Пыль медленно осела, и к Янь Се наконец вернулся дар речи:

– Вот это я понимаю – скрытый потенциал!

Цзян Тин, отряхнув ладони, выпрямился и, тяжело дыша, ответил:

– В своё время я занимался рукопашным боем и входил в тройку лучших факультета. Фух…

Майор, подумав, уточнил:

– В тройку лучших задохликов? – И тотчас почувствовал на себе убийственный взгляд капитана.

Погреб оказался высотой примерно в два человеческих роста. Обстановка внутри напоминала овощные погреба в домах на севере, у стен громоздились стеллажи, накрытые грязным брезентом, места для двоих хватало с трудом. Майор решил спуститься первым и осмотреться, а Цзян Тина оставил наверху.

– Нашёл что-нибудь? – через некоторое время спросил капитан.

Янь Се махнул рукой и позвал:

– Спускайся!

– Зачем?

– Нет времени объяснять, давай сюда!

Капитан удивился, но послушался. Янь Се сидел на корточках, сжимая в одной руке фонарик, а другой приподнял наваленный брезент и подбородком указал на плотный чёрный свёрток. Затем слой за слоем он избавился от упаковки, пока в руке не остался прямоугольный предмет, напоминающий завёрнутый в белую бумагу кирпич. Цзян Тин похлопал по нему ладонью и сразу понял, что это пачка наличных.

– Увесистая. О, смотри-ка, здесь что-то написано, – заметил Янь Се.

Капитан наклонился и в свете фонарика увидел надпись: «Двести пятьдесят тысяч». Некоторое время оба молчали, затем майор спросил:

– Наёмным убийцам обычно платят половину авансом, а оставшуюся часть отдают уже после завершения дела, верно?

– Откуда мне знать? Я же не киллер.

Майор оглянулся на Цзян Тина, стоящего позади. Тот так отчаянно пытался подавить улыбку, что на лице проступила неестественная гримаса.

– Не ожидал, что Ван Синъе так низко тебя оценил. Всего полмиллиона…

– Да ну тебя! – фыркнул наконец капитан и толкнул Янь Се коленом в спину. – Забираем всё и пойдём отсюда. Считай, не зря съездили.

Майор выпрямился, ухватился за лестницу и полез наверх. Чувствуя свежий воздух летней ночи, он с наслаждением сделал глубокий вдох и обернулся к Цзян Тину, но вдруг услышал странный шорох.

В дальнем конце двора в лунном свете чётко вырисовывались несколько крадущихся силуэтов. Один с фонариком осматривал территорию, трое других карабкались через стену. Внезапно луч света упал на майора, который успел выбраться из погреба только по пояс, и остановился.

– Кто здесь?!

События развивались стремительно. Янь Се заметил в руке противника пистолет и мгновенно понял, с кем столкнулся:

– Фань У?

Майор угадал. Фань У с фонариком собирался броситься вперёд, но, услышав своё имя, отшатнулся. Янь Се воспользовался его замешательством, быстро толкнул Цзян Тина в глубь погреба, а сам выскочил вперёд, перекатился по земле и выхватил из кобуры табельное оружие.

– Ни с места! Полиция!

Трое на стене с перепугу заторопились обратно, но услышали шаги. На задний двор выбежал худощавый полицейский и, едва завидев преступников, остолбенел:

– П-пистолет?!

Янь Се вспомнил, что участковые обычно не носят оружия, в лучшем случае таскают незаряженный пистолет для пущей солидности. Но этот кадр даже не пытался припугнуть бандитов и сразу себя выдал.

– Дуй за подмогой! – крикнул майор.

Фань У быстро смекнул, что к чему:

– Здесь только один коп! Не бойтесь! Кому нужны деньги, за мной!

Его подельники спрыгнули со стены, а тощий полицейский бросился за помощью, оставив на заднем дворе Янь Се наедине с четырьмя преступниками.

Порой на принятие решения судьба даёт всего несколько секунд, а иногда и того меньше. В таких случаях тело подчиняется инстинктам. Позже, прокручивая в голове случившееся, Янь Се помнил только одну мысль: «Что будет с Цзян Тином, если я удеру?»

