То есть чертов Томас существует? Я готов был поклясться, что Хлоя блефует. Но своими глазами видел, как этот придурок в костюме провожает Карамельку до дома. Долбаный рыцарь.
– Значит, Томас… – тяну я задумчиво. – И он так просто оставил тебя со мной? Такое сильное доверие между вами двоими? Сколько вы вообще вместе?
Мне нужны ответы, без них я не уйду. Хлоя вздрагивает и медленно поворачивается ко мне. Если бы я не знал ее, то подумал, что ей неловко. Или что она паникует. Но с чего бы ей паниковать?
– Пойдем, – сухо говорит она и тянет меня в подъезд. Так просто, будто все в порядке. Будто всегда так делала. Стоит ей отпустить мою руку, как я чувствую холод. Меня словно лишили тепла.
В полной тишине мы поднимаемся по лестнице на третий этаж. Зайдя в коридор, Хлоя разувается и сразу же идет на кухню. Я слышу, как она включает чайник и громко вздыхает. Спешу к ней. Карамелька стоит ко мне спиной, опустив голову и упершись руками на стол. Черт, нужно было предупредить ее о своем приезде. Но я так соскучился, что эта мысль даже на секундочку не посетила мой мозг. Хотел сделать сюрприз.
Что ж, надо думать, он удался.
Возможно, я даже помешал их свиданию, хотя, будь я на месте Томаса, просто так не отпустил бы Хлою с каким-то другом. Даже если бы этот друг выглядел как последний ботаник. И вот она стоит, погруженная в мысли, будто забыла, что я здесь, хотя сама завела меня в квартиру. Не говоря ни слова, подхожу к ней сзади и обнимаю, надеясь, что не оттолкнет. Потребовалось секунд десять, чтобы все напряжение между нами начало испаряться. Хлоя постепенно расслабляется в моих объятиях и откидывает голову мне на грудь. Но не обнимает в ответ. И пусть мне бы этого очень хотелось, все же я доволен тем, что она позволяет прикоснуться к ней. В этом и заключается мой план – дать ей понять, что со мной она в безопасности. Со мной она может быть собой.
– Ты голодна? Устала? – тихо спрашиваю я и крепче прижимаю к груди, упираясь ей в макушку подбородком.
Карамелька прикрывает глаза. Ресницы дрожат, на лице вымученная улыбка.
– Знаю, я не предупредил о том, что приду. Прости меня. Хочешь, чтобы я ушел?
Хлоя отстраняется от меня и разворачивается, но я не выпускаю ее из рук, и мы продолжаем стоять слишком близко друг к другу. Я почти ощущаю ее цветочный аромат на своей коже. Не могу отвести взгляда от медовых глаз. Хочу погладить ее по щеке. И так сильно хочу поцеловать. Нежно, медленно, осторожно. Чтобы не спугнуть.
Смотрю на нее, как влюбленный придурок. Хотя почему как. Я действительно влюблен в нее. Влюблен в девушку, которой когда-то разбил сердце. Ее волосы еще больше завились после дождя, и я, не выдержав, смахиваю локон с ее плеча, натягивая его на пальцах, словно пружинку. Хлоя не шевелится и, запрокинув голову, пристально разглядывает мое лицо, будто раздумывая над тем, что у меня на уме. Я буквально слышу, как в ее голове крутятся шестеренки. Все быстрее и быстрее. Это ожидание начинает убивать меня.
– Да – это я отвечаю на первый вопрос. Я ела часов пять назад, кажется, и это был сэндвич из супермаркета. Второе, я чертовски устала, потому что помогала Анне с организацией вечеринки фирмы. И раз уж ты спросил, то нет, я не хочу, чтобы ты уходил. Хотя я тебя и не ожидала увидеть, – мягко добавляет она, загибая пальцы на одной руке, а другую положив мне на грудь, как бы отталкивая и давая понять, что ей нужно больше пространства. – Но с тебя ужин – я не ждала гостей.
С этими словами она уходит в спальню и закрывает дверь. Мне кажется или в комнате заметно потеплело?
Приняв доставку, расставляю на кухонном столе контейнеры с тайской едой из моего любимого ресторана. Себе выбрал спринг-роллы Пиа Тхот и лапшу Бун Га с курицей, а Хлое заказал Пад Тай с овощами и грибами и салат с папайей и рисом. Я хотел бы предложить поесть в более неформальной обстановке, сидя на диване и смотря сериал – конечно, время от времени прерываясь на объятия и поцелуи, – но правила в этом доме устанавливаю не я.
