«Пора живым участвовать в сраженьях за жизнь любовь, в отчаянье, слезах, отринув блажь и горечь вырожденья земного, но с улыбкой на устах: за смысл победы, а не пораженья любви земной вне сует, в небесах». С этими победными строками, которые он читал Ларе в тёмном углу холодного зала дома отдыха, он вернулся в свой институт на преддипломную практику. Он знал, что Лара возвратится из дома отдыха только через двенадцать дней. За это время от должен на парусах вдохновения разобраться со всеми текущими исследовательскими делами, вероятно, оставив летать журавля в небе с идеями биочипов и биокомпьютеров на ДНК, но зато схватив синицу в руки с идеями численного расчёта микросхем – стандартных усилителей, дифференциальных схем на малых и больших сигналах в микрорежиме.

Он без предупреждения и предварительного звонка пошёл в лабораторию Сумарокова, чтобы согласовать с ним день и час, когда тот его примет для детального разговора по существу. Валентин Иванович всё-таки был отменным педантом: то, что он вписал себе в ежедневник, а именно во время каникул поговорить с Леонидом Николаевичем и Алексеем Яковлевичем насчёт его проблемы машинных расчётов схем он выполнит.

В пустой комнате Сумарокова он увидел за письменным столом Леонида Николаевича и отца Валентина, о чём-то оживлённо разговаривающих. При его появлении они, повернувшись к нему, мгновенно замолчали.

– Я к вам от Валентина Ивановича… – Он не хотел прерывать их разговор, только обозначить день и час грядущей консультации у Сумарокова. – Хотел договориться о…

– Ах, да-да, помню… Вот только… Как у вас со временем?

Отец Вальки почему-то сделал вид, что не узнал Александра – впрочем, у них было всего короткое шапочное знакомство у Вальки дома – и, пожав на прощанье руку Сумарокову, быстро вышел из лаборатории. Вот так неожиданно образовалось незапланированное временное часовое окно для консультации по компьютерной аналитике. Много любопытного узнал Александр о возможности что-то сделать для своей дипломной работы в стенах вычислительных лабораторий факультета и на стороне – в ИТМ и ВТ, институте автоматики и телемеханики АН СССР, в МВТУ Баумана, МАИ…

После продуктивной консультации договорились о возможности кое-что посчитать на ЭВМ в лаборатории Сумарокова, расстались хорошо и оптимистично.

– Спасибо за консультацию, Леонид Николаевич.

– Приходите с мелкими программами для расчётов своих схем, не стесняйтесь, Александр. Большие программы – не про нас и наших ЭВМ… Валентину привет передавайте… Насколько я был раньше информирован, он дипломную работу будет выполнять не на вашей кафедре…

– Вы правильно информированы.

– Только в следующий раз по внутреннему телефону оговаривайте время и место консультации, да и порядок проведения машинных экспериментов… Видите, Александр, я просьбу Валентина Ивановича выполнил оперативно…

«Надо же как быстро я поймал синицу в руки, – подумал Александр, – вряд ли мне теперь нужна консультация у Алексея Яковлевича. Наверняка, если и он пользуется ЭВМ, приходит считать сюда к Сумарокову, ведь на нашей кафедре нет ни одной цифровой ЭВМ, только аналоговые».

– Пора обозначить присутствие журавля в небе, – сказал вслух себе Александр в первый же день восшествия в лабораторию Валентина Ивановича, садясь за своё рабочее место, согласованное с сотрудникам лаборатории, прежде всего с инженерами Володей Лукьяновым и Славой Соколовым, сыном бывшего когда-то, ещё до Степаненко и Агаханяна, завкафедрой Электроники.