У капитана не было оружия, да и бежать он толком не мог. Более того, у него остались злосчастные двести пятьдесят тысяч юаней. Даже если Цзян Тин добровольно всё отдаст, эти головорезы ни за что не отпустят его живым. Какого милосердия ожидать от подонков, готовых напасть на полицейских?

Майор пригнулся, уворачиваясь от пули, и рванул вперёд. Следующая пуля высекла искры у его ног, но не остановила. В мгновение ока он оказался перед Фань У и нанёс тому мощный удар ногой в грудь. Бандит не ожидал нападения. Выругавшись, он в панике выстрелил ещё раз, но промахнулся. Не желая испытывать судьбу, майор точным ударом выбил из ладони Фань У самодельный пистолет, и оружие отлетело в траву.

На помощь подоспел второй бандит, но стоило ему коснуться Янь Се, как тот цепко схватил его за запястье и перекинул через плечо. Послышался хруст костей и истошный вопль. Фань У замахнулся тяжёлым алюминиевым фонариком и с силой стукнул майора в висок. Из раны хлынула горячая кровь. В пылу боя Янь Се не почувствовал боли. Напротив, это его только раззадорило. Он отобрал фонарик и врезал противнику наотмашь, затем сокрушительным ударом рассёк голову другому бандиту, и тот повалился на землю.

– Вперёд! – взревел Фань У. – Покончим с ним!

В темноте ночи преступники втроём накинулись на Янь Се, пытаясь отобрать пистолет. По закону одного намерения завладеть оружием полицейского было достаточно, чтобы отправить каждого из них за решётку лет на десять. Однако жажда наживы окончательно лишила бандитов рассудка. Майор почувствовал, как кто-то сзади обхватил его и пытается вытащить пистолет из руки. Янь Се стиснул зубы и нажал на спусковой крючок!

Выстрел! Выстрел!

– Кровь, кровь… А-а-а! Кровь!

В тусклом свете луны майор увидел, как один из преступников медленно опустился на колени, покачнулся и повалился на землю. На две-три секунды все застыли, затем грозный рык Фань У разрезал тишину:

– Заберите у него ствол! Живо!

Янь Се дёрнулся назад, но потерял равновесие и выронил табельное оружие. Один из бандитов тут же потянулся к пистолету, майор успел ногой в прыжке лягнуть противника, но в следующую секунду получил кулаком по лицу от Фань У. Янь Се сплюнул кровь, в груди у него поднялась жгучая ярость. Не привыкший пропускать удары, он махом вырвался из цепкой хватки двух бандитов, затем сбил Фань У с ног, и завязалась ожесточённая схватка. Вскоре майор нащупал что-то на земле, без раздумий схватил и с силой обрушил на противника!

Удар металла о череп отозвался звоном в ушах. Фань У широко распахнул веки, всё ещё сжимая кулаки. Глаза мгновенно налились кровью, алые струйки побежали по щекам, затем хлынули из носа, рта и ушей. Вся голова бандита за несколько мгновений превратилась в окровавленный шар.

– Д-дай-гэ, – дрожащим голосом проговорил один из его подельников и попятился назад. – Т-твоя голова…

Плечи Фань У затряслись, тело дёрнулось, будто он хотел ощупать рану на голове, но руки не слушались. Из горла вырвался сдавленный хрип, с ненавистью и недоумением Фань У впился взглядом в Янь Се и в следующую секунду обмяк.

– Дай-гэ мёртв. Он убил Дай-гэ…

Майор изумлённо уставился на окровавленный фонарик в ладони: он сам недавно получил по голове этой штуковиной, как она могла проломить преступнику череп?

– Быстрее, валим! – заорал низкорослый бандит, дрожа от страха. – Копы уже в пути! Бежим!

Он вскочил и бросился наутёк.

– Стоять! – крикнул Янь Се и рванул вдогонку.

Выплывшая из-за облака луна осветила задний двор. Бандит с короткими волосами заметил блеск в траве и не раздумывая повернул туда. На его лице засияла улыбка: он нашёл самодельный пистолет Фань У. Его разум заволокло туманом, бандит направил дуло на Янь Се и рявкнул:

– А ну, стой!

