После долгих лет, в течение которых я каждое утро одевалась так, как требовала должность редактора модного журнала, когда я пряталась, словно в доспехи, в солидные брючные костюмы в сочетании с дизайнерскими сумками и дорогой обувью, я внезапно обнаружила, что в десять утра в будний день мне не хочется вылезать из пижамы. Когда буквально за неделю был подписан договор на книгу, меня осенило, что теперь началась новая жизнь, которая не предполагает расписанного по минутам графика встреч, корпоративных собраний и торжественных мероприятий с дресс-кодом. Следующая глава моей жизни была работой писательницы-домохозяйки, где я могла одеваться, как мне заблагорассудится. Стояла поздняя осень, поэтому кроме пары джинсов и свитера, легкого макияжа и капли духов мне в ближайшие дни ничего не было нужно. Я могла быть самой собой. Однако не совсем понятно, как.
Мне позвонил близкий друг и пригласил сопровождать его в десятидневной поездке в Париж. На свои баллы по программе лояльности он купил мне билет на самолет, и нас ожидала квартира с двумя спальнями и видом на Сену. Это не была одна из моих обычных поездок, наполненных модными показами, ужинами, сплетнями, вечеринками, перемежающимися напряженными разговорами по телефону с офисом, где все на каблуках и в строгой одежде. Это был шанс прийти в себя и задуматься о том, что меня ждет дальше, как будет выглядеть теперь моя жизнь. В том числе и как я буду одеваться.
Я начала собираться, останавливая выбор на очень удобных и невзрачных вещах: джинсах, белых рубашках, футболках, кроссовках, свитерах, кардиганах и легком тренче. Приехав, мы пошли гулять, осматривая витрины, что мне всегда нравилось, но намеренно избегали дорогих модных магазинов и бутиков, которые были неотъемлемой частью моей предыдущей жизни. Мой друг – серьезный гурман, поэтому мы часами засматривались на профессиональные ножи, ароматные чаи, изящные фарфоровые кофейные чашки, резные коктейльные бокалы, мед, джемы, сыры и консервированные сардины. На третий день подул холодный ветер с резкими порывами дождя. Я проходила мимо Zara – магазина, который никогда не был на моем радаре во время показов прет-а-порте. Тогда я скорее заглядывала в Sain Laurent и Chloé. А также изучила содержимое витрины модного универмага Colette.
Но, поскольку сейчас я была безработной, и мне нужно было заботиться о семье, речи о безумных покупках по кредитной карте очередного дорогостоящего must-have не шло. Мне нужна была повседневная куртка, чтобы защититься от дождя и ветра, поэтому я направилась в Zara. Я выбрала обычную парку оверсайз цвета хаки с практичными глубокими карманами. Тот тип парки на каждый день, которую носят все в Европе: функциональная, дешевая, утилитарная. Такие вещи мне не приходилось ни разу носить в Сиднее, где я перемещалась между офисными переговорными, коктейльными вечеринками и ужинами со строгим дресс-кодом.
Я натянула на себя просторную спортивную куртку, испытывая радость от того, что почувствовала себя невидимкой. По ней невозможно было определить, кем я была, чем я зарабатывала себе на жизнь, что думала о своем социальном положении, к какому обществу принадлежала. Это была индульгенция. Я могла чувствовать себя пятидесятилетней женщиной в джинсах и парке, приехавшей в Париж и настроенной пересмотреть свое мировоззрение, и это было невероятно раскрепощающе. Вскоре парка стала моим защитным укрытием, единственной вещью, которую я носила изо дня в день и которая заставляла меня чувствовать, что все под контролем. Карманы были достаточно большими, чтобы в них помещались телефон, кредитная карта и губная помада. Это все, что мне было нужно: только я и моя куртка в стиле милитари против всего мира.
Вернувшись домой, я продолжала носить ее, и мой друг поддразнивал меня, гадая, когда же моя одержимость паркой исчезнет, но она стала униформой, которая олицетворяла меня изменившуюся, более аутентичную, без атрибутов мира высокой моды и вынужденного нахождения в центре внимания. Она была моей постоянной спутницей, пока однажды ночью я не оставила ее случайно в баре в Бонди и больше не нашла. Но ей уже не нужна была замена: к тому времени, как куртка обрела новую хозяйку, я нашла себя и больше не нуждалась в защите.
Несколько лет спустя я работала корреспондентом в Harper’s Bazaar, когда журнал закрылся из-за финансовых сложностей, вызванных глобальной пандемией. Весь персонал был сокращен. Я пришла в редакцию поддержать коллегу-редактора, пока мы собирали свои вещи. Она десятилетиями работала в журналах, постоянно летая по миру, посещая гламурные вечеринки и презентации. «Забавно, но единственное, что я хочу сейчас надеть, – это жакет цвета хаки, в котором езжу верхом», – сказала она. Я очень хорошо понимала, что она чувствовала в этот момент.
Мы маневрируем между модными трендами, как и между жизненными обстоятельствами, подстраивая свой гардероб – сознательно или нет. Не всегда сразу легко найти свой образ. Я восхищаюсь людьми, которым это однажды удалось и они верны своему стилю. Например, рокерше, которая до сих пор носит футболку Stooges и толстую подводку для глаз в свои шестьдесят, или богемной девушке в кристаллах и штанах для йоги. Это говорит о том, что человеку комфортно быть самим собой, что, по-моему, и есть настоящий стиль.
На протяжении десятилетий я писала задорные заметки обо всех приходящих и уходящих трендах и особенно о том, как правильно подобранные аксессуары могут изменить жизнь. Я исписала столько страниц, что одна из моих подводок превратилась в анекдот. В течение долгих лет, когда у кого-либо в офисе случался жизненный кризис, ему говорили: «Не волнуйся. Просто преврати день в ночь с помощью аксессуаров».
На самом деле правильный аксессуар может многое изменить. Если я чему-то и научилась, так это тому, что вы можете в значительной степени существовать счастливо и чувствовать себя модно с небольшим базовым капсульным гардеробом. Как именно он отражает вашу индивидуальность будет зависеть от того, что вы к этим вещам добавите. Если вы готовы вкладывать большие деньги во что-либо, аксессуары – ваш самый лучший и надежный вариант. Накопите на серьги Tiffany, и вы все еще будете носить их, когда вам исполнится семьдесят. А вот золотое обтягивающее расшитое бисером платье – вряд ли.
