– Где же мои очки?.. – Бабуля Льюис покрутилась во все стороны, а потом сердито хмыкнула. – Ох, вот те на! Я же их на скамейке забыла!
Повисла мучительная тишина. Воздух будто иссяк. Ни Кейт, ни Кресс не пошевелились; старушка поковыляла к выходу, трясущимися руками натянула пальто, со скрипом открыла дверь и осторожно вышла, притворив ее за собой.
Кейт тут же подскочила к окну, схватила ближайшее фото в рамке и угрожающе замахнулась им, целясь острым углом в Кресса. Но тот придержал ее одной рукой, а второй отнял фото, пока она не пустила его в дело.
– Только тронь ее, я тебя прикончу! – крикнула Кейт.
Кресс бросил фото на подоконник и запечатал ей рот ладонью.
– Тише, человечка! Она услышит!
Кейт попыталась вырваться. Ей удалось высвободить руку и зацепить кружку с чаем со стола. Кресс едва успел перехватить запястье Кейт, пока та не облила его кипятком.
– Царицына погибель! – выругался он, убирая кружку; несколько капель все же ошпарили ему кожу.
Скрипнула входная дверь, и Кейт с Крессом словно отбросило в стороны. Кресс ее оттолкнул, и Кейт плюхнулась за стол, облокотилась о него и принялась убирать волосы с лица. Вошла бабуля Льюис с очками. Кейт выдавила улыбку.
Кресс прислонился к стене. Поднес кружку к губам и сделал осторожный, большой глоток чая.
– Я как раз хотела научить Кресса стряпать печенье. Если посидишь с нами немного, тоже попробуешь, когда все будет готово, – сказала бабуля Льюис внучке.
– Конечно, бабуль. – Она бросила пристальный взгляд на Кресса. – Я никуда не уйду.
– А как же кафе? Сегодня же важный день? – Бабуля Льюис распахнула дверцу холодильника и достала молоко.
Кейт, поджав губы, выдавила:
– О нем прекрасно позаботятся три уникальных работника.
Кресс свирепо посмотрел на нее.
Бабуля Льюис выложила на кухонный стол только что вымытые приборы. Улучив момент, когда старушка отвернулась и отошла за полотенцем, висевшим на ручке духовки, Кейт схватила из общей кучи тупой нож и сунула в рукав.
Кресс, стоя у стены, за всем этим наблюдал. Рот его изогнулся в дьявольской улыбке, словно подзадоривая Кейт.
– Иди сюда, Кресс. Будешь подсыпать муку. – Бабуля Льюис поманила его; принц фейри подошел и взял у нее мерную чашку. Кейт охватило смятение.
– Забыла сказать, Кэтрин, – бабушка развернулась к ней, – Кресс занял твою комнату. У тебя, конечно, в ней нужды нет, просто хочу предупредить, вдруг ты туда зайдешь и увидишь… Хм. Мальчишечий хлам. Ну ты поняла.
Сердце Кейт забилось в два раза быстрее.
– Что? Он здесь ночует?
– Успокойся, дорогая, – бабуля Льюис закатила глаза, – я хорошо разбираюсь в людях, да ты и сама знаешь…
– После того что случилось? – пронзительно перебила ее Кейт.
Кресс с мерной чашкой в руках смотрел то на нее, то на бабушку.
– Зачем такой шум поднимать? Столько времени прошло, Кэтрин. Пора бы забыть…
– Тот громила тебя чуть не убил! – закричала Кейт. – Как такое забыть?!
Кресс украдкой покосился на гостиную. Взгляд его посуровел, но фейри снова вернулся к своему занятию.
Кейт подошла к бабушке и прошептала:
– Ты слишком доверчивая. Не все такие хорошие, какими кажутся.
– О боже, Кэтрин, – вздохнула бабуля Льюис. – Ты прошла терапию, поменяла имя, выкрасила волосы в фиолетовый…
– Это не фиолетовый, а вишневый!
– …и все никак не можешь забыть прошлые беды. Не позволяй паре плохих дней затмевать хорошие!
В кухне повисла тишина; Кейт пристально посмотрела в глаза бабушки. У нее не было сил даже кашлянуть – казалось, шум будет вызывающим.
