Первые два дня в Чикаго проходят быстро. Я хожу за продуктами, убираюсь, снова убираюсь и покупаю разные вещички, с которыми квартира станет более уютной: вешалка для одежды с красивой гирляндой, которую я повесила на стене в спальне, симпатичная чайная чашка, винтажное зеркало в полный рост (импульсивная покупка, надеюсь, оно впишется в мою комнату в общежитии), настенная гирлянда с зажимами (чтобы вешать мои полароидные снимки) и, конечно же, свечи, которые я буду ставить на круглый стол в кухне.

У меня, можно сказать, слабость к аромасвечкам, я всегда ищу новые сочетания цветов и запахов. Я нашла два просто идеальных: «Рождественская карамель» и «Плавленый зефир».

Я живу в хорошем районе. Я уже знаю, что поблизости есть кафе «Бонбон», оформленное в мятном и белом цветах, где готовят хороший капучино и чудесные булочки с корицей. Нужно будет найти что-нибудь поближе к общежитию, но по выходным я точно буду сюда возвращаться.

Когда я вошла в это кафе в первый раз, мой взгляд сразу упал на тихий столик в углу, и я представила, как мы с Джессом сидим здесь, едим одно пирожное на двоих и обсуждаем первую неделю учёбы. Я даже не думала об этом. Однако непрошеная картина с поразительной ясностью возникла у меня перед глазами.

Я должна отпускать прошлое, а не разрисовывать город фантазиями, которые никогда не сбудутся.

Что, если станет слишком одиноко? Что, если так будет дальше?..

Нет. Не стоит так думать. Я встряхиваю головой, чтобы отогнать подальше мрачные мысли. Мама говорила, что нам не нужна вторая половинка, мы цельные сами по себе. Что любовь – это не про то, чтобы затыкать свои раны за чужой счёт, что любовь – это про то, чтобы делиться своим светом с другим. С тем, кто будет ценить тебя именно такой, какая ты есть.

* * *

На улице невыносимое пекло. Жар как будто давит мне на плечи тяжёлым грузом. Я уже мечтаю о том, как зайду в квартиру и примусь за ванильное мороженое с карамелью, которое ждёт меня в морозилке. Божественно-холодное мороженое. Я уже подхожу к дому, когда слышу тихое «мяяяу». Оглядываюсь, но нигде не вижу кошку – я уверена, что тот звук издала именно кошка.

Я делаю шаг, другой, третий и тут снова слышу «мяу». Замираю на месте и пытаюсь понять, откуда идёт звук. Задерживаю взгляд на припаркованной рядом серебристой машине. Я опускаюсь на четвереньки, и в этот момент из-под автомобиля высовывается маленькая голова с ярко-зелёными глазами. Котёнок. Уточнение: не просто котёнок, а прекраснейшее создание из всех, что я видела. Коричнево-белый, с чёрным пятнышком на носу в форме алмаза.

– Привет… – говорю я.

Котёнок сначала с интересом меня разглядывает, но потом пятится обратно, под машину.

– Ты один?

– Мяяяууу.

– Потерялся?

– Мя-я-у-у.

Мне немного неловко, но не настолько, чтобы взять и уйти. Я протягиваю к нему руку в надежде, что котёнок захочет поиграть и выйдет из укрытия.

Но план не работает. Кажется, котёнок боится, теперь он свернулся в маленький пушистый клубочек. Я не могу его бросить. Ведь он совсем один и прячется под машиной. Может, его мама ушла за добычей и оставила детёныша тут? Я достаю телефон и фотографирую со вспышкой, чтобы лучше разглядеть малыша. Кажется, это мальчик. Наверное. Грязный, худой. Я сразу же решаю, что никуда без него не уйду, и следующие двадцать минут пытаюсь выманить котёнка из-под машины всеми возможными способами: издаю смешные звуки, мяукаю как могу, уговариваю. Но каждый раз, когда я тяну к нему руку, котёнок пятится.

– У тебя всё хорошо?

Кажется, кто-то всё-таки обратил внимание на городскую сумасшедшую в белом комбинезоне. Я оборачиваюсь и вижу девушку, которая удивлённо смотрит на меня. На вид ей примерно столько же лет, сколько и мне.

– Тут котёнок под машиной. Он, кажется, бездомный. Я пытаюсь его выманить… – объясняю я.

– Благородно, – кивает девушка и подходит ближе. Тоже опускается на колени и заглядывает под машину.

– А, этот малыш. Я видела его раньше, – взволнованно говорит она. – Я упрашивала маму, чтобы разрешила взять его, пока я буду искать ему дом, но у неё аллергия: она вся покрывается красными пятнами и чихает.

– Я могла бы взять его! – вызываюсь я. – Только сначала нужно его поймать.

– Я помогу. Жди здесь.

Девушка поднимается на ноги и вприпрыжку бежит куда-то во дворы. Мне повезло. Я подумывала о том, чтобы купить кошачьей еды, но боялась, что котёнок сбежит, пока я доберусь до магазина. Я всегда хотела кота. Родители поймут, тем более что я нашла его (или её).

