Во дворе мальчишки играли в снежки. Мужчина в старомодной шапке-петушке откапывал из-под снега машину. Две старушки угнездились на очищенной лавочке у подъезда. Все выглядело бы обычным, даже обыденным, если бы не татуированная змея вокруг почерневшей руки, до сих пор стоявшая у Марка перед глазами.

– Судя по внешнему виду, Черных умер не вчера, – заявил Аркадий Семенович, который вызвался приехать сразу же после звонка Марка и теперь спустился из квартиры во двор. Жадно глотнув свежего воздуха, он пояснил: – Подышу, пока дежурный следак заканчивает осмотр. Хорошо еще дверь в квартиру была плотно закрыта, а то провонял бы весь подъезд.

Марк закурил вторую сигарету и вдохнул дым, пытаясь заглушить запах гнилой плоти, крепко засевший у него в носу.

– Да уж, обогреватель постарался по полной.

– Так и есть, процесс разложения сильно ускорился, – подтвердил капитан. – Тело даже не остыло, только нагрелось. Надеюсь, эксперты установят хотя бы приблизительную дату смерти, о времени уже молчу… – Он засунул руки в карманы и несколько раз перекатился с пятки на носок. – Один замерз, другой почти сварился. Страшно представить, в каком состоянии мы найдем Ерохина…

– И эти трое между собой как-то связаны… – пробормотал Марк. Он никак не мог избавиться от мысли, что где-то они уже засветились, и именно в таком составе. Только где?

– Бизнес, работа, старая дружба. Пока мы ходим по кругу. Слушай, – Аркадий Семенович с надеждой посмотрел на Марка, – можешь как-то деликатно семье Ерохина о его друзьях сообщить?

– Ладно, – нехотя согласился тот. Потом махнул сигаретой в сторону дома:

– Успел Черных допросить?

– Да, еще на той неделе, но толку-то? Про разговор на лестнице сказал, мол, фильм какой-то с Потаповым обсуждали. А о причине ссоры с Ерохиным будто бы не в курсе.

– Что насчет трудоустройства Потапова?

Капитан пожал плечами:

– Якобы Ерохин помогал старому другу. Потапов долго не мог найти работу и, чтобы стаж не прерывался, формально устроился к Ерохину, а сам брал всякую левую подработку. Вообще, Черных скользкий был типчик, на каждый вопрос – готовый ответ. Да, видно, и он кому-то дорогу перешел…

Марк приподнял брови:

– Ты по-прежнему считаешь, что это месть?

– А что еще? – Капитан нахмурился, изучая мыски своих ботинок. – Вон как с ними жестоко расправляются и следы умело заметают – оба трупа пока без точного времени смерти. – Он перевел взгляд на дорогу. – О, вот и труповозка!

Из подъехавшей «Газели» без окон вышли два дюжих санитара, выгрузили носилки и двинулись в подъезд. Старушки уставились на визитеров, потом дружно поднялись с лавочки и засеменили следом.

– Есть новости по Потапову? – спросил Марк, воткнув окурок в полную снега урну.

– Кое-что выяснили: четырнадцатого февраля около восьми вечера ему позвонили с таксофона в Сверчково. Жене он тогда сказал, что поехал на ночную подработку, быстро собрался и ушел.

– Получается, его могли убить в ту же ночь.

– Да, при сильном морозе к утру Потапов был бы уже мертв. К тому же в его крови нашли остатки этанола – это ускорило процесс переохлаждения.

– И с кем же он пил?

– Правильно мыслишь. Возможно, со своим убийцей, – подтвердил капитан. – Сейчас к местным присматриваемся.

– Продавщицу уже опросили? – Марк вспомнил разговорчивую Людмилу.

– Какую еще продавщицу?

– Которая в сверчковском магазине работает. Таксофон висит как раз на углу. Вряд ли им часто пользуются, так что она могла кого-то заметить.

Аркадий Семенович поморщился:

– Честно говоря, пока не успели… Может, ты съездишь, а? Чтобы моих ребят лишний раз не гонять?

– Съезжу, – согласился Марк, и капитан благодарно кивнул. – Кстати, не знаешь, кто опечатал ерохинскую дачу? Родные туда попасть не могут.

Капитан озадаченно поскреб подбородок:

– Может, участковый?

– Уточню. – Марк проводил взглядом укутанного по самые глаза курьера на скрипучем велосипеде и задал мучивший его вопрос: – Аркадий Семенович, что со статьей делать будем? Переписывать в свете новых обстоятельств или?..

Тот сдвинул шапку на затылок и почесал макушку.

– Ну, раз уж зашла речь… В общем, начальство пока что заднюю включило. Понимаю, наобещал тебе, но сам видишь: все очень серьезно. Тут уже не до прессы, тут надо серийного убийцу ловить. Найдем его – найдем и Ерохина, или то, что от него осталось. Ну и со статьей давай-ка повременим.

Марк примерно так и думал. А ведь об этом придется сообщить главреду, для которого любые доводы и здравый смысл не играли никакой роли: мартышке и той проще объяснить таблицу умножения, чем достучаться до Нумеровского. Однако условия сделки уже не отменить.