Наконец она снова заговорила хриплым голосом, указывая на Кресса:
– Я уберу весь его хлам из моей комнаты, а ты выпроводишь его – немедленно.
Кейт поднималась по лестнице, прислушиваясь к громким вздохам бабули Льюис на кухне. Наверху она толкнула дверь спальни, где прошли ее юные годы. Кейт замедлила шаг, осматриваясь, и поняла, что здесь все в точности как она оставила. Везде порядок, кровать заправлена, книги лежат ровно, и нет никаких следов принца фейри.
– И давно он тут околачивается? – пробормотала она себе под нос.
Услышав, как позади со стуком закрылась дверь, Кейт повернулась: у проема стоял, прислонившись к косяку, сам принц.
– Около недели, – подсказал он.
Кейт сжала кулаки.
– Я тебя прикончу. Плевать мне, принц ты фейри, убийца или кто угодно еще, – прорычала Кейт. – Не стоило тебе сюда приходить.
– Думаешь, ты можешь меня убить? – Уголки губ Кресса приподнялись.
– Я могу все что захочу, – заверила его Кейт.
– Знаю.
Кейт закрыла рот.
Кресс оттолкнулся от двери, выпрямился во весь рост и сложил руки на груди.
– Я знаю, на что ты готова пойти ради бабушки, как помогаешь убогой соседке, с которой даже не знакома, видел, как ты пожалела старушку на улице с бумажным пакетом этих ваших продуктов, и прочие вещи, которые ты делаешь для людишек, когда думаешь, будто никто не видит. Я все о тебе знаю. И о Лили Бейкер тоже. Знаю подлинное имя твоей бабушки и твоего брата. И твое, Кэтрин Льюис.
В груди Кейт разгорелся жар. Она отпрянула, скользнув подошвой туфель по ковру.
– Знаю, почему ты боишься гнева небесных богов. Почему поменяла имя, что ты потеряла, чем дорожишь и все твои привычки. Ты любишь желтый цвет и пишешь на полях книг до ужаса милые заметки. Ты любишь мыло со сладким ароматом. Говорю же – я знаю о тебе все. – Кресс шагнул вперед, и Кейт, отшатнувшись, ударилась спиной о столбик кровати.
– Зачем ты все это мне рассказываешь, если собираешься просто убить меня? – прохрипела она.
Кресс скривил рот. Он покосился на татуировку, видневшуюся на шее Кейт, как в первый день их знакомства. Столовый нож в рукаве Кейт согрелся теплом ее тела.
По-прежнему смотря фейри в глаза, она уронила нож себе в ладонь и ткнула оружием в Кресса – тот даже рта раскрыть не успел.
Он перехватил ее руку, остановив лезвие лишь в паре сантиметров от своего плеча. Кейт распахнула глаза: пальцы Кресса, побелев и став жесткими, будто камень, стиснули ее собственные пальцы на тупом ноже.
– Я не стану убивать тебя, человечка. Не стану убивать и твою бабушку, и произносить твое имя с целью поработить тебя тоже не стану, – заявил Кресс. – В этом больше нет смысла. Убив тебя, я только продлю собственные мучения, учитывая, как нелепо все пошло наперекосяк с первой же нашей встречи. – Рука его снова стала мягкой, обрела плоть. Кресс тряхнул запястье Кейт, и нож выпал на ковер. – Так что перестань тыкать в меня чем попало.
Она покосилась на залетевший под кровать нож – теперь его было не достать.
– С чего мне тебе верить? Я-то знаю, как фейри любят дурачить людей.
– О да, любим. Любим дурачить, вмешиваться в ваши дела и дарить зачарованные поцелуи. Увы, наши шалости не всегда приводят к желаемому результату. – Он посмотрел на ее губы. – Но дело сделано. Мне теперь не до охоты за гадкой грубиянкой, у меня неприятности похуже. Если не желаешь, чтобы и тебя в это втянули, держись от фейри подальше.
– Я не могу держаться подальше от фейри – ведь трое из вас живут у меня дома. А как же моя бабушка? – спросила Кейт. – Ее ты не втянешь в свои дела, ты ведь живешь здесь?
