Сэмюэль «потерял свой мяч» (на мгновение мне даже стало жаль его). Я потеряла свой. Однако я очень удачно нашла мяч Китти, так что в соревновании осталась только главная пара романа.

Теперь Джордж отпускает глупые (сексуального характера) шутки про мячи и молотки, Китти смеется над всем, что он говорит (даже когда не понимает, о чем речь), а мы с Сэмюэлем молча следуем за ними. Без Ричарда и исцеленная эликсиром Хаскелла, я могу наконец идти, не прихрамывая.

Тем не менее, когда мы приближаемся к озеру и камню, о который я споткнулась в прошлый раз, Сэмюэль протягивает в мою сторону локоть, и я не задумываясь беру его под руку.

В этот момент я осознаю, что так и не поблагодарила его за помощь ранее. Хотя, думаю, он знает, что я благодарна. Он ведь сказал, что не дурак, не так ли?

Надеюсь, он из тех людей, которым, как и мне, не нужно произносить все это вслух, чтобы по-настоящему прочувствовать. В конце концов, мы же читатели.

Или я так думаю.

Китти несколько раз стучит уступом своего молотка по земле, чтобы у драконокротов закружилась голова, а я размышляю, вдруг я не права. Вдруг Сэмюэль – не настоящий человек, который, как и я, оказался в ловушке романа.

Внезапно в моей груди нарастает чувство тревоги.

Возможно. Возможно, у меня нет здесь союзников. Может быть, я просто хочу верить, что Сэмюэль пришел из реального мира, потому что единственная альтернатива этому – мое…

Одиночество.

Китти бьет по мячу. По пути он сталкивается с мячом Джорджа, который от удара отлетает в озеро, разбивая оранжевое отражение заходящего солнца на водной глади.

– Мисс Реммингтон! – восклицает Джордж.

– Что? – Она закидывает рукоятку молотка на плечо. – Вы, кажется, подозревали, что я буду опасным соперником. Если бы я не вышвырнула ваш мяч с игрового поля, вы бы обогнали меня на последней арке.

– Я не подозревал, я был уверен, – говорит он. – Но и я не так прост! А кроме того, я очень упрямый. – Он приближается к ней на расстояние нескольких сантиметров и одаривает соблазнительной улыбкой. – Я не сдамся, пока не заполучу, что хочу, мисс Реммингтон. Имейте это в виду.

Китти краснеет. Затем, все еще глядя ему в глаза, она указывает на озеро и с трудом говорит:

– Если так, докажите.

Кивнув, Джордж направляется к берегу. По дороге он снимает пиджак, бросает его на траву и продолжает идти, стягивая на ходу сначала шейный платок, а затем и жилет.

– Лорд Китинг!

– Что? Я не хочу намочить больше одежды, чем нужно. И вообще, Сэм первый начал. Посмотрите на него, щеголяет без пиджака! Какой негодяй! – В этот момент сам Сэмюэль фыркает, стоя рядом со мной. – Так, где же этот проклятый мяч… Ах, вот он! Вам следовало запустить его гораздо дальше, мисс Реммингтон. Я намерен вытолкнуть его из воды одним ударом.

Картина перед нами рисуется именно такая, как описала Гарден. Вода в озере доходит Джорджу до колен. Лучи заходящего солнца за его спиной подчеркивают высокий мускулистый силуэт. В нескольких метрах от него с любопытством выглядывают из воды наяды – их мокрые переливающиеся волосы напоминают тростник и зеленые водоросли.

Джордж ударяет по мячу на дне озера, но ничего не добивается, только разбрызгивает воду и грязь повсюду. К четвертой попытке смеется уже не только Китти, но и я. В конце концов даже Сэмюэль присоединяется к общему хохоту над Джорджем.

Картина действительно зрелищная: в одной из (неудачных) попыток Джордж вытащил из воды кувшинку, и теперь она прилипла к его голове. С такими прямыми и мокрыми волосами он похож на водяного.

– Очень смешно! – бурчит герцог. – Мисс Реммингтон, вы счастливы?

– О да! Очень! Продолжайте, продолжайте! Не вы ли говорили, что не сдадитесь, пока не получите, что хотите? – Китти тычет в него указательным пальцем и снова смеется. – Какой хвастун!

