– Квартира фигурирует в каком-то громком деле? Там всю семью вырезали? – Янь Се выпалил первое, что пришло в голову.

– Ничего подобного.

– Тогда…

– Прежде всего пойми, почему тебе не хотят рассказывать о довольно простых на первый взгляд вещах. Казалось бы, если правда вскроется, ничего не изменится и это не повлечёт за собой никаких последствий… – Капитан сделал паузу. – Когда следователь пытается докопаться до истины, стоит ему приоткрыть завесу тайны, и он уже не остановится. Он начнёт рыть глубже, поднимая на поверхность бесчисленные секреты и тёмные истории, которые тянутся друг за другом вплоть до восемнадцатого уровня ада. Любое из трёх качеств – дотошность, власть, наличие за плечами богатого служебного опыта – делают следователя менее покорным начальству. А ты сразу собрал комбо. Кто может гарантировать, что ты будешь вести себя сдержанно? Кто тебя остановит, если ты вдруг попрёшь напролом, как объятый огнём танк на поле боя?

Метафоры Цзян Тина озадачили майора. Он указал на себя пальцем и спросил:

– Я похож на человека, который в любой момент может сорваться?

Капитан поднял веки и вздохнул. Янь Се шумно втянул воздух сквозь зубы.

– Давай, расскажи уже, что случилось в квартире семьсот один и почему Ци Сыхао боится расследовать смерть Ван Синъе. Обещаю, что не стану копать дальше.

Цзян Тин опустил голову и изящным движением стряхнул пепел.

– Я лично не занимался тем делом и узнал обо всём от другого человека. Он сильно рисковал, рассказав мне, потому что это случилось уже после взрыва на заводе пластмасс в Гунчжоу.

Янь Се застыл. «И когда успел?» – пронеслось у него в голове, но он не стал перебивать.

– После провала операции создали специальную группу для расследования причин случившегося. Основной задачей было выяснить, достоверную ли информацию о месте проведения сделки предоставил агент под прикрытием – Заклёпка. Полиция установила, что Заклёпка получил зашифрованные сведения от человека по кличке Червонная дама. После смерти агента следственная группа стала изучать его электронные устройства. Технические специалисты долго расшифровывали данные, определяли координаты и постепенно сузили круг поиска до того жилого комплекса, затем до конкретного корпуса и наконец до квартиры семьсот один. Другими словами, если Заклёпка действительно получил сообщение от Червонной дамы, то она находилась именно в этой квартире. – Капитан посмотрел на Янь Се сквозь завесу сигаретного дыма и спросил: – Теперь ты, наверное, думаешь, что можно вычислить преступницу по записям с камер?

В современных реалиях работа уголовного розыска на восемьдесят процентов состояла из проверки терабайтов материалов с различных устройств. Но майор уже понял, что в тот раз следственная группа ничего не добилась.

– Как выяснилось, многие из машин, въезжающих на территорию этого невзрачного жилого комплекса, были зарегистрированы на частные компании, которые, в свою очередь, так или иначе оказались связаны с родственниками больших шишек. Где-то связь была косвенной, а где-то и сомнений не оставалось. Если бы специалисты продолжили копать, то узнали бы, что в этом жилом комплексе бывали высокопоставленные чиновники, включая только вышедшего на тот момент в отставку заместителя мэра Гунчжоу – Юэ Гуанпина.

Майор тотчас вспомнил рассказ начальника Люя. Юэ Гуан-пин, будучи главой управления общественной безопасности, руководил спасательной операцией, и он единственный из специальной группы считал, что Цзян Тин не погиб на заводе пластмасс, и предполагал, что тот может быть похищен наркоторговцами.

Цзян Тин не обратил внимания на изменившееся выражение лица Янь Се и спокойным тоном продолжил:

– Все эти люди по разным причинам попали в объективы камер у того жилого комплекса. Кто-то навещал родственников или друзей, некоторые просто проезжали мимо. Можно сказать, в этом плане следственной группе даже повезло. Но продолжать расследование в таких условиях было практически невозможно. Неизвестно, сколько тайн могло вскрыться, начни они проверять весь дом, а сосредоточиться на одной квартире не было технической возможности. У следственной группы три года назад имелись и другие зацепки, поэтому ни к чему было лезть на рожон и продолжать слежку за жителями этого комплекса… – Цзян Тин сделал короткую паузу. – Как обстояли дела на самом деле, знали немногие, поэтому постепенно всё затихло. Ваш начальник Люй, должно быть, как-то помогал следственной группе и потому в курсе подробностей.