Кресс поджал губы.
– Кресс? Кэтрин? Вы будете помогать мне с печеньем? – раздался с первого этажа голос бабули Льюис. – Может, вы уже взрослые, но это все еще мой дом. Не вздумай оставаться с мальчиком в спальне наедине, Кэтрин! И не смей распускать там руки, Кресс! – добавила она.
Кейт порозовела, но Кресс улыбнулся.
– Вот уж не дождешься, – пообещал он, отошел от нее, распахнул дверь и посторонился, первой выпуская Кейт.
Она бросила последний взгляд под кровать, где исчез нож. Затем, тяжело ступая, потопала к двери.
– Ты должен уйти из этого дома, – сказала она, проходя мимо Кресса. – Я не дам тебе остаться.
– Согласен, – вздохнул Кресс. – И раз уж ты отказываешься держаться подальше от фейри, полагаю, мне стоит переехать к братьям.
Кейт резко обернулась – Кресс ухмылялся.
– Спасибо за приглашение, – добавил он.
– Это было не приглашение…
– Ах, вот как. Но меня ты, в отличие от братьев, не сделала своим рабом. Я не обязан тебе подчиняться. Однако, если я пожелаю, сам могу тебя поработить. – Он подошел к лестнице, глядя на Кейт. – Так что будь осмотрительна.
Когда они уходили, снег повалил сильнее, и Кейт каждые несколько минут украдкой посматривала на футболку Кресса, видневшуюся из-под незастегнутого охотничьего пальто ее дедушки. Крошечные хлопья падали на тонкую ткань и, касаясь полоски кожи над воротником, таяли. Наконец Кейт вздохнула и переложила бумажный пакет с печеньем в другую руку. Они шагали по тихой части города.
– Застегни пальто. У тебя что, нет свитера?
– Больше нет. – Кресс покосился на пакет с печеньем. – Ты же поделишься, да? Я тоже помогал стряпать.
Кейт фыркнула.
– Фейри-сладкоежка. Любопытно.
– Человечка со способностью противиться чарам. – Бирюзовые глаза пристально посмотрели на нее. – Это куда любопытнее.
Не придумав достойного ответа, Кейт отринула колкости, пришедшие на ум. Они уже подошли к Хейнс-стрит; Кейт закусила губу.
– Возможно, твоих приятелей уже нет в кафе. Я сказала им уходить, если хочется, – заявила она, заворачивая за угол. И тут же остановилась как вкопанная, едва не задохнувшись: над дверью кафе висела новая деревянная вывеска большого размера, на которой жирными бордовыми буквами было написано «КоФейня».
Туда-сюда, пропуская друг друга в дверях, сновали посетители с картонными стаканчиками. Кейт даже со своего места видела поперек стаканчиков надписи, выполненные красивым летящим почерком.
– Мои братья никуда не ушли, – заверил ее Кресс. – Это великолепное укрытие от… – Он осекся, и Кейт уставилась на него.
– Укрытие от чего?
Кресс, похоже, ее не слышал. Он посмотрел в другой конец улицы, медленно повернулся. Кейт попыталась понять, что же он выискивает взглядом, но вокруг были только занесенные снегом витрины магазинов и приветственно кивающие соседи.
– Идем. – Кресс взял ее за руку, и Кейт поняла, что ее ведут на другую сторону улицы. – Не смотри на свое кафе, когда будем проходить мимо. Просто шагай дальше, будто ты не отсюда.
– Но почему? – Кейт вцепилась в пакет с печеньем; она решила, что Кресс вот-вот перейдет на бег. Но тот не побежал – просто небрежно прошел мимо, держа ее ладонь в своей и немного покачивая рукой. Это даже можно бы счесть милым, не будь он хладнокровным убийцей.
– За нами следят, – сообщил он.
Кейт вытянула шею, пытаясь посмотреть, что там позади, но Кресс дернул ее за руку, разворачивая обратно.
– Не оглядывайся, человечка. Притворимся, будто мы ничего не замечаем.
Кейт крепче прижала печенье к себе.
– Ну… и что мы тогда будем делать?
