Тэйн не знал, сколько услышала Лэйола, но, судя по ее вопросу, не так уж много. Он сунул руки в карманы и пожал плечами:

– Если шанс есть, то он настолько мизерный, что его даже не стоит брать в расчет. Будь отец жив, уже давно бы объявился.

– Перл и Рейна сказали мне, что он погиб в бою.

– Ничего другого им знать и не нужно.

– Но это неправда?

Тэйн не хотел, чтобы хоть кто-то знал о том, что именно случилось с Тенэйбрисом. Эта информация была опасна. Ей владели только трое: Тэйн, Фэннан, а теперь еще и Весстан, – и это уже больше людей, чем следовало. Да и Фэн знал лишь потому, что присутствовал при этом.

Тэйн прислонился плечом к стене и сложил руки на груди.

– Неважно, как все произошло, главное – его больше нет.

Прочистив горло, Весстан едва заметно кивнул. Старый маг настаивал все ей рассказать, словно это могло как-то облегчить положение.

– Готова идти? Ты получила все, что хотела.

– Ты рад, что его нет… – Лэйола смотрела таким взглядом, что у него защемило внутри. – Почему ты не хочешь рассказать мне о том, как он погиб?

– Я тебе не доверяю.

– И чтобы раскрыть правду, ты должен обязательно мне доверять?

– Да.

Она оторвала от него взгляд и улыбнулась Весстану:

– Спасибо за беседу и вкусный чай.

Лэйола повернулась на пятках и направилась к двери. Тэйн оттолкнулся от стены и кивнул магу:

– Рад был с вами повидаться. Постараюсь в ближайшее время снова проведать вас.

– Ох, не беспокойтесь обо мне, Ваше Величество. У вас и без того достаточно забот. – Он поднял руку, пытаясь привлечь внимание Лэйолы, но она стояла к ним спиной. – Лэйола, знайте: я очень сожалею о случившемся. Ваши отец и мать очень любили вас. Надеюсь, вы знаете об этом.

Она резко обернулась и мазнула по Тэйну таким ледяным взглядом, что у него затряслись поджилки. Внезапно он почувствовал чужеродную силу – такую же, как той ночью, когда она пыталась заколоть его. Поначалу магия ощущалась как легкий ветерок, щекотавший кожу, но потом она заполнила собою все пространство, давила на него, словно кто-то сжимал каждый сантиметр его тела. Как дикое живое существо. Он напрягся. Лэйола не желала использовать магию, даже когда бледные преследовали их, а теперь решила выпустить ее на волю?

– Не смейте говорить о моих родителях. Вы ничего не сделали, чтобы предотвратить их убийство. Не удивлюсь, если вы еще и поспособствовали этому.

Весстан попятился, остро ощутив яд в ее голосе и мощную силу, которая, без сомнения, тяготила и его.

– Я не причинял им вреда. И очень сожалею, что не смог спасти их. Порой я вспоминаю тот день и сокрушаюсь, что не выступил против короля. Ваши родители были хорошими эльфами.

Давление ослабло, но совсем незначительно. Тэйн не понимал, делала ли она это нарочно. Гнев, который он чувствовал благодаря их связи, указывал на это, но раньше она, казалось, опасалась своей магии. Возможно, это тоже было притворством.

Лэйола ткнула пальцем в сторону Весстана:

– А может, вам вообще не стоило произносить заклинание? Какой порядочный маг станет связывать маленьких детей, зная, что существует малейший шанс, что они превратятся в бледных?

– Тогда я не знал о последствиях, – пролепетал он. – Если бы я мог вернуть все назад, то не связал бы вас.

Тэйн шагнул вперед, и она вдруг ощутила умиротворяющее спокойствие. Он уже делал так раньше, прибегая к связывающей их магии.

– Весстан действовал по приказу отца. Он ни в чем не виноват, – мягко произнес Тэйн. Маг всегда поддерживал его и по-доброму относился к нему и ко всем окружающим. Он с самого детства был для него наставником и заботливым отцом, которого Тэйну так хотелось иметь. Поэтому Весстан не заслуживал подобных обвинений.

– Исполнение приказа не оправдывает совершенного злодеяния. У вас был выбор. – Лэйола не стала продолжать спор. Она никак не могла выбросить из головы мысли о совершенных его отцом преступлениях и желала обвинить хоть кого-то, а Тэйн был легкой мишенью. Он понимал ее чувства, но все же надеялся, что однажды она сможет видеть сквозь свою боль и гнев.

Как только дверь за ней захлопнулась, давление покинуло комнату, будто дыхание. Тэйн усмирил магию, которую держал наготове, чтобы защититься от нее. Весстан обучал его этому, хотя мало кто знал, что Тэйн является магом, – только друзья и семья, а также некоторые стражники и слуги, но все они тщательно хранили тайну. Конечно, временами он прибегал к чарам, как правило, когда никто не видел. Ему не хотелось привлекать к себе излишнее внимание, ведь он своими глазами видел, с чем пришлось столкнуться Весстану. Люди беспрестанно умоляли его помочь им, даже когда он не мог сделать это.

Его отец тоже не хотел, чтобы народ узнал. В детстве Тэйн думал, что они держат все в секрете, потому что бледные могли открыть охоту на него, так же как на Лэйолу, но, став подростком, понял, что истинная причина заключалась в другом. Его отец страшно завидовал и не желал, чтобы хоть кто-нибудь знал о том, что его сын обладает магией, в то время как он сам – нет. Тэйн также понял, что Тенэйбрис соединил их жизни не только для того, чтобы всегда держать Лэйолу под рукой, но и в качестве запасного плана. Возможного способа самому овладеть магией, если бы основной план провалился.

