Сближение.

Если вы внезапно стали другом Тайлера Гилла, то обязаны однажды посетить вместе с ним библиотеку или книжный магазин. Безоговорочно. И вот спустя месяц в Болфорде мы здесь.

Мы с Энтони уныло развалились в креслах, пока Тайлер рассматривал полки, доверху забитые книгами, энциклопедиями и журналами. Болфордская библиотека поражала размером и величием. Она находилась на втором этаже, прямо над столовой. Огромный зал с многочисленными шкафами, что едва не доставали до потолка. Среди них расположились столы и кресла для студентов, которые спокойно могли выполнять здесь домашнее задание, а еще были «карманы», в которых можно скрыться от любопытных глаз и шума. Каждый стол был оборудован лампами, бумагой и канцелярией. Приглушенный теплый свет придавал этому месту атмосферу чего-то старинного. На светлых стенах висели портреты писателей-классиков.

Тайлер притащил нас сюда после занятий, чтобы мы составили ему компанию, пока он будет готовиться к очередной встрече неофициального книжного клуба. Мы с Энтони планировали свалить минут через тридцать, но уютная атмосфера навеяла сонливость, а удобные кресла с подлокотниками никак не давали подняться. Под шелест страниц я засыпала. Энтони же вновь увлекся своим телефоном, переписываясь с очередной подружкой.

– Я тоже хочу бурную личную жизнь, – пробурчала я, завистливо поглядывая на малыша Грейса.

– Одну секунду. – Он быстро оттянул белую футболку, открывая взору свой великолепный торс. Четко очерченные кубики и косые мышцы живота заставили мой рот наполниться слюной. Может, все-таки переспать с Грейсом и закрыть его гештальт? Заодно и мой список пополнится еще одним красавчиком. – Прыгай.

– Слишком просто, – отмахнулась я. Меня интересовала задача посложнее, этажом ниже и проигрывавшая битву собственному галстуку.

Вероятно, Энтони хорош в постели, но быстрые и согласные варианты всегда вертелись рядом. Взять хоть однокурсников, что время от времени хвастались своим большим членом и позицией в списке «Форбс». Но я была уверена, что с таким гигантским эго их амбиции развалятся, как только они столкнутся с реальным миром и сложностями. Не все могли добиться высот, предпочитая просто наслаждаться прелестями богатой жизни.

Стоило отдать должное: отец сделал из фамилии бренд, как и все из «Золотой пятерки». Да, на их счетах был неплохой капитал за счет трастовых фондов, но немногие додумались и решились на создание криптомонеты. Вернее, не все поверили в успех биткоина. Пятеро студентов Болфорда – Виктор Фокс, Агата Грейс, Вульф Браун, Александра Кейн и Эйден Блейк – после колледжа продолжили поддерживать общение. У них были компании, которые и так приносили многомиллионный доход. Виктор Фокс, например, владел сетью супермаркетов, Агата скупала коммерческую недвижимость для сдачи, Вульф Браун работал юристом в страховой компании отца и уже в то время имел достойный заработок и членство в загородном клубе The Country Club.

Эту пятерку нельзя было назвать близкими друзьями, но они ввели традицию раз в три месяца встречаться и делиться идеями для стартапов. На одной из этих встреч Александра Кейн и рассказала о биткоине. Для остальных эта валюта казалась мыльным пузырем и финансовой пирамидой, но когда твои карманы неприлично набиты деньгами, можно спокойно пожертвовать несколько тысяч долларов на перспективную монету. И когда биткоин несмело начал расти, пятерка решилась создать свои монеты. Я не помнила, когда именно их прозвали «Золотой пятеркой» и вообще откуда пошло это выражение. Вроде бы кто-то из гостей на зимнем балу назвал их так вскользь. А возможно, Виктор Фокс придумал это сам, заодно желая выделиться на фоне остальных богачей. Так или иначе, клеймо «член семьи “Золотой пятерки”» навечно выжжено у меня на лбу. Уверена, что даже из моего праха родители выложат эти слова.

Фу.

