Слезы все еще обжигали глаза, когда Лэйола проскользнула в проход для слуг. Ей не хотелось, чтобы Тэйн, Пайпер или кто-то еще следовал за ней по пятам, и уж тем более она не стремилась вернуться к себе, учитывая, что покои Тэйна находятся по соседству. Лэйола понимала, что не должна помогать кому-то, кроме себя самой. Она не была королевой, как он, и правительницей королевства. Магия принадлежала только ей одной. Но почему тогда его слова так глубоко ранили ее? Она была вовсе не обязана уничтожать Пустошь или делать что-то еще для защиты народа Палэйнора. Это ее выбор – освободиться от бремени уз, и никто не смел обвинять ее в том, что она хотела этого. Все, о чем Лэйола мечтала, – это вернуться домой, к своей привычной жизни, и оказаться среди тех, кем она дорожила и кому доверяла всем сердцем.

Факелы давали достаточно света, чтобы она свободно передвигалась вдоль сырого холодного коридора. Здесь не было окон, и находиться в помещении для прислуги – все равно что прогуливаться по подземным туннелям, которые напоминали лабиринт и невольно вызывали легкую клаустрофобию. Лэйола даже вспомнила свою вылазку в спальню Тэйна, чтобы убить его. Она и тогда понимала, что это неправильно, а сейчас – тем более. И все же она не нашла в себе силы извиниться перед ним.

Лэйола моргнула, прогоняя слезы, и выпрямила спину. Она надеялась как можно скорее найти выход на улицу – свежий воздух и открытое пространство были ей жизненно необходимы. Лэйола миновала несколько дверей, за одной из которых доносился звон посуды и возгласы слуг, что навеяло мысли о кухне, и наконец приблизилась к тяжелой двери в конце коридора. На ней висела массивная металлическая задвижка, и Лэйоле пришлось приложить немало усилий, чтобы поднять ее. Выйдя наружу, она полной грудью вдохнула теплый вечерний воздух с ароматами свежескошенной травы. Она наслаждалась звуками природы и прекрасным видом. Облака заслоняли солнце, но за ними пестрели розовые и оранжевые оттенки.

Эльфы, мимо которых она проходила, взирали на нее как на бледную, но Лэйола ни на кого не обращала внимания. Она брела по каменной дорожке, удаляясь от посторонних глаз, пока не наткнулась на иву. Это дерево представлялось ей символом безопасности – словно призрачные руки матери, которых она была лишена. Прислонившись спиной к стволу, Лэйола опустилась на землю и сжала золотое ожерелье в виде ивовой ветки, принадлежавшее ее матери. Она поднесла его к губам и нежно поцеловала. Мама, пожалуйста, помоги мне поступить правильно. Дай мне совет. Но вокруг нее царила лишь гнетущая тишина. По ее щекам потекло еще больше слез. Молю тебя, мама. Если слышишь меня, помоги. Ты нужна мне. Внезапно подул легкий ветерок, заколыхались длинные ветви, и некоторые из них опустились на ее плечи, словно в знак утешения.

Лэйола сидела в тишине и покое, пока солнце не выглянуло из-за облаков и его теплый свет не коснулся ее лица. Прикрыв глаза, она потерла виски и задумалась. Она была так уверена во всем, пока не попала сюда. Знала, кто ее главный враг, но, Создатель, как же она ошибалась. Лэйола ничего не знала, пока не попала сюда. Не знала, что Тенэйбрис и Матэйкис хотели использовать ее, чтобы вернуть Черного Мага. Не знала, что Тэйн всю жизнь защищал ее, а не разыскивал, чтобы использовать в своих целях. Он не был монстром. Да, безусловно, временами он вел себя как высокомерный засранец, но был далек от того, во что она когда-то свято верила.

Лэйола просидела так до тех пор, пока солнце не скрылось за горами вдали и не наступила ночь. Тэйн был прав. Она законченная эгоистка. Мама говорила, что однажды придет время, когда ей придется сражаться. И вот оно настало. Вытерев слезы, она решительно поднялась на ноги. Она должна была поговорить с Тэйном.

