Прошло два дня с тех пор, как уехал Райдер, а я скучала по нему больше, чем хотелось бы признавать. Каждый раз, когда я закрывала глаза, перед мысленным взором появлялся образ демона-бунтаря: его бездонные ониксовые глаза, забитый татуировками рельефный пресс и соблазнительные полные губы. Я понадеялась, что недолгая разлука утихомирит расцветающие во мне чувства к недоступному преподавателю, однако за время его отсутствия влечение лишь усилилось.

Я постоянно думала о Райдере. В порядке ли он? Нашел ли демона, который оставил на мне метку? Пообщался ли с папочкой Люцифером?

– Эй, ты вообще меня слушаешь? – Из задумчивости меня вытянул раздраженный голос Скарлетт.

– Прости. Ночью плохо спала, ничего не соображаю, – ответила я, широко зевая. Да, это полная чушь.

Мы вошли в обеденный зал, и все уставились на меня, дефилирующую бок о бок со Скарлетт. Но стоило Дрейку жестом пригласить меня за их стол, как все стали пялиться, уже разинув рты. Пока я пересекала зал, чтобы подойти к принцу фейри, на физическом уровне ощутила сотни взглядов, прикованных к моей спине.

– Сегодня, я, пожалуй, сяду с Синдер, – объявила я Дрейку. Тристон и Эш увлеченно поедали свои бургеры. – Сомневаюсь, что демон нападет на меня посреди битком набитой столовой.

– Хорошо. – Но в его голосе ничего хорошего не было.

– Что такое?

– Ты же делаешь это потому, что на тебя все пялятся, да?

Мои брови сошлись на переносице.

– Нет. Мне плевать, что думают остальные. Я просто хочу побыть с подругой и соседкой, которую не видела уже несколько дней из-за того, что меня прятали на седьмом этаже.

К столику неторопливо подошли Рейн и Аэрия, каждая из которых одарила меня натянутой улыбкой. С их стороны это прогресс. Но я до сих пор не решилась спросить у Аэрии, с чего она взяла, что я наполовину колдунья. Да не была я ею, и, судя по тому, что объяснил Киллиан, я ведьма. Хотя мне очень хотелось узнать, что она имела в виду, когда сказала, что я владею темной магией. Еще хотелось поделиться всем этим с Синдер, однако я боялась ее напугать. Но больше всего мне нужно было поговорить с Райдером, но его здесь не было.

– Не забудь о занятии после обеда, – добавил Дрейк, когда я собралась уходить.

– Точно. Где встречаемся?

– У меня в комнате.

На лбу Рейн запульсировала вена, но она даже ничего не съязвила, опускаясь на стул рядом с Дрейком.

– Ладно, увидимся. – И снова множество обжигающих взглядов проследовали за мной вплоть до стола драконов-перевертышей. Сев, я вжалась в стул и, прежде чем открыть рот, решила дождаться, когда же бдительные студенты вернут свое внимание к привычным делам.

– Рада, что ты смогла присоединиться к нам, – бросила Макси, ее голос так и сочился ядом.

– Господи, не думала, что ты будешь возражать против того, чтобы ванной пользовались на одного человека меньше. – Я распаковала сэндвич, который прихватила по пути, и откусила.

Рука Синдер легла мне на предплечье, и ее теплые золотые глаза встретились с моими.

– Мы всего-навсего переживаем за тебя, вот и все.

– Тебя будто похитила Семерка, – добавила Алисса. Ее взгляд метнулся к их столику, а затем вернулся ко мне.

Как же меня раздражало, что приходится лгать друзьям – особенно Синдер. Я поклялась рассказать ей все, как только мы останемся наедине. Но загвоздка в том, что, по-моему, в ближайшее время этого не случится. Все-таки ко мне круглосуточно приставлена орда устрашающих охранников.

– Никто меня не похищал, уверяю. Киллиан захотел, чтобы из-за своей ведьмовской натуры я проводила больше времени, тренируясь с Рейн и Дрейком. Иногда наши занятия затягиваются допоздна, мне проще оставаться на ночь у них.

– У Дрейка или у Рейн? – Синдер заиграла темными бровями, и мои щеки невольно залились краской.

– Вообще-то у Скарлетт.

Три девушки дружно сморщились носы.

– Эй, вы чего, на самом деле она очень милая, – я понизила голос, – намного приятнее Рейн или Аэрии. Хотя, по правде говоря, они ведут себя лучше, чем я ожидала. Наверняка Киллиан платит им или что-то типа того.

