Доверие.

Нейт сумел пробить мою броню. Снимая слой за слоем, он пробирался в самые потаенные уголки души и сердца и чинил все то, что казалось безнадежно сломанным. Я училась заново доверять. Безвозмездно принимать и искренне отдавать. Целоваться без повода, часами обниматься и разговаривать. И с нетерпением ждать новый день, чтобы получить очередную порцию эмоций.

Мне всегда была чужда сентиментальность. Я не привыкла открыто выражать чувство, если оно начиналось на букву «л». И все причины корнями уходили в детство. В мой день рождения. И день смерти брата.

Я просыпалась рано утром и первым делом проверяла комнату на предмет подарков, шариков, торта. Но, кроме идеального, практически стерильного порядка, ничего не находила. После бежала вниз, надеясь обнаружить толпу в цветастых колпаках, с дудками и плакатами. Но на первом этаже разгуливал лишь персонал, а с радостным возгласом появлялась только Поппи. Она же готовила мне печенье и пыталась развлечь. Шарлотта и Виктор приезжали на следующий день. Сухой кивок от отца и был поздравлением.

Долгое время я была обиженным ребенком. Тем самым, что демонстративно отсаживался, надувал губы и страдал, в то время как все остальные продолжали радоваться и жить. И только Тайлер показал мне эту ситуацию с другой стороны. Родителям в любом случае плевать. А моя обида, взращенная слезами и горем, мешала только мне.

Двадцатый день рождения я планировала провести тихо. С небольшим ужином, несколькими бокалами вина и сексом с Нейтом. Тем более это наш последний день в доме Агаты. Завтра мы вернемся в Болфорд, где у меня накопилось много проблем. Но чего я точно не ожидала, так это обилия шариков и глубокого голоса Мэрилин Монро, льющегося из динамиков.

Сонная, я спускалась с лестницы. Ступни коснулись чего-то мягкого. Розы. Лепестки ковровой дорожкой вели куда-то на кухню. Волнение разлилось в груди. Даже ладошки вспотели от предвкушения. Я не хотела спешить, но вместо этого вбежала в комнату, едва не уронив одну из тысячи ваз.

– С днем рождения тебя!

Сердце так быстро забилось о ребра, что я испугалась, как бы они не сломались. Энтони кинулся первый, сгребая меня в медвежьих объятиях. Предательские глаза заслезились. Ком подступил к горлу, и я едва не зарыдала, заметив дурацкие колпаки и хлопушку в руках Тайлера. Конфетти вырвалось на свободу. Разноцветные бумажки разлетелись в разные стороны, сверкая и совершая пируэты. Энтони выпустил меня из объятий, и теперь настал черед Тайлера. Уголки его губ приподнялись. Мы оба понимали, что не можем больше поздравлять друг друга в привычной манере. Тем не менее он обвил руками мою талию и скромно поцеловал в щечку.

– Ты все знаешь. – Его дыхание опалило мочку уха.

Я кивнула. Глупая детская улыбка играла на губах. Но при виде счастливой Агаты она стала еще шире.

– С днем рождения, лиса!

– Спасибо! – Мой голос стал выше на несколько октав. Я действительно не знала, как правильно реагировать на поздравления. Из-за волнения руки чуть тряслись, а дыхание сбилось. Я цеплялась за Агату, боясь, что не устою на ватных ногах.

Когда настала очередь Нейта, я была на грани обморока. Столько эмоций нахлынуло разом. Осколки моего сердца не понимали, как такое возможно. Может, это сон? Детская забытая фантазия? Кто-нибудь может меня ущипнуть?

Нейт не стал церемониться: наклонился и оставил легкий поцелуй. Сотни бабочек в животе встрепенулись, расправляя крылья.

– Когда вы успели? – пискнула я, мысленно отвешивая себе пощечину. Господи, где мое самообладание?

– Пока ты спала, – мягко улыбнулся Нейт, проведя пальцем по щеке. – Закрой глаза.

Я едва не подпрыгнула на месте. Заметка на будущее: запретить праздновать мой день рождения. Иначе к вечеру я превращусь в лужицу и буду безостановочно всех благодарить.

Терпением я точно не отличалась. Нейт усмехнулся, заметив, как я пытаюсь приоткрыть один глаз. Он шикнул и развернул меня спиной к себе. Что-то прохладное легло на ключицы, вызывая армию мурашек. Пальцы потянулись к цепочке. Скользнули по звеньям, добираясь до кулона. Ключ. Аккуратное украшение из белого золота идеально смотрелось на шее. Драгоценные камни красиво переливались на свету.

– С днем рождения, хаос.

Благодарность застряла в горле. Я не могла сказать ни единого слова. Лишь открывала и закрывала рот, чувствуя, как чистый восторг переполняет меня.

Тайлер с Энтони держали в руках огромные букеты роз. От их аромата кружилась голова. Агата же несла торт со свечами. Черт, к утру дом точно будет затоплен моими слезами.

