Утром к Алену зашел врач и нехотя отпустил его домой. Головная боль все еще преследовала детектива, как и легкая тошнота, но лежать в палате, пока серийные убийцы подбираются к новой жертве, Расмус не мог.

Детектив быстро принял душ, надел чистую одежду, которую передала ему Агнес еще вчера, и решил, что вначале заедет на работу, а к обеду доберется до дома. Они с Робертом посетили кофейню, съели сытный завтрак, взяли крепкого кофе и направились в управление. На брифинг они не успели, а потом Алену пришлось заполнять целую кипу бумаг и описывать все события Хасу и Иде уже под протокол, хотя вчера по телефону он все уже рассказал Тилингу.

Когда Ален возвращался к своему столу, то встретил Лизу, она сказала, что, пока его не было, порыскала в интернете и нашла несколько фотографий с того корпоратива автосалона и отправила ему на почту. Он заглянул на кухню, чтобы сделать себе кофе, и там его поймала девушка-диспетчер.

– Детектив Расмус, а я вас везде ищу. На горячую линию поступил звонок, срочно просят соединить с вами. Звонят уже третий раз и говорят, что это по вашему делу об убийствах. Я вам звонила, но сотовый отключен, а девушка требует именно вас и больше ни с кем не хочет разговаривать.

Ален поставил чашку на стол и пошел за диспетчером. Он надел наушник.

– Детектив Ален Расмус слушает.

– Это Лили, – сказала нервно Иллая.

– Что случилось? – Кровь в венах Алена перестала циркулировать, было только ее напряженное дыхание и его набирающее обороты сердцебиение, которое отдавалось в висках.

– Мне не давала покоя та визитка, и я решила проверить. Дерек Мун не переезжал в Бромвиль, он умер у себя дома около двух лет назад.

– Что? – Алена чуть пошатнуло, а тошнота поднялась и уже горчила на языке. – Может, это другой Дерек Мун? Ему примерно тридцать пять лет, его кабинет находится рядом с управлением по адресу Центральная, дом семь, кабинет триста пять.

– Я знаю, нашла его на сайте бизнес-центра, и там указана лицензия моего преподавателя, который умер. А фотография какого-то другого мужчины.

– Я сейчас все проверю. Спасибо, что позвонила.

– Будь осторожен, – сказала она и повесила трубку.

Расмус скинул наушники и побежал к Лизе.

– Срочно найди мне все, что есть на Дерека Муна. – Он сунул руку в карман и достал визитку. – И как можно скорее.

– Сейчас сделаю.

Ален быстро дошел до своего стола, нашел сайт бизнес-центра и информацию о психологе. Переслал Лизе номер лицензии, который был указан, а сам посмотрел на фотографию молодого мужчины, вывешенную на сайте. И это был явно не тот Дерек Мун, которого он знал.

В почте мигали письма с отчетами от криминалистов и от членов команды, но он нашел письмо Лизы и тут же его открыл. Во вложении было всего шесть фотографий. Он выводил каждую на весь экран и внимательно всматривался в лица. Но никого знакомого не видел, пока не дошел до пятой. И там, справа, у самого края, стоял Мун. Он был моложе, и лицо вполоборота, но Ален его узнал. Это точно был он. Вот как они узнали, что Иллая жива. Расмус рассказал про записку Муну. Он все ему рассказал, принес ее на блюдечке. Вот почему именно в это время начались убийства. Мун ждал, что она объявится. Это он убедил Алена, что он должен жениться на Агнес и устроить то торжество. Он втерся в его доверие, вошел в семью, вел его в нужную ему сторону. И этот его якобы подарок, вышедшая статья в газете об их свадьбе. Мун хотел, чтобы Иллая узнала, чтобы она вышла на свет. Все это было для нее.

Расмус вскочил и помчался к Пеппер. Она была в кабинете Тилинга, и они о чем-то бурно спорили.

– Можно вас на секунду? – сказал Ален таким тоном, что коллеги не стали возражать и пошли за ним.

Он увеличил лицо на фотографии и показал детективам на экран.

– Вы его видели на записях в банке?

Ида и Хас присмотрелась.

– Похож, но точно сказать не могу. Он был старше, но по форме лица – да. Кто это?

– Захари Кормут.

– Тот, что был в приюте вместе со Стоун?