Он собрал себе все необходимые приборы для исследования статических и динамических свойств биполярных транзисторов и схем на них в микрорежиме, при малых токах и напряжениях. Только засел за натурный эксперимент не сразу, а, обложившись журналами и отчётами, якобы для дела, в отсутствии приболевшего Валентина Ивановича, начал писать «в стол» научный отчёт о проблемах молекулярной электроники, биочипов и биокомпьютеров, авось, пригодится когда-нибудь. У него было всего несколько дней на эту научную забаву, минимум неделя до появления выздоровевшего шефа и максимум десять дней до возвращения из дома отдыха Лары.

Он же осознавал, что ему будет интересно говорить с Ларой о философских аспектах энерго-информационного поля Вселенной, связи его с печатью Бога, ДНК человека, сознанием в мозгу, о духе, душе, за которые ответственность тоже несёт геном из ДНК и РНК. Но надо было довершить и систематизировать свои исследования ДНК-контейнера, подбить размышления и перспективные идейные измышления о проблематике молекулярной электроники на ДНК. Всего-то… Только это музыкально-театральной Ларе было бы совсем не интересно, «по барабану», а ему хотелось быть интересным в общенье с симпатичной интеллектуалкой…

И он начал писать отчёт в толстую тетрадь, «гроссбух», чтобы успеть завершить сей пока абсолютно никому не нужный труд до появления в лаборатории Валентина Ивановича и до своего звонка Ларе. Вот будет смеху-то, если Лара по рассеянности не тот телефон дала, или никто не возьмёт, вообще, трубку… Только всё равно надо завершить свой труд по ДНК-контейнеру, запустить журавля в небо и радоваться, что есть такой журавль в небе, сотворённый его трудами и мыслями – по поводу и без повода…

Он много написал по поводу того, главнейшим шагом разработки элементно-технологической базы молекулярной электроники на ДНК, конечно, эффективная разработка методов выделения молекул ДНК и отдельных их фрагментов. Последовательность нуклеотидов, как неделимая часть двуспиральной ДНК, определяет функционирование клеток, обеспечение соответствующих переключений отдельных молекул и фрагментов. Он, исследуя ключевые свойства всего ДНК-контейнера, как бистабильной ячейки с различными типами нагрузок – от фиктивных, до активных и пассивных – оформил и подклеил в гроссбух все полученные графики. А надо было бы исследовать, в принципе, одну ДНК-молекулу или считанное количество молекул с твёрдым знанием – сколько их? Отрицательный результат таков: из-за низкого быстродействия самих ключей и соединений между ними пока нет никаких возможностей синтезировать фрагменты молекул методами биотехнологий и электронных технологий, обладающих набором свойств молекулярных ключей и выполнения сложных логических функций. Отчасти оправдательным положением экспериментов с целью выявления свойств молекулярных ключей электронного типа проводимости служит потенциальная возможность создания молекулярных ключей с противоположным типом проводимости. И у Александра были иди на этот счёт, как создать молекулярный ключ с «дырочным» типом проводимости». И он потратил день-другой для описания подобного типа комплементарных молекулярных ключей и комплементарных бистабильных ячеек…

Отдельные главы отчёта были посвящены разработке методов физико-технологического экспериментирования на молекулярном уровне, которые позволят осуществить переход от наноэлектроники к молекулярной электронике. Только в ДНК-биочипах и ДНК-биокомпьютерах должны принципиально по новому ставиться вопросы надёжности сложной системы безотказной работы сложных систем. В системе из огромного количества ключевых логических элементов и ячеек памяти (около десять в двадцатой степени) и принципиальной опто-электрической связи должны быть решены вопросы помехоустойчивого и отказоустойчивого кодирования… Но этот традиционный подход летел вверх тормашками, от революционных идей «ДНК молектроники» будущего: только дух захватывало от постановки только одного предположения, что одна молекула ДНК есть уже сама суть квантового компьютера, где действуют уже другие законы функционирования и взаимодействия с внешним окружающим миром на уровне фотонов и электромагнитных и биологических полей… Воистину, журавль в небе, к которому удастся земной цивилизации прикоснуться, глядишь, в 21 или 22 веке… А то и вовсе никогда не прикоснуться к небесному журавлю, чтобы обуздать его и поставить на службу корыстной или бескорыстной экономики тайных знаний…