Тайлер активно делал пометки в книге. Между коричневыми бровями залегла складка, которую мне хотелось разгладить. Энтони без стеснения сопел, наговорившись со своим виртуальным собеседником. Я же практически умерла от скуки. Но тут двери библиотеки распахнулись и кто-то зашел. Мы сидели в одном из «карманов», откуда не было видно прохода. Пришлось встать и размять затекшие конечности. Серая юбка задралась, слегка приоткрывая кружево чулков. Я наспех пригладила ее и чуть подтянула декольте черной футболки. Чашечки бюстгальтера нагло выскакивали из-под ткани.

Я двинулась между массивными шкафами. Каблуки постукивали по паркету, нарушая идеальную тишину. Руки скользили по гладкому темному дереву, глаза любопытно осматривали потолок с лепниной. Я шла ровно до тех пор, пока не уловила движение справа от себя. Нейт Эндрюс, поглаживая коротко стриженную бороду, хмуро осматривал полки. Рука нерешительно замерла возле книги с зеленой обложкой. Я прислонилась к шкафу, складывая руки на грудь.

– Не ожидал увидеть тебя здесь, – сказал Нейт, замечая меня боковым зрением. – Дай угадаю: Тайлер затащил?

– Бинго. Один – один.

Нейт вытащил книгу и быстро пролистал страницы.

– Не припоминаю, когда ты заработала свой балл. – Его взгляд скользнул по мне, останавливаясь на груди.

– Два – один. Первый балл, когда оставила тебя со стояком в беседке. Второй – сейчас.

– Все-таки стоит ввести форму, – вздохнул он.

– Тогда появится повод нарушить еще одно правило, – усмехнулась я, усаживаясь на стол. Ноги предательски дрожали от мягкого баритона Нейта. Я вдохнула полной грудью, улавливая нотки его древесного парфюма. Черт, я бы вылила флакон на постельное белье, чтобы наслаждаться этим ароматом каждую ночь.

Нейт сократил расстояние между нами. Я в который раз поразилась, как идеально на его теле сидят костюмы. Строгость была ему к лицу, но легкая игривость – галстука нет, несколько пуговиц расстегнуты – заводила. Я облизнула губы. Сколько бы я ни убеждала себя забыть о Нейте, он снова и снова пробирался в мою голову, заполоняя собой мысли.

– Что ты делаешь, Кэтрин? – прерывисто спросил Нейт, кладя книгу рядом со мной.

Библиотека внезапно растворилась. Остались лишь стол и Нейт. Я видела в его глазах борьбу. Здравый смысл противостоял жгучему желанию, от которого моя кровь вскипела. В беседке он смотрел иначе и наверняка даже не осознавал, как сильно его тело может реагировать на меня. Сейчас все было по-другому. У меня действительно появился шанс заполучить Нейта.

– Ничего, – тихо ответила я.

Не хотелось делать первый шаг. Не хотелось проявлять инициативу. Я и так выдала Нейту несколько козырей, и ход игры теперь зависел от него. Любовь к нему легко можно было убить, нужно лишь вырвать осколки сердца из груди. Но я уже делала это. И знала, что первое время будет больно. Больно до сбитых костяшек пальцев. Больно до хриплого горла. Больно до последней слезы. И если Нейт не сделает чертов шаг, то я вернусь к привычной жизни, в которой его не было последние пять лет.

Борьба. Она сквозила в каждой черточке его лица. В глазах цвета обсидиана. В каждой морщинке, даже в складке на лбу. Мои легкие горели от недостатка воздуха. Губы дрожали то ли от предвкушения, то ли от разочарования. Я почувствовала, как невидимая рука вспорола грудную клетку. Как сомкнулась на крошащемся сердце. Его взгляд потемнел, хотя казалось, что это невозможно. Крепкие руки уперлись в стол по обеим сторонам от меня. Темная энергия, излучаемая им, бурлила вокруг нас. В моих нервных окончаниях произошло короткое замыкание. Я приблизилась, и теперь мы находились на расстоянии вдоха. Его губы маняще приоткрылись.

