Полдень следующего дня. Гунчжоу.

Полиция оцепила место происшествия, но никак не могла разогнать тётушек и дядюшек, которые утром вышли на улицу размяться, а теперь столпились вокруг дома и старательно тянули шеи, громко перешёптываясь. Жильцы высыпали в подъезд и оживлённо обсуждали происходящее:

– Это ж надо было покончить с собой именно здесь! Он вообще о других не думал? Мы столько горбатились, чтобы тут квартиру купить!

– Послушайте, я знаю одну старую гадалку с южного района, она лучше всех снимает проклятия. Надо срочно позвать её, а то вдруг ночью что случится.

– Дорогу! Дайте пройти!

Янь Се прорвался сквозь толпу, предъявил дежурным полицейским удостоверение, и те вежливо приподняли ленту, пропуская его.

– Янь-гэ! – Навстречу тотчас выбежал Ма Сян и протянул начальнику перчатки и бахилы. – Мы тебя заждались! Судмедэксперты уже сворачиваются.

Майор снял тёмные очки. Проливной дождь смыл почти все следы трагедии, но почва ещё хранила густой запах крови. Мухи кружили над зацементированной площадкой, где остались редкие куски плоти, осколки костей и пятна странной жидкости, напоминающей мозговое вещество. Четверо судмедэкспертов из Гунчжоу заканчивали собирать останки Ван Синъе.

– Уже определили место, откуда он упал? – спросил Янь Се, натягивая перчатки. – Есть предварительная версия?

Они прошли в подъезд и начали подниматься на крышу. Ма Сян сверился с записями в блокноте:

– В принципе уже можно утверждать, что он упал с крыши здания. На перилах лестничной клетки и ограждении обнаружены отпечатки пальцев покойного Ван Синъе. Дождь смазал картину, так что явных следов присутствия других людей криминалисты не нашли. Сотрудники отдела уголовного розыска Гунчжоу и судмедэксперты склоняются к версии самоубийства из страха перед наказанием.

– Да ну? – фыркнул Янь Се. – Сегодня утром начальник Фан сказал то же самое.

Ма Сян осмотрелся и осторожно спросил:

– А ты что думаешь?

– Человек, который умудрился ускользнуть из-под носа у полиции на велосипеде, потратил столько сил, чтобы приехать в другой город и покончить с собой? Если ты скажешь, что в этом доме жила его первая любовь или единственный сын, тогда я, может, соглашусь с этой идиотской версией – и то чисто из вежливости.

Они как раз проходили мимо полицейских из отделения Гунчжоу, которые вели допрос и заполняли протокол. Ма Сян немного подумал и решил от греха подальше промолчать. На чужой территории лучше не выпендриваться, как бы чего не вышло.

Майор толкнул дверь, которая вела на крышу, и холодно спросил:

– И что, на этой двери остались только отпечатки Ван Синъе? Они и впрямь держат нас за дураков?

В нос ударил затхлый смрад, смешанный с солоноватым запахом дождя. Местные криминалисты завершали работу. Гао Паньцин, примчавшийся сюда вместе с Ма Сяном ещё утром, разговаривал с мужчиной лет сорока на вид, среднего роста, в тёмно-синем мундире. Гао Паньцин повернулся на скрип и шагнул поприветствовать Янь Се:

– Майор Янь, наконец-то ты здесь! – Он обернулся к коллеге из Гунчжоу. – Прошу любить и жаловать – замначальника нашего отдела уголовного розыска, майор Янь. – Затем улыбнулся Янь Се. – А это начальник первого подразделения местного отдела уголовного розыска, капитан Ци. Мы как раз обсуждали детали дела.

Глаза майора сверкнули, он с улыбкой пожал руку капитану. Ладонь того оказалась на удивление холодной и слабой. Мужчина совершенно не походил на опытного оперативника – уж слишком представительно выглядел в идеально выглаженной форме с накрахмаленным воротником рубашки.