Майор, не обращая на него внимания, сбил коротышку с ног перевернул и нанёс удар справа. Изо рта и носа бандита брызнула кровь. Янь Се заломил преступнику руки, выхватил из-за пояса наручники, но застегнуть не успел.

Выстрел!

Ухо Янь Се обдало жаром, он поднял голову, и его зрачки сузились. Коротко стриженный бандит, сжимая обеими руками пистолет, целился в майора. В налитых кровью глазах сверкала ненависть.

Останься в нём хоть капля здравомыслия, он бы сразу развернулся и бросился бежать, но отчаяние, ярость и азарт захватили его целиком. В ушах у бандита стоял звон, он стиснул зубы и нажал на спусковой крючок.

Выстрел!

Пуля разрезала воздух, и брызнула кровь.

– А… А… А-а! – раздался прерывистый крик.

Бандит с короткой стрижкой упал на землю и обхватил себя руками, корчась от боли. Оружие отлетело далеко за забор. Янь Се проследил за траекторией выстрела и не поверил своим глазам: Цзян Тин сжимал в руке пистолет и тяжело дышал. Лунный свет мягко ложился на его профиль, влажная от холодного пота кожа блестела, бледные губы отливали синевой, а глаза сощурились.

Коротышка, воспользовавшись случаем, собрал последние силы, вырвался из хватки Янь Се и как ошпаренный рванул к забору, на котором внезапно показался ещё один силуэт. Неизвестный ловко спрыгнул вниз, подбежал к преступнику и мощным пинком сбил с ног. Коротышка попытался подняться, но получил звонкий удар наручниками, которые чуть не выбили ему зубы, и завопил от боли. В следующую секунду его силой прижали к земле, он почувствовал холод металла на своих запястьях и услышал щелчок.

– Майор Янь! Консультант Лу! Вы в порядке?

Вот кого местный полицейский позвал на подмогу – Хань Сяомэй.

Янь Се собирался ответить, но увидел, что Цзян Тин, словно очнувшись от кошмарного сна, с испуганным лицом шагает в его сторону. Майор сам не понял, как эта идея пришла ему в голову, но вместо ответа беззвучно рухнул на землю.

– Майор Янь? – взволнованно позвала стажёрка. – Что с вами?

Цзян Тин замер.

– Майор Янь?

Лицо капитана стало мертвенно-бледным. Спотыкаясь, он подбежал к Янь Се и опустился перед ним на колени. Луна подсветила залитое кровью лицо майора и плотно сомкнутые веки.

– Янь Се! – Цзян Тин поднёс трясущиеся пальцы к его носу, проверяя дыхание. – Очнись, Янь Се!

Тишина.

– Янь Се! Хватит валять дурака!

Голос капитана сорвался. Он приподнял майора и попытался зажать рану у виска. Цзян Тин чувствовал горячую кровь, а сам дрожал так, будто его окунули в ледяную воду. Стуча зубами, он крикнул:

– Янь Се, очнись. Пожалуйста, очнись!.. Вызывай скорую! Живо!

Хань Сяомэй охватила паника. Достав телефон, она тут же выронила его, опустилась на колени и принялась судорожно шарить по земле.

Майор приоткрыл глаза и протянул:

– Цзян… Цзян Тин…

– Не засыпай, пожалуйста! – У капитана звенело в ушах, он едва слышал собственный голос: – Янь Се, смотри на меня! Смотри на меня! Только не засыпай, прошу!

Майор приподнял голову, словно хотел что-то сказать. Цзян Тин наклонился ближе, и у самого уха раздался слабый шёпот:

– Так всё-таки скажи… я… красивый?..

Взгляд капитана остекленел.

– Ха-ха-ха-ха-ха… – прыснул Янь Се.

Цзян Тин замер, Хань Сяомэй тоже.

От смеха засаднила рана, но майор никак не мог остановиться и продолжал хохотать, хлопая ладонью по земле:

– Ха-ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха… Ай!

Капитан схватил Янь Се за ворот рубашки и со всей силы врезал по красивому лицу кулаком. Не обращая внимания на стон майора, он поднялся на ноги и пошёл прочь.

