Вместо осенней сырости я вдохнула тёплый весенний ветер. Дальше всё было как в прошлый раз. Седоватый мужик повёл нас искать гнездо, и белобрысая девчонка его нашла.

– Давайте я полезу, – предложила я, мне хотелось поскорее всё закончить.

Мои руки и ноги помнили это дерево, я уверенно хваталась за ветки и подтягивалась вверх.

– Молодец! Гляди, чуть выше, слева! – сказал наш главный.

Я подобралась ближе и резко ударила по гнезду снизу. Оно накренилось, будто что-то его держало, и я ударила ещё раз. С третьего раза я его сбила – сквозь листья было видно, как оно летит вниз. Из него что-то выпало, и мое сердце сжалось.

Внизу торжествующе закричали, стало шумно. В ушах у меня тоненько запищало, этот писк заглушал другие звуки, и я была только рада, что почти ничего не слышу. Я спускалась вниз почти не глядя. Это было несложно, руки и ноги сами находили опору. Когда наконец я оказалась в самом низу, у дерева уже собралась толпа. Здесь были все те люди, что прежде разбивались на группы, – сейчас они оживлённо переговаривались.

Седоватый мужчина подошёл ближе и протянул мне руки:

– Давай помогу.

– Не надо, я сама.

Я неловко спрыгнула в траву и поскорее поднялась.

– Молодец! Чётко сработано! – похвалил он меня.

– Всё, можно по домам? – спросил кто-то.

– Быстро управились, я думал, ещё завтра искать пойдём…

– Дети легче находят такие штуки, потому их и берут…

Люди стали расходиться. Я стояла под деревом, меня подташнивало, и немного кружилась голова – говорят, так бывает при сотрясении мозга, но со мной ведь ничего не случилось. Чуть поодаль в траве лежало разломанное на куски гнездо. Теперь я внимательно его рассмотрела. Оно было сделано из обычных веточек, но во все щёлочки был набит чёрный пух. Птица, наверное, выщипывала его у себя из грудки. Я посмотрела чуть левее и замерла. В зелени травы что-то краснело, словно раздавили небольшую кучку ягод. Я отступила назад и вздрогнула, натолкнувшись на человека.

– Ты его видела? Птенца? – шёпотом спросил мальчик в чёрной толстовке.

Мне стало жутко, но я напомнила себе про ураган. В горле что-то встало, я с трудом сглотнула.

– Я… Нет. Я… Я вообще не знала, что там…

Я не договорила, потому что это было совершенно бессмысленно. Больше всего на свете мне сейчас хотелось оказаться дома, в холодной квартире. Чтобы был октябрь, и я ждала бы маму с работы. И чтобы ничего этого не было: ни Старухи, ни леса, вообще ничего.

Вдалеке маячили спины уходящих людей, и я побежала за ними. Я обгоняла их, кого-то отталкивала с дороги – было всё равно, что они скажут. Наконец вдалеке замаячил яркий свет, лес заканчивался. Я к тому времени совершенно запыхалась и перешла на шаг. Во рту пересохло, и сильно кололо в боку – бегун из меня был так себе. В прошлый раз мне невероятно повезло. Я выхватила взглядом забор – не тот, что в предыдущий переход, соседний. Стараясь идти быстрее, добралась до калитки и толкнула её – заперто. Забор был старый, сделанный из серого облезлого профиля, и совсем невысокий. Я встала на цыпочки и заглянула сверху. Увидев защёлку, я протянула руку и дёрнула. Калитка скрипнула и хотела распахнуться, но я её придержала и осторожно открыла сама.