– Имя заместителя Яня здесь у всех на слуху, рад наконец познакомиться лично. – Капитан Ци расплылся в искренней улыбке. – Мы мельком виделись во время совместной операции управлений Гунчжоу и Цзяньнина. Всего несколько лет прошло, а как всё изменилось! Вас теперь прямо не узнать – большой человек!

Он явно намекал на то, что в те годы Янь Се был мелкой сошкой. Майор вдруг понял, почему лао Гао сделал акцент на должности капитана и усмехнулся:

– Это точно. Тогда от вашего управления в операции участвовало второе подразделение отдела по борьбе с наркотиками, так ведь? Им руководил, кажется… Цзян Тин. Да, он! – Янь Се шлёпнул себя по лбу и заметил, как улыбка начала сползать с лица собеседника. – Вы ведь тогда служили под его началом? Эх, капитан Цзян был удивительным человеком. В таком возрасте уже носил капитанские погоны! Как жаль, что он погиб при исполнении. А вы, наверное, потом перешли в отдел уголовного розыска и росли в звании уже там?

От улыбки капитана Ци не осталось ни следа.

– К чему теперь вспоминать былое. – Он выдернул ладонь из крепкой хватки Янь Се и предложил: – Пойдёмте, заместитель Янь, я покажу вам место происшествия.

На самом деле смотреть там было не на что: дождь уничтожил большую часть улик, ни на войлоке, ни на кровле, ни на цементном полу не осталось следов от подошв. Криминалисты тщетно пытались найти образцы волос или отпечатки пальцев.

Капитан Ци указал на ограждение:

– Отсюда спрыгнул покойный. Мы отправили все улики, которые сумели обнаружить, в управление для анализа. Как только появятся результаты, сразу сообщим коллегам из Цзяньнина.

– Спрыгнул? – переспросил майор. Ответа не последовало, и он добавил: – Высота этого ограждения – метр тридцать – метр сорок. Вы считаете, что Ван Синъе с ростом метр семьдесят пять и весом около ста килограммов смог бы сам преодолеть такое препятствие?

– Теоретически да, – невозмутимо протянул капитан Ци, – если очень захотеть… Заместитель Янь, что вы делаете?!

Майор опёрся ладонями об ограждение, закинул правую ногу на верхнюю перекладину и свесился. Ещё чуть-чуть, и он полетел бы вниз с высоты нескольких десятков метров. Капитан Ци ринулся вперёд, но не успел ничего предпринять: Янь Се спрыгнул обратно на крышу и с улыбкой отряхнул руки от пыли.

– Думаю, на практике он бы такой трюк не провернул.

– Вы!..

Янь Се похлопал капитана Ци по плечу, оставив серый отпечаток ладони на тёмно-синем мундире, и дружелюбно сказал:

– Послушайте, чтобы перелезть через ограждение, ему как минимум пришлось бы подтянуться. Я со своей комплекцией без проблем сделаю несколько десятков подтягиваний, но Ван Синъе… По-моему, его сбросили с крыши. Вы не согласны?

Капитан Ци, нахмурившись, отряхнулся и возразил:

– На месте происшествия не обнаружили никаких улик, подтверждающих эту версию!

– А что насчёт камер видеонаблюдения?

– Дом находится в слепой зоне. К тому же этой ночью прошёл сильный дождь, отключилось электричество, не работали даже уличные фонари. Нет никаких оснований для проведения расследования. Наши сотрудники и так загружены, ни к чему впустую пересматривать записи.

– Если это проблема, то у нас в Цзяньнине достаточно специалистов. Может, ради такого дела направить несколько человек вам в помощь? – вмешался Ма Сян.

– Прошу прощения, но это против правил, – вежливо, но твёрдо ответил капитан Ци и покачал головой. – Мы находимся в юрисдикции управления Гунчжоу. Если ваши сотрудники хотят взглянуть на записи, то для начала они должны получить разрешение от министерства. В противном случае это будет считаться вмешательством в дело.