– Здесь никого нет, кроме нас, – шепнула я.

– К черту, – выдохнул Нейт и притянул меня к себе за затылок. Его губы обрушились на мои в жадном поцелуе. Я обвила руками его шею, сокращая те крохи расстояния, что все еще разделяли нас. Наши языки танцевали, пока его рука блуждала по моему бедру. Другой он мягко сжимал мои волосы, чуть склоняя голову и открывая себе лучший доступ.

Жар пронесся по всему телу, скапливаясь между ног. В легких стремительно заканчивался воздух, но я не хотела отрываться от Нейта. Его вкус кружил голову, а прикосновения обжигали, словно на подушечках пальцев танцевало пламя. Приятная дрожь скользнула по позвоночнику, из-за чего стон удовольствия вырвался из моего горла. Желание сорвать с него пиджак и рубашку заполнило каждую клетку тела. Я хотела трахнуть Нейта здесь и сейчас. Сегодня. И завтра. И в любой другой день этой жизни.

Эта мысль на мгновение ошарашила меня, но, когда пальцы Нейта проскользнули под ткань юбки, вылетела из головы. Я едва не захныкала, когда ощутила сквозь плотную ткань брюк твердый член. Невыносимое напряжение росло внутри меня с каждой секундой, скручиваясь в спираль. Мое нижнее белье было насквозь мокрым, но Нейт продолжал вырисовывать непонятные круги на моей коже, не давая желаемого.

На секунду он отстранился, заглядывая в мои глаза. Я жадно втянула воздух, мечтая вновь ощутить его губы на своих.

– Останови меня, – прохрипел Нейт.

– Нет, – прошептала я, беззастенчиво двигая бедрами. Он опустил голову, и каждая секунда промедления разрывала меня на части. Но стоило ему снова взглянуть на меня, как новая порция возбуждения расплескалась внизу живота.

В его темных глазах горел чистый голод. Хватка на моих волосах усилилась, но не причинила мне боли. Только заставила пламя внизу живота разгореться с новой силой. У нас не было в запасе чертова времени. В любую секунду сюда могли ворваться в студенты. Однако Нейт предельно медленно коснулся моих губ, раскрывая их языком. Его поцелуи на вкус были как исполнившиеся мечты. Чистая эйфория текла по моим венам, взрывалась фейерверком в груди, наполняя меня восторгом.

Но я хотела большего.

Я хотела заполучить Нейта целиком.

Я едва не зарычала от недовольства, когда он на секунду отстранился, но стоило губам скользнуть по подбородку и спуститься ниже к шее, как мои ресницы затрепетали. Он легко укусил меня за горло, вырывая очередной стон. Я чуть ли не вскрикнула, когда прохладный воздух коснулся оголенного соска. Языком Нейт обвел его, а после накрыл губами, вынуждая меня запрокинуть голову и задохнуться от нового всплеска ощущений. Жар не просто стал невыносим, он затопил каждую клеточку тела. Я задыхалась, пыталась прижаться к нему, чтобы добиться трения и снять возникшее напряжение.

– Пожалуйста.

Его член подрагивал между нашими телами. И прежде чем я успела до него добраться, Нейт уложил меня на лопатки. Длинные пальцы погладили меня сквозь влажную ткань, и я втянула воздух сквозь стиснутые зубы.

– Такая мокрая, – прохрипел он, склонившись надо мной. – Знаешь, что я собираюсь сделать, хаос?

– Что?

– Нарушить чертовы правила.

Неприлично мягкие губы двинулись по внутренней стороне бедра, оставляя за собой дорожку мурашек. Я все еще не могла дышать. Бесполезно хватала воздух, но он никак не желал проникать в легкие. Мое тело дрожало, и я вцепилась в стол. Глупая мольба вместе со стонами продолжала срываться с моих губ, превращаясь в мешанину звуков. Я ерзала, пытаясь заставить его действовать быстрее, однако властная рука опустилась на мой живот, припечатывая к столу.