Утро только наступило, а Лэйола уже стояла у окон и смотрела, как к воротам замка прибывают эльфы. Некоторые из них выстроились на мосту, а другие ожидали на берегу реки, протекавшей вдоль крепостной стены. Женщины были в платьях желтых, оранжевых и красных оттенков, символизирующих солнце, а мужчины облачились в белые и светло-голубые наряды, олицетворяющие ясное небо. Лэйола словно наблюдала за тропическими рыбками в пруду, которые плавно двигались и танцевали в унисон.

Рейна и Перл уже успели нарядить ее к празднику. Ярко-оранжевый комплект из двух частей оказался не таким экстравагантным, как Лэйола ожидала, учитывая платье, которое они заставили ее надеть на ужин. Лиф был обшит кружевом и слегка приоткрывал плечи. Внизу оставался небольшой зазор, обнажающий кожу на талии. Юбка из тончайшего шелка струилась до самого пола, но она не стесняла движений. Как только служанки покинули комнату, Лэйола не удержалась и закружилась, наблюдая, как ткань развевается вокруг нее, словно распускающиеся лепестки. Ее волосы свободно ниспадали по спине, невзирая на настойчивые уговоры служанок заплести прическу.

Рейна сказала, что празднование растянется на целый день. Эльфы создали множество тематических площадок, посвященных самым разным увлечениям: музыке, живописи, животным и волшебным растениям. По обе стороны мощеной дорожки, ведущей в замок, были установлены столы и прилавки с угощениями, и Лэйола наслаждалась доносящимися до нее манящими ароматами сладостей, мяса и выпечки.

Сумка, которую она собрала для поездки в горы, лежала на кровати, словно насмехаясь над ней. Должна ли она остаться здесь и выйти за Тэйна, чтобы помочь своему народу и сражаться за него? Вот только она знала, что не сможет стать ему женой в привычном понимании слова. Это попросту невозможно. И тем не менее они могли бы объединиться в борьбе против бледных. Да, Лэйола боялась, что они схватят ее, но в то же время она не хотела прожить жизнь в страхе. Ей претила мысль снова скрываться.

– Как вкусно пахнет! – сказала Тиф, с тоской глядя на улицу. Она держалась своими маленькими ручками за виноградную лозу.

– Тебе непременно нужно сходить и попробовать ту аппетитную еду.

– Да я скорее суну руку в кипяток. Дылды погонят меня поганой метлой, и я умру от стыда.

Лэйола ласково погладила Тиф по голове.

– Я бы никогда этого не допустила. Теперь ты моя служанка, а значит, очень важная персона.

Маленькое личико в форме сердечка просияло.

– Я получила работу?

– Если честно, твоя кандидатура нравится мне гораздо больше. Рейна и Перл милые, но очень уж напористые.

– Это большая честь для меня, леди. Кстати, мне безумно нравится, когда ты так укладываешь волосы, – сказала Тиф. – Даже если им это не по душе. Ты прекрасна, как цветок.

– Спасибо, – улыбнулась Лэйола.

– И все же я ни за что не пойду туда. – Ее плечи поникли, и она прислонилась лбом к стеклу. – Но я раздобуду немного еды на кухне.

– Однажды тебе хватит храбрости показать себя. И стать наконец свободной.

– Я надеюсь на это. – Тиф на мгновение замолчала. – Ты же возьмешь меня с собой, правда? Если отправишься в горы. Хотя я думаю, что тебе лучше остаться здесь.

Покусывая нижнюю губу, Лэйола хотела ответить «нет», но не стала.

– Я пока не знаю, что мне делать, и это будет очень опасно.

– Мне все равно. Я готова покорить горы вместе с тобой. Ты – мой друг.

– Но не готова встретиться с несколькими дылдами? – Лэйола указала на празднество за окном.

– Это совсем другое дело. К тому же их там не несколько, а тысячи.

Раздавшийся стук напугал их. Лэйола быстро засунула сумку под кровать, а Тиф скрылась из вида. За дверью стояли Лучик и Фэннан, хотя Лэйола надеялась увидеть Тэйна. Ей нужно было многое сказать ему, и начать с извинений.

– Тэйн просил нас сопроводить тебя на праздник, если ты все еще хочешь пойти, – произнес Фэн, отвесив слишком благолепный поклон.

При виде его жеста Лэйола усмехнулась, но не смогла скрыть своего разочарования:

– А где он сам? Или Пайпер? Обычно меня сопровождает она.

