Время в палате будто остановилось. Свет из окон отражался от белых стен и простыней на койках, создавая причудливое мерцание, от которого кружилась голова. Звон наручников нарушил гнетущую тишину. Девушку затрясло так сильно, что, казалось, она вот-вот развалится на части. Через несколько минут, стуча зубами и запинаясь, она наконец выдавила из себя:

– К-как… вы… узнали?

– Думали, если скроете правду о смерти Хэ Ляна и отсидите несколько месяцев за кражу, то всё закончится? – Цзян Тин наклонился ближе и тихо сказал девушке прямо на ухо: – Летние ночи, середина июля… В середине июля с заходом солнца в восемь ноль девять вечера заканчивается пора юности и наступает время наказания, которое длится бесконечно долгую ночь. Считаете, что с убийством Хэ Ляна наказание закончилось? Ничего подобного. Как думаете, почему выбрали именно вас?

Лицо Ли Юйсинь было мертвенно-бледным. Она судорожно вздохнула, и Цзян Тин тотчас крепко вцепился ей в руку. Пальцы капитана, как и рука девушки, были перевязаны бинтами из-за ран. Одна бледная, тонкая, покрытая мелкими шрамами рука держала другую, словно они принадлежали одному человеку.

– Скажите правду, и я помогу вам выбраться из этого ужаса. Иначе вы никогда не сбежите от этих людей.

– Не… – зашептала Ли Юйсинь, – не именно меня… До меня были ещё…

Глаза Цзян Тина блеснули. Вновь зазвенели наручники, и девушка крепко вцепилась в пальцы капитана. Этот жест словно придал ей смелости.

– Но те двое… мертвы.

Мертвы.

Ночь смешалась с днём, и реальность уступила место кошмару. Палата перед глазами Ли Юйсинь исчезла, её сознание поглотили образы и сцены, которые она переживала во сне снова и снова.

Красный диск солнца опустился за горизонт, и наступил мрак. Связанный Хэ Лян стоял на коленях и дрожал, вокруг столпились тени, подобно призракам. Девушка с ножом в руке едва держалась на ногах и давно бы уже рухнула на землю, если бы её не поддерживали сзади.

– Убей его, – в голосе возле уха сквозила насмешка.

– Нет… Нет…

– Он предал тебя, чтобы выжить, и заслужил наказание.

– Прошу, отпустите нас! Пожалуйста…

– Убей его, иначе ляжешь в землю рядом с ним.

– Я не могу… Прошу вас, пожалуйста!..

На затылок опустилась ладонь, и девушку заставили повернуть голову. Неподалёку в яме лежали, прижавшись друг к другу, два разлагающихся трупа. Они держались за руки, обратив пустые глазницы к небу. Среди костей и полусгнивших останков копошились личинки.

– Вот что тебя ждёт, если не пересилишь своё «не могу». Ты станешь следующей и разделишь наказание с ним.

Девушка разразилась рыданиями, отчаянный крик поднялся к небу и слился с голосом, звучащим в палате:

– Я не хотела убивать! Я не хотела убивать Хэ Ляна! Почему именно я? Что мы сделали? За что это наказание? Я не понимаю… Я правда не понимаю…

– Вы не сделали ничего плохого. – Цзян Тин вытер слёзы с лица Ли Юйсинь и тихо добавил: – Когда я приглашу второго полицейского, вы знаете, что нужно рассказать о смерти Хэ Ляна.

– Я не могу, – всхлипнула она, – я правда не могу, я…

– Можете. Вы убили Хэ Ляна, но мёртвых не допрашивают. Если мы не поймаем похитителей, никто не сумеет доказать, что вас заставили. Неужели вы хотите провести в тюрьме всю оставшуюся жизнь за преступление других людей? – Ли Юйсинь яростно замотала головой. – А получить благодарность за сотрудничество с полицией, восстановить свою репутацию перед родственниками, друзьями, учителями и вернуться к учёбе? – Девушка, словно зачарованная, вслушивалась в мягкий низкий голос капитана и, подумав мгновение, неуверенно кивнула. – Тогда вы знаете, что нужно сделать.

Капитан попытался выпрямиться, но Ли Юйсинь крепко сжала его руку, как спасительную соломинку, и притянула к себе.

– Почему… вы мне помогаете?

Цзян Тин ответил не сразу. С непроницаемым лицом он повернул голову и устремил взгляд в коридор. Янь Се разговаривал по телефону и точно не мог слышать, что происходит в палате.

– Потому что на самом деле он хочет казнить не Хэ Ляна или Шэнь Сяоци. – Капитан приблизился к ледяному уху девушки и произнёс так тихо, что только она могла его услышать: – Это я предал его.

Зрачки Ли Юйсинь расширились.