– Да. А по совместительству… мой психолог Дерек Мун. Его кабинет в соседнем от нас здании.

Ида и Хас ошарашенно посмотрели на Алена.

– Надо привезти его к нам и допросить, – сказал Расмус.

– Ты замечал у него оружие? – спросил Хас.

– Нет.

– Он может знать, что ты догадался, кто он на самом деле?

– Сомневаюсь. Вчера он заходил проведать меня в больнице, и я не заметил ничего подозрительного.

Ален машинально пощупал ремень, но понял, что у него нет ни кобуры, ни пистолета, который украли убийцы.

– Понял. Мы пойдем первыми, а ты подождешь внизу, – произнес Тилинг, увидев движения Алена. – Ждать группу захвата нет времени, попробуем все сделать тихо.

– Хорошо.

Они втроем и Роберт тут же направились к бизнес-центру, который соседствовал со зданием Центрального полицейского управления. Ален остался на первом этаже, у стойки администратора, Роберт пошел к лестнице, а Ида и Хас поехали на лифте на третий этаж. Девушка, сидевшая за стойкой, испуганно посмотрела на Расмуса.

– Что происходит? – тихо спросила она.

– Не переживайте. Нам нужен Дерек Мун.

– Дерек Мун? Психолог из триста пятого?

– Да, – сказал Ален.

– Но он расторг договор и съехал пару дней назад.

– На вашем сайте он еще числится.

– Обычно мы обновляем информацию на сайте раз в неделю, а иногда и раз в месяц.

– Ясно. Может, вы знаете, куда он съехал?

– Нет, адреса он не оставил. Но в тот день была моя смена, и я поинтересовалась, где он теперь будет снимать офис, а он ответил, что вообще уезжает из Бромвиля.

– Он сказал куда?

– Домой. Такой был ответ.

– Где же его дом?

– Я не знаю.

Вскоре вернулись Тилинг и Пеппер.

– Его нет.

– Знаю, администратор рассказала. Он сказал, что едет домой.

– Я уже отправил патруль по адресу, где он снимает жилье.

Расмус вышел на улицу и огляделся. Достал телефон и набрал Агнес, чтобы предупредить ее. Но она не взяла трубку. Тогда он позвонил отцу.

– Ты как, сынок? Тебя выписали? Я тебе писал, но ты не ответил.

– Пап, можешь сходить к Агнес? Я ей звоню, но она не берет телефон.

– Я ее сегодня не видел, с самого утра занимаюсь заказами. А еще Кори куда-то запропастился, приехал утром, а потом умчался в неизвестном направлении и тоже не берет телефон. Они что, все сговорились?

Ален слышал, как скрипнула дверь в сарае и его шаги по заасфальтированной дороге, а потом по мелким камешкам, которыми была засыпана узкая тропинка к дому Алена. Шаги по деревянной лестнице.

– Агнес, милая, тут твой муж мне звонит, наконец опомнился, – крикнул Март, но ответа не последовало.

Дверь в дом открылась, и Март еще раз позвал Агнес, прошел по дому, открывая двери.

– Ее нет, – сказал, опешив, Март.

– В доме все нормально?

– Да. Может, поехала в больницу и ничего не сказала? – испугался Март.

– Когда ты видел ее в последний раз? – не дыша, спросил Ален.

– Вчера вечером. Дерек заезжал к ней в гости.

После этих слов Ален словно провалился в черный колодец и только эхом слышал голос отца:

– Ален, Ален, ты еще там?

– Во сколько это было? – сипло спросил детектив, словно кто-то накинул на его горло веревку и стягивал ее.

– Где-то в семь вечера. Я поздоровался с ним и вернулся к себе, нужно было заполнить все бумаги. Почему ты спрашиваешь, Ален? Что происходит?

– Скоро буду, – только и ответил он и отключил звонок.

Расмус помчался к машине, но потом догнал Иду с Хасом.

– Агнес пропала, – крикнул он, чувствуя накатывающую тошноту и расползающийся по телу страх, от которого все вокруг казалось нереальным, словно он попал в фильм ужасов.

– Пеппер, езжай с Аленом, а мы с Робертом поедем к дому Муна, – приказал Тилинг. – Патруль я направлю.

