Дагвид сидел один в темноте под ареной. Его доспехи были идеально подогнаны к телу. Кожаные ремни застегивались достаточно туго, чтобы доспехи не соскользнули в решающий момент, но не настолько, чтобы сковать движения.

Он уже осмотрел все специально сделанные прорези, открывающие доступ к татуировкам. Теперь пришло время убивать.

Комната затряслась. Звуки, доносившиеся сверху, стекались в это темное пространство, отдаваясь эхом, пока не стали похожи на грохот шагов бога. Дагвид потер ладони и попытался выровнять дыхание. Не стоило изнурять себя до того, как все начнется. Большинство потенциальных чемпионов терпели поражение не потому, что не умели владеть мечом, а из-за усталости. По мере продолжения поединков их маневры становились неосторожными, а движения вялыми. Погибнуть на арене очень легко – даже если ты отличный боец.

Дагвид сидел совершенно неподвижно, не тратя сил понапрасну, пока по коридору не разнесся одинокий голос, окликнувший его по имени.

Он встал. Быстро размял шею и двинулся вперед. Огромные двери протестующе заскрипели, распахиваясь. Двое охранников отступили в стороны. Дагвид широкими шагами вышел навстречу огням, шуму и хаосу; песок под ногами хрустел при каждом шаге.

Сначала он увидел Чаровника, восседавшего словно король. Все его ближайшие соратники тоже были там, а от них во все стороны простиралось море лиц. Больше людей, чем Дагвид когда-нибудь видел в своей жизни.

Он почувствовал некоторое облегчение, заметив женщину рядом с Чаровником. Агата Марчмент была одета в платье. Ни доспехов, ни дуэльного костюма. По крайней мере, с ней ему не придется встретиться в бою.

Впрочем, большинство других гладиаторов выглядели готовыми. Дагвид знал, что Чаровник демонстрирует свой богатый арсенал возможностей. Они долго гадали, с кем ему предстоит сражаться. Наконец-то пришло время это выяснить.

Дагвид обратил внимание на ландшафт арены. Каждая схватка разворачивалась немного по-другому. Вероятно, это поле битвы денно и нощно создавали при помощи магии. Гладиаторам Чаровника было позволено прийти пораньше, чтобы оценить каждую деталь, в то время как Дагвиду разрешили увидеть все это лишь за несколько минут до начала первого боя. Небольшое преимущество для его противников.

В центре арены располагался обычный круг из песка – такой же, как и везде. Однако возле него были и другие элементы. Склон вел к рядам высоких стенок с резкими поворотами – своего рода лабиринту. Дорожки соединялись с участком, утыканным опасно острыми шипами. По меньшей мере двадцать штук торчали из земли, как полузасыпанные драконьи зубы. Вдобавок в дальнем левом углу Дагвид увидел площадку, сложенную в виде пазла. Каменные блоки, которые, вероятно, будут двигаться, если бойцы переместятся туда.

Запомнив препятствия и расстояние между ними, Дагвид прошел в самое сердце арены. Он выкрикнул слова, которые ему было приказано произнести.

– Вот моя жизнь здесь, перед вами. Приходите и заберите ее, если сможете.

Толпа взревела, земля затряслась, и Дагвид почувствовал в воздухе запах смерти, густой, как дым.

Чаровник поднял руку. Никто другой не смог бы так быстро утихомирить бурю. Все голоса стихли.

– Пять раундов. После каждого раунда, который ты пройдешь, у тебя будет ровно пять минут, чтобы отдохнуть и восстановить силы. Потом начнется следующий. Не разрешается делать никаких других передышек. Не разрешается иметь помощника. Не разрешается принимать ничего от зрителей и использовать любую магию, кроме своей собственной. Нарушение этих правил карается смертью. Тебе ясно?

Дагвид расправил плечи:

– Ясно.

– Твоя просьба о «перчатке» принята. Вызывайте первого!

Арена наполнилась ритмичным грохотом. Зрители колотили руками по сиденьям, камням или собственным телам. Взметнулась огромная волна дикого шума. Дагвид подпитывался этой энергией, позволяя ярости накапливаться в нем.

Он принял боевую стойку. Прежде чем появился первый претендент, Дагвид увидел в толпе Кэт. Чаровник оказал ей честь, усадив в том же ряду, где сидел сам.

Их взгляды встретились. Готовясь постучать в дверь смерти, Дагвид наконец понял, что в самом деле любит ее. Любовь была подлинной, и ему не требовались ни отец, ни мать, ни Уэйр, чтобы это понять. Он только жалел, что не сказал о своих чувствах раньше. Теперь Дагвид мог лишь молча смотреть на Кэт. Она кивнула, как будто услышала его мысли, и этого было достаточно.

Ворота открылись. Дагвид позволил всему остальному ускользнуть. Лица толпы не имели значения. Не было прошлого. Не было будущего. Только настоящее.

Пыль взметнулась над входом, когда из него вышел человек в толстых стальных доспехах. За исключением прорезей для глаз и рта, он был полностью закован в сияющую броню.