– От тренировок хотя бы есть толк? – поинтересовалась Синдер.

У меня на коже все еще потрескивала сила, которая всплеском охватила мое тело, когда мы убили демона, а воспоминание об этом моменте навсегда запечатлелось в моем сознании.

– Я определенно делаю успехи. – Мне не хотелось делиться с подругами информацией о том, что я, вероятно, обладаю темными силами. По крайней мере, до тех пор, пока сама во всем не разберусь. Судя по тому, что я узнала, драконы-перевертыши относятся к светлой стороне магического спектра, а пугать их желания не было.

Пока мне рассказывали обо всех драконьих событиях, тридцатиминутный обеденный перерыв незаметно пролетел. Как же я соскучилась по лучшей подруге за последние дни.

Вдруг краем глаза заметила склоненную в мою сторону голову с платиновыми волосами. Как только я повернулась к ледяному принцу, мы встретились взглядами, и он поманил меня пальцем.

Недовольно охнув, я запихнула остатки сэндвича в рот.

– Вот же командир! – Губы Синдер изогнулись в усмешке.

– Ты даже не представляешь какой, – пробурчала я с набитым хлебом ртом. – Прости, мне пора заниматься.

– Увидимся на полетах и оборотах? – спросила Синдер. – Сегодня день юнипегов.

Я закатила глаза, беспокоясь о том, как меня встретит мой непредсказуемый жеребец.

– Ага, до встречи.

Взяв рюкзак, я помахала девчонкам на прощанье и поспешила к Дрейку, который ждал меня у выхода из обеденного зала.

Он поднял взгляд на часы, висящие над дверью, и фыркнул.

– До следующего занятия остался час, поэтому тебе лучше проявить себя на все сто.

– Боже, да я вообще-то не настаиваю. – В довольно комфортном молчании я последовала за парнем по коридорам и вверх по лестнице на седьмой этаж. Не сказать, что мы с Дрейком сдружились, но принц фейри открылся мне с тех сторон, о которых, уверена, многие не подозревали.

К тому же теперь мне предоставили доступ в его личную спальню.

Посреди роскошно обставленной комнаты стояла огромная кровать с балдахином. Все было отделано темным деревом и золотым декором с редкими голубыми вставками – официальный цвет Зимнего двора. Каждая вещь лежала на своем месте, на полу не валялась ни грязная одежда, ни книги, что непривычно для мужской комнаты в общаге. На прикроватном столике стояла фотография в рамке, но я стояла слишком далеко, чтобы рассмотреть детали. Стены украшало несколько пейзажей в позолоченных рамах – но больше никаких личных вещей. Спальня Дрейка совершенно не походила на комнату Скарлетт, стены которой были увешаны постерами.

– Ты живешь один? – в итоге спросила я, закончив осмотр.

– Привилегия старшекурсников.

– Ах, а я-то думала, это привилегия принца фейри.

Он пожал плечами.

– Это тоже. – Дрейк скинул рюкзак на кровать и повернулся ко мне, нацепив на лицо обычную для него маску равнодушия. – Так, над чем хочешь поработать сегодня?

Я закусила нижнюю губу. Мне нужны ответы на вопросы о заключенной во мне темной магии, и почему-то казалось, что он может дать мне ответы. Собравшись с духом, я выпалила:

– Рейн и Аэрия рассказали тебе о случае с демоном?

– Конечно. – Он и бровью не повел. Они поведали ему все или опустили подробности, как сделали с Киллианом? Дрейк нахмурился, изучая меня взглядом. – Луна, что ты пытаешься мне сказать?

– Я хочу отточить то, что мы сделали тогда, но не понимаю, как к этому снова подобраться. – Вот, идеально расплывчато.

– Ладно… – Он взял книгу заклинаний и пролистал несколько страниц. – Вы, наверное, использовали заклинание на изгнание. – Дрейк протянул мне книгу, указывая пальцем на абзац.

Похоже, но мы использовали совсем не эти слова. То мощное заклинание навсегда запечатлелось в моей памяти.

– Нет, там было «тори фуокум целис демониом».

Глаза Дрейка расширились, и он захлопнул книгу.

– Понятно.

Я скрестила руки на груди, отстукивая ногой нервный ритм по мягкому ковру. Ему правда понятно?