– А тебе кто это рассказал? – наконец не выдержал Янь Се.

Цзян Тин, немного поколебавшись, ответил:

– Юэ Гуанпин.

– Что вас связывает?

Капитан, кажется, нашёл этот вопрос забавным, хотя на лице не отразилось ни тени улыбки.

– Он был моим начальником, который повысил меня в должности, а после взрыва спас из лап Короля пик. Как думаешь, что же нас связывает?

В голове майора рождались всё новые вопросы:

– Если следственная группа тебя спасла, то почему в официальных документах нет никаких упоминаний об этом? В твоём личном деле указано, что ты погиб при исполнении.

Цзян Тин сделал только пару затяжек в начале разговора, всё остальное время сигарета тлела в его руке. Он затушил её об мусорку и улыбнулся:

– Ты ведь обещал, что не станешь копать дальше.

Майор смутился.

– Неважно, Ван Синъе сам спрыгнул с крыши того дома или ему помогли, результат один. – Капитан бросил окурок в урну. – Мы оба знаем, что его убил Король пик, но на месте преступления всё чисто – комар носа не подточит. Думаю, даже сам толстяк не ожидал, что этот психопат нападёт на него в таком доме.

Хань Сяомэй сидела как на иголках, боясь выйти из машины. Почему майор Янь вспылил? Почему консультант Лу так ожесточённо с ним спорил? На первый взгляд казалось, что виной тому таинственная смерть Ван Синъе, но даже Хань Сяомэй понимала, что истинная причина их разногласий крылась гораздо глубже.

«Консультант Лу… Нет, – стажёрка мысленно поправила себя, – капитан Цзян…»

Во внутренней сети Министерства общественной безопасности информации о нём почти не было. Ходили слухи, что он погиб при исполнении в результате собственной ошибки, а некоторые называли капитана предателем, считая, что тот вступил в сговор с преступниками. Первый вариант указывал на его глупость, второй покрывал позором. Как бы то ни было, начальство приняло решение сохранить всё в тайне.

Однако Хань Сяомэй считала, что всё не так просто. Глупец, неверным решением обрёкший товарищей на гибель, не бросился бы в погоню за снайпером и не преследовал бы его сотню километров. Предатель, переметнувшийся на сторону наркоторговцев, не стал бы защищать простую стажёрку и в одиночку сражаться с вооружённым преступником, чтобы выиграть время до приезда майора Яня. «Что бы ни говорили о нём остальные, я останусь при своём мнении, – подумала Хань Сяомэй. – Главное только – держать его при себе».

Внезапно с заднего сиденья послышался знакомый рингтон – Янь Се забыл телефон в машине. На экране высветилось имя начальника Люя, и стажёрка опять растерялась. Она посмотрела на мобильный, затем выглянула в окно. Три короткие секунды девушка металась между вариантами «дождаться, пока телефон умолкнет» и «отнести его майору Яню». Но затем поняла, что пока будет бежать, звонящий уже нажмёт «отбой», и тогда Янь Се от злости порвёт её на куски.

– Алло… Алло… – дрожащим голоском пропищала Хань Сяомэй. – Начальник Люй, здравствуйте. Я, я, я с-с-стажёрка майора Яня…

– Понятно, – спокойно ответил глава управления. – А сам майор Янь где?

– Пошёл в туалет! – на ходу сочинила девушка.

– Вы уже подъезжаете к Цзянъяну?

По пути в Цзяньнин они действительно должны были миновать Цзянъян, но пока ещё даже не покинули Гунчжоу. Стажёрка побоялась солгать главе управления, поэтому невнятно пробормотала:

– М-м, почти… Почти подъехали. Вот только майору Яню понадобилось в туалет… Он надолго ушёл…

На несколько мгновений повисла тишина, затем начальник Люй невозмутимо сказал:

– Ясно. Наметился прогресс в деле Фань Чжэнъюаня. Передайте Янь Се, чтобы не засиживался!