Он фыркает, пытаясь смахнуть мокрую прядь волос, упавшую ему на глаза.

– Ладно, вы выиграли, хотя я бы не сказал, что честно и справедливо!

– В правилах ничего не говорилось о том, что нельзя бросать мяч соперника в воду, милорд, – напоминаю я ему.

– Или о том, что соперника нельзя унижать, – дополняет Сэмюэль.

– Ха-ха. Вы все очень остроумны. – Он указывает на нас молотком. – Давай же, Сэм. Помоги мне выбраться отсюда.

– Даже не мечтай. Сам туда залез, сам и выбирайся.

– Моя нога застряла в… чем-то. Я даже не хочу смотреть. – Мы с Китти вновь хохочем. – Да, смейтесь, дамы! Но если я не выберусь из воды в ближайшее время, по мою душу придет нечто с зубками острее, чем у этих наяд.

Сэмюэль мотает головой, но в конце концов соглашается.

– Ты просто плакса.

Он снимает жилет и протягивает мне. Я беру его, понимая, что он делает это лишь затем, чтобы обезопасить свою секретную аптечку от неловких движений Джорджа (прямо как сейчас). Тем не менее я рада, что он выбрал в качестве доверенного лица именно меня.

Подойдя к озеру, он развязывает узел галстука на шее и снимает перчатки. Он все еще держит их в руке – полагаю, чтобы надеть позже. Я пытаюсь рассмотреть его кожу, но лучи солнца, слепящие глаза, мешают. Все, что я вижу, – два темных силуэта на фоне красного закатного неба.

– Давай, нытик, идем. – Оказавшись в метре от него, Сэмюэль протягивает приятелю руку. – Держись. Я вытяну тебя.

– О нет. – Джордж улыбается. – Это сделаю я.

И он хватает друга за запястье, резко опрокидывая в воду.

Мы с Китти задыхаемся от смеха. Сэмюэль тут же выныривает и устраивается поудобней, усевшись прямо на дно. Взгляд, которым он одаривает Джорджа, серьезный, но не сердитый.

– Ну что? – Сэмюэль упирается ладонями в колени, которые торчат из воды. – Ты доволен?

– Думаю, да, – отвечает Джордж. – Гораздо больше, чем раньше.

– Твоя нога ни за что не зацепилась, не так ли?

– Именно. И больше не смей утверждать, будто я не умею лгать.

– Прекрасно. Значит, я без колебаний могу сделать вот это.

И одним толчком он опрокидывает его в воду.

Если Китти будет продолжать так смеяться, она рано или поздно задохнется.

– Боже мой, вы в порядке? – Я обеспокоенно приближаюсь к берегу.

– Порядочно вымокли, – отвечает Сэмюэль, поднимаясь на ноги.

Затем, с кривой ухмылкой, он протягивает руку Джорджу.

– Если ты снова дернешь меня за собой, Китинг, то я за себя не отвечаю.

– Не искушай меня, – смеется тот, но хватает его за предплечье, чтобы подтянуться. – Кроме того, тебе следует поблагодарить меня за то, в каком привлекательном виде я тебя выставляю. – Он поворачивается к нам, указывая на Сэма большим пальцем. – Верно, дамы?

Мне лучше не произносить вслух того, что я думаю. Потому что… да, Сэмюэль хорош. Более чем хорош. У него нет очевидной смазливости Джорджа или его завораживающей улыбки, но, как и большинство персонажей книги, он тоже красив. И возможно, его привлекательность больше связана с его расслабленностью, с циничным взглядом голубых глаз, точными и выверенными движениями, когда он выходит из озера, и его…

Ух ты, рубашка намокла и облепила его торс.

А вот об этом Гарден в своем романе ничего не писала. И я не знаю почему, ведь это стоит упоминания в книге. Мы, фанаты, воздвигли бы ей храм (и золотой алтарь).

Хотя… есть кое-что еще помимо четкой линии его фигуры под влажной просвечивающейся тканью, что привлекает мое внимание.

– Лорд Хаскелл! – восклицает Китти, ее рот полуоткрыт. – На вас налипли пиявки!

– Что? – Бедняга начинает ощупывать живот, как сумасшедший. – Где?!