Десять минут спустя в салоне «гелендвагена».

– Я был не прав, не прав! Ну прости, я не специально, честное слово! У меня правда закружилась голова… Эй, хорош дуться! Хочешь, ударь меня ещё разок? Давай, прям сюда, посильнее!

Майор раскинул руки в стороны, как осьминог, и подался вперёд, но Цзян Тин вместо ответа повернулся к нему худой спиной. Хань Сяомэй сидела на корточках возле машины и с аппетитом уплетала арбуз. Выплюнув на землю несколько косточек, она сердито крикнула:

– Вы сами виноваты!

– Эй, да что с тобой?! Нет бы помирить, а ты ещё подливаешь масла в огонь! – Янь Се тотчас переключился на стажёрку и отвесил ей подзатыльник. – Лишь бы пожрать! Где тебя носило? Гуляла под луной, пока мы с консультантом Лу чуть не превратились в остывающие трупы?

– Я побежала сразу, как только позвали на помощь! – с набитым ртом ответила стажёрка. – Думаете, легко в темноте подниматься в гору, а потом петлять в поисках нужного дома?

Местный участковый, заручившись помощью ответственного за безопасность, притащил тела двух преступников, затем усадил в машину двух других бандитов в наручниках и неловко улыбнулся, потирая ладони. К счастью, ночь скрывала его пылающее от смущения лицо.

– Всё в порядке, я тебя не виню. – Янь Се приложил полотенце к ране на лбу. – Ты был безоружен, не стоило лезть на рожон. Это просто девчонка у нас больно дерзкая.

Тощий полицейский заискивающе улыбнулся:

– Я… Я пойду заберу деньги и пули с заднего двора… – И, прикрыв руками лицо, убежал.

Едва он скрылся из виду, майор снова взялся за старое. Он подошёл ближе к П, зян Тину и затянул:

– Ой, дайте-ка взглянуть на нашего сердитого капитана Цзяна!.. Я признаю, что был не прав. Больше такого не повторится, обещаю! Ну же…

П, зян Тин не выдержал и рыкнул:

– Янь Се!

– Что?

Тонкие брови капитана дёрнулись. После долгого молчания он наконец выдавил:

– И как тебя до сих пор не прибили?

– А разве можно долго злиться на такого красавца?

– Майор Янь, майор Янь! – тощий участковый вернулся с пачкой наличных в руке. – Вот, принёс! Ваши грязные деньги!

– Что значит мои? Думай, что говоришь! Нет, в багажник не клади, там трупы. Оставь лучше на переднем пассажирском сиденье, пусть консультант Лу за ними присмотрит. Кстати, машина из вашего участка уже в пути?

– Да-да, начальник сообщил наверх и сам скоро лично приедет сюда.

Хань Сяомэй, доев арбуз, вытерла липкие ладони о брюки, вытянула шею и с интересом посмотрела на завёрнутую в бумагу пачку наличных.

– Честно говоря, я никогда в жизни не видела столько денег.

– Бедняга, – с притворным сочувствием отозвался майор, – ну ничего, Янь-гэ это исправит. Когда вернёмся в город, снимем в банке миллиона два, а может, даже четыре…

– А потом? – заинтересовалась стажёрка.

– Сделаем тебе пару снимков на память и положим обратно. – Янь Се усмехнулся. – А ты что подумала?

Хань Сяомэй чуть было не закатила глаза. Цзян Тин, сидящий на заднем сиденье, нахмурился и потянулся за пачкой наличных.

– Хм? – Стажёрка с недоумением взглянула на капитана. – В чём дело, консультант Лу?

– Дай фонарик.

Цзян Тин подсветил надпись на бумаге: тонкие небрежные черты были выведены явно впопыхах чем-то вроде воскового карандаша светло-коричневого цвета.

– Ты пользуешься косметикой? – вдруг спросил капитан.

Вопрос застал стажёрку врасплох:

– Не особо… Так, иногда. А что?

Цзян Тин указал пальцем на надпись и нахмурился:

– Мне кажется, это карандаш для бровей.