Сливовый приталенный костюм подчеркивал стройную фигуру, волосы она убрала в тугой пучок, и ее лицо казалось высеченным из мрамора аккуратной рукой скульптора. К манере Луизы переодеваться каждые два часа я давно привыкла. Мне такой никогда не стать. Да и надо ли?

Луиза фыркнула и подошла к холодильнику. Неземной флер в ту же секунду разрушился. Достав две упаковки с донорской кровью и шлепнув их на стол, она прохладным тоном проговорила:

– Ле Гро так и не вернулся. Уж не знаю, чем он там занимается с этой француженкой.

Я притворно ахнула.

– Неужели ревнуешь? Как же ты его общение с Джульеттой пережила?

Неожиданно мне стало весело. Эмпа повернула ко мне сердитое лицо, громко хлопнула дверью холодильника.

– Вообще-то Джульетта подружка Илиана, кстати насчет него есть новости и весьма удручающие. Пока ты моталась по миру, мы с Ле Гро провели поиски, пытались найти следы Фавия. В скором времени, по крайней мере так говорят наши источники, намечается некое торжество среди правящих эмп, старейшин, как ни назови. Сливки бессмертного общества. Мы думаем, что Фавий может находиться где-то рядом с ними. Другие пути мы уже проверили: Фавия нигде нет, его никто не видел, и если верить твоей записочке, то там, где наши аристократы, должен быть и Фавий.

– И причем тут Илиан? – поинтересовалась я.

– Ну как причем? Ты же видела новости, да? В Париже творятся бесчинства, и угадай, кем они устроены? Новенькими эмпами, которые скоро после обращения умирают мучениях… Пир во время чумы. Такое уже как-то случалось. Илиан не выходит с нами на связь, его радикальные высказывания приходилось слышать и прежде. Поэтому не трудно догадаться, что он будет с теми, кто одобряет происходящее. Я почти уверена, что наши вечные аристократы все это и устроили, а Илиан воспользовался моментом, чтобы выйти из тени Фавия. Я не знаю насколько он причастен к его исчезновению, но смею полагать, что если мы найдем Илиана, то узнаем и где Фавий.

Я села за стол, Луиза достала два фужера с полки и поставила один из них передо мной. С бокалом в руках она села напротив.

– И как узнать, куда стекаются сливки бессмертного общества? – с некой издевкой в голосе осведомилась я. Луиза вскрыла один из пакетов с надписью «IIIAB» и наполнила мой фужер. Приятный аромат крови защекотал ноздри.

– Об этом можно не беспокоиться. Эти ископаемые большие любители театральных представлений. Если они и решили действовать в открытую, то к чему им скрывать место сбора? Они скорее закатят вечеринку, куда пригласят всех действующих лиц. Думаешь нас с тобой, как созданий Фавия забудут позвать на его казнь?..

Дрожь прокатилась вдоль позвоночника, грохот собственного сердца оглушил. Казнь? Догадка разлилась жгучей лавой в груди.

– Ты заранее знала обо всем? Не так ли?

Луиза помолчала с минуту, пока заполняла свой бокал доверху кровью четвертой группы.

– Я увидела расклад, как только прочитала записку от Фавия. Все разыграно как по нотам. Твои поиски раздробленного Меча Судьбы лишь отсрочка. Ты придешь, как они и того и ожидают, чтобы исполнить глупое пророчество, сказку. Они искренне верят, что «дитя дня и ночи» выведет их из тени. Смерть Фавия положит начало новой эре. Илиан займет место Ольги и поведет за собой зажравшихся эмп, которым мало тех благ, которыми они уже обладают.

Слова Луизы доносились до меня, словно через толстую вату.

– Откуда ты знаешь про меч? А? – только и смогла я спросить. Эмпа вздохнула.

– Поверь, слухи распространяются быстро, как зараженные крысы. Особенно, когда странная новообращенная вторгается в чужие земли, окруженная шлейфом смертей и пожаров. Ты словно из крови и огня. По крайней мере, так о тебе говорят некоторые.

Ошеломленная, я застыла. Тиканье часов, что висели над кухонной вытяжкой, показалось нестерпимо громким. В прихожей хлопнула дверь. Лорент вторгся в кухню, и его мягкий голос стянул с меня колючее одеяло тишины.

– Мадмуазель Сильви дома. Я что-то пропустил?

Горько рассмеявшись, я ответила:

– Ничего не пропустил, ведь ты был в курсе всех событий с самого начала.

Улыбка Лорента потускнела, подобно перегоревшей лампочке.

– Ma chérie… – открыл было рот эмпа. Луиза резко его оборвала:

– Молчи. Только хуже сделаешь.

Тут с Луизой я была солидарна. Хотя, куда уж хуже.