Лучик прислонился к дверному косяку, сложив руки на груди.

– Она с Тэйном. Он с утра занят встречами и отправкой корреспонденции.

Лэйоле вдруг стало неприятно, что эти двое проводят столько времени вместе, но она отогнала от себя эти мысли. Он был ее нареченным только из-за заклятия.

– Были ли новые атаки на территорию королевства?

Слова Тэйна, прозвучавшие накануне вечером, все еще причиняли ей душевную боль. Она осознавала, что с помощью своей силы могла бы спасти множество жизней. Переломить ход войны в пользу Палэйнора, если бы сражалась вместе со всеми. Вместо этого она всю свою жизнь скрывалась в глуши. Ей ни разу не хотелось сражаться с бледными на войне. Да, она убивала их, когда они приходили за ней в Вересковую лощину, но не собиралась вступать с ними в открытое противостояние и рисковать собой. Ее ужасала одна мысль о том, что она окажется в их руках, особенно учитывая, что они хотели не просто убить ее, а использовать в своих коварных целях.

– На юге регулярно случаются нападения, – ответил Фэннан. – Но сегодня все было совсем скверно, это факт. Впрочем, ничего такого, с чем бы мы не справились, не волнуйся.

Лэйола медленно кивнула, чувствуя, как внутри желудка разрастается пустота. Она должна была скорее определиться с выбором. Отправиться в горы или остаться здесь.

– Я с удовольствием схожу на фестиваль. Спасибо. – Лэйола вышла в коридор и направилась к лестнице, а мужчины последовали по обе стороны от нее.

– Ты любишь сладости? – поинтересовался Фэннан. Он был облачен в светло-голубую тунику и бежевые штаны. Он явно приложил усилия, чтобы подготовиться к фестивалю, потому что обычно выглядел так, словно неделю провел в дороге. Его черные волосы были немного подстрижены, а на руках и лице не виднелось ни пятнышка грязи.

Лэйола улыбнулась:

– Разве не все их любят?

– Ты непременно должна попробовать пирог с кремом из куманики. Ничего вкуснее ты в жизни не ела, поверь мне, – облизнувшись, проговорил Фэн. – Он сам сладкий, а фиолетовые ягоды – просто объедение. Еще и сливочный вкус… Не говоря уже о заряде энергии, который дарят ягоды… М-м-м, я каждый год очень жду именно его.

– Он и правда очень вкусный, – согласился Лучик. – Но я предпочитаю пирожные с глазированным шоколадным донышком. Попробуй оба десерта и выбери, какой тебе больше понравится.

– Фэннан лучше справился с похвалой пирога, но я с удовольствием попробую и то и другое и скажу вам свое мнение. – Она на мгновение представила, что рядом с ней находятся Рэн и Форрест. Им бы очень понравился этот масштабный фестиваль. Они бы пили, пировали и танцевали с каждой красивой девушкой, какую только смогли бы найти. Как же она скучала по ним…

Они вышли на залитую солнечным светом улицу, где разносилась легкая мелодия барабанов и духовых инструментов. Необузданная и успокаивающая одновременно. Неподалеку они увидели разноцветные шатры. С цветущих деревьев и крыш палаток свисали изготовленные феями нити крошечных фонариков, которые будут чудесно смотреться ночью. В воздухе витали насыщенные ароматы всевозможных аппетитных блюд.

Большинство эльфов, мимо которых они проходили, были слишком увлечены разговорами, чтобы обращать внимание на то, кто именно шагает между высокими королевскими стражами, но вскоре их взгляды начали задерживаться на ней. Они присматривались к ней, словно чувствовали, что она отличается. Лэйола даже проверила родимое пятно и с облегчением обнаружила, что оно прикрыто рукавом.

Впереди показался Лейф со своими татуированными друзьями. Они приветливо помахали ей и направились дальше. Потом Фэннан и Лучик рассмеялись над мужчиной, который свалился в бочку с вином и вместе с ней упал на землю. Вино струилось по его лицу, но он только перевернулся на спину и громко рыгнул.

– Он что, пьян? – спросила Лэйола. Она повидала немало пьяниц, но время сейчас стояло слишком раннее, да и по какой-то неведомой причине она ожидала большего от эльфов, в особенности от тех, кто называл себя «высшими».