Раньше считалось, что о мужчине можно многое сказать по его часам. В восьмидесятые вы пользовались успехом, если были обладателем золотых или платиновых Rolex – всегда в центре внимания, душа компании. О парнях Tag Heuer можно было заключить: спортивные, сексуальные, с небольшими деньгами, заслуживающие доверия. Мужчина с семейной реликвией Patek Philippe умен, уравновешен, надежен, и, скорее всего, у него роман. Такие часы были ярким элементом личного брендинга. Конечно, в эпоху гаджетов часы стали никому не нужны, так о чем теперь говорит их ношение? Дорогие часы по-прежнему считаются показателем достатка и социального статуса, но теперь у нас, конечно же, есть смарт часы. Они вызывают у меня мурашки по коже. Когда я их надеваю, возникает ощущение, что я заключила сделку с дьяволом (или, по крайней мере, с геолокацией). Когда я вижу кого-то в смарт часах, я просто уверена, что разговор зайдет о частоте сердечных сокращений в состоянии покоя и потреблении глютена; хотя довольно обнадеживает тот факт, что полиция сможет найти их обладателя за наносекунду, если он совершит серьезное преступление.
Выбор подходящего аксессуара – сумок, шарфов, ремней и украшений – достаточно сложная задача, но теперь у нас есть новые аксессуары. Например, чехлы для телефонов. И это меня смущает. Я часто захожу в эти магазины и думаю: «Кто я? Что я хочу, чтобы мой телефон говорил обо мне, когда я прижимаю его к уху? Хочу ли что-нибудь цвета сдержанного розового золота? Или чехол Prada? Или огромный резиновый ананас? Котика из страз? Нужна ли мне подвеска на телефон? Нужна ли подвеска на подвеску?» Ненавижу их все.
Я также потратила уйму сил, чтобы выбрать чехол для ноутбука. Хотелось дизайнерский, но чтобы остались деньги на еду. Пришлось остановиться на красивом простом экземпляре от The Daily Edit, и посвятить еще кучу времени выбору цвета снаружи (черного). А внутри? (черного). А монограммы это безвкусно? (вроде того). Будут ли буквы в верхнем или нижнем регистре? (трудный вопрос). Будет ли монограмма из серебра или золота? Желтого или розового? (Боже милостивый, я не знаю). Наконец, из какого металла должна быть застежка-молния? Я сделала выбор в конце концов, но никогда больше не буду ничего кастомизировать – это слишком большой стресс.
На прошлой неделе меня раздирали сомнения по поводу покупки подделки модной марки. Я видела фотографии балеток Miu Miu – великолепных, с длинными черными ремешками в крупный рубчик, которые обертывались вокруг ноги и под туфлей, и дополнительными ремешками и заклепками сверху. Они были оригинальными, необычными, красивыми. И стоили тысячу двести долларов.
Позже я оказалась в Zara. И увидела там похожую пару кожаных балеток – имитацию в бледно-розовом цвете с длинными черными завязками. «Ах, дешевая обувь никогда не подходит по размеру», – сказала я себе. Но примерила их… и они сели идеально. Удобные, красивые и стоили всего шестьдесят девять девяносто пять. Я осторожно взяла их и пошла к кассе, но мысль о том, что это грабеж, меня не отпускала. Балетки – это, конечно, классика моды, но дизайн этой пары был явно позаимствован из коллекции Miu Miu. Буду ли я счастлива, надевая подделку? Рациональные рассуждения превратились в философские.
Да, все носят недорогие модные бренды, вдохновленные фэшн-показами (или скопированные с них). Кто может или хочет потратить тысячу двести долларов, когда необходимо оплачивать счета? Большинству людей даже не приходит в голову мысль, что они мошенники, откровенно говоря, их это мало заботит.
Но я то буду знать. Каждый раз, надевая их, я вместо того, чтобы думать «Привет, милые балетки, вы прекрасны» буду думать «блин, если бы это был оригинал». Потому что изначально идея пришла в голову очень талантливому дизайнеру обуви, а Миучча Прада оценила ее и умело интегрировала в свою коллекцию, показав на подиуме. Аутентичный объект дизайна – это воплощение творчества и целостности. Да, они ужасно дорогие, но как только идея повторяется и продается как дешевая, но «почти такая же хорошая» альтернатива, вещь с такой идеей сразу теряет для меня свою привлекательность. Я предпочла бы иметь оригинал, предмет, который дизайнер придумал, несколько раз усовершенствовал, и носить его снова и снова, пока он не развалится на части, чем иметь десять подделок.
Я помню, как несколько лет назад проходила мимо Zara в Париже с одной подругой – редактором моды до мозга костей. Она никогда не бывала в Zara. «Но это же Celine из последней коллекции!», – ахнула она, когда я показала ей двухцветное пальто, – «Это воровство». Она была шокирована. Моя подруга небогата, но не видит смысла покупать подделки, вкладывая деньги в тех, кто наживается на чужих идеях. Я склонна согласиться. Лучше покупать вещь, дизайн которой был создан под влиянием реального тренда (блуза с открытыми плечами, укороченные широкие джинсы, оверсайз парка), но не явную и точную копию. Однако, честно говоря, даже при всем моем праведном негодовании я все еще не была полностью убеждена в том, что мне не следует просто купить балетки Zara и послать к черту всю эту риторику.
Поэтому я позвонила еще одной подруге из мира моды: «Что бы ты сделала? Ты бы купила подделку только потому, что она красивая, тебе нравится и стоит вменяемых денег?»
Может быть, у меня слишком много фэшн-подруг. «Боже, нет!» – воскликнула она, – «Просто посчитай стоимость одного надевания оригинала». В балетках за тысячу двести долларов я должна была бы появляться в «Лебедином озере» каждый вечер в течение последующих пяти лет.
Поэтому я сказала себе то, что говорю обычно, когда не могу смириться с неразумными тратами: они тебе не нужны. Да и вообще, они тебе, наверное, маловаты.
Из-за моей карьеры в модной индустрии люди привыкли считать, что меня невозможно уличить в ношении спортивных штанов. Это не совсем так – я ношу их несколько раз в неделю на прогулках в парке. Они не дизайнерские, не P.E. Nation, не The Upside, просто обычные серые меланжевые или черные штаны. И я ношу толстовки, футболки и пуховики – это легко и удобно. Но мне не совсем комфортно, когда меня видят в такой одежде где-либо еще – в магазинах или даже на заправочных станциях. И уж точно не в самолете или кафе. Это не совсем одежда, но я стараюсь относиться к этому проще.