Майор увидел, как гнев подступает к горлу Ма Сяна, и опустил ладонь ему на плечо. Капитан Ци помнил Янь Се вспыльчивым парнем, который пять лет назад закатил грандиозный скандал с вовлечением муниципальных управлений двух провинций. Но теперь, к его удивлению, майор не выказал ни тени раздражения, лишь мягко спросил:

– В таком случае, по-вашему, дело можно квалифицировать как самоубийство из страха перед наказанием?

Капитан Ци подумал несколько секунд и кивнул:

– Не вижу никаких улик, опровергающих эту версию.

Даже сдержанный Гао Паньцин едва не разразился бранью. Надо быть больным на всю голову, чтобы примчаться сюда ночью из другого города и покончить с собой! Это просто смешно!

Но Янь Се по-прежнему оставался невозмутим. Он достал из мягкой пачки «Чжунхуа» две сигареты и протянул одну капитану. Тот, поколебавшись немного, взял сигарету и поблагодарил.

– Нелегко вам тут приходится, – вздохнул майор и дал собеседнику прикурить.

Капитан Ци выпустил кольцо дыма, и выражение его лица немного смягчилось. Он жестом велел криминалистам продолжать работу и предложил коллегам из Цзяньнина спуститься вниз.

– Дорогой Янь, понимаете, некоторые вещи от меня не зависят. Я слышал про серию похищений в вашей провинции, которая тянется уже третий год. Говорят, этот гад Ван Синъе даже организовал нападение на полицейских. После ареста его ждала смертная казнь, это ясно как день. В такой ситуации и правда выбора нет, остаётся только с крыши сигать! – Он спускался по лестнице, повернувшись вполоборота и поглядывая на Янь Се. – Озвучу очевидное: его смерть избавила вас от многих хлопот. Допросы, ворох бумаг, сбор доказательств, гражданские иски, споры с прокуратурой… Вы бы ещё минимум несколько недель работали в поте лица, а теперь оп – и всё, дело можно закрывать. На вашем месте я бы тайком порадовался такому исходу.

Организатор похищений Ван Синъе мёртв, его сообщники, вроде Фань У и остальных, далеко не убегут. Когда полиция схватит этих мерзавцев, то, скорее всего, выйдет на какие-нибудь подпольные мастерские по производству оружия и патронов. А Ван Синъе теперь ничего не сможет сказать в своё оправдание, что бы ни написали в протоколах. Действительно, очень удобно!

– Так-то оно так, – майор улыбнулся, – но мы до сих пор не нашли тела двух первых жертв.

– Ох… – голос капитана Ци резко оборвался.

Они проходили седьмой этаж. Янь Се как опытный следователь сразу заметил брошенный капитаном Ци взгляд вправо. Майор покосился в ту сторону и увидел в конце коридора открытую дверь, в которой мелькнул силуэт полицейского в тёмно-синем мундире.

– Что там у вас? – как бы невзначай спросил Янь Се. – Нашли свидетеля?

– А, нет, нет. Пару дней назад владелец заявил об ограблении, сегодня как раз зашли осмотреть место происшествия.

Майор увидел, как побелели кончики пальцев капитана, которыми тот вцепился в перила, и вместе с этой деталью в память врезался номер квартиры – семьсот один.

– Ограбление всего два дня назад? Надо же, как совпало! – Майор проследовал за капитаном Ци дальше по лестнице, не отставая ни на шаг. – Надо тщательно это расследовать, вдруг есть связь с падением Ван Синъе.

Капитан Ци рассмеялся. Когда они вышли из подъезда и оказались за оцеплением у полицейской машины Цзяньнина, он огляделся и, убедившись, что вокруг никого, похлопал Янь Се по плечу:

– Дорогой Янь, скажу прямо: не надо искать в этом деле двойное дно, его здесь нет.

Майор улыбнулся и сделал вид, что внимательно слушает коллегу.