– Пойдем на свидание. Как обычные людишки в шоу, которое Тельма смотрит по вечерам. Если придется – утомим преследователей до смерти. Пока за нами следят, нельзя возвращаться в твое жилище, где прячутся мои братья. – Кресс посмотрел на витрину кондитерской, притворяясь, будто разглядывает яблоки в сладкой глазури. Свободную руку он убрал в карман.
– Ладно… – Кейт попыталась в отражениях стекол рассмотреть улицу позади. – Тогда пошли в торговый центр.
Кресс удивленно приподнял бровь.
– Купим тебе новое пальто. И свитер.
– Но у меня уже есть пальто. А у тебя – мой свитер.
– Этому пальто лет, наверное, эдак сорок. – Кейт ткнула локтем дедушкин наряд. – А твои ассасины сегодня заработали кучу денег. Считай, это подарок в знак благодарности.
Кресс подумал над ее предложением.
– Хорошо.
Снег припорошил вязаную шапку, едва прикрывавшую его остроконечные уши. По пути Кресс разглядывал магазины, кивал прохожим и почти беззлобно улыбнулся пробежавшим мимо матери с малышом.
Он все еще держал ее за руку.
Они добрались до станции метро, Кейт достала бумажник и заплатила за обоих. Через пару минут в тоннеле заревел ветер, подъехал поезд и открыл двери. Кресс нерешительно медлил, но Кейт шагнула в вагон. Она успела втащить его следом, пока не захлопнулись двери.
– Можешь где-нибудь присесть…
– Я постою, – заявил Кресс. Он сложил руки на груди и стал ждать, что будет дальше.
– Как скажешь. – Спрятав улыбку, Кейт отыскала себе свободное место.
Поезд тронулся с места, вагон дернулся, и Кресс, пытаясь удержаться на ногах, ухватился за спинку сиденья Кейт. По салону разнесся ее хриплый смех.
В торговом центре пахло булочками с корицей и ароматом духов. Кресс разглядывал толпу и читал вслух названия каждого магазина, что попадался ему на глаза.
– Шейн бы тут карманы битком набил, – ухмыльнулся он.
– Ты бы видел мою квартиру. Скоро придется купить грузовой контейнер под все его финтифлюшки. – Она успела заметить, как Кресс украдкой улыбнулся, прежде чем отвернуться.
– Верхняя одежда здесь. – Кейт взяла его за руку и затащила в магазин с зимними пальто и аксессуарами. Внутри негромко играла музыка, продавцы издалека поглядывали на покупателей. Кейт схватила пальто с распродажной стойки у входа. – Как тебе это? Всего восемьдесят баксов.
У Кресса вытянулось лицо.
– Омерзительно! – воскликнул он, и Кейт быстро убрала вешалку назад.
– Полегче, – пробормотала она. – Продавцы же услышат.
Она показала ему еще одно, но Кресс глянул на нее, как на помешанную. Он прошел мимо, направляясь в конец торгового зала, где стоял манекен в длинном желтовато-коричневом пальто.
– Вот это хочу, – указал на него принц.
– Ну еще бы! – Кейт со вздохом поспешила к нему.
Шестьсот тридцать четыре доллара спустя Кресс прогулочным шагом вышел из магазина, словно модель на показе мод. Дедушкино пальто он свернул в комок и сунул под мышку. Вдобавок ко всему Кресс решил, что ему необходим шарф, как у манекена, и точно такие же солнцезащитные очки.
– Вот и заработала, – пробормотала Кейт, пряча бумажник.
– Ты же не дала мне заплатить золотом фейри, – запротестовал Кресс. – Так что сама виновата, человечка.
– Нельзя взять и заплатить за товары горстью камней! Существуют правила, ты же знаешь.
– Ты слишком мягкосердечна, – заявил он. – Это твоя слабость.
– А ты – чудовище. Это пугает.
Кресс уставился на нее, но Кейт не видела за очками его глаз. Она рассмеялась – похоже, принц не нашелся с ответом. Он снова взял ее за руку.
– Мне нравится твой смех. Вроде бы безобидный, но в то же время раздражающий и сводящий с ума.