Через сорок минут Расмус ворвался в свой дом. Все было убрано и аккуратно, никаких следов борьбы, никаких следов крови. Он вновь начал дышать. Появился Март и пытался что-то ему сказать, но Ален словно находился в вакууме, его взгляд бешено метался по дому, а руки подрагивали. Он достал телефон и вновь набрал Агнес. Послышался звонок, который шел из кухни. Он тут же пошел туда, выдвинул один из ящиков и увидел вибрирующий аппарат, лежащий на листе бумаги среди столовых приборов.

Вытащил лист, даже не надев перчатки, и прочитал новое послание.

День обмена настал, Ален.

Агнес и твой ребенок или Иллая? Выбор только за тобой.

В 17:00 я пришлю тебе место обмена. Нам всем пора понять, кто мы есть на самом деле и в какой реке притаилась наша судьба. Если ты придешь с друзьями – вода окрасится в алый. Надеюсь, ты понимаешь, что я не шучу.

Ален посмотрел на часы, было уже семнадцать минут четвертого. Он скомкал листок и быстро сунул его в карман. Обернулся и увидел испуганное лицо Марта.

– Что-то нашел? – спросила Ида, входя в кухню.

– Ее телефон.

– Он был в ящике? – Пеппер подошла ближе и заглянула внутрь.

– Да.

– И больше ничего?

– Нет, – ответил Расмус и замер, ожидая услышать голос отца, но тот молчал.

– Ты знаешь пароль?

Расмус кивнул и продиктовал его Иде.

– Мы ее найдем. Живой, – сказала уверенно Пеппер.

– Только не обещай мне того, в чем не уверена, – прервал ее Ален, попытался сглотнуть, но не смог. Его пошатнуло, и он почувствовал крепкие руки отца, которые его подхватили. Март вывел его на веранду и усадил в кресло.

– Где Агнес? – зашептал отец ему в ухо.

– Он, они забрали ее, – выдохнул Ален.

– И что хотят взамен? Деньги? Сколько?

– Иллаю, – шепотом ответил Ален.

– Но, Ален, она же умерла.

Расмус мотнул головой, сжал губы и почувствовал, как по щекам текут слезы.

– О боже, сынок, что ты натворил? – Март прошелся ладонями по седым волосам и сжал зубы.

– Где твоя старая машина? – тихо спросил Ален.

– В гараже.

– Она на ходу?

– Да. Но я давно ее не выгуливал.

– Отлично, – кивнул Ален.

– Что ты задумал? – испугался отец.

– Отвлеки их, а я должен спасти свою жену и ребенка, – сказал Ален и пошел к дому отца. Обошел его, прошел мимо сарая, за которым расположился гараж, где отец прятал свою старую машину и периодически что-то в ней чинил. Расмус подошел к воротам, распахнул их, взял со стены ключи и забрался в старый «Форд». Он завел мотор, и машина возбужденно загудела.

От гаража вела незаасфальтированная дорога, которая шла через небольшое поле, огибала лесополосу и выводила на автомагистраль. Ален выдохнул и поехал к своему выбору.

Телефон стал разрываться буквально через пятнадцать минут, звонила Пеппер, потом Тилинг, за ним Роберт. Только когда на экране высветилось имя Тома, Расмус ответил.

– Что происходит? – спросил Том.

– Они забрали Агнес, – только и ответил Ален.

– Знаю. Но почему ты сбежал? Хас поднял тревогу и просит отследить твой номер.

– Том… если я не сделаю того, что они хотят, они убьют ее, понимаешь. Они убьют и Агнес, и ребенка.

– Расмус, ты сейчас говоришь не как детектив. Вместе мы их остановим.

– Нет. Они продумали все, и они увидят, как и в прошлые разы, что я не один. И тогда… – Ален закашлялся. Тревога и паника охватили его. Он остановился у обочины, в глазах темнело, руки шли мелкой дрожью, а по коже бежали мурашки.

– Ален, приезжай в управление, мы что-нибудь придумаем.

– Том, не в этот раз. Лучше скажи мне, вы узнали что-то новое? Вы его нашли?

– Нет. Тилинг сейчас возвращается и собирает опергруппу. А еще пришло подтверждение, что в могиле была Синди Вустер. Наши уже связались с ее матерью, и она выехала в Третий округ. Бедная женщина. Осталась совсем одна. Дочь похитили и убили, муж умер от остановки сердца спустя несколько лет, она сказала, что с того дня, как Синди не вернулась домой, он пил не переставая, лишь бы не возвращаться в реальность. А еще у нее был сын, но о нем она не слышала около двадцати лет, он ушел из дома, когда ему было чуть за двадцать, и так и не вернулся. Так, я вижу, что группа начала собираться.