Весстан вздрогнул:

– Я говорил это в день ее испытания и скажу вновь. Никогда прежде я не чувствовал силы, как у нее. Есть там что-то темное. Неуправляемое. Ваша магия, несомненно, сопоставима с ее, но появившееся тогда знамение было весьма тревожным.

– Думаете, они были правы? – У Тэйна пересохло в горле, и его голос звучал отрывисто.

– Матэйкис и бледные? – Весстан медленно и неопределенно покачал головой. – Если с ее помощью можно вернуть Черного Мага, то вполне логично, что он оставил своего рода гарантию, способ вернуться. Но почему им нужна именно она, а не вы или я, – загадка.

Тэйн несколько раз сталкивался с Матэйкисом на поле боя, но они никогда не сходились в схватке лицом к лицу. Предводитель бледных, последователь Черного Мага, был коварен и умен. В отличие от остальных приспешников – безмозглых тварей, жаждущих лишь охотиться и убивать, – Матэйкис был стратегом. Он отдавал приказы подобно генералу, и ему беспрекословно подчинялись. Кроме того, даже спустя сотни лет он сохранил часть магической силы.

Однажды, когда враждующие стороны были обессилены бесчисленными убийствами и кровопролитием, Тэйн общался с ним. Тогда Матэйкис заявил, что если Тэйн передаст им Лэйолу, то они оставят Палэйнор в покое и прекратят атаки. Но Тэйн не поверил ему и ни при каких обстоятельствах не собирался отдавать им ее.

– Зачем она вам? – спросил он.

– Она нужна моему хозяину.

– Твой хозяин мертв.

– Его тела больше нет, но сущность по-прежнему существует.

От этих слов по коже Тэйна пробежал озноб.

– Вы никогда не получите Лэйолу.

– Получим. Это лишь вопрос времени.

Тэйн тряхнул головой, прогоняя воспоминания.

– Она сказала, что ее магия притягивает бледных.

Подняв трясущуюся руку, Весстан потянулся к своему посоху, стоявшему в углу. Тот перелетел к нему в ладонь, и маг оперся на него.

– Это тревожит. Вы ни в коем случае не должны позволить им заполучить ее. Вы уже постарались на славу и многим пожертвовали, чтобы ее никто не нашел. И тем не менее, учитывая ее ожесточенность и душевную боль, я думаю, что вам стоит все же отправиться на поиски той колдуньи. Даже не знаю, удастся ли вам выполнить обязательства, наложенные на вас заклятием. Двадцать пятая годовщина уже скоро. А она ненавидит вас!

Тэйн знал это слишком хорошо. Он оторвал взгляд от двери.

– Придется оценить риски. В любом случае потребуется не одна неделя, чтобы добраться туда.

– Нет, если вы убедите портал переправить вас.

Сощурив глаза, Тэйн посмотрел на Весстана и постучал каблуком сапога по полу.

– У вас есть от меня секреты?

– Вы никогда не спрашивали об этом. И прежде у вас не возникало нужды отправляться в Седеракские горы.

– Сможет ли портал переместить нас туда?

Весстан коротко пожал плечами:

– Да, если там есть обратный переход. Безусловно, существует риск, что он выбросит вас, куда ему заблагорассудится, и тогда вам придется возвращаться домой длинной дорогой. Впрочем, я никогда не пробовал.

– Как нам вообще найти эту дракайну? Горы бескрайние.

– А это вам придется выяснить самостоятельно. – Посох мага Весстана звучно постукивал по полу, пока он ковылял к креслу-качалке. Усевшись, он положил гладкую деревянную трость на колени и качнулся. – Мне искренне жаль, что на вас свалилось такое бремя, Тэйн. Лэйола права: я не должен был накладывать то заклинание, пусть даже ваш отец убил бы меня за отказ.

Тэйн вышел на улицу и с облегчением обнаружил, что Лэйола стоит между двумя скакунами и кормит их из ладоней. Сила, которую она совсем недавно источала, иссякла. Вместе с ней исчез и гнев, который она испытывала. Тэйн чувствовал, что она все еще расстроена, но не знал, это он успокоил ее или она сама справилась с эмоциями.

– Мне ожидать появления бледных? – спросил он, приблизившись.

Она скрестила руки на груди.

– С чего бы?

– Ну, после того, что ты устроила внутри.

Лэйола молча закатила глаза и попыталась схватиться за рожок седла. Тэйн улыбнулся, глядя на ее отчаянные потуги. Часть его наслаждалась тем, что ей нужна его помощь, чтобы забраться на коня.

– Поверь, если бы я использовала магию, ты бы узнал. Но я этого не делала.

Он подошел ближе, нагнулся и протянул руки, чтобы она смогла оттолкнуться от них.

– Мне казалось, что ты хочешь раздавить меня.

Лэйола замерла и медленно повернула голову, встретившись с ним взглядом:

– Я. Не. Использовала. Магию. – Она поставила ногу на его ладонь, и Тэйн приподнял ее.

– Но и не прятала. Ты не призывала ее, но и не стремилась загнать в глубь себя.

Лэйола поудобнее устроилась в седле, несколько раз моргнула и только потом ответила:

– Но откуда тебе об этом известно?

Если он собирался добиться ее доверия и симпатии, то должен был раскрыть ей правду о себе. У Лэйолы имелись веские причины держаться настороженно. Тэйн не желал отказываться от мечты о ней и о том, кем они могли бы стать друг для друга. Если какая-то часть ее души благоволила ему, он должен был попытаться – даже если это так же трудно, как найти способ разорвать их связь.

– Потому что я тоже держу силу взаперти.