Хлоя возвращается, и я замечаю, что она переоделась в огромную футболку с улыбающимся ананасом и какие-то бесформенные брюки. Мне нравится, что она не стремится казаться красивее для меня, как большинство девушек, а выбирает то, в чем удобно ей самой. И все же даже этот мешковатый наряд не может скрыть ее соблазнительные изгибы – они угадываются при каждом движении, заставляя меня украдкой следить за ней.
Хлоя достает чашки и заваривает чай. И когда до меня доносится аромат, я невольно подвисаю. Готов поспорить, это тот самый чай, который она заваривала мне еще в школьные времена, когда мы оставались у нее дома после уроков, пока ее родители задерживались на работе. Пряный, с ноткой меда и карамели. А потом мы долго сидели на диване, делая уроки и подкалывая друг друга. Неужели она все еще пьет его? Заваривает ли она этот чай для своего напыщенного индюка Томаса? Хочу все спросить, а еще узнать, вспоминает ли она о былых временах, так же как я, но вовремя беру себя в руки.
Не порти момент, Картер.
– Как твоя поездка? – спрашивает Хлоя, приступив к ужину.
– Все хорошо, выступил с парой песен, – отвечаю я. – С нами была группа, которая как-то выступала у меня на разогреве в Осло, хорошие ребята. Но я пока притормозил с концертами, этот просто был давно запланирован. Не мог отказать Майку, – на одном дыхании выдаю я, прежде чем перевести тему: – Так что там с тем мистером Деловая Колбаса, который подвез тебя сегодня?
Сначала Хлоя долго молчит, словно ей совершенно нечего сказать. На лице читается растерянность. Но я, черт возьми, не отстану.
– Так, давай-ка без допросов. Что ты вообще здесь забыл? Я думала, у тебя не так много свободного времени. Ты ведь такой занятой, разве нет? Куда ни глянь, везде ты и… – Она поднимает глаза от тарелки, рисуя в воздухе круг вилкой.
– Мое самодовольное, но прекрасное лицо? – прерываю я, и Хлоя, кивнув, хихикает. Наконец-то. Я рад, что все еще могу вызвать у нее искреннюю улыбку. – У меня творческий отпуск, знаешь ли.
– Да? И надолго?
– Пока не добьюсь тебя снова, – просто признаюсь я. – И, судя по твоему ухажеру, у меня неплохие шансы.
Хлоя замирает. А спустя пару секунд откладывает вилку в сторону, откидывается на спинку стула и, все еще улыбаясь, скрещивает руки на груди. Но эта улыбка, черт бы ее побрал, самая прекрасная на свете улыбка, на секунду заставляет мою кровь похолодеть.
– Что ж, это будет долгий отпуск… Возможно, длиною в целую жизнь, – уверенно говорит она, и я не могу сдержать смешок.
Мне так тебя не хватало.
– Нам следует установить кое-какие правила, – продолжает она, накладывая лапшу из моей тарелки в свою. – Боже мой, это восхитительно, как они это приготовили? – восхищается Хлоя, пока я плавлюсь от переполняющих сердце чувств.
Пара капель соуса остается в уголке ее губ.
К черту.
Не могу больше бороться с собой. Не хочу. Будь что будет. Поэтому резко наклоняюсь и, придерживая рукой за затылок, быстро слизываю соус, чтобы в ту же секунду прижаться к ее губам. Она закрывает глаза, когда наши языки знакомо сплетаются, и я слышу тихий стон. Ее стон. Это не похоже на невинный поцелуй, хоть я и чувствую себя подростком, наконец решившимся поцеловать девчонку, которая нравится. Член дергается. Понимая, что не смогу остановиться, если она не оттолкнет меня, все же разрываю поцелуй. Одному богу известно, сколько усилий я для этого прикладываю, но последнее, чего мне хочется, – это испугать ее своим напором.
Хлоя смотрит на меня широко распахнутыми глазами. Ее грудь не вздымается – я точно вижу, ведь между нами всего несколько сантиметров, – потому что она не дышит.
– Правило номер один – никаких поцелуев, – наконец тихо произносит она и встает из-за стола, унося пустые тарелки. И пусть она старается выглядеть бесстрастной, я успеваю заметить румянец у нее на щеках. Она подносит пальцы к губам и едва заметно улыбается, думая, что я не вижу. Как мило.
– А номер два, Карамелька?
– Ты не будешь называть меня Карамелькой. – Она разворачивается и тычет пальчиком в мою сторону.
– Можешь вычеркивать это правило к черту. Я называл и буду так тебя называть. – Я упрямо качаю головой.
– Напомню, что ты называл меня так, когда мы были влюблены друг в друга.
– Напомню, что я все еще влюблен в тебя, – парирую в ответ.
