Поражение.

Нейт уехал. Я попыталась воспользоваться советом Тайлера и разобраться со своими чувствами, но, кроме колючего разочарования, ничего не испытывала. Меня трясло. Слезы безвольно катились по щекам. Даже пришлось уйти в лабиринт, чтобы не показывать никому своих эмоций.

Мне не нужны были разговоры. Бесполезные слова поддержки. Усталые похлопывания по плечу. Ничего. Лишь остаться в одиночестве и понять, что делать дальше.

Болфорд трубил о назначении миссис Стюарт на должность президента. Энни – продамся за десять центов – растрепала всем, что Нейт уходит. Стены трещали от слухов, предположений и перешептываний. Градус волнения рос, и только общее собрание могло расставить все точки над i. Я была уверена, что Нейт вернется и объяснит происходящее, хотя бы размыто. Потому что именно этому учили в Болфорде: не отмалчиваться, но и не швырять правду. Короткое пояснение утолит аппетит. Остальное додумают, но в конечном счете вывернут с наилучшей пользой для себя.

Припорошенные снегом дорожки скрипели под ботинками. Я обнаружила лавочку и села. Пальцы продрогли от холода, по открытой шее хлестал ветер. Но это мой выбор.

И я правда пыталась держаться. Ухватиться за что-нибудь, что не утащит на дно сожаления и горя. Однако минутная слабость – не просто фигура речи. Поэтому ровно на одну минуту я вновь развалилась. Не кричала. Не рыдала навзрыд. Просто плакала в гордом одиночестве, выпуская боль от происходящего наружу.

– Кэтрин. – Нежный голос Эшли раздался из другого прохода. Я подняла голову и увидела бывшую подругу, укутанную с головы до ног.

– Что? – Мой голос дрогнул. Глаза Эшли ошарашенно округлились. Она никогда не видела меня такой. Даже когда Шарлотта вымещала на мне злость. Даже когда меня лишали абсолютно всего. Только Тайлер видел мои слезы.

– Виктор хочет, чтобы акции компании ERMAAS можно было купить за его монету.

Меня словно окатили ледяной водой. Я глупо моргала, не в силах что-либо ответить. Возможность покупки акций за криптовалюту – огромный шаг и прогресс. Что-то приближенное к осязаемому. И гарантия вписать себя в историю. Раздутое эго Виктора именно этого и жаждало. Чтобы его не приписывали к «Золотой пятерке». Он хочет быть над ней.

– Откуда ты узнала?

Эшли залилась румянцем и отвела взгляд. Неуместное молчание выводило из себя.

– Я подслушала разговор Эреса с отцом. И на зимнем балу твоя… Шарлотта дала понять, что грядут большие перемены.

– Когда ты подслушала? – прорычала я, поднимаясь с лавки.

– Только что, – ответила Эшли. – Он сказал отцу, что Виктор приезжал сообщить тебе новость.

Шестеренки в голове со скрипом прокрутились. Брак по расчету – не самое грязное происшествие в наших кругах. Именно так поженились и мои родители, и родители Эшли. Но, по крайней мере, Шарлотте и Харпер предоставили минимальный выбор. Они знали, за кого выходят замуж. Им не подсовывали Эреса в мешке, угрожая посадить за решетку близких людей.

Я стряхнула с ботинок снег и устремилась в сторону корпуса. Эшли не пошла следом, предпочитая вернуться по своему проходу. Неудивительно, что она так хорошо здесь ориентировалась. Даю сотню, что скрывалась от Колин и ее нудной болтовни. К слову о последней: следовало извиниться.

В комнате собрались все: Тайлер, Энтони, Лили и, внезапно, Кристофер.

– А ты здесь что делаешь? Зашел за извинениями?

– Ты все равно этого не сделаешь, птенчик, – ухмыльнулся он. И я мысленно поблагодарила его за привычную надоедливость. Если бы и Крис смотрел на меня с жалостью, я бы не выдержала.