– Терпеливых ждет вознаграждение, – пророкотал Нейт. То, как именно он это произнес, заставило меня сжать бедра. Нейт шире развел их, сдвинул в сторону трусики и накрыл губами клитор.

– Черт, – выдохнула я, выгибаясь ему навстречу. Мощная волна удовольствия захлестнула мое тело, когда его язык скользнул по мокрым складочкам.

– Черт? – уточнил Нейт. – С каких пор ты забыла мое имя?

Нейт жадно поглощал меня, словно не пробовал ничего вкуснее. Его язык безжалостно кружил на моем клиторе, заставляя меня извиваться и прижиматься к нему еще сильнее. Я нерешительно запустила руку в его волосы, однако Нейт перехватил ее и издал низкий рык.

– Лежи спокойно, хаос, иначе уйдешь отсюда без оргазма, – мрачно предупредил он. Я втянула воздух сквозь стиснутые зубы. Нейт продолжал меня трахать языком, но добавил к нему пальцы. От внезапного вторжения я снова напряглась, вызвав у него шипение.

– Какая ты узкая.

Я была так близка к оргазму. Чувствовала, как он зарождается внизу живота, готовый захлестнуть меня в любую секунду.

– Я сейчас кончу, – задыхаясь, произнесла я.

Его пальцы внезапно замедлились, и я практически взорвалась от возмущения. Однако в следующую секунду Нейт потянул меня на себя. В его темных глазах полыхало пламя, а губы блестели от моего возбуждения. Внимательно смотря на меня, он ускорил темп, беспощадно трахая пальцами.

– Давай, хаос.

Он согнул их, касаясь точки G. Мощная волна удовольствия обрушилась на меня. Нейт прижался к моим губам, не давая крику сорваться с них.

– Умница, – прохрипел он.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, как дышать. Первые звуки, которые я услышала, это голос Энтони, настойчиво не пускающий кого-то в библиотеку. И пока я снова училась двигаться, Нейт заботливо поправил мои трусики, не забыв подразнить кончиком пальца клитор, и опустил юбку. Губы, все еще влажные от моего возбуждения, изогнулись в хитрой улыбке. Он чуть склонил голову и поочередно облизнул средний и безымянный палец. Между ног снова стало влажно. Я сжала колени, почувствовав, как кровь хлынула к щекам.

– Три – два, Фокс, – усмехнулся Нейт.

– Не припоминаю, когда ты заработал еще один балл, – хрипло вернула я его же фразу.

– Один балл за то, что довел до оргазма. Второй, чтобы ты смогла сравнять счет.

Я готова была сравнять счет прямо сейчас, если бы не настойчивые возгласы желающих поработать в библиотеке. Энтони нарочито громко привлекал мое внимание криком. Он больше не мог держать оборону. Но я не хотела отпускать Нейта ни с чем. Он с вожделением наблюдал, как я на ватных ногах спрыгиваю со стола и приближаюсь к нему. Я прижала его к книжному шкафу. Приподнялась на носочки и невесомо коснулась его губ.

– Я не умею сравнивать счет, – промурлыкала я, утопая в бездне черных глаз. – Только побеждать.

Нейт запрокинул голову и беззвучно рассмеялся, оголяя ряд ровных зубов. Я облизнула открывшуюся шею, наслаждаясь терпким вкусом кожи. Хотелось вонзить в нее зубы, заставить Нейта извиваться под собой, как я извивалась под ним, а после ощутить вес его тела. Но мне нравилась наша новая взаимная игра. Наконец-то он занял позицию и приготовился к моему ходу.

– Теперь ты видишь разницу между мной и «Пятеркой»?

– Да.

Он обхватил пальцами мой подбородок и на мгновение прижался к моим губам. Я ощутила свой вкус и издала стон.

– Хорошего дня, мистер Эндрюс.

– И вам, мисс Фокс.