Из динамика послышался голос: «Не Хэ Ляна или Шэнь Сяоци… Это я предал его». Следом в коридоре раздался щелчок. Янь Се обернулся и увидел в дверях палаты Цзян Тина.

– Заходи. Она готова признаться.

– Отлично, – ответил майор и сказал в трубку: – Продолжайте поисково-спасательные работы и будьте на связи. Я позвоню, как только появятся новости.

Янь Се ткнул в экран и убрал телефон обратно в карман, затем в несколько шагов преодолел расстояние до Цзян Тина и коснулся его плеча:

– Как твоя рука?

Он взял капитана за запястье, другой рукой скользнул по спине к поясу и осторожно снял крохотный микрофон, который прикрепил перед выходом из палаты.

– Пустяки, ничего страшного. – Цзян Тин высвободил руку и устало добавил: – За меня не беспокойся.

Янь Се вошёл в палату и, обернувшись, коротко улыбнулся. В этом мимолётном движении губ таилось нечто странное, но капитан не успел понять, что именно.

Ли Юйсинь лежала, откинув голову на белоснежную подушку, на её лице наконец появился румянец. Увидев Янь Се, она из последних сил приподнялась и хриплым голосом спросила:

– Вы правда засчитаете мои показания за содействие следствию и разрешите мне вернуться к учёбе?

Цзян Тин занял кресло в другом конце палаты и сложил руки на коленях, напоминая в этот момент изящную статую. Майор мельком взглянул на него и кивнул девушке:

– Да. Обещаю.

Ли Юйсинь не обратила внимания на странное выражение на его лице: она полностью сосредоточилась на данном ей обещании.

– Я не видела, как выглядел тот человек, – с содроганием выдавила из себя первую фразу девушка. – Только слышала его голос. – Майор сощурился. – В июле прошлого года отец сильно отругал меня за плохие оценки, и я в слезах сбежала из дома. Я позвала с собой Хэ Ляна, и мы побрели куда глаза глядят. Когда стемнело, мы уже почти вышли из города. Тут к нам подъехала машина, и водитель предложил подвезти до дома.

Ли Юйсинь сухо сглотнула, и Янь Се сразу спросил:

– Что за машина? Как выглядел водитель?

– Серебристый «хёндэ». Мужчина лет тридцати – сорока, лица я не рассмотрела: было темно. Мы согласились, а потом… нас словно чем-то накачали, и мы отключились.

Янь Се молчал. Да и что тут скажешь: два беззащитных старшеклассника сели не пойми к кому в машину – инстинкт самосохранения у них явно отсутствовал.

– Очнулись мы в какой-то глуши. Вокруг никого, только горы и лес. Мы сильно испугались, стали звать на помощь, но всё тщетно. Выбора не было, и мы снова пошли наугад. Следующие два дня мы провели в лесу, – голос Ли Юйсинь задрожал, она не могла сдержать слёз. – Ни еды, ни воды, а ещё Хэ Лян сильно ударился, когда упал. V нас начался жар…

– Так вас не удерживали в плену? – уточнил Янь Се.

– Я узнала о том, что с родителей Хэ Ляна требовали выкуп, только когда вернулась домой. Тогда это не выглядело как похищение. Мы два дня шли по горам и не видели ни души!

Майор начал понимать, в чём дело, но озвучивать догадку вслух не стал, лишь спросил:

– А на третий день?

Казалось, невидимая рука схватила Ли Юйсинь за горло и придушила.

– На третий день мы встретили… – Она немного помолчала и наконец выдавила из себя: – Людей в масках и чёрной одежде.

– Сколько их было? Мужчины, женщины? Как именно это произошло?

– Я не знаю, откуда они взялись. На третий день мы добрались до поляны на вершине холма и потеряли сознание. Когда я очнулась, эти люди уже окружили нас. Хэ Лян был связан и, стоя на коленях, молил о пощаде… Я попыталась сбежать, но они меня поймали. Я кричала, звала на помощь, просила отпустить нас, но один из них приложил к моему уху телефон… – Ли Юйсинь широко раскрыла глаза. Ужас крепко врезался в память девушки, она словно заново переживала ту ночь. – Голос из трубки сказал, что Хэ Лян – трус и предал меня. Голос велел убить его. Я плакала и просила прекратить, но голос дал понять, что если я не решусь, то буду наказана вместе с ним. Как… Как…

– Как кто?

– Как те двое на дне ямы. – В палате повисла напряжённая тишина. Взгляды Янь Се и Цзян Тина были прикованы к безжизненному лицу девушки. – Там лежало два трупа… парня и девушки. Они держались за руки… Голос сказал, что, если я не убью Хэ Ляна, меня постигнет та же участь.

Майор изменился в лице: значит, их похищение тоже не первое! До Хэ Ляна была по меньшей мере ещё одна пара жертв! Сквозь гул в голове Янь Се услышал собственный голос:

– Значит, вы убили его?