Кресс вновь принялся осматривать все вокруг – люстры торгового центра, баннеры в пару этажей высотой. Походка его была расслабленной, принц слегка улыбался прохожим. Казалось, он не опасен. Но в голове у Кейт всплыли слова Фриды: «Увы, почти все фейри хитрые и жестокие манипуляторы, они не упустят шанса помучить человека».
Вот, значит, в чем дело…
– Зачем ты все еще держишь меня за руку? – спросила Кейт.
– За нами все еще следят, – немедленно отозвался Кресс. – И разве не так людишки ведут себя на свиданиях?
– Ну, это же не настоящее свидание, – возразила Кейт и, когда он отвернулся, украдкой бросила взгляд назад, но так и не увидела никого, следящего за ними. Она впервые задумалась, не надул ли ее принц…
Кресс втянул носом воздух, завидев маленькую торговую точку, где продавали кофе.
– Я знаю, что мы будем делать дальше! – Кейт потянула его туда. – Ты должен попробовать местное теплое молоко. Твои друзья-ассасины от него в полном восторге.
Спустя пять минут они уселись за столик у края фуд-корта. Кресс втянул пенку с латте. Потом, на пробу, сунул язык в напиток и с рыком шлепнул ладонью по столу.
– Горячо!
Кейт зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться.
– Подожди минутку. – Она подтащила латте к себе, тихонько подула и пробормотала: – Ты такой нетерпеливый.
Убедившись, что принц не обожжется и не рванет в негодовании через весь фуд-корт, вновь пододвинула стакан ему.
Кресс наконец снял очки и положил их на стол. Внимательно посмотрел на латте. Потом на Кейт. Снова на латте.
– Давай попробуй! – хихикнула Кейт.
Он неохотно поднес стакан ко рту и осторожно отпил. Глаза принца удивленно распахнулись. Он жадно прильнул к стакану. Кейт удивленно наблюдала, как он пьет, пьет, пьет…
– Хм… Может, не стоит так быстро…
Кресс хлопнул пустым картонным стаканчиком по столу и крикнул:
– Лучшее звериное молоко, что я пил за всю свою фейскую жизнь!
Люди стали заинтересованно к ним поворачиваться, Кейт прикрыла ладонями покрасневшее лицо.
– Нет, серьезно, как ты умудрился одурачить целое управление полиции, притворившись одним из них? – пробормотала она сквозь пальцы.
Кресс потянулся к ней и убрал ее руки. Кейт увидела, что он ухмыляется, и у нее в груди странно затрепетало сердце. Кресс очаровательно улыбнулся, демонстрируя ровные зубы.
– Я устраиваю представление, человечка, – объяснил он. – Для преследователей.
Точно.
«Для преследователей».
Кресс откинулся на спинку стула, его прекрасная улыбка нисколько не померкла. Кейт хотелось отхлестать себя по лицу: он явно пытался ее смутить.
– Ух ты. Наслаждаешься происходящим, да? – Она указала на свои покрасневшие щеки.
– Еще как.
– Ты и правда злодей.
– А ты даже не представляешь какой.
– И каков твой план? Хочешь засмущать меня до смерти? – Кейт скрестила руки на груди и попыталась успокоиться, надеясь, что румянец схлынет.
Кресс побарабанил пальцами по пустому стаканчику из-под латте.
– Если я буду тебе нравиться, человечка, возможно, следующий зачарованный поцелуй достигнет цели. – Кресс достал из бумажного пакета пару печений. Одно передал Кейт, второе оставил себе.
– То есть ты стараешься понравиться, заставляя меня покупать тебе возмутительно дорогущее пальто и выкрикивая всякую чушь на виду у всех? – задумчиво уточнила Кейт.
Кресс снова улыбнулся. Она не смогла бы отвести взгляд, даже если бы попыталась.
– Мне не требуется, чтобы ты из-за меня потеряла рассудок. Просто хочу влюбить тебя в себя настолько, чтобы ты делала все, что я пожелаю. Ты должна быть достаточно влюблена, чтобы послушаться моего приказа, если я велю тебе навеки покинуть этот город.
Улыбка Кейт увяла.
– Я не уеду из Торонто.
– Может быть, тебе придется, Кэтрин Льюис.