Все друзья Александра делали дипломные работы не на их выпускающей кафедре, а в закрытых режимных НИИ, где они будут оставлены на работу после защиты диплома. Если раньше они встречались в стенах института почти каждый день, если по тем или иным причинам не прогуливали занятия, то теперь в институте все вместе они могли встретиться только в день получения стипендии. Вот и в первый «день получки» после каникул они с радостью приняли приглашение Валерия отметить начало нового весеннего трудового семестра преддипломной практики. Накупили вскладчину кучу бутылок «сухостоя» и лёгкой закуски с фруктами, которые можно не задорого купить в середине-конце февраля, поехали на метро к Валерке с Леной в Черёмушки…

Там под сухостой разговорились на отдалённые, ни к чему не обязывающие темы… Как-то легко и непринуждённо, вспоминая детскую игру в «холодно-горячо», перешли под музыку Битлов на тему любви и отношений между мужчинами и женщинами, почувствовав, что от прикосновения к этой теме быстро становится «тепло» и даже «горячо».

Валька, потирая левый висок пальцами левой руки, держа в правой руке неизменную сигаретку, задумчиво и многозначительно произнёс:

– Вот я, обдумывая духовную связь фантаста Ефремова и философа Лопатина вот о чём задумался и, честно скажу, загоревал… – Он оглядел внимательным взглядом доки слушавших его коллег, словно в раздумьях, стоит ли делиться своими заповедными мыслями о бренном. – Между прочим, я ознакомился в журналах «Техника – молодёжи» и «Молодая гвардия» с фрагментами романа фантаста о путешествии обитателей Земли, из коммунистического общества га планету Торманс, где обнаружили потомков землян, построивших закрытое тоталитарное общество. Кто-нибудь успел прочитать «Час Быка» в каникулы? – Видя, что никто не откликнулся, на вопрос, он тяжело вздохнул. – Я бы не советовал читать это, кто хочет сохранить в душе оптимистическое начало и веру в любовь, рождение детей любви от отношений земных мужчин и женщин… А жуткую идею и философию мрачного утопического романа Иван или Майкл изложил в виде знакового тревожного эпиграфа: «Ди пхи юй чхоу – Земля рождена в час Быка (иначе Демона, два часа ночи)».

– И причём здесь любовь и духовная связь Ефремова с Лопатиным? – Спросил обескураженный Андрюха. – Не понимаю связей – причинных, временных, любовных…

– «Час Быка» посвящен молодой жене Ефремова Таисии Иосифовне, бывшей любовнице… Старая жена умирала, а он…

– …Влюбился в молодую, – подсказал Валерка Андрюхе, – так, Валь, или как?

– Так сказать, любовь побеждает смерть, – с заметной иронией в голосе заметил Валька, – обзавидуешься со стороны, не зная деталей альянса пожилого фантаста с молодухой… – Он незаметно подмигнул Александру. – Детали нового альянса для посвящённых…

– А мне, Валь, можно просветиться и посвятиться, и даже вдохновиться – на всякий пожарный случай…

– Сейчас вдохновишься, Андрюха…

– Коим образом?

– А вот таким образом… Оставим на время фантаста, дождёмся выхода его романа отдельным шумным изданием… Точно не разочарует, ни диссиду, ни патриотов, судя по журнальным фрагментам… А теперь о любви мужчины и женщины… Метафизик Лев Михайлович Лопатин, между прочим никогда не был женат, так и умер убеждённым холостяком. Правильно, Саш? Это ты же меня подтолкнул на каникулах прочитать в Леннике воспоминания коллег о философе… Вот я и прочитал, и разбавил эти воспоминания мрачной фантастика, то ли Майкла, то ли Ивана… Так правильно я говорю об обете безбрачия, данным философом в юности, ещё до поступления в университет?..

