Зосима велел Самуилу, когда тот закончит с дневными послушаниями, прийти в келью брата Анфима. Самуил, уже порядком устав от послушаний и желая поспать где-нибудь в прохладе святых стен, все-таки поплелся, куда просил монах, памятуя о нетерпимости наставника своего к лености. А так как молодой паломник зазевался и не спешил по поручению, то застал он жуткую сцену уже в финальной своей точке, зная остальное лишь со слов самого Зосимы.

Зосима пришел по просьбе брата Анфимы вроде как помочь разобрать уже истлевшую и ненужную мебель да вынести ее за монастырские стены. Среди мебели оказался тяжелый, красного дерева гардероб с красивыми узорами. Брат Анфима сначала просил купить гардеробчик, хороший еще, ладный. А когда Зосима отказался, ссылаясь на крайнюю свою нищету и отсутствие необходимости в оном, Анфима толкнул тот гардероб на Зосиму, а затем забрался сверху.

Вот на крики: «Что ты делаешь, ирод? Задавишь меня насмерть!» – и появился Самуил. Увидел он страшную картину: сухопарый Зосима был придавлен тяжелым гардеробом, а верхом на нем оказался пухлый брат Анфима. Бог его знает, за что он так невзлюбил Зосиму, но в глазах его плясал огонь ненависти.

Самуил кое-как утихомирил разъяренного монаха, стащил с гардероба, а Зосиму – не без усилий – достал из-под гардероба. Помогать поставить тот проклятый предмет мебели в вертикальное положение Самуил наотрез отказался.

После, провожая Зосиму в Черниговский скит к Варнаве, Самуил все спрашивал:

– Отец Зосима, что же это такое было? Как же Анфима мог так поступить?

– А сатана его одолевает, – просто ответил Зосима. Правая рука у него висела плетней, раскачиваясь при ходьбе.

– Отец Зосима, а никак у вас рука сломана?

Зосима отмахнулся здоровой рукой, дескать, заживет, не беда, и попросил оставить его на входе в скит.