Вспышка, еще одна. Марк поморгал, пытаясь прогнать темные пятна перед глазами.

– Не отвлекайся! – скомандовал фотограф и по совместительству его лучший друг Даниил Мамаев, чья макушка сейчас торчала над камерой, как стог рыжего сена. – Повернись влево и сложи на груди руки.

Марк вздохнул и вытер рукавом пиджака вспотевший лоб: от осветительных приборов исходил жар похлеще, чем от июльского солнца.

– Пожалуй, я завязываю с фотосессиями.

– Не выйдет, чувак! – хохотнул Мамаев. – Известным писателям положено лицом светить, и желательно на свеженьких фотках. А еще проводить презентации, вести социальные сети…

– Дань, не начинай, – буркнул Марк, направляясь к гримерному столу, где стояла бутылка воды.

– Куда из кадра ушел?

Не отвечая, Марк открыл крышку и сделал несколько больших глотков.

– Ладно, не буду тебя долго мучить, – смилостивился Мамаев. – Давай полчаса аренды добьем и свалим отсюда. – Он покрутил колесико камеры, просматривая отснятые фото. – Что-то у тебя мешки под глазами. Не высыпаешься?

– Да. Складываю в них свои недосмотренные сны.

– Ничего, ретушью поправим!

Марк уселся обратно на высокий стул:

– Что дальше?

Мамаев переставил освещение и снова спрятался за камерой. Защелкал затвор фотоаппарата.

– Так, проведи рукой по волосам. Теперь откинь их назад. Твои читательницы хотят фото погорячее!

Марк закатил глаза.

– Может, еще и рубашку расстегнуть?

– А это идея! Давай, раскрепостись, ты же творческая личность.

– Лучше бы ты и дальше снимал репортажи, – проворчал Марк, неуклюже вскидывая руку на лоб.

Когда-то Мамаев работал фотокором в «Открытом взгляде», но уволившись вскоре после Марка, устроился коммерческим фотографом и теперь снимал рекламу и деловые портреты. Когда издательство предложило Марку провести фотосессию, тот ни минуты не сомневался в выборе кандидатуры: уж лучше Мамаев, чем какой-то неизвестный ему «папарацци».

Закончив наконец съемку, они отправились в ближайший к студии паб. Марк по самые глаза натянул капюшон: первый день весны «радовал» мокрым снегопадом. Возле магазина два карапуза со счастливым видом лепили грязноватого снеговика прямо на тротуаре.

– Следующая фотосессия не раньше, чем через год! – заявил Марк, останавливаясь у зебры на красный сигнал светофора.

– Как раз новую книгу напишешь!

– Дань, и ты туда же? Мне матери хватает: каждую неделю отчитываюсь, почему я до сих пор страдаю фигней вместо того, чтобы писать.

– Колись, что за фигня?

– Новое расследование, – ответил Марк.

– О-о-о, интересненько. – Мамаев потянул его за рукав. – Пошли, машин все равно нет, а я сейчас превращусь в сугроб. – Он стряхнул снег со своей рыжей макушки.

– Давай подождем.

– Между прочим, ученые подсчитали: в ожидании зеленого сигнала люди тратят две недели своей драгоценной жизни! – сообщил Мамаев, нетерпеливо притопывая на месте.

– Те, кто переходит на красный, могут и вовсе ее лишиться, – парировал Марк.

– Зануда!

Дождавшись зеленого человечка, друзья перешли дорогу и неспешно дошли до паба с огромной пивной витриной и розовым слоном на логотипе – отсылкой к знаменитому сорту бельгийского пива. Стряхнув снег с одежды, они спустились на цокольный этаж и уселись за столик с нависавшей над ним люстрой из пивных бутылок.

– Ну, рассказывай! – потребовал Мамаев, как только официантка приняла заказ.

– О чем?

– О новом расследовании, конечно.

– Предупреждаю, там сам черт ногу сломит! – хмыкнул Марк и выложил все единственному человеку, которому полностью доверял.

– Да-а, приятель, здесь без пол-литра точно не разберешься, – протянул тот, радостно принимая из рук официантки свое пиво. – И какие версии?

– Самая очевидная: кто-то хочет поквитаться со старыми друзьями за старые грехи.

– Отличная версия! – Мамаев поднял бокал в знак согласия.

Отпив прохладный горьковатый стаут, Марк кивнул:

– Вот и следак так же считает. Поэтому надумал привлечь меня в качестве прессы – организовать слив, чтобы злодей себя как-то выдал.

– И где читать последние новости?

– В «Открытом взгляде», – буркнул Марк.

Мамаев чуть не подавился пивом и, откашлявшись, уставился на Марка:

– Не понял…

– Следак с чего-то решил, что я до сих пор там работаю, ну и согласовал статью с начальством. Пришлось к Нумеровскому идти.

– Во попал! – присвистнул Мамаев. – То-то я вижу, ты сегодня в миноре. Главред небось как щенок обрадовался шансу заполучить эксклюзив из первых рук, а? Смотри, он тот еще жук, счет тебе за свои услуги предъявит.