– Не уеду. Почему бы тебе тогда просто не произнести мое имя, раз уж ты так хорошо его знаешь, и не поработить меня?
На скулах Кресса вздулись желваки.
– Делать своим рабом другое живое существо отвратительно и жестоко. Тебе не стоило поступать так с моими собратьями, и я не должен поступать так с тобой.
– А раньше хотел.
– Тогда я думал, что ты виновата.
– А я и виновата. Я убила фейри.
Кресс посмотрел ей в глаза.
– Ты ни в чем не виновата, Кэтрин. Ты бы не обидела даже лунную букашку, севшую на твою пищу.
Кейт закусила губу.
– Не называй меня так. Меня зовут Кейт Коул.
Кресс едва не улыбнулся снова.
– Теперь я совершенно уверен, что нет.
Она потупилась. А потом отломила кусочек печенья.
– Ты ведь вовсе не чудовище, правда? – Кейт внимательно посмотрела на отломленный кусочек и съела его. – Кажется, я поняла, почему ты играешь важную роль в жизни каждого твоего ассасина.
– Не каждого. Может, только Мора.
– Историю Драниана я плохо знаю, но, похоже, Мора и Шейна ты просто спас. И я начинаю подозревать, что спас ты не только их.
Кресс убрал руки со стола. Печенье он так и не попробовал.
– Не стоит считать меня героем, подобным фейри из твоих книжек, Кэтрин. Для большинства людишек я – демон. Жуткое чудовище – последнее, что они видели в своей жизни.
– Кейт, – поправила она его. – Никто не хочет рассказывать мне о прошлом Драниана. Даже ты переменил тему, стоило мне упомянуть о нем.
Кресс покачал головой, будто обдумывая сказанное.
– Драниан не совсем здоров, – объяснил принц. – Он страдает от внезапных судорог, не может дышать и ничего не соображает. Кровные родственники чуть его за это не выгнали из дома, но в итоге решили отправить к благородному семейству с Севера, чтобы Мор стал стражем их сына и оберегал того от неприятностей.
Кейт понурилась.
– Ты говоришь о семье Шейна?
Кресс кивнул.
– Отцу Шейна следовало избавиться от Драниана в тот же миг, когда он узнал о его болезни. Но Драниан, опасаясь, что его изгонят в мрачные фейские леса, был решительно настроен доказать: ему по силам все, что делают другие стражи фейри. – Кресс смахнул со стола крошки. – Поначалу Шейн устроил ему веселую жизнь. Воровал, затевал драки, заигрывал с дочерьми не тех лордов… Драниан за ним едва поспевал. Однажды он пришел за своим подопечным в академию, и детишки знати – идиоты безмозглые – дождались, пока Драниан зазевается, и напали на него, повалив на землю. Они не позволили ему встать, пока он не перецеловал их грязные сапоги.
Кейт прижала пальцы к губам, вспоминая тот взгляд Мора, когда она заставила Драниана поцеловать туфлю Лили…
– Шейн вернулся туда и переломал ребра каждому из этих олухов, – закончил Кресс.
Кейт приоткрыла рот.
– Шейн сломал им кости?..
Кресс пожал плечами.
– Целители все вправили на место, кости срослись. Но отец Шейна так разозлился, что подсунул в подошвы сапог сына холодное железо и зачаровал, чтобы тот не мог их снять. Три дня он провел в таком состоянии. Вот почему Шейн ненавидит обувь. – Он снова поднял взгляд. – Так что, как видишь, я тут ни при чем.
Кейт не понимала, дышит ли она еще. Она заставила ассасинов намывать кружки в кафе и варить осенние напитки. Внезапно Кейт поняла: единственное чудовище тут – это она сама. Кейт потерла глаза, пообещав себе, что больше никогда не будет ни к чему принуждать фейри.
– Но как вы тогда сошлись с Дранианом? – сухо спросила она.
– Отец Шейна послал сына служить Совету властителей, и Драниан отправился с ним. Он не знал, что я завербовал Шейна в Братство ассасинов. Знал одно: его подопечный, которого он защищал всю свою фейскую жизнь, готов сразиться в смертельном поединке с ужасающим принцем Севера. Этот балбес выскочил из засады и чуть не воткнул в меня нож, решив, что я убил Шейна. – Кресс расплылся в улыбке. – Вот обалдуй.