– Похоже на то, – сказал Лучик, после чего подошел к эльфу и поставил того на ноги. – Поищи место, где можно отсидеться и прийти в себя.

Эльф пьяно хрюкнул, развеселенный этим предложением, и, покачиваясь, направился к скамейке.

– Как давно вы двое знакомы с Тэйном? – спросила Лэйола. Если она собиралась попробовать, если и впрямь рассматривала возможность остаться здесь, то должна была дать эльфам шанс и поближе познакомиться с теми, кто ее окружает.

Вдруг к ним подбежала маленькая девочка и протянула Лэйоле ярко-красный полевой цветок.

– Спасибо. – Она улыбнулась малышке, и та, захихикав, устремилась в толпу.

– Я служил под его командованием в Зендоре шесть лет назад, – ответил Лучик. – Он спас мне жизнь, отрубив голову бледному, прежде чем тот успел прокусить мне руку. Я настоял на том, чтобы поблагодарить его за спасение, и пообещал всегда быть рядом и поддерживать его во всем. И вот мы здесь.

Лэйола содрогнулась при мысли о том, что ее укусит бледный.

– Не понимаю, как можно сражаться в непосредственной близости от них и не обращаться при этом.

– Мы пришли к выводу, что обратиться можно только в том случае, если тебя укусили, и никак иначе. Некоторые до сих пор боятся находиться рядом с ними, но те из нас, кто сражался на войне с бледными, знают: заразиться этой скверной, как болезнью, нельзя. – Лучик на несколько мгновений задержал взгляд темно-голубых глаз на ней. – Ну, есть еще один способ стать одним из них – не завершить заклятие.

– Угу, – пробормотала Лэйола и повернулась к Фэннану: – А что насчет тебя?

– Мы с детства знаем друг друга. Мой отец – высокопоставленный генерал, который много лет служил королю Тенэйбрису.

– Да, как я слышал, Озрик, Фэннан и Тэйн были весьма выдающимся трио, – добавил Лучик. – Если верить словам их нянек, они были теми еще сорвиголовами. Вечно бегали повсюду и влипали в неприятности.

Лэйола улыбнулась.

– Кто такой Озрик? Я еще не знакома с ним. – Но Фэннан и Лучик помрачнели. – Что?

– Он погиб. – Фэн прочистил горло и добавил: – Обратился после очередной битвы. Это случилось не так давно.

– Ох. – Она и представить себе не могла, каково это, когда обращается друг. Ей стало интересно, знала ли об этом Тэлон, которая насмехалась над тем, как серьезно брат относится к войне с бледными. Даже я не стала бы так поступать с ним. – Представляю, как сильно это ранило всех вас. Мне очень жаль.

Ни один из них ничего не ответил, но она не винила их. Лэйола до сих пор не могла говорить о Новаке, который умер два года назад. Боль от потери Озрика была еще совсем свежей. Это рана, которую лучше не задевать, иначе по всему телу хлынут импульсы агонии.

– Вы будете танцевать на закате?

– Разумеется, – ответил Лучик так, словно вопрос поразил его. – Благословение Создателя помогает нам в течение всего года. Разве в Свенараме вы не отмечали этот день?

– Не так масштабно. – Лэйола покрутила между пальцами стебель цветка, который излучал добрую энергию. Она не знала, что это за растение и какими таинственными свойствами оно обладает, но малышка явно хотела выказать ей свое расположение. – Боюсь, я не умею танцевать кенатару.

– Тогда мы просто обязаны тебя научить, – с широкой улыбкой ответил Лучик.

– Но только после того, как мы наконец что-нибудь поедим. Я не могу никого обучать, когда голоден. – Фэннан схватил ее за руку и потащил к лавке, где раздавали его любимый пирог.

За следующий час они попробовали еду практически у каждого торговца. Пирог с кремом из куманики оказался невероятно вкусным, как и описывал Фэн, а пирожные с глазированным донышком уступили ему лишь самую малость, заняв почетное второе место. Они также отведали тарталетки с экзотическими фруктами и сыром, хлеб с чесночным маслом и печенье с корицей и ванильной глазурью. Откусив от сладкого красного яблока, Лэйола почувствовала себя такой насытившейся, что не могла больше съесть ни кусочка. Ее желудок был растянут до предела, и она не представляла, как ее спутники могут продолжать пир.