Я понимаю всю иронию современной дорогостоящей дизайнерской одежды для спорта и отдыха, я действительно понимаю. Белые спортивные штаны с золотыми туфлями на высоком каблуке, бежевым укороченным топом и оверсайз толстовкой. Но лично я не могу это принять. Я за комфорт, но в меру. Некоторые заходят слишком далеко. Я не могу себя представить во флиске полярника, даже если окажусь на Северном полюсе. Это ужасно. Придумали еще и жилетку из флиса без рукавов на молнии спереди. Меня это угнетает. Помимо того, что она добавит вам лет тридцать, что прикажете делать с оледеневшими, незащищенными от полярного холода руками?
Недавно я собиралась с друзьями в поездку на выходные. Была зима, и я решила пересмотреть свое отношение к спортивной одежде. Мы просто планировали заниматься тем, чем обычно занимается компания добрых друзей – пить вино у огня, готовить, есть, печь десерты, ходить в походы. Никому не было нужды ни на кого производить впечатление. Так неужели мне нужно было брать какие-то наряды?
Можно ли мне было просто взять свои спортивные штаны для ношения дома или прогулок по лесу? Какая раскрепощающая мысль. Леггинсы, свитера, парка. Может быть, угги. Я всецело отдалась своей лени. Кажется, я могла бы спать в той же одежде, в которой выходила к завтраку, обеду и ужину, хотя от этой мысли мне становилось не по себе. Хотя почему нет? В прошлом месяце я действительно купила довольно приятные дизайнерские черные спортивные брюки из красивой плотной ткани, с широкими штанинами и белыми лампасами. Вот они и послужат основой моего образа.
Я собрала исключительно трикотаж и эластичные вещи, чувствуя себя очень современной и чрезвычайно спортивной, и запрыгнула в машину с одним из моих друзей. На нем были брюки чинос и красивый двубортный жакет-кардиган из мериносовой шерсти. И темно-серая кашемировая футболка с длинными рукавами. «А у тебя есть спортивный костюм?» – спросила я с ноткой паники.
«Нет, но у меня с собой вельветовые брюки», – ответил он.
«Но мы же просто отдыхаем и ничего не делаем, правда?» – уточнила я, когда мы остановились у местной пекарни, чтобы купить варенье и булочки с сосисками.
«Нет. Мы все собираемся на обед и дегустацию вин сегодня в 13:00», – напомнил он мне.
Катастрофа. Теперь мне придется явиться в приличный ресторан в трениках.
Я приехала в Париж с другом, который не интересуется модой. Стало очевидно, что мой опыт человека, много лет пишущего о моде, – одна из самых ненужных вещей на Земле. Сидя в элегантном вестибюле Le Bristol, я мимолетно заметила, что у многих посетительниц были сумки Hermès Kelly. «А что такое сумка Kelly?» – невинно спросил мой друг. Я объяснила, что сумка Kelly, названная в честь актрисы Грейс Келли, весьма востребованная и желанная классика, которая стоит очень дорого, – около восьми тысяч долларов. Культовая сумка, за которой клиенты записываются в очередь.
Мой друг с изумлением наблюдал, как одна сумка Kelly или Birkin за другой – розового, бежевого, ярко-бирюзового цвета или в страусиной коже – вплывала в роскошный ресторан на первом этаже. Каждой предлагалась специально предназначенная скамеечка, на которой сумка располагалась рядом со своей счастливой обладательницей. «Почему она стоит таких денег?» – спросил мой друг. Я честно объяснила, что это просто данность, это было само собой разумеющимся, с учетом дефицита и качества изготовления, но его интерес к этому предмету угас. Мы вышли из отеля и начали рассматривать витрины улицы Сент-Оноре, где расположены одни из самых эксклюзивных и модных бутиков на планете.
«Красивые туфли», – заметил он, разглядывая витрину одного из магазинов.
«Да, наверное, но никто не носит Maud Frizon. Это немодно», – заявила я, словно была тем самым снобом от моды, которым мне по роду профессии приходилось быть. Сиреневые атласные туфли, о которых идет речь, были просто великолепны и стоили двести сорок евро.
Мы прошли еще несколько кварталов и зашли в Prada. «А вот эти просто божественны!» – воскликнула я, размахивая сандалиями на танкетке из атласа оттенка зеленых водорослей. Они стоили пятьсот шестьдесят евро.
«Те были лучше», – вполне резонно заметил он.
Я закатила глаза и заявила: «Да, но это Prada». Мы зашли в Gucci. Я начала охать и ахать.
«Странная одежда», – отреагировал мой друг, и он был прав. Но Gucci – это круто, поэтому я терпеливо объясняла, почему платье с пайетками с головы до ног, ортопедические сандалии и бабушкины очки – жизнеспособная комбинация, даже если вы живете в Сиднее.
Добил нас Baleciaga. Я восхищалась черным бархатным вечерним клатчем, украшенным стразами в форме Эйфелевой башни. «Восхитительно!» – восторгалась я.
«Но я видел такие сумки в тех туристических магазинах на улице Риволи», – сказал мистер я-просто-говорю-как-есть-потому-что-все-что-вы-говорите-лишено-смысла.
«Это не одно и то же. В клатче Balenciaga присутствует ирония», – парировала я на этот раз без особого энтузиазма. Его спокойная и разумная логика утомляла меня.
«И в чем же ирония?» – настаивал он, – «В том, что ты готова заплатить за нее в десять раз больше?»
Как водится, никогда не знаешь, что тебе позарез нужна вещь, пока она не начинает тебе повсюду попадаться, так что я внезапно решила, что мне нужен комбинезон. Понятия не имею, почему, разве что я продолжала замечать в них других женщин, выглядевших великолепно. Особенно меня поразила актриса Фиби Уоллер-Бридж из «Дряни» (Fleabag). Я, кажется, припоминаю, что носила черный комбинезон из денима, когда мне было примерно десять лет. Я была полновата и носила его с сабо, поэтому не думаю, что смотрелась удачно. Но на шестом десятке я решила попробовать еще раз.