– Если бы Ван Синъе умер в другом районе или выбрал хотя бы другой дом, мы могли бы рискнуть и попробовать копнуть глубже. Но, учитывая обстоятельства, написать в итоговом отчёте «самоубийство из страха перед наказанием» будет лучше не только для вас, но и для меня, моего начальства и вообще всех. Плюсы такого решения значительно перевешивают минусы.

Взгляд Янь Се застыл, Ма Сян и Гао Паньцин, стоящие позади него, тоже опешили.

– А что такого в этом доме? – поинтересовался майор.

Капитан Ци молча покачал головой. Тишина расползлась в стороны и пробралась сквозь толпу и полицейские машины Гунчжоу к судмедэкспертам, снующим у подъезда с чёрными пакетами.

– Если неудобно говорить, то не надо, – наконец нарушил молчание Янь Се. – Я могу с пониманием отнестись к вашим проблемам, но на меня давят сверху из управления Цзяньнина и провинциального ведомства. Как я им всё объясню? Если начальник Люй лично приедет сюда для расследования, боюсь, вам не поздоровится.

Он говорил мягко, но уверенно. Упомянуть старого лиса Люя, хорошо известного в системе общественной безопасности юго-запада своим упрямым нравом, было весьма умно, но капитан Ци в ответ лишь махнул рукой и усмехнулся:

– Начальник Люй? Это как раз его распоряжение.

Под недоверчивым взглядом Янь Се он набрал номер:

– Лао Люй? Да, это я, сяо Ци. Сделал всё как вы велели. Со мной сейчас рядом заместитель Янь, передаю ему трубку, поговорите с ним сами.

Майор нахмурился и приложил к уху телефон. Из динамика раздался спокойный голос:

– Янь Се?

– Начальник Люй, здравствуйте. Я сейчас в Гунчжоу по делу падения Ван Синъе с крыши…

– Это было самоубийство из страха перед наказанием. – Зрачки майора сузились. – Осмотрись там и возвращайся в Цзяньнин. Запомни все детали места происшествия и попроси Ма Сяна сделать побольше снимков. Если найдёте какие-то улики, забирайте с собой. Об остальном пока не думай. Всё обсудим позже.

– Но…

– Ван Синъе умер в очень неподходящем месте, – перебил начальник Люй. – Скорее возвращайся в Цзяньнин, ты нужен здесь. – И повесил трубку.

– Дорогой Янь, за эти несколько лет вы сделали головокружительную карьеру, но, видимо, в Цзяньнине вас посвятили ещё не во все дела. – Капитан Ци с улыбкой забрал телефон. – В любом случае со смертью Ван Синъе мы разберёмся сами. Вы в скором времени закроете своё дело, и все останутся в плюсе. Давайте на этом закончим.

Он перекинулся парой слов с Гао Паньцином и, когда подошёл судмедэксперт, воспользовался случаем и откланялся. Ма Сян дождался, пока капитан Ци отойдёт подальше, и воскликнул:

– Янь-гэ! Сейчас мы…

Майор жестом велел ему замолчать, затем сделал глубокий вдох и, подавив бушующие в груди эмоции, спокойно обратился к подчинённым:

– Я возвращаюсь в Цзяньнин.

Ма Сян хотел что-то сказать, но передумал.

– Сделайте побольше снимков, но будьте начеку. Если заметите волосы, ногти или кровь на земле, возьмите образцы. – Майор огляделся и понизил голос: – И ещё: когда все уйдут, загляните в семьсот первую квартиру.

Ма Сян выглядел озадаченным, но более опытный Гао Паньцин быстро смекнул, что к чему, и кивнул.

Янь Се деловито прошёл к припаркованному неподалёку серебристому «гелендвагену», сел в машину и громко хлопнул дверью. Хань Сяомэй за рулём взволнованно обернулась:

– Майор Янь, вы…

Раздался глухой стук. Янь Се, не в силах больше себя сдерживать, ударил кулаком по спинке переднего пассажирского сиденья. Затем, стиснув зубы, ударил ещё раз и замахнулся в третий, но Цзян Тин перехватил его запястье.

