Судебное заседание. Торжественное место. Мы заходим туда с большим почтением. В зале царит тишина, иногда пахнет деревом и пчелиным воском утром или затхлостью вечером после долгого рабочего дня. Обувь блестит, а одежда в основном соответствует месту. Улыбки доброжелательные или сдержанные. Лица сосредоточенные, застывшие, демонстрирующие задумчивость или сильную боль. Черты лица вытягиваются, придавая усталый, а иногда и вовсе измученный вид.

Зрители перед возобновлением слушаний иногда становятся более веселыми или разговорчивыми. Некоторые приходят на слушания, потому что знают одну из сторон, или потому что учатся на юриста, или просто из любопытства… В зале чисто и аккуратно. Председатель следит за порядком и спокойствием. Атмосфера здесь часто совершенно противоположна той, что была в день, когда все произошло. Воздух может казаться холодным. В день преступления были перевернуты целые жизни, целые судьбы… Вам приходится возвращаться назад и разбираться в деталях.

Присяжным очень трудно… что же говорить об ужасе, которому были ввергнуты жертвы. Ужасе, к которому нужно вернуться, чтобы понять и помочь истине раскрыться, или хотя бы приблизиться к ней как можно ближе. Иногда жертвы уже нет рядом, чтобы ее можно было услышать, и говорить за нее приходится адвокату и близким.

Родственники не обязаны оставаться на все время заседания. Их предупреждают о том, что может быть представлено, например, судмедэкспертом. Морфоанализ также может быть болезненным для слуха и зрения. Жертвам и членам их семей разрешается покинуть зал.

Между тем очень часто ближайшие родственники остаются и с достоинством слушают, как другие объясняют, что случилось с их близким человеком. Иногда они испытывают такую невыносимую боль после случившегося, что предпочитают слушать, пытаясь понять и заменить единым образом рокового момента то множество ужасающих сценариев, которые преследовали их все это время… А когда жертва еще жива, она сама решает, предстать перед своим мучителем или нет. Часто, все еще покрытая шрамами, видимыми или нет, она встречается глазами с преступником в зале суда. Она остается там, чтобы выслушать объяснения и выводы следователей, криминалистов и различных экспертов.

Факты порой бывают настолько жестокими, что психологическая травма сказывается на памяти о событиях. Посещение судебного процесса, каким бы мучительным оно ни было, может помочь им собрать воедино общую картину. Иногда жертва слышит, как преступник объясняет, «почему именно в тот день», «почему именно она стала жертвой».

Злодеяний так же много, как и историй жизни. Сведение счетов в среде наркоторговцев; мать, чей ребенок был зверски убит мужем; подросток с налаженной жизнью, который встретил на дороге не того человека в неподходящее время, и его тело будет брошено на обочине дороги или в лесу; женщина, которую насиловали, избивали, пытали и держали в плену в течение многих лет; компания друзей, которые однажды ночью употребляли наркотики вперемешку с алкоголем, а наутро один из них оказался мертв, причем они даже не помнят, как избивали его, вшестером, пинали его… Список разнообразных и трагических примеров бесконечен.

А иногда человек, оказавшийся на скамье подсудимых, и вовсе не является преступником. Отсутствие следов или форма следов крови указывают, например, на то, что он или она действительно присутствовали при кровавых событиях, но не на то, что он или она держали в руках окровавленный топор, которым была убита жертва, или другие факты указывают на то, что имеются обоснованные сомнения по поводу виновности этого человека.

Кто должен представлять интересы жертвы? Иногда у нее нет никого из близких. Ассоциации жертв могут присутствовать, чтобы гарантировать защиту интересов потерпевшего. Таким образом, жертвы или их родственники, присутствующие или нет, представлены адвокатом (адвокатами) потерпевшего.