Десять минут спустя «гелендваген» уже мчался по скоростному шоссе.

– В результате расследования выяснилось, что Фань Сы перед нападением заезжал в родную деревню в уезде Цзянъян, и сейчас сотрудники полиции вместе с ответственным за безопасность ждут нас, чтобы провести обыск… – Янь Се подозрительно сощурился. – Ты уверена, что речь шла о Фань Сы, а не о Фань У?

Хань Сяомэй, сидящая за рулём, кивнула. Майор подался вперёд и с недоверием уставился на стажёрку:

– Точно? Фань У и его подельники вооружены, а у меня тут как в автобусе: заняты места для пожилых, инвалидов и беременных. Если ты перепутала и мы столкнёмся с ними лицом к лицу, как я буду отбиваться?

– Пожилой инвалид – это про меня, – отозвался капитан, не отрывая взгляда от шахматной доски на экране телефона.

– Но я не беременна! – возразила Хань Сяомэй.

– Тогда тебе стоит последить за собой. Мне кажется, за последнее время объём твоей талии увеличился на цунь.

Стажёрка обиженно засопела.

Янь Се пришло уведомление, он взглянул на экран и в недоумении спросил:

– Зачем начальник Люй прислал в чат отдела статью о вреде долгого сидения в туалете?

Хань Сяомэй втянула голову в плечи и сделала вид, будто понятия не имеет, о чём речь.

Деревня оказалась на самом краю уезда. В ведении местного полицейского участка находилась обширная горная территория, поэтому для удобства и мобильности в каждом посёлке назначался ответственный за безопасность, который официально не состоял в штате. Он решал мелкие споры из разряда «собака задрала соседскую курицу» или «овца ощипала траву с чужого участка» и при необходимости помогал полицейским сориентироваться на местности, когда происходило что-то серьёзное. Предстоящий обыск для таких людей, в отличие от Янь Се, был целым событием, какое случается раз в несколько лет.

Начальник Люй, по-видимому, сказал коллегам из Цзянъяна что-то вроде: «Сделайте всё, чтобы наш сотрудник в кратчайшие сроки осмотрел дом и вернулся к работе в управлении». Прямо у ворот майора встретил начальник местного полицейского участка и его худощавый подчинённый.

Времени на обмен любезностями и уж тем более застолье не было. Янь Се всучил каждому по две мягкие пачки «Чжунхуа», попрощался с начальником, а тощего коллегу забрал с собой, перед этим попросив Цзян Тина пересесть вперёд. Дорога до деревни долго петляла между гор, поэтому приехали они только после заката. К тому моменту ответственный за безопасность уже собрал арбузы с поля и ждал приезда полиции в кабине трактора, обмахиваясь веером и выковыривая грязь из-под ногтей на ногах.

За время, проведённое в пути, Янь Се успел поладить с местным коллегой и теперь, дружески похлопав его по плечу, попросил:

– Передай дяде, что мы понимаем, как трудно после рабочего дня ещё вести нас куда-то в такую темень. Если он быстро проводит нас до дома Фань Сы, то внакладе не останется: обещаю, что куплю у него весь собранный за сегодня урожай.

Худощавый полицейский тотчас опустил стекло и заговорил на местном диалекте с мужчиной в тракторе. Щедрое предложение явно пришлось фермеру по душе: он заулыбался, кивнул, но затем вдруг выхватил из-за пояса сверкающий длинный нож. Янь Се инстинктивно потянулся за пистолетом, но коллега его остановил:

– Погодите-погодите, он хочет угостить вас арбузом!

Майор не знал, смеяться или плакать:

– Какие угощения? Времени сколько? Скажи, не надо ничего резать… Хотя ладно, один кусок можно. Наш дражайший консультант Лу весь день ничего не ел. – Он взял из рук полицейского сочный кусок спелого арбуза и протянул капитану. – Вот, консультант Лу, освежись.

У Хань Сяомэй аж слюнки потекли.

– Хочешь? – тихо спросил Цзян Тин.

Стажёрка энергично закивала.

– Тогда как закончим с делами, я тебя угощу.