После того как они послушали и посмотрели на музыкантов, посетили лавки с разнообразными растениями, Лэйола начала искать глазами Тэйна. Разве он не должен быть здесь? Неужели их ссора накануне стала для него последней каплей? Может, он решил прекратить все общение. Она не стала бы винить его за это, не после того, как вела себя с ним.

– Пойдем, мы должны показать тебе, как танцуют кенатару, – сказал Лучик, кивнув в сторону открытой площадки, где, к счастью, возвышалось несколько люминоров, которые могли послужить укрытием. Ей не хотелось, чтобы все наблюдали за ее потугами выучить танец, который она должна была знать с самого детства.

Им на пути встретилась принцесса с четырьмя подружками. Они двигались одной линией, заставляя окружающих уступать им дорогу, словно в паническом бегстве. Лэйола шагнула ближе к Фэннану, который мог бы заслонить ее своей крупной фигурой. Оставалось лишь догадываться, будет ли Тэлон самой дерзкой в стайке.

– О, смотрите-ка, это же моя будущая сестрица, – воскликнула Тэлон. Она схватила за руки стоявших рядом подруг и потянула их вперед. Одна из них, Вайра, ухмыльнулась Лэйоле, а остальные же просто окинули ее оценивающими взглядами. Раз уж принцесса обратилась к ней таким образом, то все знали, что это значит. Никогда раньше Лэйола не мечтала стать невидимой так сильно, как сейчас. Она заметила, что эльфы начали переговариваться между собой и наблюдать за ней с еще большим любопытством.

– Создатель, ну почему я? – простонала Лэйола себе под нос.

Лучик и Фэннан встали по бокам от нее, словно готовились к тому, что толпа могла в любой момент взбунтоваться.

– Я же говорил, что она непростая, – пробормотал Фэн, прежде чем остановиться и поприветствовать Тэлон поклоном. Лучик склонил голову и подмигнул ей, отчего улыбка принцессы стала еще шире.

– Здравствуй, Фэннан. – Его имя она произнесла с нарочитой нежностью. – Олдрич. – И перевела острый взгляд на Лэйолу: – И моя дражайшая сестра. Могу я так к тебе обращаться?

– Просто Лэйола, пожалуйста.

– Лэйола Несущая Свет, – излишне громко проговорила Вайра, драматично схватившись за грудь. – Давно потерянный маг. – Она захихикала вместе с другими девушками, а эльфы, собравшиеся вокруг них, воззрились на Лэйолу с каким-то боязливым благоговением. В конце концов, она была магически одаренным ребенком, которого похитили в детстве. – Хорошо проводишь время?

– Да, – ответила Лэйола, нервно глядя на увеличивающийся круг зевак.

– Небеса, неужели это правда она? – Какой-то мужчина бросился к ней, но Фэннан выставил вперед руку, заставив того остановиться.

– Не смей прикасаться к ней и подходить ближе. – Фэн слегка толкнул его, и эльф отпрянул, поправляя тунику, но при этом не сводя глаз с Лэйолы, словно собирался повторить попытку.

Ропот толпы стал громче.

– Это и правда она!

– Посмотрите, как она хороша! Настоящая красавица.

– Я хочу увидеть ее магию.

– Мы спасены! Она здесь, чтобы избавить всех нас от бледных.

– Теперь мне не придется отправлять сына на войну.

– Как же мы узнаем, что это точно она?

– Если это пара Верховного Короля, то где же он сам?

– Должны ли мы преклониться перед ней?

Кто-то убежал прочь с воплями, что Лэйола Несущая Свет наконец-то нашлась и находится прямо здесь.

Лэйола пожалела, что не может провалиться сквозь землю. Неудивительно, что Тэйн хотел сохранить в тайне, кто она такая. Ее глаза метались по сторонам, ища способ сбежать, но круг только сжимался и сжимался вокруг нее. Гул, выкрики и вопросы становились громче. Яркое солнце, казалось, начало обжигать кожу.

Тэлон ухмыльнулась, словно это и было ее планом с самого начала.

– Желаю прекрасного вечера, а мне пора вернуться к друзьям. – И направилась прямиком в толпу, которая без колебаний расступилась перед ней.

Лэйола заметила королеву, стоящую неподалеку в окружении дам. У нее на губах играла зловещая улыбка. Орландия отсалютовала ей бокалом и отвернулась. Неужели это она подослала Тэлон?