– Это объясняет, откуда взялся пепел, – пробормотал Дрейк себе под нос. Он приблизился ко мне на шаг, и его сиреневые глаза впились в меня, вспыхнув насыщенным лавандовым цветом. Губы изогнулись, было видно, как в голове парня крутятся шестеренки. – Рейн рассказала, что вы изгнали марайского демона, но в подробности не вдавалась. Теперь понятно почему. – Он придвинулся ближе, его ледяное дыхание почти слилось с моим. Я удержалась от того, чтобы не отступить. Дрейк втянул носом воздух вокруг меня, и его заостренные уши дернулись. – Помимо человека, кто ты, говоришь, наполовину?

– Я не говорила.

Он поджал губы, продолжая буравить меня тяжелым взглядом.

– Колдунья, – пробормотал он, а затем резко нахмурил светлые брови. – Ты такая же темнокровка, как и мы.

Он уже второй, кто это заявляет.

– Что, черт возьми, это значит?

– Академия Темной Крови названа не просто так. Разве Киллиан и Райдер ничего тебе не рассказывали?

– Видимо, недостаточно. – Я смутно припоминала разговор о темнокровках в день моего приезда, потому что большая его часть прошла как в тумане.

– Так, давай присядем. – Дрейк махнул рукой на пребольшущую кровать, и я скептически вскинула бровь. – Ну, или сядем сюда? – Он указал на небольшой кожаный диван и кресла, расположившиеся вокруг камина.

– Сойдет.

– Луна, какая же ты недоверчивая. Поверь, если бы я хотел затащить тебя в постель, сделал бы это гораздо очаровательнее.

У меня отвисла челюсть. Ледяной принц, что, флиртовал со мной?

Дрейк опустился на диван, а я села в кресло напротив.

– Для начала – небольшой ознакомительный экскурс о сверхах. Во всех сверхъестественных существах живет светлая и темная магия – ни один из домов, по своей сути, не является плохим или хорошим, но у одних преобладают темные наклонности, у других – светлые. У нас различные источники силы, вот и все. Перевертыши, как твоя соседка-дракониха, происходят из светлой магии, а входящие в Совет ковена ведьмы, колдуны, чародеи и остальные маги, как ты, и фейри, как я, тяготеют к среднему. Мы находимся в середине спектра и можем обучаться любой магии. Наш директор Киллиан и мой друг Раф вместе с остальными Сынами Неба происходят из чистого белого света. Из нас они самые «порядочные». Дальше, Королевские вампиры, как голубушка Скарлетт, и жители Преисподней, как наш бесстрашный лидер Райдер, – потомки темной магии. Она течет по их венам, и, насколько я понимаю, им приходится постоянно бороться, преодолевая темные инстинкты.

Я не представляла, как так можно жить. Обуздать свою магию и так достаточно сложно, но чтобы постоянно ее сдерживать? Несколько раз мне довелось увидеть, как демоническая сторона Райдера прорывалась наружу. Стоило вспомнить его вытянувшиеся зрачки и лимонно-желтые глаза, как по позвоночнику пробежал холодок.

– Твой отец – колдун, и, учитывая ситуацию с демоном, я бы сказал, что ты, ведьмочка, с большой вероятностью склоняешься в темную сторону. – Губы Дрейка растянулись в злобной ухмылке. – Должен признать, человек, с каждым днем ты удивляешь меня все больше и больше.

Не знаю, был то комплимент или оскорбление, поэтому я пропустила его замечание мимо ушей и продолжила расспрашивать:

– Ладно, предположим, что я действительно владею этой более темной магией. Что это значит?

– Это значит, что ты можешь стать сильнее некоторых своих чистокровных сородичей. Раз твоей силы, совмещенной с силами Рейн и Аэрии, хватило, чтобы уничтожить марайского демона, то наша Восьмерка будет непобедима.

У меня защемило в груди, груз его слов сдавил легкие. Темная магия, демоны, непобедимы? Вот уж не думаю, что готова ко всему этому.

Дрейк наклонился вперед, перегибаясь через разделяющий нас стол, и приподнял мой подбородок.

– Луна, бояться нечего. Темная магия – это не что-то плохое или порочное. Она течет по венам у всей Семерки, включая нашего друга-нефилима, и мы не такие уж и злодеи, согласна? – Уголки его губ приподнялись, и Дрейк подмигнул мне.

Согласна… Но вот только их боялись все студенты.

– Готова заниматься?

Я кивнула, но внутри у меня все сжалось от ужаса. Во что я ввязалась?