– Даже если ты ударишь сотню раз или разобьёшь машину, это ничего не изменит, – мягко укорил он.

Майор наконец разжал ладонь, и побелевшие костяшки постепенно приобрели привычный цвет.

– Поехали, – велел Цзян Тин.

Хань Сяомэй послушно завела мотор.

– Я даже тела не видел, – хрипло сказал Янь Се. – Утром в управлении Фан Чжэнхун сказал, что Ван Синъе совершил самоубийство из страха перед наказанием. Я тогда посмеялся над ним, ещё не зная, что через несколько часов даже начальник Люй будет упорно твердить, что толстяк сам спрыгнул с крыши… и что принять эту версию будет лучше для всех. Да, конечно, преступник, которому грозила смертная казнь, покончил с собой, но кому лучше-то?!

Стажёрка боялась даже краем глаза смотреть в зеркало заднего вида. Цзян Тин сидел за ней и молча играл в сянци онлайн.

– Что за тип этот Ци? – спросил Янь Се у капитана.

– Ци Сыхао. В своё время служил во втором подразделении отдела по борьбе с наркотиками управления Гунчжоу. Звёзд с неба не хватал, жил скромно, работал строго по графику – с девяти до шести. – Цзян Тин сделал ход конём. – Но именно благодаря этой заурядности после реорганизации его перевели в отдел уголовного розыска и повысили до замначальника подразделения. Пожалуй, единственное достоинство Ци Сыхао – исполнительность. Полгода назад глава того подразделения ушёл в отставку, и Ци Сыхао занял его кресло.

– Откуда ты всё это знаешь?

– Навёл справки. А что, нельзя?

Капитан отложил мобильный и встретился с пристальным взглядом Янь Се. За окнами мелькали дома и дорожные развязки.

– Начальник Люй сказал, что Ван Синъе умер в очень неподходящем месте. Этот тип Ци тоже обмолвился, что если бы толстяк свалился с другого здания, тогда он бы ещё мог провести расследование… Что не так с этим домом? Это как-то связано с квартирой семьсот один?

Хань Сяомэй чувствовала, как воздух из салона выкачивается невидимым прибором, и боялась даже пошевелить глазами. Через несколько секунд она услышала голос Цзян Тина, вернее, консультанта Лу:

– Прежде чем задавать вопросы, может, стоит подумать, почему от тебя до сих пор это скрывали? Время ещё не пришло.

Своими словами капитан словно активировал детонатор. Янь Се ударил кулаком по спинке сиденья с такой силой, что Хань Сяомэй едва не подпрыгнула!

В тот же момент послышался звонок телефона, подобно острому клинку пронзивший барабанные перепонки бедной стажёрки. К счастью, извержения вулкана не последовало. Майор подавил вспышку гнева и сухо ответил:

– Алло, начальник Люй?

– Ты уже в пути?

– Да, я…

– Отлично. Я просто хотел убедиться, что ты покинул место происшествия.

– Квартира семьсот один…

Связь оборвалась, и вопрос повис без ответа. Не медля ни секунды, Янь Се набрал номер начальника, но тот сбросил звонок.

В обычной ситуации майор бы сдержался, но откровенная насмешка Ци Сыхао, скрытность сотрудников управления Гунчжоу и ярость от невозможности провести полноценное расследование слились воедино и закипели в груди. Буйный нрав, который Янь Се долго держал под контролем, вырвался наружу. Он принялся названивать без остановки на рабочий телефон главы управления, пока на восьмой или девятый раз там наконец не сняли трубку:

– Алло…

– Почему нужно оставить это дело?! – прорычал майор. – Мне плевать, что произошло в том доме! Мой подозреваемый мёртв! Мне нужно разрешение от министерства на проведение тщательного расследования!