– Правильно, Валь…

– А что означает: то ли Майкл, то ли Иван, – поинтересовался любопытный Андрюха, – какой-то литературный псевдоним?

– Для объяснения этого требуется твой прочтения «Часа Быка». Прочитаешь, сравнишь с «Туманностью», тогда я, возможно, снизойду до объяснения и посвящения первой стадии тебя… Читай, одним словом… Продолжаю…Сам мудрый дореволюционный философ, судя по воспоминаниям современников, близких друзей и коллег, ко всем женщинам, независимо от их происхождения, знатности, богатства, красоты, относился максимально по рыцарски, уважительно и даже галантно, проявляя остроумие и достоинство человека чести и совести… Только связывать себя узами брака принципиально не хотел, справедливо полагая, что брак лишит его привычной свободы и независимости, прежде всего, независимости мышления… И это при всём, при том, что философ любил людей, особенно маленьких детей… Смешной пример: великий метафизик, чтобы не обидеть детей, преподавая в юности в гимназии, всем ученикам ставил одни пятёрки, чтобы у них не развивались комплексы зависти из-за неравенства умственных способностей… Вообще он был снисходителен и мил, особенно с красивыми, но не всегда умными женщинами…Полное любви, благожелательности и снисхождения тайн земного и космического бытия – вот основное наиболее характерное для метафизики состояние его высокого духа… Любовь, видите, на первом месте, – это из воспоминания тоже какого-то известного тогда философа-историка… Был оптимистом по жизни Лев Михайлович даже в голодных революционных годах, до трагической простуды и смерти весной, в марте 1920 года… Я по памяти цитирую слова писательницы, сотрудницы его философского журнала, где он до последнего дня был главным редактором. Вот что он писал этой, влюблённой в него женщине: я убеждён, что всё происходящее в революционной России нужно, что оно представляет болезненный и мучительный процесс возрождения человечества – да, человечества, а не одной России – от задавившей его всяческой неправды и что приведёт он к хорошему, светлому и совсем новому…

– А чем тебе запомнилось прочтение фрагментов «Часа быка», – спросил Валерий, – что-то особенное?..

– Не без этого… Как-то зримо отточилась Ефремовская мысль, что всё великое и прекрасное существует на лезвие бритвы, на тончайшей острой грани между диктатурой и анархией, богатством и нищетой, сентиментальным благородством и зверством. И эту грань предстоит искать вечно, без срока давности исполнения желаний человека, который сам есть лезвие бритвы. А в «Часе Быка» само собой идёт подсказка, что во всех стихиях судьбы и жизни человек – это тиран, предатель и узник… Предавшие коммунизм земляне, обитатели дьявольской планеты тёмного тоталитаризма сделали свой жуткий выбор дьявола: либо ты диктатор и узурпатор, либо тварь дрожащая… Только у диктатора и твари нет никакого подобия любви к человеку, к женщине, какая была парадоксальным образом у принявшего обет безбрачия пожизненного холостяка, философа Лопатина… А у Майкла или Ивана всю жизнь было столько любви женщин, хоть жопой ешь… Дочка вице президента академии наук Украины – первая жена, которую он использовал для карьеры учёного… Вторая жена – вообще гигант мысли, патентованная умница, подарившая ему сына, названного фантастом английским именем Аллан… А он и её, красавицу и умницу с университетским образованием использовал и бросил, мучимую неизлечимой болезнью… Завёл роман с юной красавицей-еврейкой, которую ему подложили заботливые люди из ГэБэ, увидевшие, как он по трупам любимых женщин шагает – не брезгуя плагиатом, для карьеры и славы, вообще, неизвестно во имя чего, всех и всё советское презирая… Самое удивительно, что фантаст в «Часе Быка» развенчал не только последние надежды на любовь, как спасение человечества, но и последние надежды на два варианта утопии общественного строя – капиталистическую и коммунистическую… Унизив земную любовь, показал с пророческой, якобы, высоты, что две эти утопии не исключают друг друга… Весь ужас, что население «Тёмной планеты» без любви поделено на долгоживущих и живущих кратко, где жизнь и любовь покупается, когда от коммунистических идеалов осталась дряблая вонючая оболочка…

– Мир без любви ужасен, – произнесла присоединившаяся к концу разговора Лена, – а как же дети на «тёмной планете»?