Ли Юйсинь избегала его взгляда.

– Нет, – пробормотала она, – я не знаю, что случилось, я… Я потеряла сознание. А когда очнулась, Хэ Лян был уже… мёртв.

Майор посмотрел на Цзян Тина, тот молча опустил веки. Некоторое время тишину в палате нарушало только сбивчивое дыхание и всхлипы девушки.

– Понятно.

Янь Се, как правило, слов на ветер не бросал – его обещаниям можно было верить. Цзян Тин с облегчением выдохнул, хотя внешне по-прежнему оставался невозмутим. Он словно не заметил острого мимолётного взгляда майора и ровным тоном спросил Ли Юйсинь:

– Что случилось потом? Эти люди отпустили вас?

Девушка замотала головой, и стало слышно, как стучат её зубы.

– Н-нет, нет. Они бросили тело Хэ Ляна в один из внедорожников, меня посадили в другой, и в ночи мы спустились с горы… Мне брызнули что-то в лицо, и я опять отключилась. Проснулась к концу дня на закате и увидела, как из внедорожника на вершине холма вытащили Хэ Ляна. – Ли Юйсинь говорила сбивчиво и пыталась обхватить руками голову, но мешали наручники. – Они выкопали большую яму… Опустили… Опустили в неё тело Хэ Ляна… и начали засыпать землёй… А-а-а… – Натянутые до предела нервы лопнули, и она издала нечеловеческий вопль.

Янь Се помассировал точку между бровями. Он с трудом переварил сказанное Ли Юйсинь и через некоторое время хрипло подытожил:

– Палач не один. Мы имеем дело с целой слаженной бандой. Их цель – пара влюблённых подростков. После похищения заложников бросают в горах. Пока они пытаются выжить в суровых условиях, преступники звонят родным и требуют выкуп, запугивают окровавленной одеждой и называют время казни. А когда наступает час икс, заставляют девушку убить парня. Если она отказывается, погибают оба. – Майор покачал головой. – Ритуал, жертвоприношение… Напоминает какую-то секту, но откуда взялись «предатель» и «трус»? – Цзян Тин молчал. Янь Се на мгновение задумался и вздёрнул подбородок. – Эй!

– Что?

– Почему мне кажется, что эта банда похожа на наркокартель, который стоит за делом Фэн Юйгуана? Может, это одни и те же люди?

Цзян Тин уловил намёк в тоне майора, опустил взгляд и ответил:

– Мне пришла в голову другая мысль. – Янь Се вопросительно посмотрел на капитана, но тот обратился к девушке: – Ли Юйсинь? – Она от изнеможения не могла уже даже плакать, лишь вздрогнула и подняла голову. – Как я понял, когда похитители принуждали вас убить Хэ Ляна, рядом в яме лежало два трупа. Но Хэ Ляна похоронили не там, а в дне езды от места казни, верно? – Девушка кивнула, и Цзян Тин повернулся к майору. – Я пока не понимаю, почему похитители решили закопать тело в другом месте, но, вполне возможно, они собираются запугать следующую пару заложников трупом Хэ Ляна.

– Тяньцзуншань! – мгновенно догадался майор и тотчас набрал номер помощника: – Ма Сян! Похититель не один, орудует целая банда. Срочно звони в управление, пусть запросят записи с камер наблюдения на всех дорогах, ведущих к Тяньцзуншань с полудня до двенадцати часов ночи шестнадцатого июля прошлого года. Ищите колонну внедорожников. Как только найдёте, сразу звони мне! – Он прикрыл динамик и спросил Ли Юйсинь: – Вы помните какие-нибудь особенности места, где захоронили тело Хэ Ляна? Это очень важно! Любая мелочь!

Девушка вздрогнула под тяжёлым взглядом майора, но быстро взяла себя в руки.

– Да. На вершине того склона росли огненно-красные деревья. Они заставили меня смотреть, как засыпают яму, а голос из телефона сказал: «Мне-то казалось, ты птица, копошащаяся в грязи. Я и подумать не мог, что тебе доведётся взглянуть на деревья феникса»[9]. Сквозь горькую усмешку на лице Ли Юйсинь проступало отчаяние. – Тогда я впервые в жизни увидела делоникс своими глазами.

Янь Се приложил трубку к уху:

– Ма Сян…

– Слушаю! Алло, Янь-гэ! Что у тебя там?

– Похоже, мы с консультантом Лу выяснили, почему похитители на этот раз выбрали кровь орлана-белохвоста. – Майор помолчал. – Попроси провинциальное ведомство и начальника Люя задействовать аэросъёмку, чтобы осмотреть всю территорию Тяньцзуншань. Похитители собираются убить Шэнь Сяоци в роще делоникса.