Марк криво усмехнулся:

– Уже попытался, авансом.

– Даже не сомневаюсь! – фыркнул Мамаев, запуская пятерню в миску с картофелем фри. – Так а ты что, согласен со следствием?

– Понимаешь, один момент не дает мне покоя. Потапова оставили умирать чуть ли не на дороге с запиской в кармане, то есть убийца словно хотел выставить напоказ свою месть. Отсюда вопрос: почему до сих пор не найден труп Виктора Ерохина?

– Может, и он сейчас в каком-то лесу лежит, снегом засыпанный? Или вообще жив-здоров, просто испугался записки и залег на дно – ждет, когда все закончится.

Марк надкусил перченое крылышко и задумчиво пожевал, прежде чем ответить:

– Родные в это не верят. Говорят, он скорее себя под удар подставит, чем бросит любимые рестораны. Нет, кажется, тут что-то еще… Кстати, четыре года назад Ерохин зачем-то устроил Потапова в свою в фирму кладовщиком, но он там вообще не появлялся.

– Слышал, так делают, если хотят бабки отмыть. – Мамаев, точно фокусник, махнул палочкой картошки: – Раз – и денежки попилили. Хотя вряд ли владелец ресторанов позарился на его зарплату.

– А если Потапову потребовалось официальное трудоустройство? – предположил Марк.

– Так а его дочка, которая тебя наняла, не в курсе? Она же вроде там работает.

– Ульяна устроилась к отцу позже. Да и он не из тех, кто посвящает семью в свои дела.

– Хоть симпатичная? – Мамаев поиграл бровями.

– Кто? – Марк сделал вид, что не понял вопроса.

– Эта Ульяна, кто же еще?

– Да ничего, – не сдержал он улыбку.

– Так-так! – оживился Мамаев. – Чувак, да ты, похоже, на нее запал?

– Она дочь фигуранта дела, – категорично заявил Марк. – К тому же я больше не смешиваю работу и личную жизнь.

– И правильно! – согласился Мамаев, который, как никто, знал почему.

Он проводил глазами девушку в обтягивающих джинсах, прошедшую мимо их стола, и печально вздохнул:

– Я вот тоже все еще один…

– Ты и один? – не поверил Марк. – У тебя же всегда несколько пассий одновременно.

– Все не то! – махнул Мамаев рукой. – Я ищу идеальную женщину, понимаешь? И чтобы ее найти, нужно сходить не меньше чем на сорок свиданий!

– Тоже ученые подсчитали? – хмыкнул Марк и заинтересованно продолжил: – И где ты берешь столько желающих?

– Осваиваю приложение знакомств. Вот, посмотри. – Отправив хрустящую корюшку целиком в рот, Мамаев вытер руки о салфетку, покопался в своем телефоне и протянул его Марку. С экрана на него смотрела рыжая красотка с манящей улыбкой.

– Хороша! – одобрил тот.

– Ага, а на свидание придет крокодил… – разочарованно скривился Мамаев.

– Почему?

– Потому что даже крокодилы умеют пользоваться фотошопом. А мне нужны красивые наследники! И если не мать, то кто передаст красоту моим потомкам? Я могу разве что фамильный мамаевский нос. – И он продемонстрировал свой выдающийся профиль.

Марк от души рассмеялся, чувствуя, как его настроение, упавшее вчера ниже ноля, наконец возвращается в норму.

– Они не знали, что их быстро раскусит настоящий профи!

Внезапно аналогия вернула его к расследованию.

– А что, если убийство Потапова – заказное? – посерьезнев, проговорил Марк.

– И кому понадобился пьющий кладовщик? – отозвался Мамаев, моментально переключившись.

– Например, Ерохину.

– Ха, интересный заход! Значит, рано или поздно он точно вернется. Только зачем ему это? Неужто из-за потаповских прогулов киллера нанял?

Марк озадаченно потер подбородок.

– Да, тут многое не сходится – и записка, и его исчезновение… Какое-то время назад они вообще поссорились – может, из-за работы, а может, и нет. Их общий приятель Дмитрий Черных вроде как в курсе. Надеюсь, следователь уже взял его в оборот. – Он одним глотком допил пиво и повертел пустой стакан в руке. Пена расползалась по прозрачным стенкам, точно налипший снег. – Вообще, этот Черных – темная лошадка: со всеми дружит, всех умасливает, про всех все знает. Буду копать в его сторону.

– Ты копай-копай, – кивнул Мамаев, сделав добрый глоток лагера. – Главное, найди в своем плотном графике окошко для нашего батла, а? Недельки через две.

Собираться на пиво и нарды было их неизменной традицией, и Марк старался ее не нарушать. Он выудил из кармана игральный кубик, подкинул на ладони и пустил по шершавой деревянной поверхности стола, выбив пятерку.

– Заметано!

Мамаев довольно улыбнулся:

– Тогда давай еще по пивку!