– Вот почему ты не должен быть здесь. Ты меня не знаешь. И да, прошу прощения, что опорочила твою честь и достоинство. Можешь засудить.

– Без меня желающих достаточно. Но твои извинения приняты, птенчик.

Он отбросил со лба челку, напоследок улыбнулся и наконец-то свалил. Лили ушла следом.

Я понимала, что Тайлер и Энтони захотят услышать все с самого начала. С момента моего разговора с Эресом. Пришлось собраться с мыслями и выложить им каждую деталь. Каждое произнесенное слово. И постараться не вмешивать субъективное, хотя местами и объективное мнение, упоминая участников разговора. Тайлер не стал контролировать эмоции. Он шумно поднялся с кровати и со всей силы ударил о стену, разбивая до крови костяшки пальцев. И вот тогда я осознала, что мое положение – самое настоящее дерьмо. Энтони обхватил руками голову и тихо выплевывал ругательства.

– И что дальше? – спросил Тайлер.

– Заставлю всю семью Шейни пожалеть об этом решении. Если они считают, что смогут сделать меня покладистой куклой, улыбающейся и машущей на камеру, то они никогда еще так не ошибались. А раз мы будем в браке, то я влезу в дела их компании и разрушу всё до основания. Надеюсь, к тому моменту разблокируют мой трастовый фонд. Как только я разберусь с Шейни, то уроню на самое дно монету отца.

Еще один незаданный вопрос повис в воздухе. Парни смотрели на меня в упор в ожидании ответа.

– Он уехал, ничего мне не сказав. Сейчас я могу рассчитывать только на себя.

Этот ответ их не устроил, но другого у меня не было.

– Я иду на ужин, – сказала я и уверенной походкой направилась на выход. Со стороны могло показаться, что я прожила ситуацию и готова дать бой. На деле осколки моего сердца раскрошились до пыли и кровоточили, как никогда.

* * *

Я не смогла сомкнуть глаз. Всю ночь ворочалась в поисках тепла. Едва не отправилась в комнату Тайлера. Едва не написала Нейту. Яркий свет телефона ослеплял. Открытый чат с мигающей синей палочкой в строке сообщений действовал на нервы. Вернее, я действовала себе на нервы слабостью. Тайлер на моем месте бы спросил, лишь бы отпустить ситуацию. Однако я не была настолько смелой.

Босые ступни коснулись холодного пола. Стало невыносимо лежать в кровати и бездействовать. Рассвет медленно прорезал темное небо. Я провела ладонями по лицу и шумно выдохнула. Страх плескался в груди, покалывал в кончиках пальцев. Готова была дать сотню, что Виктор попытается сегодня меня забрать. Больше некуда бежать. Надо было раньше наплевать на условия договора и сваливать на другой конец света. Тогда бы Нейт не пострадал.

Тело отреагировало на его имя дрожью. Я подтянула ноги, обхватила колени и медленно покачивалась. Волосы разметались по плечам и щекотали кожу. Боковым зрением я заметила движение слева от себя. Сонная Лили медленно поднялась с кровати. Она потерла заспанные глаза и уставилась на меня.

– Я могу послушать.

– Спи, Лили. Еще рано.

– Можно я сдвину кровать к тебе?

Я неожиданно для самой себя коротко кивнула. Лили в одиночку приставила свою кровать к моей, а после накрыла нас одним одеялом.

– Я знаю, что, если бы не общая команата, мы бы не общались, но очень рада, что познакомилась с тобой.

– Ты ошибаешься, Лили. И ты лучше, чем можешь себе представить.

* * *

Разочарование на вкус было как горький кофе. Точно такой же, как я сейчас пила. Но если день изначально планировался дерьмовый, то смысл пытаться его улучшить?

Виктор сдержал слово и сообщил, что лично приедет за нами около двух часов.

