Белая дымка окутывала окраину Токио. Над заводами, переориентированными на выпуск военной продукции, курился туман войны. Жизнь все суровей обходилась с простыми японцами. Крестьяне в селах, вынужденные большую часть своего труда отдавать армии, измученные непосильным бременем налогов, едва выживали. Но перед страхом наказания, вынуждены были молчать. Рабочие в городах, несмотря на заметный промышленный рост, существовали в невыносимых условиях, на мизерную зарплату. В связи с острой нехваткой жилья, вызванной в том числе притоками беженцев с оккупированных территорий, люди оказались в крайне тяжелых условиях. Трущобы, в которых они обитали, из-за гнетущей антисанитарии давно превратились в рассадники болезней. Но правительство в милитаристском угаре закрывало на все это глаза. Именно сюда и намерились направиться ранним утром Ноу и Шин за поддержкой и помощью, чтобы избавиться от непосильной «контрибуции», наложенной на них ненавистными Айдзо и Кэйто. Эти, почуяв запах легких денег, просто так теперь не отвяжутся. Они успели уже с утра съязвить:

– Эй, скажите, друзья, вы не забыли, главное наставление следователя Танаки?

– Это какое? – зло спросил Шин.

– Всегда помнить о своем служебном долге.

– Помним, – ответил Шин.

– Вот и хорошо. Вечером увидимся, – хмыкнул Айдзо.

Утро, начавшееся с привычного служебного инструктажа в участке, казалось, ничего особенного не предвещало. Но в глазах Ноу и Шина читалась надежда, смешанная с отчаянием. Когда они взяли такси и назвали адрес, куда их следовало доставить, водитель посмотрел на них так, будто что-то хотел сказать, но потом, видимо, раздумал и, включив передачу, нажал на газ. Ноу и Шин, оба ехали со странным чувством, что все это затеяли не в добрый час. Им казалось, что на окраину города их везла не машина, а несла какая-то нелегкая сила. Так и случилось. Когда, заплатив за поездку, они вышли из такси, первое, что увидели, – толпу рабочих у проходной и много полицейских у заводских ворот. У всех входящих на территорию стражи порядка повально проверяли пропуска, а вызывавших хоть малейшее подозрение трудяг отводили в сторону и обыскивали. Ноу и Шин даже пробовать не стали проникнуть внутрь сквозь вооруженный кордон. Потому что, согласно служебному наряду, должны были находиться сейчас совсем в другом районе Токио. Шин, немного осмотревшись, спросил одного из проходивших мимо рабочих:

– Что здесь происходит?

И услышали в ответ:

– Как что? Ночью здесь пролилась кровь.

– А Фукунага на заводе? – назвал фамилию лидера рабочих Шин, к которому они с Ноу и приехали.

– А почему вы спрашиваете? – неприязненно спросил тот.

– Мы с ним хорошо знакомы.

– Фукунага арестован, – махнул рукой мужчина и, поймав на себе пристальный взгляд одного из полицейских чинов, ушел, не дожидаясь других вопросов.

Немало рабочих толпилось и в стороне от заводских ворот, так как проверка документов шла медленно. Ноу и Шин отошли к ним, чтобы не мозолить глаза стражникам, и стали слушать разговоры. Вскоре стало проясняться произошедшее ночью. Трудяги говорили о своих друзьях, которых недосчитались после вчерашних событий: кто-то был убит, кто-то ранен, арестован. Все походило на драматические события, произошедшие немногим ранее в городе Кобе, где по мирным демонстрантам полицейскими был открыт огонь. Здесь, на заводе, трагедия разыгралась во время пересмены. Рабочие, заступающие на вечернюю смену, не пошли к станкам, а остались во дворе завода и, объединившись с отстоявшими вахту, стали выдвигать требования администрации с целью обратить внимание на нечеловеческие условия труда. Реакция властей не заставила себя ждать. По их вызову на предприятие оперативно прибыли наряды полиции. Требования переросли в перебранку, эмоции подтолкнули доведенных до отчаяния людей к стычкам с полицейскими, и произошла стрельба со смертельными исходами. Действуя отлаженно, полицейские безжалостно подавили сопротивление. Тех, кто пытался бежать, ловили и избивали до потери сознания. Среди криков и стонов заводская территория превратилась в бойню, где победителями оказались те, в чьих руках были власть и оружие.

К рассвету все стихло. Завод оцепили, а с его территории убрали раненых и убитых. Бунт был жестоко подавлен, оставив после себя лишь страх и еще большую безысходность. Пострадавшие, однако, имелись и в рядах стражей порядка.

– Как нам теперь быть? – приглушенно спросил напарника Ноу.

– Никак. Будем делать то, зачем приехали. Я хотел попросить совета у одного уважаемого человека из рабочих. А теперь понял, что ни с ним, ни с кем-либо еще из его друзей увидеться не получится.

– Зря приехали?

– Придется обратиться за помощью к «ловцам удачи».

– К ворам, что ли? – переспросил Ноу.

Шин усмехнулся:

– Бери выше. К Мастеру.

Метрах в пятистах от завода, за холмистым пустырем, в стороне от кривых деревянных лачуг рабочих, находилась одна из загадочных тайн токийской окраины. Здесь ржавели потемневшие от времени металлические конструкции полуразрушенного цеха давно обанкротившегося предприятия. Строение было с хитрыми подземными лабиринтами. Чужак, сунувшийся сюда, мог легко заблудиться в них и почти не имел возможности самостоятельно выбраться наружу. Даже полиция никогда не заглядывала в подземелье. Место это считалось тихим, но гиблым. По слухам, хозяйничали здесь воры, о существовании которых шептались многие, но за руку их никто не ловил, да и не пробовал этого сделать.

Шин знал об этом от старого рабочего Фукунаги, когда вместе с Ноу они пополнили ряды трудяг на заводе, по воле следователя Танаки.

Фукунага пользовался авторитетом у обитателей трущобы, потому что многое в жизни понимал лучше других. Через неделю он подозвал к себе Шина и сказал:

– Я знаю, что вас подослала сюда политическая охранка, чтобы вы доносили на нас. Если об этом узнают рабочие, вам будет очень плохо. А если об этом узнают воры, вас убьют.

– Что за воры? – спросил Шин.

– Это не простые воры. Я тебе расскажу потом, – ответил ему Фукунага.

– Хорошо, но, если мы не выполним наказ Танаки сейчас, он нас снова упечет в тюрьму, – откровенно предположил Шин. – Что ты нам предлагаешь?

– Думать. Делайте то, за чем вас послали, но постарайтесь писать отчеты так, чтобы никто не пострадал из людей. Пишите длинные отчеты, уделяйте больше внимания мелочам, второстепенным фактам, которые вскоре никто читать не захочет. Станьте исполнительными «дурачками». Ваше рвение учтут, и увидите, как служебные дела пойдут в гору.