– Немыслимо, – прошептала Кейт, силясь все это вообразить. Она побарабанила пальцами по столу. – Мне кажется, болезнь Драниана у нас, людей, называется панической атакой. Но я у него такого не замечала.
Кресс поерзал на стуле.
– А у него здесь и не было ни одного приступа.
В проходе торгового центра показались двое мужчин, у магазина одежды они остановились. Довольно густые волосы незнакомцев прикрывали уши. Было в них что-то необычное: странная безмолвная сила, которую Кейт доводилось видеть лишь у нескольких парней, включая того, что сейчас сидел напротив нее.
– Можно, я признаюсь в чем-то нелицеприятном? – тихо спросила она Кресса.
– Если пожелаешь.
Кейт сжала пальцы, заметив, что незнакомец с необычными серебристо-карими глазами смотрит в их сторону. Он тут же отвернулся, притворившись, что не пялился на нее.
– Я уж было решила, ты выдумал всю эту историю со слежкой, – сказала она.
Губ Кресса коснулась улыбка.
– Я стараюсь не лгать. К тому же ты неправильно употребила слово «нелицеприятный». Я это точно знаю, поскольку превосходно умею писать письма.
Кресс бросил взгляд на ее дрожащие руки. Он потянулся к ней, взял ее ладонь в свою и поднялся из-за стола одним плавным движением.
– Идем, – пригласил он, забирая охотничье пальто и печенье. – Ты так и не показала мне, как пользоваться той загадочной движущейся лестницей.
Он направился к эскалатору, и Кейт в оцепенении последовала за ним.
– Кто эти парни? – прошептала она. – Которые за нами следят…
Кресс крепче сжал ее руку.
– Если я тебе скажу, ты только разволнуешься попусту.
Кейт ступила на эскалатор, а Кресс ухватился за нее для равновесия и запрыгнул следом. Казалось, подъем на второй этаж тянулся целый час. Кейт подавила желание обернуться и проверить, пошли ли фейри за ними.
– Когда ты боишься, у тебя дрожат руки, – сообщил ей стоящий позади Кресс. – И сейчас они дрожат. – Молчание. – Движущиеся лестницы ужасны.
Добравшись до верха и сойдя с эскалатора, Кейт сразу же повернулась к Крессу.
– Мне нужно вернуться в кафе.
Он посмотрел на нее.
– Зачем?
– Затем, что там Мор, Шейн и Драниан.
– Думаешь, я не смогу тебя защитить?
– Ты не обязан меня защищать, а они – да. Это просто здравый смысл.
Люди ворчали, обходя их стороной, но Кресс и Кейт по-прежнему топтались перед эскалатором.
Кейт решила, что принц откажется из-за риска подсказать преследователям, где его братья, но он вдруг кивнул.
– Отправляйся к ним. Я уведу Теней. – Кресс снова взял ее за руку и вернулся на эскалатор. Кейт выпучила глаза: принц шагнул к лестнице и принялся распихивать поднимающихся людей в стороны.
– Ох… Погоди… – Кейт забормотала извинения, а Кресс потащил ее вниз по эскалатору, который ехал наверх. Принц толкался и отодвигал народ, чтобы пройти. Путь обратно занял куда больше времени, чем подъем.
– Волшебная лестница хочет заманить нас в ловушку, – пробормотал Кресс, когда они наконец соскочили со ступенек, и снова надел очки.
– Может, нам разделиться? – предложила Кейт.
– Пока нет, человечка. Я собираюсь их отвлечь. Ты поймешь, когда лучше бежать. – Он достал что-то из заднего кармана, и Кейт узнала рукоять меча с крошечными золотыми и серебряными крылышками. Кейт побледнела.
– Ну не здесь же! Кресс!
Но тут из ничего соткался клинок, огласив проход торгового центра жужжанием. Кресс повернулся к преследователям, которые остановились у магазина одежды.
Фейри с ледяным выражением на лицах смотрели на принца.