– О нет, – выдыхает Китти. – Это была лишь тень. То, что у вас на коже, под рубашкой – гораздо… меньше. – Она подносит пальцы к губам. – Клещи?!

– Это родинки, – бормочу я.

Десятки. Одна на груди. Две возле пупка. Еще две на руке. Четыре на кубиках пресса. Столько же на руках. Три образуют идеальный треугольник на мокрой шее.

А рядом с треугольником еще одна отметина, которая тоже мне знакома: маленький круглый синяк, как будто кто-то…

Ну, в общем, словно кто-то поставил ему засос.

Но я понимаю, что это на самом деле, и, узнав эту отметину – среди всех этих родинок, – ощущаю такую сильную сопричастность, что не нахожу слов.

Я не одинока в этом мире.

– О да, у Сэма их много, – говорит Джордж, выходя из воды вслед за своим другом. – Мне кажется, что каждый раз, когда я его вижу, их становится больше. Словно по волшебству!

Я настолько ошеломлена тем, что только что увидела (и подтвердила свои догадки), что замираю на месте. Даже когда Сэмюэль подходит и останавливается прямо передо мной, я все равно не могу пошевелиться.

– Мисс Лабби, – бормочет Сэмюэль, – вы уже хорошо меня рассмотрели? Я могу идти?

Я киваю, все еще молча, и протягиваю ему жилет. Он берет его нервным жестом и направляется к дому.

Я поворачиваюсь, чтобы опять взглянуть на него. Мокрая рубашка все так же прилипает к спине, и на ней можно различить еще одну россыпь родинок, темнеющих словно брызги чернил.

Хотя мне хочется последовать за ним (не просто хочется – мне это необходимо), я не могу. Я должна остаться с Китти. Так диктует Гарден.

(В этот момент, признаюсь, я готова убить своего любимого автора.)

– Ну что ж, мисс Реммингтон, после очевидной дисквалификации трех из четырех игроков я должен признать свое поражение и, следовательно, вашу победу.

Джордж опускается на одно колено на землю и протягивает молоток Китти, как будто это меч, а он – средневековый герой, которого королева должна посвятить в рыцари. Она смеется и берет из его рук молоток, подыгрывая. Она касается импровизированным мечом сначала правого плеча, затем левого и опять правого.

– Нарекаю вас вторым официальным победителем игры в пэл-мэл на озере Олбани, милорд.

– Я всегда мечтал быть под вашим началом, миледи.

Когда он смотрит на нее, его глаза сверкают, как вода в озере.

– Что вы выберете в качестве приза за победу?

– О, а есть приз?

– Конечно. Какой захотите.

– Какой захочу… Как вы смотрите на то, чтобы сохранить мой секрет? – Она наклоняется и шепчет ему на ухо. – Я взяла с собой своего огненного дракона. Хотите, я познакомлю вас с ним?

– Для меня это будет честью. Мне не терпится познакомиться с ним и получить его одобрение.

– Непременно. Он любит бывать на свежем воздухе, так что вы можете показать нам обоим ваш сад. Пока мы играли, я не смогла насладиться им как следует.

Он кивает, ошеломленный.

– Сегодня вечером? После ужина? – Он показывает в сторону. – Возле оранжереи?

– Я буду там.

Когда он наконец поднимается с колен, оба замирают, уставившись друг на друга, как дураки. Спустя (очень долгую) минуту мне приходится подойти и кашлянуть, чтобы привлечь внимание Китти.

– Солнце село. Нам надо возвращаться в дом, чтобы переодеться к ужину.

– О, да, да, – отвечает она, все еще смотря на Джорджа. – Идем…

– Прямо сейчас.

Я тяну ее за руку, увлекая за собой. В глубине души я не могу ее винить: перед ней стоял парень ее мечты, мокрый и мускулистый (мы же не каменные). Но у меня есть свои проблемы, которые нужно решить. Вернее, мой собственный мокрый джентльмен, который ушел, разозлившись.

Чувствую, он будет стараться избегать меня, но я знаю, где мы встретимся, хочет он того или нет.

Сегодня вечером. После ужина. Возле оранжереи.

Мы – тени. А прекрасные главные герои, которых мы защищаем, через несколько часов совершат очередную глупость.