Я начала поиск на сайте Net-a-Porter. Мне хотелось комбинезон в черном или темно-синем цвете с длинными рукавами или три четверти. Обнаружилось несколько красивых вариантов, но цены были слишком высоки для моего бюджета. И вообще, комбинезон нужно мерить, поэтому я отправилась в David Jones. Единственная модель, которую я смогла найти, была из плотной хлопковой ткани. Последние несколько лет я жила в индивидуальном микроклимате, поэтому меня бросило в жар при одной мысли, что я его надену. Это как быть наглухо застегнутой в скафандре. Если вдуматься, клаустрофобия действительно была побочным эффектом комбинезона, но мода требовала, и я пребывала в поисках модели из шелка или тенсела.
Я пошла в гости к подруге – высокой, с пышной грудью и тонкой талией. «Я купила комбинезон», – внезапно сообщила она, напомнив мне, что все мы являемся мишенями одной убийственной модной машины. Подруга надела его, чтобы продемонстрировать мне. Уже знакомая мне плотная хлопковая ткань цвета хаки. Казалось, она выглядит потрясающе, но она собиралась его вернуть, так как чувствовала, что он тянет в промежности. Врагу не пожелаешь такого.
«Можно мне примерить его?» – спросила я. У меня тоже высокий рост и немаленькая грудь, но талии у меня нет. Когда я надела его, вошел ее муж. «Что скажешь?» – поинтересовалась я у него, нравясь себе.
«Абсолютно нет, нет, ну-у-у, нет». Он один из тех мужей, что всегда говорят правду, и я никак не пойму, почему они все еще женаты. Я почти уверена, что не выглядела как Сигурни Уивер в «Пришельцах» (Aliens), но не думала, что все настолько плохо. Мне уже становилось жарко, и я пыталась стащить комбинезон.
Через неделю из магазина пришла случайная рассылка с рекламой новых черных комбинезонов из тенсела. По доступной цене. Как раз то, что я хотела! Я сделала заказ, он прибыл вскоре. Я надела комбинезон, и… он впился мне в промежность. Через две минуты стало жарко, по лицу стекал пот. Мой муж вышел из комнаты, и я спросила, что он думает.
Он всегда лукавит и говорит, что я отлично выгляжу. «Да, но это вещь для дома, так ведь?» – ответил он, – «Ты же не собираешься в этом выходить?»
Одно из моих самых любимых летних развлечений – наблюдение за людьми на пляже, особенно за их купальными костюмами. Несмотря на то, что сейчас доступны купальники любого фасона и на любой вкус, все же четко прослеживаются тенденции. Несколько лет назад это были маленькие черные бикини во французском стиле – простой бюстгалтер с лямками на плечах и короткие плавки. Я всегда очень осторожно отношусь к вещам с пометкой «французский», так как они обычно подходят тем, у кого соотношение жира в организме явно отличается от моего.
Несколькими сезонами ранее это было разноцветное бикини с контрастной окантовкой в стиле эдакого гламурного бразильского хиппи. Цельный купальник с высоким вырезом и очень открытым низом на три размера меньше реального недолго был на волне после того, как инфлюенсеры, такие как Кайли Дженнер и Хейли Болдуин, засветили его в прямых эфирах в Instagram. Но он, к счастью, не стал востребованным среди тех, кто любит гулять, сидеть или плавать.
Но самый фантастический тренд – это когда раздельный купальник не выглядит как комплект, низ и верх не подбираются друг к другу. Например, лиф может быть одноцветный, а низ – из ткани с принтом. Или даже обе части купальника из разных тканей с принтом. Это будоражит воображение. Так же, как и тот факт, что однажды кто-то (кто отнюдь не был идиотом) сказал: «Почему женские раздельные купальники продаются в одном стандартном размере? У большинства женщин размер верха отличается от размера низа, так почему же они не продаются отдельно?» Поистине прорывное решение – спасибо усталой женщине-руководителю, предложившей его на совещании по маркетингу.
Теперь же они не только не должны быть одного размера, но и не обязаны совпадать по дизайну. Мне сложновато принять эту концепцию, потому что моя мама учила меня, что белье следует носить комплектом, как минимум верх и низ должны быть одного цвета. Я не могу иначе и подозреваю, что эта фишка с «разными» частями купальника на самом деле сложнее, чем кажется. Они специально созданы так, чтобы сочетаться друг с другом, даже если выглядят так, словно вы случайно так их подобрали. Такого эффекта не будет, если вы просто возьмете лиф из прошлогодней коллекции и наденете его с низом из нового комплекта в другом стиле. Это анархия, а мода меньше всего стремится к экономичности или логике.
То же самое с турецким полотенцем. В течение многих лет австралийцы брали на пляж обычные махровые хлопковые полотенца, которые, когда намокали и покрывались песком, превращались в кусок бетона. Сейчас бал правит льняное или хлопковое турецкое полотенце, чудо-аксессуар, который мгновенно высыхает и превращается в легкую накидку или саронг (накиньте его на плечи, и он защитит вас от солнца или холодного ветра). Идея выбора и сочетания вещей из разных комплектов кажется такой раскрепощающей.
Мне больно вспоминать о всех тех случаях, когда я говорила «Нет, я не пойду плавать, я не взяла с собой свой купальный костюм», когда на самом деле никому до него не было дела. То, что для одного человека лиф и плавки, для другого – французские бикини.
Моя близкая подруга, которая одевается с большим вкусом, всегда завершает образ парой красивых неузнаваемых украшений. Ничего кричащего, ничего откровенно брендового, только элегантные интересные завораживающие вещи: итальянский золотой браслет на замке шестидесятых годов, винтажное ожерелье из голубых кристаллов, коралловые и золотые серьги.
Мы вместе уехали на выходные, и я заметила, что она сидит за кухонным столом с кружкой чая и листает свой iPad. Выяснилось, что она делает ставки на ювелирных онлайн-аукционах. Так вот в чем был ее секрет. Я моментально была заинтригована и даже увлекалась этой идеей. Оно и понятно – как могут не нравится ювелирные аукционы? Вы прекрасно проводите время, часами изучая сайты различных аукционных домов в поисках необычных вещей. За этим следует волнение от размещения ставки – весьма острые ощущения: заметит ли кто-нибудь еще это спрятанное сокровище или оно достанется вам в том удачном случае, если вы станете единственным участником торгов? И здесь не только соблазн купить украшение по выгодной цене, но еще и романтические истории, связанные с украшениями. Кто была та женщина, которая раньше носила и любила это изделие? Каково его происхождение? Как прекрасно, что эту красоту снова кто-то купит и будет любя носить, спасая от забвения в пыльном ящике комода.