Простая тактика. Крепкие доспехи предназначались для того, чтобы втянуть Дагвида в долгую схватку. Чаровник выбрал этого бойца, понимая, что ему предстоит умереть очень медленной смертью.

– Я – Предвестник! – вызывающе прокричал мужчина. – Страшитесь Предвестника!

Толпа зарычала в ответ.

Дагвиду стало его жаль. Боец выкрикивал свое имя, чтобы зрители узнали, кто он такой. И какой в этом смысл, если он погибнет через несколько секунд?

Мужчина остановился у противоположного края внутреннего круга. Оба напряглись, ожидая сигнала Чаровника. В этой тягучей тишине Дагвид потянулся к татуировке на запястье.

Меч. Вероятно, самое непредсказуемое его заклинание, потому что никто не ждал от него непредсказуемости. Меч – он и есть меч. Только вот это было не так. Дагвид слегка изменил заклятие.

Он впился ногтем в кожу запястья. Достаточно, чтобы пустить кровь. Когда он убрал палец, магия высвободилась. Дагвид ощутил едва заметное движение, скрытое в простых чарах. В воздухе рядом с ним вспыхнул свет – яркий и режущий глаза. Тем временем рука Дагвида нащупывала рукоять меча.

Толпа бесновалась.

Владыка Равинии встал и дал сигнал.

Бой начался.

Дагвид рванулся вперед. Без колебаний. Предвестник занял оборонительную позицию. Он не владел техникой боя так же хорошо, как паладин. Дагвид понял это по его походке. Просто человек, заключенный в большой металлический костюм. У него был небольшой круглый щит и жалкий на вид короткий меч.

Дагвид ускорил шаги. Их столкновение стало неизбежным. Дагвид наклонил корпус вправо и повернулся плечом вперед. Его левый бок остался незащищенным, но это позволило ему схватить меч обеими руками и провести мощную атаку. Такой удар мог бы свалить дерево.

Предвестник вскинул щит и уперся пятками в землю, готовясь услышать звон металла о металл. Но в клинке была магия. Меч Дагвида с шелестом прошел сквозь щит. И не отскочил от кирасы толщиной в большой палец. Меч выискивал то, что магия Дагвида приказала ему искать – живую плоть. Когда клинок нашел ее, Дагвид ощутил некоторое сопротивление, но удар был слишком силен. Лезвие вышло с другой стороны тела, волоча за собой дугу жутких алых брызг. Толпа смотрела на них в замешательстве. На доспехах не осталось никаких следов – никаких признаков того, что меч Дагвида прошел сквозь броню.

Меж тем бой был окончен. Это стало ясно, когда мужчина опустился на колени, а потом завалился набок. Кровь хлынула из всех отверстий в его доспехах. Когда служители вскрыли броню, чтобы спустить Предвестника вниз, стало видно, что его тело рассечено надвое.

Дагвид быстро убрал зачарованный клинок. Ему требовался полный покой, чтобы татуировка как следует восстановилась.

На трибунах раздался рев зрителей: они поняли, что Дагвид победил – и осознали, что смерть наступила гораздо быстрее, чем они могли себе представить. По ряду, где сидел Чаровник, пробежали шепотки. Дагвид не мог разобрать слов, но знал, о чем они говорят.

Что это сейчас такое было?! Как его клинок прошел сквозь металл?

Дагвид мысленно усмехнулся и снова сел на песок, желая сохранить силы.

Эта магия была трюком, которому он научился еще в детстве. Метаморфоза. Нечто подобное он сделал, создав нравственный меч для Рен Монро. Дагвид мог подчинить клинок определенным законам и логике. Если он просил, меч игнорировал металл, разыскивая плоть и кости.

Дагвид знал, что не сможет использовать этот прием повторно. Остальные претенденты предупреждены – и будут готовы. Но и одного раза вполне достаточно. Дагвид не тратил силы. Ни одна из его татуировок не сгорела.

Первый противник готов. Осталось еще четверо.

Ожидание внезапно стало раздражающим. Дагвиду никогда не давалась медитация, но он сидел, закрыв глаза и скрестив ноги, когда толпа начала скандировать его имя. Позже ему предстояло понять, что пять минут – это очень и очень мало. Лучше наслаждаться ими, пока есть возможность.

Зрители заволновались, когда Чаровник поднялся на ноги. Военачальник готовился подать сигнал для следующего боя. Неужели пять минут уже прошли?

Дагвид опустил взгляд, посмотрев на татуировку на запястье. Она еще не полностью регенерировалась. Пять минут не прошли.

– Вызовите второго!

Дагвид встал, то и дело поглядывая на татуировку. Она почти восстановилась. Еще тридцать секунд, и он снова сможет призвать меч.

Из противоположного входа показалась женщина. Дагвид опознал ее благодаря заметкам Невелин. Женщину называли Равинианкой. Обычная чемпионка, которая годами поднималась по карьерной лестнице. Ее оружием были боксерские перчатки со стальными накладками на костяшках пальцев и железными шипами на запястьях. Дагвид пытался вспомнить, что говорилось в их записях о ее стиле боя, когда над толпой разнесся голос Чаровника.

