На допросе задержанный схватил со стола моего коллеги канцелярский нож и попытался меня прикончить. Мы боролись с ним на полу.
Случай, который мне особенно запомнился, – когда я потерял самообладание перед лицом презрения и безразличия преступника к жертве, погибшей в дорожной аварии.
Преступник с удовольствием описывал меня как свою типичную жертву.
На допросы в полиции влияют несколько факторов, и личность задержанного, несомненно, является одним из самых важных из них. Динамика допроса фактически обусловлена личностью подозреваемого, его желанием говорить, знакомством с полицейским изолятором, серьезностью фактов и т. д. Опрошенные следователи различают два типа сложных личностей:
во-первых, хладнокровные, расчетливые, манипулирующие и нечувствительные к страданиям других людей. С ними трудно вести беседу, потому что их равнодушие делает их неуловимыми и неприступными, а с их гиперконтролем сложно справляться;
во-вторых, агрессивные личности. Нетерпимые к фрустрации и несогласию, они реагируют на все гневом. Они презирают других, игнорируют социальные нормы и законы, реагируют импульсивно, иногда по пустякам.
Мишель Сент-Ив, судебный психолог из службы безопасности Квебека, проводит различие между интровертами и экстравертами, и предлагает стратегии работы с ними.
Преступники с интровертными личностями (зависимыми, избегающими) легче осознают свои действия, чем экстраверты. Такие личности часто испытывают всепоглощающее чувство вины и нуждаются в освобождении от груза невысказанных слов, стыда и угрызений совести.
Когда дознаватель устанавливает доверительную связь с допрашиваемым, сопереживает ему, выражает готовность выслушать его, такие личности чувствуют потребность оправдать свои действия, особенно если дознавателю удалось отделить совершенные поступки от ценностей и установок подозреваемого.
Им противопоставляются экстравертные личности (антисоциальные, психопатические, извращенные), которые не чувствуют ни вины, ни угрызений совести за совершенные преступления. Они делают признание не из уважения или великодушия к жертве или ее семье, а только если это отвечает их личным интересам (честь, мужественность, известность, репутация и т. д.) или если это принесет им пользу в дальнейшем судебном процессе. Их признания редко бывают подробными.
Этим личностям необходимо блистать, поддерживать власть, контроль, чувствовать себя выше других. Чтобы добиться признания, нужно предоставить им как можно больше качественных доказательств, а также владеть навыками ведения допроса. Тем не менее иногда, несмотря на хорошую подготовку, стратегию и опытного следователя, задержанный будет молчать или придерживаться версии, не подтвержденной доказательствами.
Подготовка к слушаниям и оказание помощи в их проведении в полицейском изоляторе осуществляются по просьбе главного следователя и только в том случае, если следователи, ответственные за содержание под стражей, поддерживают командную работу и использование знаний из области гуманитарных наук, таких как социальная психология, психопатология, клиническая психология и т. д. Подготовка к допросу будет проходить по-разному в зависимости от опыта, компетенции и привычек следователей. Некоторым из них необходимо создать более или менее проработанную структуру допроса, состоящую из вопросов и тем. В то время как другие специалисты кратко отмечают основные моменты дела и проводят допрос без определенной системы, в соответствии с впечатлением от того, как проходит разговор. В обоих случаях рамки и вопросы адаптируются прежде всего к ответам и установкам допрашиваемого и реорганизуются по мере развития стратегии допроса.
Когда поведенческого аналитика привлекают к проведению допроса, его часто просят помочь в сложных уголовных делах, связанных со следующими особенностями: отсутствие вещественных доказательств или уникальность преступления (нетипичное или экстремальное насилие), уникальные личность и характеристики преступника.
Работа аналитика заключается в ознакомлении с доказательствами в материалах дела, в частности с криминалистическими исследованиями, характеристиками жертвы (личность и история) и подозреваемого (личность, история, судимость, социальная и профессиональная жизнь и т. д.). Именно на основе всех этих элементов будет разработана стратегия содержания под стражей. Опираясь на психологические процессы и элементы истории, личность субъекта, необходимо определить действия (рассуждения, анализ затрат/выгод, аффект/эмоции, потери/интерес), которые заставят субъекта говорить и прежде всего дать объяснения своим преступным действиям.
Стратегия специфична для каждого подозреваемого и адаптируется к сильным и слабым сторонам личности. Необходимо найти слова, второстепенные детали, воспоминания, путь к чувствам или интересам человека, чтобы придать смысл его действиям и признаниям. Так получается сделать не с каждым допрашиваемым, а порой не удается найти ничего, что помогло бы установить с ним связь и получить хотя бы частичные объяснения.
У нас были все улики против задержанного, но он все отрицал, говорил какую-то чушь. Мы поехали в участок на машине, и он захотел связаться со своей матерью. Я подумал, что мать была важна для него. Поэтому я упомянул мать жертвы, и через два часа, когда мы его допрашивали, он сообщил нам новые факты.
Преимущество поведенческого аналитика заключается в том, что он остается на заднем плане и сохраняет определенную объективность в отношении динамики допроса и взаимных реакций дознавателя и допрашиваемого. Порой бывает трудно высказать свои соображения или предложения следователям, отвечающим за содержание под стражей в полиции, без того, чтобы это не выглядело как оценка или суждение. В командной работе важно выражаться как можно более ясно, использовать правильный тон, оставаться скромным и объективным, приспосабливаться к другим, иногда отстаивать свои идеи и никогда не забывать о цели полицейского задержания.
На самом деле существует не так много профессиональных ситуаций, в которых за нами непосредственно наблюдают, направляют или оспаривают другие профессионалы, даже если каждый из нас работает в своей области знаний. Это требует от нас умения ставить под сомнение свои действия. Проблема в том, что не всегда легко в самый ответственный момент, когда мы устали, когда на карту поставлено все и все смотрят на нас, переосмыслить свои слова и отношение к делу, принять взаимную критику. В таких сложных условиях, при наличии позитивной, но постоянной критики, результат расследования во многом зависит от нашей способности достичь нужного уровня взаимного доверия.
Перед допросом важно провести время за беседой, а лучше за обедом, чтобы сблизиться, лучше узнать друг друга и, прежде всего, подчеркнуть наши общие приоритеты: жертва и правосудие. Такие моменты очень важны для создания профессионального альянса и эффективной работы в команде.
Каждое преступление уникально, как и каждый полицейский участок. В это время между подозреваемым и следователем переплетается множество связей: они то отдаляются друг от друга, то сближаются, то доверяют друг другу, то сомневаются, то слушают друг друга, то закрываются… И все это с одной неизменной целью: приблизиться к истине.
Это не просто сценарии насилия, совершенного преступником по отношению к жертве: это история людей, человеческих судеб, страданий.