– Всё хорошо, я буду о тебе заботиться, – шепчу я, наклонившись ещё ниже.

Котёнок смотрит на меня так, будто готов подойти. Но всё-таки страх перевешивает. Воздух кажется раскалённым, хотя солнце уже начинает клониться за розовый горизонт. Когда мы вернёмся в квартиру, я наброшусь на своё мороженое. А пока достаю телефон и смотрю, есть ли поблизости ветклиники; надеюсь, котик ничем не болеет. Вид у него, по крайней мере, здоровый.

– Эй!

Та девушка вернулась, в руке у неё банка с рыбными консервами. Я обращаю внимание, что выглядит она очень стильно: джинсовая юбка, короткая футболка, поясная сумка цвета «розовый металлик», а тёмные волосы собраны в два пучка.

– Думаешь, получится? – спрашиваю я.

– Уверена.

Она жестом поманила меня за собой, и мы вдвоём уселись на лестнице у моего подъезда, поставив открытую банку с тунцом неподалёку от нас. До меня доносится солоноватый запах, значит, котёнок тоже должен его учуять.

– Спасибо.

– Да не за что. Кстати, меня зовут Лила, Лила Авелино, – с улыбкой отвечает девушка.

– Уинни Доусон.

– Уинни? Как медвежонка из книжки? – хихикнув, переспрашивает она.

– В честь того самого медвежонка, – серьёзно отвечаю я.

Лила садится поудобнее, небрежно вытянув ноги. Она хорошенькая. Оливковая кожа, карие глаза, обрамлённые густыми тёмными ресницами, и нос в веснушках.

– Ты где-то здесь живёшь?

Я рассказываю ей о себе, даже кое-что о разрыве с Джессом, опустив самые мрачные подробности. Обычно мне тяжело открываться незнакомым людям, но сейчас почему-то потянуло на разговор. Может, потому, что я оказалась одна в незнакомом городе. За последние несколько дней я почти не раскрывала рта.

– Ты прошла в Чикагский университет?! Да ты красотка. Я подавала туда и получила маленький конвертик с отказом, – говорит Лила. – Зато поступила в колледж Уитон, он тоже престижный.

Я припоминаю, что читала о нем.

– Там изучают гуманитарные науки, да? – спрашиваю я.

– Да, – кивает она.

Котёнок наконец медленно вылезает из-под машины и подходит к банке. Ушки на макушке, глаза опасливо бегают из стороны в сторону.

– Не двигайся, – предупреждает Лила. – Сиди спокойно и жди, пока он подойдёт ближе.

Я усилием воли заставляю себя сидеть смирно, а не тянуть руки к котёнку.

– Ты уже ловила так кого-то? – спрашиваю я.

– Нет. Но мой бывший работает в приюте для животных, и он рассказывал, какие уличные животные недоверчивые. Говорил, что с ними всегда нужно быть спокойными и терпеливыми, – отвечает Лила. – Это самое полезное из всего, что я от него узнала за то время, пока мы встречались.

Я смотрю, как котёнок крадётся к банке и как дёргается его чёрный носик в форме алмаза. Котёнок откусывает кусочек, глотает и набрасывается на остальное. Должно быть, он очень проголодался.

– От мальчиков иногда одни проблемы, – говорю я.

– Это точно, – соглашается Лила. – С другой стороны, от девочек тоже. Одного моего друга девушка бросила по Сети, просто отправила сообщение. Буквально в одну строчку.

– Это жестоко.

– Понимаешь, да? Так что и мальчики, и девочки иногда ведут себя мерзко, – резюмирует Лила. – Но только не этот котёнок. По крайней мере, он похож на мальчика. Как ты его назовёшь?

Я раздумываю.

– Наверное, я выберу что-нибудь связанное с Винни-Пухом, чтобы мама не смогла мне отказать.

Мы обе хихикаем.

– Хорошо придумала. Как насчёт… Тигры?

– М, нет. У него нет чёрно-рыжих полосок, – отвечаю я, глядя на котёнка, который уже всю голову запихнул в банку.

– Но на поросёнка или грустного ослика он тоже не похож, – говорит Лила.

– Иа не грустный, он меланхоличный, – поправляю я.

– Ладно-ладно, ты у нас эксперт по «Винни-Пуху», – усмехается Лила, вскинув руки вверх.

Я так долго ждала, когда у меня появится кот, что можно подумать, будто у меня заготовлено как минимум три клички. Я перебираю всех персонажей из Винни-Пуха, пока котёнок облизывается и проверяет, не осталось ли где кусочка тунца. Какой милый малыш! Боязливый, но с игривой искоркой в глазах. И тут меня осеняет.

– Ру! – чуть не выкрикиваю я.

Лила недоумённо смотрит на меня, а котёнок забавно наклоняет голову набок, как будто он заинтригован.

– Ру – это кенгурёнок в синей футболке, сын Канги, – объясняю я.