– Загадывай желание, Кэтрин, – пропел Энтони, танцуя с букетом.

Я громко выдохнула, умоляя сердце сбавить ритм. Не хотелось бы получить инфаркт в собственный день рождения. Свечи подрагивали от моего сбившегося дыхания. Ладошки вспотели и одновременно зудели. Мне хотелось спрятаться от внимания, а ведь всю жизнь я так отчаянно пыталась быть в центре событий. Мысли разом вылетели из головы, оставляя лишь одно крохотное, но сильное желание. Я закрыла глаза, набрала полную грудь воздуха и задула свечи, все до единой. Со всех сторон послышались крики и овации. Руки Нейта скользнули по талии, прижимая к своей груди. Поцелуи обрушились на мою шею.

– Это еще не все, – прошептал он и повел меня к дивану. Ослепленная радостью, я не сразу заметила десятки коробок, обернутых в подарочную упаковку и украшенных бантами.

– Ущипни меня, – попросила я, но Нейт в ответ усмехнулся и развернул меня к себе.

– Это меньшее, что я могу сделать для тебя, хаос. Ты заслуживаешь гораздо большего.

Это лучший день рождения в жизни.

* * *

Мне запретили буквально все. Тайлер и Энтони вызвались готовить ужин. С учетом того, что они подсматривали рецепты в «Ютьюбе», я была уверена, что нам придется прибегнуть к доставке. Эти двое то и дело спорили, никак не сходясь в количестве блюд. Энтони, видимо, собрался накормить весь Бостон, в то время как Тайлер настаивал только на мясе и закусках. Агата с Нейтом выбрались в город, тщательно скрывая причину своего отъезда. Мне осталось только валяться на диване и лениво листать ленту соцсетей. В директ прилетело поздравление от Эреса. Оно пестрило смайликами с сердечком и поцелуями. Я едва не заблокировала его, но все же сухо поблагодарила. Еще одно поздравление пришло с неизвестного номера. Поначалу я напряглась, но, прочитав текст, догадалась, что оно от Эшли. Только она так сложно выражает свои мысли и чувства. Несколько забавных картинок и видео прислала Лили. Больше ни от кого я поздравлений не ждала. Пока на дисплее не высветился номер Виктора Фокса.

Радость уже была готова улетучиться, но я схватила ее за хвост и сбросила звонок. Он не имеет права портить сегодняшний день. И не только сегодняшний. С этого года Шарлотта и Виктор будут вычеркнуты из моей жизни. Как только я разрушу все его планы и выполню условия договора, сделаю все возможное, чтобы они больше не пытались вовлечь меня в свое сумасшествие. Пусть варятся вдвоем в своем дерьме. И ползут до стакана воды в старости. Кэтрин Фокс смело можно считать сиротой.

Я сбросила звонок. Но Виктор Фокс, как и Эрес, не понимал и не принимал отказов. Он звонил и звонил, расшатывая мои нервы и вынуждая превратиться в Халка. Я заблокировала его номер. Но звонки посыпались с другого номера. Бросив быстрый взгляд на парней, я юркнула на улицу в пижамных штанах и легкой кофте.

– Удивительно, как ты, будучи таким глупым, заработал целое состояние, – прорычала я, сильно сжимая телефон.

– Где ты? – рявкнул он, игнорируя мое замечание.

– Это не имеет значения.

– Я велел тебе пригласить Эреса Шейни на ужин. Какого хрена ты шляешься не пойми где?

– Какого хрена ты решил, что можешь мне указывать? – тем же властным тоном ответила я. Виктор может идти в задницу, прихватив с собой Шейни. Всех членов этой семьи.

– Я надеялся, что у тебя чуть больше мозгов. Но своей глупостью ты только доказываешь, как сильно природа ошиблась. Не играй с огнем, Кэтрин. Ты не представляешь, какими могут быть последствия.

– Интересно, копы прослушивают этот звонок и фиксируют твои угрозы в мой адрес?

– Кто сказал, что я тебе угрожаю? Прекрати считать себя центром вселенной. Люди вокруг тебя совершают огромные ошибки, которые могут стоить им свободы. – Все тело напряглось. Я взглянула на дорогу, по которой ехала машина Нейта. Тело забилось крупной дрожью, из-за чего телефон едва не выпал из рук. – О, так теперь ты заинтересована в сотрудничестве?

– Ты понятия не имеешь, что значит это слово, – выплюнула я, наблюдая, как паркуется Нейт. Он окинул меня вопросительным взглядом, безмолвно спрашивая, с кем я разговариваю. – А еще ты блефуешь.

Виктор гаденько рассмеялся, наслаждаясь своим положением. «Крыса» из Болфорда что-то нашептала отцу. Я убью эту суку.

– Все в твоих руках, Кэтрин. Ты знаешь, что нужно делать. Скоро увидимся. – Он сбросил звонок. Я едва не швырнула телефон в сугроб. Виктор Фокс прямым текстом велел мне лечь под Шейни. Ублюдок.