Я немедленно начала действовать. Как и в большинстве случаев в жизни, я решила, что теперь являюсь экспертом, примерно через пятнадцать минут без какого-либо погружения в тему. Нет-нет, Джулианна, твоя помощь мне не нужна. Я прекрасно ориентируюсь в украшениях, премного благодарна. Я легко и быстро соберу завидную коллекцию винтажных украшений и бижутерии.
Несколько недель спустя я увидела, что на продажу выставлена пара серег-гвоздиков с рубинами. Они будут моими. Я сделала скромную ставку и оставалась единственным претендентом. Мне казалось, я уже что-то выиграла. Я нервно наблюдала, как они дорожают в течение следующих нескольких дней, а затем присоединилась к аукциону в реальном времени, лежа на диване и ожидая, когда появятся мои рубины. Я сразу решительно сделала ставку и выиграла! Эти великолепные серьги теперь были в моем распоряжении почти за бесценок. Я поехала за ними, с гордостью объявив аукционисту: «Я купила рубиновые серьги», как будто я была Элизабет Тейлор, пятый раз вышедшая замуж. Он вынес их. Мне понадобилась лупа: если бы я сказала, что они были размером со спичечную головку, я бы преувеличила. Похоже, у меня очень большая проблема с распознаванием масштаба.
Позже я купила за девяносто долларов очаровательное металлическое колье, инкрустированное эмалью, в египетском стиле шестидесятых годов. Когда украшение было доставлено, стало понятно, что оно больше похоже на доспехи. Если бы я собиралась сыграть Клеопатру в любительском театральном спектакле, оно бы было весьма уместно, но я не собиралась. Следующим было красивое кольцо с бирюзой в викторианском стиле из розового золота, усыпанное жемчугом. Опять же, потребовалась лупа, чтобы его рассмотреть, к тому же размер был крошечный – мне бы пришлось носить его на мизинце. Очевидно, оно принадлежало ребенку той эпохи. Во всяком случае, все эти украшения лежат сейчас в моем ящике, нелюбимые и позабытые.
На днях мы с подругой обсуждали диеты. Наверняка и вы это делаете, и я делаю это еженедельно с подросткового возраста. Мы говорили о том, что «весь лишний вес приходится ровно на талию» и сетовали на то, как трудно в этой связи одеваться. Вездесущая тенденция в духе Кардашьян, превозносящая фигуру «песочные часы» прекрасна, но, если у вас при этом нет тонкой талии, вы рискуете выглядеть как Дэнни Де Вито в роли пингвина. «Мне не нравится быть женщиной средних лет, которая должна носить рубашку свободного кроя поверх брюк», – сказала подруга, и мы обе рассмеялись: так оно и было. Очень точно подмечено: заправлять или не заправлять – вот в чем настоящая дилемма.
Если бы у меня была талия, я бы все заправляла, подпоясывала и затягивала ремнем. Я бы застегнула ремень поверх плаща, как Одри Хепберн, заправила футболку в джинсы, как Джейн Биркин, надела пояс поверх куртки, как Дайан Китон, и заправила шелковую рубашку в брюки-клеш с высокой талией, как, хм… как молодая женщина с узкими бедрами. К этому лайфхаку, или любимому трюку стилистов, прибегают девушки-блоггеры. Они заправляют верх целиком, или только спереди, или половину спереди. Это должно выглядеть небрежно.
Вот что я думаю об этом. Если вы стройны – мужчина вы или женщина – вам следует заправлять одежду в брюки всегда. Но бывают моменты, когда это может выглядеть странно. Например, когда парень заправляет рубашку с короткими рукавами. Возьмите ее вариацию с тропическим принтом. Вы наденете ее навыпуск, как австралийский политик на конференции по Азиатско-Тихоокеанскому региону? Или заправите ее в белые джинсы в стиле Эль Чапо? У меня есть два друга-гея, которые безупречно одеваются. Один заправляет белую рубашку в джинсы, другой нет, потому что не может похвастаться талией. Они оба мне нравятся. Но изначально я терпеть не могла, когда мужчины надевали поверх джинсов классическую рубашку с длинными рукавами (добавьте к этому пару солнцезащитных очков Oakley и ботинки с квадратными мысками, и готов мой самый нелюбимый образ).
Я спросила своего двадцатипятилетнего сына, заправлять или не заправлять. «Хм, это очень спорно», – ответил Сэм, – «Зависит от того, о ком идет речь». Заправленная рубашка-поло может смотреться а-ля «Дональд Трамп на поле для гольфа» или «ужасы автобусного тура», но, если так оделся рэпер-трендсеттер, то все в порядке. Джерри Сайнфелд великолепно заправлял рубашку с длинными рукавами, но мне, безусловно, больше всего импонирует, как это делает Обама: белая рубашка заправлена, рукава закатаны – ну, за дело!
Судя по всему, нравится нам это или нет, у мужчин есть тенденция заправлять футболку – в джинсы, штаны, брюки чинос, шорты, классические брюки – с поясом-шнурком. Это может выглядеть потрясающе на подиуме, а может обернуться колоссальным провалом. Как и все в моде. Все зависит от того, о ком идет речь. Только никогда ничего не заправляйте в нижнее белье.
Розовый цвет доминировал в моде последние несколько лет. Вы, вероятно, можете обвинить корпорацию Pantone, которая провозгласила «розовый кварц» цветом 2016 года. Какое-то время он был повсюду: на стенах кафе, кроссовках, топах с расклешенными рукавами, в каждом магазине одежды. Он мутировал во множество оттенков розового, в том числе с примесью абрикосового, которые, в зависимости от того, насколько качественно выполнено изделие, могут напомнить вам либо красивое белье из шелкового атласа, либо плохую кухню восьмидесятых.
Розовый может вызвать разногласия у родителей, особенно тех, которые стремятся избежать ранних гендерных стереотипов в отношении своих детей и тщательно декорируют детскую комнату в бледно-серых, бежевых, темно-синих и терракотовых оттенках. Я слышала, многие матери жалуются, что, как бы они ни старались избегать розового, это был цвет, к которому сразу же тянулись их девочки вне зависимости от любых маркетинговых уловок.
Первое впечатление о нежности розового цвета девочки получают, надевая пуанты на балетном классе. Я вспоминаю, как однажды навещала подругу, и в комнату вошла ее пятилетняя дочь, одетая в традиционную балетную форму – купальник, колготки, юбку и кардиган на запáх бледно-розового оттенка. «Как давно она занимается?» – спросила я ее мать.