– Слушай Том, у меня есть одна просьба, прошу тебя. Скажи, где мой телефон, не раньше пяти часов пяти минут.

– Но Расмус, я не могу.

– Умоляю, дай мне этот час. В пять мне напишут место, я пока не могу выкинуть телефон, но и позволить полиции вмешаться и рискнуть жизнью Агнес я тоже не могу. Я знаю, что поступаю как полный болван, что я должен мыслить здраво и рассуждать как детектив. Но на кон поставлены их жизни. И я сделаю все, чтобы их спасти.

– Пять ноль пять, Ален. И ни минутой позже. Я надеюсь, ты понимаешь, как и чем рискуешь.

– Да, я ставлю на этот кон все. Спасибо, Том.

Расмус подъехал к трехэтажному мотелю, который расположился на въезде в Промышленный район и где, скорее всего, снимали номера в основном работяги. Он вышел из машины и сразу направился к номеру, который ему назвала Иллая. Постучал в дверь, но никто не открыл. Он и до этого осмотрел парковку и не увидел мотоцикла, но Ален не хотел прощаться с надеждой, которая тлела в его сердце. На часах было двадцать четыре минуты пятого. Расмус вернулся к машине и закурил сигарету. Каждая секунда отдавалась во всем его теле, и чем медленнее текло время, тем сильнее его одолевало чувство безысходности. Если ему пришлют адрес, он поедет. В любом случае поедет и предложит на обмен себя, лишь бы спасти Агнес и своего ребенка. Он сделает все, что они скажут.

Он сидел в машине и отсчитывал свои вдохи сигаретного дыма, которые не давали никакого успокоения. Голова кружилась, а боль не позволяла ему привести мысли в порядок. Картинки сменяли одна другую, он пытался понять, где их можно найти, куда ехать и что делать, но казалось, что внутри него только черный монитор, на котором всплывают воспоминания и страшные картины того, что может произойти с его женой и ребенком. Из оцепенения его вырвал звук мотора. Он посмотрел в окно и увидел, как к мотелю подъехал мотоцикл. Расмус тут же выбежал из машины и подбежал к Иллае и Сирене, снимавшим шлемы.

– Что ты тут делаешь? – грозно спросила Сирена, посмотрев на него, но, заметив взгляд Алена и его состояние, сбавила свой натиск.

– Я… Они забрали Агнес.

– Агнес? – испуганно спросила Иллая.

– Да.

– Но почему ты приехал к нам, а не ищешь ее? – встревожилась Сирена.

– Они требуют обмен, – глухо произнес Расмус и посмотрел в глаза Иллаи. – В пять часов мне должны прислать адрес.

– Какой еще обмен? – не понимала Сирена. – И кто они?

– Дерек Мун – это Захари Кормут. И ему нужна Иллая. А кто второй, я пока не знаю, но считаю, что это похититель. Вы же поняли, кто он?

Сирена сжала шлем и махнула Расмусу, чтобы он следовал за ними. Иллая молчала, но он чувствовал, что она вся напряжена. Они поднялись в номер, и Ален увидел, что вся стена напротив кроватей увешала вырезками, а по центру висит лист, где черным маркером было написано имя – Кори Вустер.

– Кори Вустер? Кто он Синди?

– Старший брат, – ответила Сирена и сжала челюсти. – Он спас меня тогда, на мосту. Я не знала, что он… убьет свою сестру. Но когда ты назвал ее имя, я нашла фотографии…

– Она похожа на тебя.

– Да. А Кори всегда говорил, что мечтал о такой сестре, как я. Вот только он не хотел меня ни с кем делить.

– Особенно с Иллаей.

Сирена кивнула и села на кровать, уронив голову на ладони.

– Надо было мне спрыгнуть с того чертова моста. Тогда бы всего этого не было. – Слезы потекли по ее щекам. – Все эти девушки… Все эти жертвы…

– Ты не виновата, Си, – мягко сказала Иллая.