Пелена ярости застилала глаза. Пульс грохотал в ушах, заглушая вопросы Нейта. Я закусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая эмоции. За несколько минут Виктор омрачил все то светлое, что подарили мне близкие люди. Он с легкостью растоптал грязными ботинками всю радость. И сделал это намеренно сегодня. Ведь о дне скорби они с Шарлоттой помнили. В отличие от дня моего рождения.

Нейт стоял напротив, предоставив мне личное пространство. Я знала, что он не будет настаивать, но и не хотела отмалчиваться. Моя жертва не утолит аппетиты Виктора. И спустив ему с рук одну выходку, я открою двери для других. Он не остановится. Сделает из меня подстилку для каждого партнера, в чьем сотрудничестве заинтересован. А рычагов давления у него стало на один больше.

Я коротко пересказала Нейту наш разговор. Безусловно, все это были только предположения. Возможно, Нейту ничего и не грозило и Виктор говорил о Тайлере. Тем не менее это ничего не меняло. Я знала, что ворвусь с ноги в комнату Эреса и вытрясу правду. Иначе мне нечем будет парировать. Вооружен тот, кто обеспечен информацией. Поэтому мы до сих пор не предприняли ни единой попытки посадить в тюрьму Джеффа Гилла, а лишь скрупулезно искали зацепки.

У Нейта дернулся кадык. Он сжал кулаки, окидывая взглядом машину. Я не хотела, чтобы он срывался и уезжал. Не сегодня.

– Ты продрогла, – внезапно сказал он. – Возвращайся в дом. Мне нужно позвонить.

Я не задавала уточняющих вопросов. Молча поплелась в тепло, по пути натягивая маску радости. И пускай в отражении моя улыбка выглядела натянутой, я знала, что никто не полезет ко мне с расспросами. Точно не Тайлер. Он мог подвести человека к разговору, но не принуждать. Виктору стоило бы взять у него несколько уроков.

Агата фыркала на парней, ведь те умудрились испортить ужин. Закуски Энтони развалились, а Тайлер отвлекся на телефон, из-за чего мясо подгорело. Отогнав их от плиты, она нацепила забавный фартук с разноцветными уточками, завязала волосы и начала мариновать мясо.

Я рухнула на диван, борясь с головной болью. После разговора с Виктором тошнота подступила к горлу. Хотелось напиться до беспамятства и вычеркнуть из памяти последние десять минут. Тайлер внимательно следил за мной. Его левая бровь чуть приподнялась, но я быстро качнула головой, хоть и считала, что поступаю несправедливо. Но наш разговор можно перенести на поездку до Болфорда.

Примерно через час ужин был готов. Агата сделала великолепные стейки, испекла кукурузный хлеб и яблочный пирог. Мы уютно устроились в гостиной, молча поглощая еду. Не знаю, как Нейту удавалось выглядеть таким спокойным. Словно весь мир сидел в кармане его спортивных штанов. Он не выпускал мою руку весь вечер и подбадривающе улыбался. От алкоголя я все-таки отказалась. Молча доела и отправилась мыть посуду. Тайлер принес свою тарелку и встал рядом, взяв в руки полотенце.

– Виктор звонил, – сухо сказала я. Тайлер напрягся и с силой начал тереть тарелку. – Вероятно, он знает про нас с Нейтом.

– Или блефует.

– Или блефует, – зачем-то повторила я. Тайлер откинул полотенце и притянул меня к себе. Я скучала по нашим спасительным объятиям. Они напоминали о том времени, когда мы были одни в этом огромном мире. Дружба с Тайлером у меня навсегда. Никто и никогда не сможет на нее повлиять. Да, она больше не будет такой, какой была раньше, но это не меняет того, что мы самые родные друг другу люди.

Я не позволила слезам пролиться. Стойко выстояла, вдыхая привычный хвойный аромат. От Тайлера всегда пахло лесом и свободой.

Вечер окончательно испортился. У меня не было сил сидеть и улыбаться, пытаясь вернуть утреннюю атмосферу. Я уже собиралась уйти в комнату, как и остальные, но появившийся Нейт перехватил мою руку и потянул на себя. Я уткнулась в его грудь, с трудом сдерживая слезы.

– Могу я для тебя сыграть? – спросил он, указывая на фортепиано.

– Ты умеешь играть? Хотя чему я удивляюсь.

Нейт усмехнулся и увлек меня к инструменту. В приглушенном свете торшеров заиграла тихая мелодия, успокаивающим бальзамом обволакивающая мою грудь. Я наблюдала за длинными пальцами Нейта, которые легко скользили по клавишам, и вспоминала, какое удовольствие они дарили мне. С каждым звуком грусть отступала, оставляя после себя легкость. И когда раздались последние ноты, Нейт закрыл крышку и взглянул на меня.

– Я собираюсь трахнуть тебя прямо здесь, хаос, не возражаешь?

– С тобой я согласна на все.