«О, она не танцует. Мне просто нравится ее так наряжать», – ответила она.
Оказывается, с розовым цветом можно легко попасть впросак. Я узнала об этом в первые годы своей работы в Vogue будучи молодым журналистом. Я внимала всем заявлениям редакторов о цвете. Это было точно так же, как в той сцене в фильме «Дьявол носит Prada» (The Devil Wears Prada), когда Мерил Стрип объясняет Энн Хэтэуэй, что оттенок ее синего свитера на самом деле давно предопределен модными редакторами. «Нет, это не тот розовый», – бесконечно повторяли они. Практически никакой оттенок не признавался «тем».
«Розовый – сложный цвет. Никто его не понимает так, так французы», – было сказано мне со всей серьезностью после нескольких месяцев работы. А как же Индия, Афганистан, Бутан, Китай? В качестве аргументов мне предъявляли показы от кутюр. Или французский маникюр, например: этот идеальный переход между розовым и натуральным. Ballerina № 167 Chanel считался единственным оттенком розового лака для ногтей, который можно было носить. (Хотя, похоже, OPI бросили ему серьезный вызов, выпустив Bubble Bath). Самим совершенством в бледно-розовой гамме было нижнее белье Dior. Розовый от Schiaparelli шокировал. Ив Сен-Лоран виртуозно владел гаммой розовых оттенков, в особенности ярко-розовых. (Хотелось бы добавить, что итальянцы тоже неплохо разбираются в розовом, и никто не делает это так, как Prada).
Мы часами дискутировали с директором по моде, пытаясь определить и максимально точно выразить в наших текстах сущность розового. Можно ли назвать оттенок румянцем? Или малиной? Пионом? Розой? Цикламеном? Арбузом? Кораллом? Закатом? Устрицей? Фуксией? Мускусом? Леденцом? Леденец был действительно неудачным сравнением. «Нет-нет, это цвет леденца», – в один голос заявляли старшие редакторы, когда хотели разнести в пух и прах некий предмет, который я пыталась предложить. От этого у меня был длительный посттравматический стресс, но, видит Бог, я ни с чем не перепутаю правильный розовый.
Недавно я заказала онлайн темно-розовый атласный клатч – великолепную своей легкомысленностью сумку с серебряной застежкой со стразами. Поистине идиотская покупка, ведь цвета на экране никогда не передаются точно. Пришла посылка, и я нетерпеливо вынула клатч и поднесла его к свету. К великому сожалению, мне явился тот самый злосчастный оттенок леденца. Какая-нибудь маленькая девочка (мать которой возненавидит меня за это) была бы в восторге.
Удивительно наблюдать, что люди ценят, на что готовы тратить деньги и что считают грабежом средь бела дня. Взять, к примеру, автомобили. Меня не волнуют машины. Они прекрасны, когда вы сидите на пассажирском месте. Сиденье с подогревом – отличная фишка, особенно если у вас болит спина. Мне нравится запах кожи. Но я не смогу сказать, взглянув на машину, новый ли это Porsche или пятнадцатилетняя Honda. Если я когда-нибудь стану свидетелем похищения на улице, мои показания будут бесполезны для полиции – машину, на которой скрылись злоумышленники, я не назову. Я скрепя сердце покупала каждую свою машину – это так же увлекательно, как покупка швабры. Наша машина разваливается, и в прошлом месяце я сказала мужу: «Кстати, это последний автомобиль, который я когда-либо покупала. Я предпочитаю пользоваться Uber или поездом». Я никогда не видела, чтобы кто-то стремился так же быстро подружиться с новым механиком.
Мой муж терпеть не может тратить деньги на замену техники. Он будет бесконечно ремонтировать компьютеры, ноутбуки, телефоны и пленочные фотоаппараты – пока гаджеты не устареют настолько, что мастер потеряет самообладание. Он годами выступал против покупки новой посудомоечной машины, но все же потратил триста пятьдесят долларов на аромат Tom Ford.
Один из моих сыновей с ума сходит от цены пары базовых джинсов, которые ему приходится носить на работе, но с энтузиазмом тратит сто пятьдесят долларов на самую уродливую винтажную бейсболку, которую только можно найти. Он, не моргнув глазом, отдаст восемьдесят долларов на ароматическую свечу для своей девушки, а затем будет рассуждать о цене сыра Bega в нарезку. Моя подруга-врач не станет покупать травяной чай Pukka, так как считает его слишком дорогим.
У всех нас есть свои заморочки на тему ценности. Полагаю, двести долларов за красивый бюстгальтер – вполне разумная цена, но мне потребовались бы годы, чтобы убедить себя потратить те же деньги на качественный нож для хлеба. (И, как выяснилось, нож, а не бюстгальтер изменил мою жизнь). Я считаю, что цены на дизайнерскую одежду запредельные – последний пиджак Gucci, по которому я сохла, стоил в онлайн-магазине четыре тысячи долларов. Четыре тысячи за синий пиджак в стиле кэжуал? Но я всегда, всегда могу найти оправдание дорогостоящему уходу за кожей, даже если глубоко внутри знаю, что цена на самом деле не означает, что он работает лучше. А норма прибыли, вероятно, составляет около девяносто пяти процентов.
Честно говоря, я осознала слишком поздно, что деньги нужно сразу тратить на то, что вам по-настоящему нравится и будет служить долго. Я купила, вероятно, не меньше шести ковров для гостиной, отвечавших критерию «хорошо, но не потрясающе» только потому, что они были доступны по цене, вместо того, чтобы потратиться на один великолепный дорогой ковер, который бы я любила все это время и которым бы наслаждалась. Я передала эту запоздалую финансовую мудрость своему мужу, который научился молча кивать, соглашаясь, когда я жалуюсь на цены и на то, как сильно я не люблю покупать бензин. Надеюсь, он не заметил на столе новый пакет из магазина Mecca Cosmetica.