Я предполагала, что в Бостоне нас сразу потащат заполнять документы. Такого рода сделка – сумасшедшая возможность. Криптовалюта для многих считалась обычной финансовой пирамидой или воздухом, обернутым в симпатичную упаковку. Но никто не верил, что она может так прочно укрепиться в нашей жизни. Несложно было догадаться об остальных планах отца: после контракта с ERMAAS Виктор пойдет заключать сделки с другими компаниями. Внедрять свою монету в сферу питания или развлечения, что повлечет за собой колоссальный рост и внимание. После попробует превратить воздух в металл. Ведь сложно не верить в то, что так симпатично лежит в руке. Умники клюнут первыми, дураки повременят.

ERMAAS – тот самый трамплин, прыгнув на который он достигнет желаемых высот. И плевать, что одна из опор этого трамплина – я.

Занятия прошли мимо меня. Не было смысла тратить время на бесполезную болтовню: я и так потратила на нее несколько месяцев. Тайлер придерживался того же мнения. Мы сидели у него в комнате. Он прокручивал в руках зажигалку. Тишина была комфортной, но в реалиях, в которые нас окунула жизнь, отчасти гнетущей. Черная сумка лежала между нами. Вся наша жизнь хранилась под змейкой молнии.

Я была уверена, что отец отправит за мной Пола, а вот за Эресом проследует сам. Виктор Фокс умел лизать зад в нужных ситуациях. К счастью, я не переняла от него этот талант.

Свои вещи я оставила Лили. Поэтому к двум часам мне оставалось только сменить одежду и ждать. План разрушения фирмы Шейни следовало составить грамотно. Холодная расчетливость, точные и продуманные решения, цель. Конечная точка, до которой я должна дойти. Никакого права на ошибку.

– Ты не писала Нейту?

– Нет.

– Почему?

Я шумно сглотнула, сдерживая рыдания. Тайлер одним вопросом точно ударил прямо в сердце. Предательница-слеза скатилась по щеке.

– Потому что мне нечего спрашивать.

Вторая предательница-слеза скатилась следом по другой щеке. А за ней и третья. И четвертая. Тайлер пересел ко мне и обнял, позволяя спрятать слабость в мягкой жилетке. Я собиралась выплакать всю любовь к Нейту. Оставить ее здесь, в этой комнате, в колледже. А выйдя наружу, стать прежней. Не падкой на сладкие слова и поцелуи. На объятия, смех и секс. Отъезд Нейта ощущался куда больнее, чем предательство Эшли.

Стук в комнату заставил вздрогнуть. Я ринулась в ванную, поспешно смывая последствия поступка Нейта. Никто не должен догадаться, насколько сильно это меня сломило.

У Пола под глазами залегли тени. Отец даже не замечал, что его лучший сотрудник работает на износ.

– Кэтрин, – тихо сказал он. – Нам пора.

Я не обняла Тайлера, потому что не собиралась прощаться. Временные обстоятельства никак не смогут повлиять на нашу дружбу. И даже если Эрес попробует запереть меня в подвале, я зубами прогрызу себе выход. Пару дней слабости, и Кэтрин Фокс снова в строю.

Длинный коридор отделял не только учебную часть от общежития, но и меня от отца. Я улыбнулась. Гордо подняла подбородок и уверенно двинулась к нему навстречу. Он отвлекся от телефона и взглянул на меня. Чертова складка легла меж бровей. Виктор все сильнее хмурился и недоумевал, какого хрена я выгляжу такой довольной.

– Уезжаем, – бросил Виктор Полу.

– Где же мой будущий супруг? Бреет пах перед брачной ночью?

– Закрой рот и иди в машину.

Виктор закатил глаза, но венка все же вздулась на его шее. Выбешивать его – мой принцип. Пол не успел открыть мне дверь, как кто-то снаружи опередил его. Я готова была проглотить язык.

В Болфорд ворвался Нейт с каким-то парнем. Тяжелый взгляд был направлен на Виктора. В руках – папка с логотипом ERMAAS.

Я была на грани потери сознания.