Нейт забрал книгу и уверенным шагом направился вдоль стеллажей. Я же не могла восстановить дыхание и унять яростно бьющееся сердце. Кожа до сих пор горела от его прикосновений, а новая волна возбуждения пронеслась по телу. Я хотела продолжения и почувствовать то, что скрывалось за плотной тканью брюк. Хватило одного прикосновения, чтобы понять, насколько идеально соответствовал моим запросам член Нейта.

Я выглянула в основной проход. Энтони, раскинув руки, удерживал троих. Одна из них – помощница Нейта, которая владела ключами от его кабинета. Две другие – Эшли и Колин. Помощница, заметив меня, быстро ретировалась. Колин гордо вскинула голову, смерив меня взглядом, полным презрения. Боже, да она прямо потерянный ребенок Харпер Браун, настолько их взгляды схожи.

– Энтони, – ласково позвала я. Парень обернулся и задал безмолвный вопрос. Получив одобрительный кивок, он впустил девочек в библиотеку.

– С каких пор ты здесь что-то решаешь? – выплюнула претензию Колин.

Я чувствовала себя слишком хорошо, чтобы омрачать настроение пустым диалогом с ней.

– Ровно с того момента, как ты решила об этом спросить.

И пока девочки отвлеклись на меня, Нейт бесшумно выскользнул из библиотеки.

Тайлер вынырнул к нам, с трудом отрываясь от книги. Подернутые дымкой глаза скользнули по Эшли. Та в ответ смутилась и покрылась румянцем. А вот эта картина выглядела куда интереснее, чем разборка с Колин.

– Я закончил, – сказал Тайлер и захлопнул книгу.

В коридоре Энтони покинул нас, предварительно обвинив меня в своем стояке.

– Ты так сладко стонала! – умудрился шепотом воскликнуть Этони. – Почему он, а не я?

– Ты сам знаешь ответ. – Лицо Тайлера оставалось серьезным, но в уголках губ спряталась улыбка.

Энтони махнул на нас рукой и отправился, видимо, к той, кто захочет снять напряжение вместе с ним. Я воспользовалась моментом и повернулась к Тайлеру, вопросительно выгибая бровь.

– Ничего схожего с тем, что произошло между вами.

Мои губы приоткрылись, а глаза непроизвольно округлились.

– И с каких пор ты стал фанатом Шекспира?

– Ты слишком мало знаешь о моем литературном вкусе. – Тайлер закинул руку мне на плечо, мягко прижимая к себе. – К тебе? Ко мне?

– Ко мне. Хочу убедиться, что Лили завязала со своими попытками похудения.

И пока мы шли, я пыталась осмыслить его слова и понять, что сама чувствую на этот счет. Я всегда желала Тайлеру счастья, потому что он был тем человеком, который полноправно заслуживал его. И если Эшли Браун смогла бы хоть как-то осчастливить его, я не стала бы высказывать свое фи. Пускай она и предала меня. Однако Тайлер, будучи самым мудрым человеком на свете, не считая Агаты, всегда предпочитал выслушать обе стороны, чтобы не судить однобоко. И, возможно, ситуация со стороны Эшли выглядела немного иначе.

Я заранее продумывала все возможные варианты, но кое-что ярким баннером всплывало в сознании: мы с Эшли никогда не станем подругами вновь. Точка. Я не имела права и не стала бы запрещать ему с ней общаться, потому что помнила, как Шарлотта наседала на мозг. Как с легкостью вычеркивала меня из жизни других людей, словно я ничего собой не представляла.

– У меня нет зажигалки с гравировкой, чтобы одобрить твой выбор.

Тайлер громко рассмеялся. А затем чмокнул меня в макушку, обещая, что между нами ничего не изменится.

Я редко чувствовала себя по-настоящему счастливой, но сейчас не могла сдержать дурацкой улыбки, от которой болели щеки. Нейт был прав: я не умею играть вдолгую. Научившись жить одним днем, я старалась получить желаемое быстро. В противном случае убеждала себя, что не так уж сильно хотела этого. И не имело значения, о чем именно шла речь. Вырвавшись на свободу, я выжимала из нее все, что могла, боясь, что меня снова запрут в клетку.