Девушка воодушевилась, завела внедорожник и поехала следом за трактором.

Поздним вечером в деревне стояла кромешная тьма, от которой не спасал даже свет фар. Проводник из местных был как нельзя кстати: трактор уверенно проехал по извилистой дороге и через некоторое время остановился перед склоном. Ответственный за безопасность высунулся из кабины и что-то крикнул в сторону «гелендвагена».

– Дальше никак, придётся идти пешком, – перевёл тощий полицейский. – Дом, в котором жил Фань Сы, как раз за этим холмом.

– Хорошо, пусть проводит нас. – Майор достал из кошелька толстую пачку банкнот и жестом попросил местного коллегу передать мужчине деньги. – Хань Сяомэй, ты остаёшься в машине. Консультант Лу идёт со мной. Не забудь прихватить криминалистический набор.

Фермер, довольный, что продал весь сегодняшний урожай, с радостью бросился исполнять свои обязанности: бодро поднялся по склону, затем преодолел длинную тропу и наконец привёл полицейских к кирпичному дому, окружённому полуразрушенным забором.

– Внутри никого? – уточнил Янь Се.

Ответственный за безопасность лихорадочно замахал руками и затараторил на своём диалекте. Местный полицейский перевёл:

– Он говорит, что Фань Сы покинул деревню много лет назад. С тех пор появлялся только один раз, недавно, и явно торопился. Даже ни к кому не зашёл поздороваться, покопался у себя на заднем дворе и на следующий же день укатил. Деревня маленькая, если кто приезжает, через несколько часов все уже в курсе. Тайком Фань Сы пробраться сюда никак не мог.

«Что не мог, я и сам знаю, – подумал Янь Се. – Разве что в виде призрака. А они не так страшны, как живые люди. Да и мстить бы он пришёл явно Королю пик, а не полиции».

Майор отпустил ответственного за безопасность, они с Цзян Тином на ощупь в темноте надели бахилы и перчатки, оставили тощего полицейского во дворе, а сами забрались в здание.

Это был типичный заброшенный сельский дом. Стёкла в окнах местами разбились, на стенах облупилась штукатурка. Янь Се скользнул лучом фонарика по убогой обстановке и толкнул скрипучую деревянную дверь. Затем легонько пихнул Цзян Тина локтем и усмехнулся:

– Эй.

– Что?

– Боишься привидений?

Капитан молчал.

– Если да, то вот, держись.

Цзян Тин посмотрел на протянутую мускулистую руку, затем перевёл взгляд на свою худую и сощурился. Майор рассмеялся:

– Не переоценивай свои силы, умник…

Не успел он договорить, как Цзян Тин приложил фонарик к подбородку, осветив бледное лицо, и состроил жуткую гримасу. Затем с невинным видом развернулся и ушёл.

Дом с тремя комнатами внутри оказался таким же пустым, каким выглядел снаружи. Ни холодного, ни огнестрельного оружия, ни патронов – ничего, что могло бы послужить вещественным доказательством. Но именно это и настораживало. Фань Чжэнъюань долгие годы не возвращался в родную деревню и появился здесь как раз незадолго до нападения на Цзян Тина. Опыт следователя подсказывал: он приехал сюда либо что-то забрать, либо, наоборот, спрятать. Сантименты здесь явно были ни при чём.

Янь Се несколько раз обошёл гостиную, осмотрел другие комнаты, затем услышал шорох на заднем дворе и оклик капитана: «Эй!»

– Что ещё за «эй»?.. – Майор с фонариком обогнул дом и вышел на задний двор.

Цзян Тин сидел к нему спиной на корточках в зарослях травы и, похоже, пытался что-то поднять.

– Что там у тебя?

– Погреб… – процедил капитан сквозь зубы. – Чего застыл как вкопанный? Помогай!

Вход в погреб скрывала каменная плита. Янь Се сунул фонарик за пояс брюк, взялся за противоположный край плиты, но поднимать не стал. Вместо этого он улыбнулся уголком губ и спросил:

– Тебе нужна моя помощь?

Цзян Тин тотчас почувствовал мощный прилив сил и рывком откинул плиту в сторону. Перед полицейскими открылся узкий лаз, через который мог пробраться только один человек.