Выйдя в спортивных штанах за молоком в магазин рядом с домом, я была сражена великолепной фотографией Квентин Брайс на обложке The Australian Women’s Weekly. На снимке, сделанном фотографом Корри Бонд на пляже в Локхарт-Ривер, Крайний Север Квинсленда, она выглядела прекрасно, как никогда, в желтом платье без рукавов свободного кроя от австралийского бренда Jac + Jack. Его оттеняли красная помада и оксфорды на шнуровке из кожи пастельного оттенка. Меня не могло не поразить, насколько оптимистичным и красивым было это фото. Квентин Брайс всегда ценила цвет, и в ее гардеробе преобладали темно-розовый, синий и, конечно же, роскошный желтый. Его не так часто носят, и это прискорбно, потому что он прекрасен, особенно для блондинок и рыжих.
Мне нравится, когда люди носят радостные, красивые цвета. В молодости я в основном тяготела к неярким цветам, а временами в моем гардеробе превалировал черный. Я пыталась бороться с таким настроем, но мои эксперименты неоднократно заканчивались дорого мне обходившимися неудачами, как, например, недешевый красный плащ, висевший в моем шкафу и нервировавший меня десятилетиями – неношеный и нелюбимый. Судя по всему, красный – цвет уверенности и позитива, но, похоже, я не часто просыпалась утром в хорошем настроении и уверенной в себе.
Учитывая, что в моде прошла большая часть моей жизни, я часто пряталась за черным, темно-синим или серым (думая, что они стройнят). Однажды я купила в Лондоне фиолетовые ботильоны, которые сразу же отправились в благотворительный магазин. И я даже вспоминать не хочу цветные патио-брюки с рисунком в духе шестидесятых, которые я купила в Нью-Йорке в состоянии смертельного недосыпа после перелета и сбитых часовых поясов. Среди моих величайших ошибок с точки зрения выбора цвета была покупка оранжевого кожаного жакета на распродаже Chanel в Париже в девяностые. Вернее, не совсем в Париже – более чем в двух часах езды от Парижа, на промозглом складе, где состоятельные женщины на смерть сражались за шанс купить максимум четыре сильно уцененные вещи Chanel в одни руки. Никаких оправданий, кроме разве что слепой паники, этому нет: такой цвет вы обычно видите на людях в местах лишения свободы. К жакету прилагались кожаные брюки того же цвета, и этот ансамбль выглядел настолько ужасающе, что должен был отпугнуть меня сразу же на месте. Но я все-таки купила жакет, думая, что буду его комбинировать с джинсами и, возможно, серой футболкой. Чего, конечно же, так и не произошло.
Все меняется, и теперь я вижу в цвете друга, а не врага. Прошлой зимой я сделала весьма успешную покупку: пальто-кокон небесно-лавандового оттенка, которое ношу поверх светло-бежевого свитера. Каждый раз, когда я его надеваю, люди говорят, что этот цвет делает их счастливыми. Я посетила подругу из Мельбурна, которая создает коллекцию изысканных шелковых атласных рубашек. Она показала мне образцы карминно-красного, золотого, сапфирово-синего и павлиньего цветов. Внезапно, на шестом десятке, у меня возникла тяга к цвету. Возможно, нам стоит рассматривать ношение ярких цветов как услугу, которую мы оказываем обществу. И спасибо Квентин Брайс.
На прошлой неделе подруга одолжила мне потрясающее зимнее пальто с большим меховым воротником. Мы решили носить пальто по очереди в духе экономии и экологии: полезно для окружающей среды и для банковского счета. Я пошла навестить другую приятельницу, которая, посмотрев на меня, спросила: «Классное пальто. А мех на воротнике настоящий?» Я была в ужасе: неужели настоящий? Я полагала, что он искусственный. Пришлось позвонить подруге уточнить, так как определить было затруднительно. «Искусственный», – заверила она меня. Мне даже в голову не приходило, что в наше время кто-то еще может надеть настоящий.
Когда я только начинала карьеру в восьмидесятые годы, мех был очень популярен. В журналах встречалась реклама изделий из меха, а в шикарных магазинах Центрального бизнес-района продавались шубы из норки, соболя и шиншиллы в пол. Дамы надевали их по особым случаям, но я никогда не была фанатом. Моя мать пала жертвой рекламы, поверив, что норковая шуба – воплощение непревзойденного гламура, и потратила сумму, которую не могла себе позволить, на серый жакет длиною три четверти, который, конечно же, большую часть времени провисел в шкафу: норка никогда не была частью традиций Сильвании.
Когда я начала ездить на показы в Нью-Йорк и Милан в девяностые, мех и кожу носили и стилизовали весьма экстравагантно. Но негативная реакция на использование меха дизайнерами в своих коллекциях нарастала, подогреваемая активностью PETA (People for Ethical Treatment of Animals: Люди за этичное обращение с животными). Протестующие начали пробираться на показы мод, внезапно выскакивая на подиум, когда выходили модели, и начинали размахивать транспарантами с лозунгами против меха и жестокого обращения с животными. Охранники быстро выводили их с показа. Помню, как на одном из шоу в Париже представитель службы безопасности завернул протестовавшего в меховую шубу, ведя его к выходу, что было поистине жестоким поступком по отношению к активисту защиты животных.
Использование натурального меха в высокой моде постепенно сходит на нет – мы видим, что он в основном используется для отделки или незначительных деталей некоторыми брендами, которые все еще пытаются пропагандировать корреляцию между мехом и роскошью. К счастью, многие ведущие дома моды навсегда положили конец производству натурального меха, и такие бренды как Gucci, Versace, Prada, Diane von Furstenberg, Ralph Lauren и Tommy Hilfiger взяли на себя обязательство отказаться от использования меха в русле этичных стандартов, на которые в настоящее время переходит индустрия моды. Дизайнер Стелла Маккартни, пошедшая по стопам своем матери-вегетарианки Линды, всегда была против меха и кожи. Calvin Klein не использует мех с 1994 года. Мы, несомненно, станем свидетелями того, что в ближайшем будущем дизайнеры всего мира будут все меньше и меньше использовать экзотическую кожу.
Искусственный мех представляется достойной альтернативой, но даже он не является правильным экологичным выбором, если только он не сделан из полностью биоразлагаемых волокон и не носится годами. Моя подруга и я намерены носить это пальто, пока оно не развалится.
Я считаю себя очень опытным путешественником, но иногда с упаковкой вещей и у меня случаются казусы. Мне нравится предвкушение поездки и сопутствующее ему удовольствие от упаковки багажа, но не прибытие в пункт назначения с осознанием того, что я взяла с собой совершенно неподходящие вещи: толстые кардиганы в тропики или вечернее платье в поход. Вот краткий перечень того, что не следует брать с собой.