На мой первый день рождения мама заказала торт с марципановыми фигурками в виде персонажей из «Винни-Пуха». У меня есть фотография, на которой родители держат меня на руках рядом с этим тортом. Я довольно улыбаюсь. Этот котёнок похож на Ру, и он точно понравится маме. Надо не забыть заказать ошейник с биркой, на которой будет написано имя.

– А, да… кажется, я понимаю, о ком ты.

Котёнок, громко мяукнув, осторожно подходит к нам. Лила говорит мне медленно вытянуть руку, чтобы он меня понюхал и запомнил запах. Прикосновение маленького носика приводит меня в такой восторг, что мне едва удаётся усидеть на месте. Шаг за шагом Ру подходит всё ближе – и вот он, тихо мурлыча, трётся головой о моё колено.

Лила кивает мне, и я аккуратно беру котёнка на руки. Он не вырывается.

– Мы это сделали! – говорю я, чуть не пища от радости.

– Вот она, женская сила. – Лила улыбается и даёт мне «пять». – Я рада, что у этого малыша появился дом.

Ру сворачивается клубочком у моей груди. Такой пушистый и тёплый.

– Я живу в этом доме, – говорю я, показав на здание. – Хочешь зайти и поесть мороженого? Я отблагодарю тебя за помощь.

– Давай. Я никогда не отказываюсь от мороженого, – отвечает Лила. – Я живу в паре домов отсюда, можно сказать, мы соседи.

Я улыбаюсь блаженной улыбкой всё время, пока мы едем в лифте. Я в один день нашла котёнка и потенциальную новую подругу. Кто бы мог подумать, что так сложится?

Мы заходим в квартиру, и я сразу же устраиваю котёнку лежанку из своего флисового пледа и наливаю в миску молочко. Ру снуёт вокруг, весело помахивая хвостиком.

Лила осматривается и садится на стул. Свечи сразу же привлекли её внимание.

– «Рождественская карамель»? У меня бы от такого запаха аппетит разыгрался, – говорит она.

Усмехнувшись, я протягиваю ей пиалу с ванильным мороженым.

– Эту свечку понюхаешь – и сразу хочется ограбить кондитерскую, – говорю я, положив мороженого себе.

Какое-то время мы просто болтаем, Лила рассказывает мне о своей семье. Мама – американка, папа – из Аргентины, а ещё у неё есть младшая сестра. И она всю жизнь живёт в этом районе. Лила любит рисовать, обожает Эда Ширана и Charli XCX и так часто закупается в Forever 21, что ей отдают бесплатно вещи из новых коллекций, чтобы она выкладывала с ними фото в соцсетях.

– Ого, ничего себе. Я сейчас же на тебя подпишусь, – говорю я.

Я вбиваю «Лила Авелино» в поисковой строке, и нужная страничка оказывается первой в списке:

@lilactulip Подписчики: 51,1к. О себе: Девочка из Чикаго. Шопоголик. Интересный человек и разносторонняя творческая личность. «Фотографы творят искусство, а не просто жмут на кнопку».

Я листаю страницу вниз и понимаю, почему у Лилы столько подписчиков. Её фотографии – вереница классных образов, искусства, бургеров и пейзажей. У неё отличное чувство стиля, и она умеет непринуждённо позировать в шикарной одежде.

– Потрясающе, – говорю я.

– Спасибо, – отвечает Лила, не отрываясь от своего телефона.

Мне приходит запрос на добавление в друзья (у меня закрытый профиль), и я немного смущаюсь при мысли, что Лила сейчас увидит мою страничку.

– У меня не особенно интересный контент, – предупреждаю я.

– Да ладно тебе. У тебя ламповый профиль, – хихикнув, отвечает Лила. – Это тот парень, который собирался переехать с тобой в Чикаго?

Она показывает на школьную фотографию, где мы с Джессом вместе. Снимку всего два месяца, но кажется, что с тех пор прошло гораздо больше времени.

– Да, это он.

– А он красавчик, не поспоришь. Но не надо из-за него плакать, в Чикаго полно классных парней, одни интеллигентные, у других растрёпанные желтоватые волосы, – говорит Лила. – Если хочешь, в четверг можем сходить куда-нибудь. Я знаю одно кафе в стиле ретро, там по соседству ещё клуб есть.

При мысли о том, что придётся флиртовать с совершенно новым парнем, у меня крутит живот. Неужели обязательно опять через всё это проходить? Первое свидание? Первый поцелуй? Первое «Я по тебе скучаю»? Я не уверена, что моё сердце выдержит нечто подобное. Даже не уверена, что оно этого хочет.

– Насчёт парней не знаю, но я всеми руками за бургеры и картошку.

Ру допивает молоко и сразу идёт к лежанке, там он потягивается и устраивается поудобнее. У него довольный вид, а глазки слипаются от усталости. Боюсь представить, что этому крохе пришлось пережить.

Я беру свой фотоаппарат и снимаю спящего котёнка. Фотография печатается, а у меня появляется чувство, что наша встреча не случайна.

Мы очень вовремя нашли друг друга.