Она открывает рот, а потом сразу закрывает, словно хочет что-то возразить, но передумывает. Да, вот так Хлоя. Я – кретин, осознавший, что все еще влюблен в свою школьную подружку. Мне казалось, мы давно это выяснили. Но раз ей нужно напоминать, что ж… Терпения мне не занимать.
Продолжаю сидеть на стуле и смотреть на нее, потому что если встану, то снова прижму к себе, и так быстро ей уже от меня не сбежать. Впрочем, сейчас Хлоя вряд ли позволит мне приблизиться.
– Еще будут правила?
– Да, – сразу отвечает она, раздражаясь. Отлично. – Ты больше не будешь появляться без предупреждения. Это не в первый раз, когда я встречаю тебя там, где ты вообще не должен быть.
– Сорвал все же тебе свидание, да? – весело спрашиваю я, желая вывести ее из себя. – Что ж, в следующий раз, когда соскучусь по тебе, просто об этом сообщу.
С этими словами встаю, чмокаю ее в сморщившийся носик и ухожу. Хлое нужно пространство и время, чтобы принять, что я намерен действовать решительно. Того Джеймса, который бросил ее, больше нет.
Дождь закончился. Проезжая по вечернему Сакраменто, останавливаюсь на красный свет светофора и наблюдаю за семейством, которое переходит дорогу: двое ребятишек ведут собаку на поводке, а по обе стороны от детей родители, держащие их за руки. Задумываюсь о том, какая бы была моя жизнь, будь я смелее в своем выборе. Что, если бы на меня не надавили шесть лет назад? Что было бы, если бы я не бросил Хлою? Были бы мы еще вместе или расстались из-за какой-нибудь глупости?
Заехав на парковку, замечаю внедорожник Майка. Черт возьми, он никогда не заявляется ко мне просто так или без предупреждения. Кажется, теперь я понимаю Хлою, перед которой появляюсь просто потому, что сам так захотел. Сейчас я вообще не хотел бы никого видеть у себя в квартире. Разве что мою Карамельку. И желательно в спальне. В горизонтальном положении.
Но пока не время.
Открывая входную дверь, я не был готов, что на меня прыгнет Санчес. Около входа стоит чемодан. Так. Скинув кроссовки и повесив толстовку в шкаф, замечаю, что там уже висит пара чужих костюмов. Из гостиной доносится шум. Майк, развалившись на диване в одних спортивках, салютует мне бутылкой пива.
– И как это понимать? Ты б хоть прикрылся, чувак.
Бросаю в него его же майку, которую он оставил на спинке дивана.
– Джеймс, дружище, только одно слово… Симон!
– Опять?
– Да! Возвращаюсь домой, а эта ненормальная встречает меня в гостиной в рубашке на голое тело. Она сексуальна, не спорю. И в любой другой ситуации я бы отлично провел вечер. Но черт возьми, что она забыла в моем доме?
– И ты решил, что будет здорово приехать ко мне с собакой и вещами. – Я киваю в сторону чемодана.
– Да, на пару дней, пока Бобби решает вопрос. Она как-то прошмыгнула мимо охраны. Я не хочу с ней встречаться. Честно говоря, я начинаю ее бояться, мало ли что еще она может выкинуть.
– Что же ты сам ей не сказал?
– Джеймс, я говорил. И не раз. У нас состоялся серьезный разговор прямо в той же гостиной. Но у нее действительно что-то с головой, все болтала о том, чтобы я вспомнил, как нам было хорошо вместе…
– Ты спишь на диване, – прерываю его я, – свою кровать я не уступлю.
– Даже несмотря на то, что я тебе ее выбирал?
– Тем более! – Достаю себе из холодильника банку безалкогольного пива и присоединяюсь к Майку досматривать какой-то второсортный фильм про грабителей двадцатых годов.
Пока друг решает какие-то вопросы по телефону, иду в спальню. Ретривер следует за мной, и я сразу говорю ему, что он может спать на полу, но почти слышу, как тот фыркает, запрыгивая и устраиваясь рядом.
– Разбаловал тебя твой хозяин. – Я хлопаю Санчеса по бокам. – Ладно, оставайся, но только сегодня.
Перед сном, как и обещал, пишу Хлое сообщение, чтобы она потом не говорила, что я не соблюдаю правил. Идиотских, к слову.
Я
Сообщаю, что уже успел соскучиться по тебе
Карамелька
Не переигрывай, прошла всего пара часов
Я
Следишь за временем, которое провела без меня?
Карамелька
Ха-ха. Считаю минуты тишины и покоя
Я
Выпьем кофе утром?
Карамелька
Нет
Ну конечно.
Я
Спокойной ночи, колючка Хлоя Коллинз
Карамелька
Спокойной ночи, приставала Джеймс