Лучик и Фэннан прижались к ее плечам.

– Нужно отвести тебя в замок. – Лучик взял ее за запястье и замахал свободной рукой, пытаясь разогнать толпу: – С дороги!

– Но мы хотим послушать ее! Она спасет нас?! – закричала одна из женщин.

– Да, мы ждали почти двадцать пять лет! Дайте ей слово!

Сердце бешено заколотилось у нее в груди. Из этой ситуации она явно не выпутается самостоятельно. Она не могла причинить им вред только из-за того, что они просто хотели на нее посмотреть. Ей хотелось сбежать, но это бы взволновало собравшихся и заставило их последовать за ней. Лэйола раньше не сталкивалась с таким массовым скоплением эльфов или людей и уж точно никогда не оказывалась в центре толпы. Вопросы продолжали сыпаться. Яркие оранжевые и желтые платья сливались в одно пятно, отчего у нее заболели глаза. Барабанный грохот, громкие голоса и отдаленный детский смех звенели у нее в ушах, угрожая повергнуть в панику.

У нее перехватило дыхание. Конечно, Лэйола выступала с речами на городских собраниях в Вересковой лощине, но к ним она готовилась заранее, и никто не ожидал, что она станет спасительницей.

Она подняла глаза на Фэннана, безмолвно умоляя его вывести ее отсюда. Он отрывисто кивнул.

– Лэйола не будет ничего говорить, – крикнул Фэн. – А теперь, пожалуйста, освободите дорогу, пока мы не позвали стражников.

Но ни один эльф не сдвинулся с места. Они толкались, пытаясь подобраться еще ближе. Галдели и спорили. Кто-то толкнул женщину, она вскрикнула, и началась драка. Сначала в потасовке участвовали двое мужчин, а потом целая группа, потому что кто-то врезался в чью-то жену или случайно задел соседа. В ход пошли кулаки. Раздались крики, проклятия и стенания.

Лейф крикнул:

– Уходите! Сейчас же! – Он и его команда по перетягиванию каната присоединились к драке, только усугубив ситуацию.

– Надо добраться до замка! – прорычал Фэннан, обращаясь к Лучику. – Проклятая Тэлон, будь она неладна. Она сделала это нарочно.

В возникшем хаосе эльфы то и дело хватали Лэйолу за волосы. Кто-то даже вырвал несколько прядей и выставил их перед собой, словно ценный трофей. Другие дергали ее за шлейф юбки или гладили по рукам. Гнев, страх и отвращение раздирали ее, пока она пыталась оттолкнуть их от себя.

– Не трогайте меня! – с яростью выкрикнула она. Ей хотелось криком напугать их, как Тиф однажды отпугнула птиц. Один из мужчин схватил ее за руку, рывком притянул ближе и провел языком по запястью. Слезы ярости и негодования обожгли глаза. Лэйола вырвалась и со всей силы ударила его в нос. – Да как ты смеешь!

Фэннан оттолкнул обидчика, и тот упал на стоявших позади эльфов. Но они все равно продолжали наступать, лапать ее и молиться ей.

– Пресветлая, прошу, помоги нам, – воскликнула женщина в желтом одеянии, обхватив ее запястье. Лэйола отшатнулась, стряхивая чужую руку. Другой эльф споткнулся о женщину, и та вскрикнула от боли.

– Где стража? Ситуация вышла из-под контроля! – воскликнул Фэннан. Они с Лучиком пытались оградить ее от напора толпы, но та тянулась к ней, словно прикосновение к Лэйоле могло даровать им благословение. Дерущиеся налетели на них, и Лучик получил удар локтем в челюсть. Он зарычал и пнул ногой в спину того, кто случайно ударил его. По венам Лэйолы заструилась магия, теплая и прохладная одновременно. «Выпусти меня, – казалось, говорила она. – Я освобожу тебя от всего этого…»

Нет, нет, нет, нет. Лэйола затолкала магию поглубже, в недра кромешной тьмы, и надежно заперла в клетке. Если бы она вырвалась из нее здесь, то народ непременно потребовал бы ее смерти.

– Довольно! – прозвучал глубокий голос, преисполненный силой, которой мог похвастать только Верховный Король высших эльфов.