– А кто виноват, малыш? Кто? Если бы я тогда покончила со всем…

– Мы не знаем, что было бы. Но ты нужна мне. Тогда и сейчас. Что стало бы со мной, если бы ты не вернулась и не вытащила меня?

Сирена мотнула головой, встала и начала сдирать все со стены. Она разбрасывала смятые листы бумаги, пока не остался только один – с именем Кори Вустер. Сирена ударила по стене, сорвала его и смяла в ладонях.

– Какой план, Расмус? – спросила она, утерев щеку о плечо.

– Поехать туда и остановить этих уродов. Только у меня нет оружия, они украли его.

– Зато у нас есть, – сказала Сирена. – Твой бывший пистолет сойдет?

Телефон завибрировал, и Ален увидел, что звонила Лиза.

– Ты что-то узнала?

– Да.

– Надеюсь, ты не пытаешься меня выследить?

– Нет, я же не из твоего отдела, – захихикала Лиза, но тут же заговорила серьезно: – В общем, Дерек Мун умер два года назад, причина смерти – сердечный приступ. Расследование не проводилось, так как у него были проблемы с сердцем. Поэтому сказать, виноват ли кто-то в его смерти или это случайность, не могу. Ничего не нашла. Но спустя несколько месяцев по его документам был куплен белый седан марки «Фольксваген», с пробегом, две тысячи семнадцатого года выпуска. Номер пришлю.

– Не надо. Я знаю его номер, – ответил Ален. Он десятки раз видел Муна на этой машине, но даже не подумал о нем, когда работник парка назвал эту машину.

– Также на это имя был снят офис в соседнем здании от управления и дом. Оплата была наличными, но никто не задавал вопросов.

Расмус опять вспомнил, что Мун всегда в барах расплачивался наличными, но никогда не придавал этому значения. Но когда он ходил к нему на прием, то всегда платил картой.

– Но я ему платил картой, – сказал он. – У него была интернет-касса, точно знаю.

– Да, тоже зарегистрирована на Дерека Муна через интернет-портал электронных платежей.

– Может, он снимал еще какой-то дом или купил участок или платил за что-то?

– Вижу только один адрес, но ваши туда уже ездили. Северный район, Двадцать седьмая улица, дом шесть.

– Это адрес дома, который он снимал? – уточнил Ален.

– Да, так себе местечко. Я по спутнику глянула, там стоит какая-то жуткая хибара. Кто вообще в таком месте живет?

– Спасибо, Лиза. Ты ангел.

– Ой, не, можно я девушкой буду. И еще кое-что, я тебе говорила, что три года назад он изменил свою жизнь, исчез. Но я забыла кое-что проверить. Я знаю, что не должна была торопиться, но мне так хотелось произвести впечатление.

– Говори, что нашла.

– Как я и сказала, он уволился с работы и все такое три года назад. Но я решила проверить его страховку, как-то сразу не подумала. И оказалось, что в тот период у него обнаружили рак и целый год он проходил лечение. Я позвонила в больницу и поговорила с доктором, пришлось немного соврать – кто будет разговаривать с айтишником. В общем, лечение не давало результатов, но врач считал, что им надо продолжать, и Кормут с этим согласился и собирался вновь проходить курс терапии. А потом, два года назад, пришел и заявил, что не будет продолжать, что ему нужны таблетки, обезболивающие, снотворное, ну и еще целый список. Если нужно, могу прислать.

– Нет.

– В общем, против желания пациента не пойдешь. И он стал приезжать только за рецептами. Вот так.

– Ясно. Значит, ему нечего терять, – сказал Ален и потер висок.

– Тебя скоро найдут, – сказала Лиза. – Хас и Ида куда-то поехали.

– Спасибо, – ответил он и отключился.

– Мне кажется, я знаю, где они, – сказал Ален сестрам, выключил телефон, вытащил сим-карту и батарею. Он не хотел, чтобы его отследили раньше времени.

– Они все равно придут сюда, – произнесла Сирена.

– Прости. У меня не было выбора.

– Это верный выбор, – ответила Иллая, быстро взяла рюкзаки, запихнула туда какие-то вещи, документы и деньги. Сирена достала спрятанный пистолет и убрала его себе за ремень джинсов, накинула рубашку, чтобы его было не видно.

– Поехали.

– Может, на моей? – предложил Ален.

– Нет, я бы с удовольствием прокатилась на раритете, но нам может потребоваться скорость.