Они вытащили оружие, и под лампами молла засияли три длинных меча. Прохожие побросали свои занятия. Некоторые хлопали и улюлюкали, приняв происходящее за часть какого-то представления. Покупатели полезли за телефонами, чтобы все заснять.
– Ты не боишься, что тебя ранят?
– Вопрос оскорбительный, – фыркнул Кресс.
– Почему?
– Их всего двое. А теперь беги, Кэтрин. – Он отшвырнул дедово пальто и пакет с печеньем.
Улепетывая оттуда, Кейт на кого-то наткнулась. Она не могла отвести взгляда от двух фейри, шагающих по проходу к Крессу; тот ждал, взирая на врагов сквозь дорогущие новенькие очки от солнца.
Фейри разделились и закружили вокруг принца. Они бросились на него с двух сторон, Кресс крутанулся – и его меч рассек воздух, зацепив обоих одним махом. Кейт вскрикнула, а толпа захлопала в ладоши.
Посмотреть, что будет дальше, Кейт не осталась.
Она выбежала из торгового центра на холод, оставляя следы на снегу. За пару минут добралась до метро. Задыхаясь, Кейт ворвалась в вагон – за секунду до того, как двери захлопнулись. Никто ее не преследовал.
Всю дорогу у нее ныло в груди.
На своей станции Кейт осторожно улизнула из вагона, промчалась по лестнице и сломя голову, с дедушкиным пальто в охапке, понеслась к кафе.
Вся в снегу, запыхавшаяся, Кейт оказалась на месте. Подождала, стараясь успокоиться, пока вышли несколько покупателей со стаканчиками кофе в руках.
Кейт успела схватиться за дверь, пока та не закрылась, и тут чья-то ладонь легла на стекло чуть выше ее ладони. Подняв взгляд, Кейт едва не завопила: это был Кресс. В другой руке он держал сломанные очки.
– Как… ты… так быстро… сюда добрался? – задыхаясь, выпалила Кейт.
– О чем ты? Это ты чего так долго возилась?
Новое дорогущее пальто испещряли кровавые пятна, виднелась большая рваная дыра.
– Серьезно?! – возмутилась Кейт.
– Я цел, благодарю, что поинтересовалась. Это была лишь небольшая перебранка, – с изрядной долей сарказма заметил принц, но схватил ее за руку и втащил внутрь, будто хотел сообщить что-то важное. Позади хлопнула дверь. За ближними столиками сидело несколько посетителей – кое-кто из них даже опустил свой кофе, уставившись на вошедшую парочку.
Кресс кашлянул. Вдохнул поглубже, раздувая ноздри, чтобы отдышаться.
Кейт ждала.
Кресс длинно выдохнул воздух. Открыл рот, но не заговорил, а снова сделал долгий вдох. Кейт скривилась.
– Ну давай, просто скажи, – велела она.
– Ладно. – Кресс еще раз откашлялся и расправил плечи. Слегка сжал ее пальцы.
Кейт вздохнула и почесала голову, пока он до нелепости долго пытался овладеть собой. Посетители все еще на них глазели.
– Мне нужно новое пальто, – наконец заявил Кресс.
Кейт ахнула.
Словно опасаясь, что ему не поверят, Кресс приподнял подол в том месте, где была прореха, и слегка им помахал.
Где-то у прилавка упала на пол кружка, разбившись на десятки осколков. Драниан стоял и таращился на сомкнутые руки Кресса и Кейт. У его ног расплылась лужица кофе.
– Кресс! – Шейн сорвал с себя фартук и отшвырнул в сторону. – Ну почему это надо делать прямо при нас?!
Кресс со стоном отбросил руку Кейт.
– Ой, да ради небесных богов…
Кейт возмущенно фыркнула, все еще злясь на него за просьбу о покупке пальто.
– Пойду приму душ, – заявила она и, покачав головой, ушла, оставив парней разбираться со своей фейской чушью, из-за которой все они послетали с катушек.
Кейт поднялась по лестнице, вошла к себе и сразу направилась в ванную. Защелкнув замок, прислонилась спиной к двери, чтобы собраться с мыслями.
– Ну и сумасшедшее вышло открытие, – пробормотала Кейт, включая в ду́ше горячую воду.