Все, что не подходит по размеру
По какой-то необъяснимой причине я иногда нахожу в своем чемодане предметы, которые, как мне кажется, слишком малы или тесноваты. Я совершенно определенно не смогу в них влезть по прибытии: как известно любому австралийцу, многочасовой перелет добавляет к вашему реальному размеру еще один или два, а также после него таинственным образом исчезают лодыжки. Брюки с эластичной талией – лучший друг путешественника (и намного лучше леггинсов с эстетической точки зрения). Из черного хлопка и шерсти на день, из черного шелка – на вечер. Возьмите джинсы с более свободной посадкой и не забудьте спортивные штаны. Каким бы гламурным ни был ваш пункт назначения, случатся моменты, когда вам будет отчаянно не хватать треников, особенно в часы отдыха в отеле. Дизайнерские спортивные брюки и мягкий свободный свитер из хлопка также отлично подойдут для завтрака в ресторане.
Тяжелую верхнюю одежду
Даже если вы едете в холодный климат, тяжелое пальто займет драгоценное место. Этот тот случай, когда легкая пуховая парка особенно хорошо подойдет, поскольку ее можно свернуть так, что она будет занимать совсем не много места. Проверьте погоду в месте назначения и собирайте вещи соответственно прогнозу. Во время одной незабываемой поездки я непонятно с чего решила, что двадцать градусов в Ирландии будут ощущаться холоднее, чем двадцать в Сиднее, и поэтому у меня было слишком много верхней одежды и трикотажа крупной вязки. Лучше возьмите побольше футболок, чтобы одеваться многослойно, тонких свитеров, а также большую пашмину или шаль. Пашмина универсальна: послужит одеялом в самолете, шарфом, накидкой для прохладных вечеров и пледом для дневного сна.
Дизайнерские кроссовки
Я в общем-то новичок в трендах дизайнерских кроссовок, но я обнаружила, что, помимо их завышенных цен, не все из них предназначены круглосуточно дарить комфорт. Вы не поднимитесь в них гору и не спуститесь в долину без того, чтобы образовались мозоли. Если вы собираетесь много ходить пешком, возьмите обычные кроссовки, специально разработанные для правильного трекинга. Если бы я надела свои новые походные ботинки Bally для восхождения на гору в Бутане, мне пришлось бы эвакуироваться по воздуху. Дизайнерскую пару отложите для обедов после катания на лыжах и ужинов в стиле смарт кэжуал.
Все слишком нарядное
Гораздо проще добавить шика простым вещам, таким как свитера, футболки и брюки, надев украшение или расшитый платок, чем специально везти с собой вечернюю одежду. По ходу поездки комфорт становится ключевым фактором, даже простая смена образа к ужину может стать проблемой. Я считаю, что грамотно продуманный пуховик поверх черного свитера с круглым вырезом вечером смотрится роскошно, особенно со сверкающими серьгами.
Новые туфли в самолете
Всегда кладите пару мягких тапочек в ручную кладь. Помню, какая случилась катастрофа в полете, когда я решила надеть в длительный перелет эконом-классом новую пару мокасин. У меня появились волдыри еще до того, как я прошла последний паспортный контроль. Во время заправки в Сингапуре ноги опухли на два размера, и мне приходилось ходить в туалет босиком, так как я забыла взять с собой носки. Поистине болезненный опыт. Стоить взять на вооружение: если вашим ногам хорошо, то и вся поездка сложится удачно.
Время покупать купальник. «Да» бодипозитиву и да, мы все готовы продемонстрировать тело на пляже вне зависимости от фигуры или размера, но черт возьми, я нахожу это неприятной задачей. Кажется, у меня это не очень хорошо получается, поэтому я продолжаю носить черный слитный купальник, который купила около восьми лет назад. (Мне он так понравился, что я купила два в черном и один в темно-синем цвете в том же фасоне, и ротирую три экземпляра все это время). Это просто отличный купальник для женщин с пышными формами: завязки делают шею привлекательной, чашки поднимают грудь, сборки на животе маскируют лишний объем, а закрытый вырез на бедрах скрывает все, что нужно. Но я решила, что необходимо поэкспериментировать с чем-нибудь новым. Бодипозитив в действии – погнали!
Я примерила пару черных трусов с завышенной талией и бюстгалтер с косточками с намеком на что-то вроде пин-апа пятидесятых, когда валики жира на ребрах не считались чем-то из ряда вон. Но моя кожа не видела солнца с двенадцати лет и приобрела тот характерный серовато-белесый оттенок, который нечасто встречается в природе, так что нет. Затем в ходе моих рассеянных блужданий в сети я нашла сплошной купальник на молнии спереди, длинными рукавами и высоким вырезом на бедрах. Великолепно: что-то вроде образа стареющей подружки Бонда, и фасон не позволит резкому летнему солнцу оставить на моей коже еще больше белых пятен. Я, очевидно, была крайне не сфокусирована, да еще и неправильно рассчитала курс британского фунта, поэтому, открыв коробку неделю спустя, обнаружила, что купила самый дорогой дизайнерский гидрокостюм в мире, подошедший бы гламурному аквалангисту, но бесполезный для купания в моем местном бассейне.
Не смутившись, я вернулась к своим поискам в Интернет и обнаружила слитную модель без бретелей со сборками на животе красивейшего небесно-голубого оттенка. Берем! Заказ прибыл, и я вспомнила, почему модель без бретелей вместо бюстгалтера – не вариант, если у вас чашка D. Я смотрела цельный купальник с глубоким вырезом из черного кружева с кокетливыми оборками, но не уверена, что мокрая танцовщица фламенко – это образ, которого я хотела бы достичь. Я примерила еще несколько слитных купальников с цветочным рисунком из чистого развлечения, мгновенно прибавив себе двадцать лет.
Конечно, следует учитывать современные тенденции – популярны ассиметричные лифы, а также стреч-бархат (поддерживаю, если он быстро сохнет). Низ с высокой талией и высоким вырезом на бедрах в стиле восьмидесятых тоже в тренде. Это довольно громкое заявление, даже если у вас красиво очерченные бедра. По словам всех знаменитостей в бикини в Instagram, микроскопические бикини, плотно обтягивающие ваши совершенства, – тоже бомба. Неплохо для молодых, но для меня не вариант. В любом случае, если продолжу использовать специальное средство для стирки деликатных тканей, мои любимые купальники прослужат долгие годы.