– Какого расследования? – в недоумении спросил Вэй Яо. – Начальник Люй уехал в провинциальное ведомство. Я проходил мимо его кабинета и решил ответить, потому что телефон разрывался. Ты что, белены объелся? Быстро возвращайся в Цзяньнин, у нас сегодня ещё…

Майор повесил трубку, и в салоне воцарилась напряжённая тишина. Раздался монотонный голос навигатора: «Через один километр перед эстакадой поверните направо, на съезд к улице Хэншуй…»

– Погоди, не сворачивай, – вдруг сказал капитан, и стажёрка замерла. – Поезжай прямо. Через пять километров повернёшь направо, на улицу Гуанчжи, и оттуда выедешь на шоссе.

– Но мы же тогда сделаем крюк, а движение…

– Поезжай прямо, – с нажимом повторил Цзян Тин.

Его обычно спокойный и размеренный голос теперь звучал требовательно. Хань Сяомэй убрала палец с переключателя поворотника, но Янь Се холодно приказал:

– Направо!

– Но…

– Я сказал, направо!

Стажёрка взглянула в зеркало заднего вида. Цзян Тин нахмурился.

– Я знаю дорогу. Слушай меня и поезжай прямо.

– Но майор Янь…

Капитан опередил Янь Се и ещё раз сказал:

– Прямо!

«Через триста метров поверните направо, на съезд к улице Хэншуй. Затем двигайтесь на север двадцать три километра мимо мемориального кладбища…» – возвестил навигатор.

– Я сказал повернуть направо, ты что, оглохла?! – рыкнул майор. – Включай поворотник!

Хань Сямоэй растерянно посмотрела назад. «Через сто метров поверните направо, на съезд к улице Хэншуй…»

– На что уставилась? Поворачивай!

Стажёрка в последний момент выкрутила руль, и «гелендваген» через две сплошные линии устремился к съезду, не обращая внимания на автомобильные гудки.

«Через полтора километра по маршруту мемориальное кладбище. Продолжайте движение на север двадцать три километра».

Сердце Хань Сяомэй билось так часто, что едва не выпрыгивало из груди. Через несколько секунд она набралась смелости и почти заглянула в зеркало заднего вида, но вдруг почувствовала на своём плече чужую ладонь и вскрикнула.

– Притормози у обочины, – спокойно попросил капитан.

Стажёрка без лишних вопросов подчинилась и остановилась под эстакадой. Цзян Тин сразу вышел из машины и не оборачиваясь пошёл прочь.

– К-к-консультант Лу?! – позвала Хань Сяомэй, опуская стекло.

В следующую секунду она выпучила глаза от удивления: Янь Се тоже выскочил из внедорожника, в несколько шагов догнал капитана и, схватив за плечо, силой развернул его к себе лицом.

– Неужели ты боишься увидеть с десяток урн на кладбище?

Шум машин, грохот поездов метро и городская суета остались где-то далеко: под эстакадой царили тишина и спокойствие. После долгого молчания Цзян Тин наконец ответил:

– Да. – Он приподнял голову, и в глазах сверкнул холодный блеск. – Доволен?

Мышцы на лице Янь Се дёрнулись. Несколько минут оба молчали, пока тихий хриплый голос майора наконец не нарушил тишину:

– Прости. Я не должен был срываться на тебе.

Цзян Тин, вздохнув, вытащил из кармана брюк Янь Се сигарету, майор молча дал ему прикурить. Когда капитан затянулся и выпустил длинную струю дыма, лёд наконец оттаял, выражение его лица смягчилось, и он сказал:

– Я ещё не готов с ними встретиться. – Эти слова прозвучали жутко, и Янь Се искоса бросил на него взгляд. – По дороге в Гунчжоу у меня наметилось несколько предположений по поводу смерти Ван Синъе, но я решил не озвучивать их, пока не буду уверен. Только когда ты рассказал про начальника Люя и Ци Сыхао, я прикинул, где мы находимся, и до меня наконец дошло. – Цзян Тин закашлялся. Майор осторожно похлопал его по худой спине, но тот быстро отмахнулся и продолжил: – Ты не умеешь держать себя в руках, но мыслишь ты в правильном направлении: всё дело в квартире семьсот один.