– Все обречены без любви и утопий, – сказал грустно Валька, глядя на своё золотое колечко на пальце обручника, – только мне кажется отказ от любви, мечты, от утопий будущего – это непоправимая ошибка отдельных людей, общества, цивилизация обречена без утопий и, конечно, без любви… Но, поживём, увидим…

– Да, дело щекотливое, – усмехнулся Валерий, – то, что ты рассказал, на мрачные мысли наводит, между нами, как говорят французы, антр нуа. Смущение читающей публики налицо… будет… И властей придержащих, как мне сдаётся… Уловил мысль крамольную фантаст – куда идти обществу? Стоит ли студентов вузов мучить курсом «Научного Коммунизма», стоит ли верить программе КПСС строителей коммунизма?.. Может, всё накрылось медным тазом?..

– Накрывается… Пока не накрылось… Вверху борьба, куда идти – к Сталину, от Сталина?.. А тут ещё в решающий момент то ли Майкл, то ли Иван подсуетился со своим «часом», а от мифического «часа все часы светлого будущего после Чехословакии могут грохнуться и остановиться – и время дальше к светлому будущего коммунизма не пойдёт… Вот такова любовь-морковь, коллеги…

Расставаясь, уже в метро «Академическая», Александр вспомнил про контейнер с ДНК-контейнером в своей сумке и протянул его Валентину с улыбкой на устах:

– Здесь выделенные ДНК из мужского биоматериала… Все эксперименты осуществлены и запротоколированы… Возвращаю контейнер в знаковый момент: сегодня после электрической накачки в импульсном режиме был странный эффект кратковременного свечения в сине-фиолетовом спектре… На мифический ДНК-лазер совсем не похоже, но свечение на микросекунды, даже на миллисекунды было, это экспериментальное свидетельство, правда, субъективное исследователя, больше думающего о зарождающейся любви, а не ДНК-свечении…Раз свечение похоже на чудо, или предвестие чуда любви…

– Ты, что влюбился?

– Возможно… Но ты ведь тоже накачкой органических лазеров интересовался… Тебе удалось накачать свой личный ДНК-контейнер?

– Нет… Пока… Но я продолжаю эксперименты в своём НИИ…

– Попробуй повторить свои эксперименты с моим ДНК-контейнером, всё же наука интересна тем, что любой эксперимент повторяем… – Он назвал величины высоковольтных импульсов, скважность импульсов, подаваемых на вход и выход контейнера одновременно, и повторил. – Я уже врубился в дипломную НИР, ДНК не буду заниматься, это точно… У нас на кафедре спектрометров и импульсных спектроанализаторов нет… А ты попробуй, у тебя же часть дипломной НИР с оптикой связаны, решись на эксперимент с моим контейнером, вдруг мои ДНК особые, и эксперимент с ними и тебе удастся с долговременным свечением, а не коротким в течении длительностей импульсов…

– Не знаю, есть ли у нас импульсные спектрометры… – Он немного задумался. – В одном ты прав… Я занимаюсь больше чисто оптической и термодинамической накачкой… Ладно, попробую повторить эксперимент импульсной электрической накачки с твоими параметрами импульсов… Ты прав и в другом, любая чудесная фишка в суровом натурном эксперименте должна повторяться и выскакивать победно…

«А вдруг это и правда знамение любви – свечение при последней накачке ДНК-контейнера, – подумал Александр, – вдруг и мой час настал. Надо обязательно прочитать этот чёртов «Час Быка» и обсудить именно с ней, своей избранницей, и он позвонил Ларе. Она взяла трубку мгновенно, будто ждала его звонка, и они тут же договорились на завтрашнее время и место свидания.