– Начинайте!

Дагвид снова посмотрел на татуировку и увидел последние линии цвета, заполняющие ее края. Требовалось еще десять секунд.

Равинианка была слишком умна. Она увидела, что Дагвид не вызвал меч. Ее глаза сузились, и в одно мгновение она оказалась рядом. Дагвид едва успел увернуться. Шипы на перчатках скрежетнули по его броне.

Второй удар едва не пришелся ему в челюсть. Дагвид никогда в жизни не отскакивал так быстро. Равинианка тут же наказала его за отступление. Еще два пробных тычка, а потом она неожиданно и сильно ударила по ногам – так, что у него чуть не подогнулось правое колено.

Он упал и заблокировал второй удар руками, но эта защита отвлекла Дагвида, и Равинианка успела проскочить ему за спину. Он оказался в ее объятиях. Крепкое предплечье легло на грудь – от правого плеча к левой подмышке. Женщина сжала Дагвида так сильно, что его рука оказалась в ловушке, беспомощно болтаясь.

Каждая попытка освободиться только усугубляла ситуацию. Равинианка обхватила его ногу своей и дернула, не оставив Дагвиду иного выбора, кроме как упасть на песок. Давление было слишком болезненным. Они дважды перекатились, но ничто не могло ослабить ее хватку. Слишком поздно Дагвид вспомнил, что Невелин писала об этой женщине. Опасна в ближнем бою. Нужно держать ее на расстоянии. Невероятно сильная верхняя часть тела. В прошлом была борцом.

От представлений Невелин об опасности было гораздо проще отмахнуться, когда противница не пыталась удушить его до смерти. Равинианка изо всех сил давила ему на шею под подбородком, а Дагвид не мог высвободиться даже настолько, чтобы вцепиться зубами в обнаженную кожу ее предплечья.

Он попытался сделать еще один кувырок. Не помогло. Легкие выли от нехватки кислорода. Даже шум толпы утих. Барабанный бой в ушах был слишком громким. Дагвид перепробовал все – ударить ее локтем в правое бедро. Вывернуться из захвата. Но женщине удалось скрутить его руки так, что единственной татуировкой, до которой он мог дотянуться, было нулевое заклинание.

Не паникуй. На каждый вопрос есть ответ. Любому удару можно что-то противопоставить.

Голос отца эхом отдавался в его голове. Уже давно Дагвид не слышал его так отчетливо.

Он вдохнул и рассмеялся про себя. Теперь он знал, что делать.

Дагвид снова перекатился, но на сей раз совместил перекат со вторым движением, позволившим ему провести правой ладонью по левому бицепсу. Там были парящие птицы – его совершенно никчемное заклинание полета.

Заклятие активировалось от прикосновения. Из плеч Дагвида вырвались огромные крылья. Равинианка не впала в панику. Она продолжала держать его. Дагвид знал, что, если противница ослабит хватку, он начнет взлетать в воздух. И он продолжал бороться, рассчитывая на свой единственный шанс. Другого не будет.

Он резко разогнул ноги, пытаясь разрушить ее контроль над нижней частью его тела. Это был короткий судорожный момент борьбы, которого как раз хватило, чтобы он сумел встать обеими ногами на песок. Опираясь на них, Дагвид оттолкнулся изо всех сил. Магия татуировки ответила ему. Они взлетели вместе.

Это было резкое молниеносное движение. Такого Равинианка не ожидала. Инстинкт заставил ее покрепче ухватиться за Дагвида, но они оба оказались беспомощны, поскольку неслись по воздуху с неконтролируемой скоростью, не замечая, что находится позади.

Сильный удар освободил Дагвида. Они во что-то врезались. Со всей дури. Дагвид почувствовал, как нож пронзил доспехи на пояснице, едва не задев позвоночник. Он издал сдавленный крик, когда державшие его руки разжались. Дагвид упал на песок.

Половина толпы взревела от восторга. Другая – засвистела. Их любимая чемпионка – Равинианка – упала животом прямо на поджидавший ее шип.

Дагвид дотянулся до своей раны. На пальцах осталась кровь, но он понял, что порез неглубокий. Мысленным усилием он отключил магию полета. Толпа орала, требуя прикончить противницу, но, взглянув на нее, Дагвид увидел, что она уже мертва.

Он подошел к Равинианке, встал в ее тени и сказал, понизив голос до шепота:

– Мне жаль. Ты хорошо сражалась.

Несколько мгновений спустя на арену поспешно вышли служители.

Натужно дыша, Дагвид вернулся на прежнее место и снова сел. На сей раз он не сожалел о потраченных впустую секундах, а поднес песочные часы к губам и жадно выпил каждую из них. Никогда еще время не казалось ему таким драгоценным.

– Выпускайте третьего!

Чаровник улыбался, глядя на него сверху вниз.

Дагвид встал в стойку. Ворота открылись. Мужчина, которого Дагвид никогда раньше не видел, вышел широкими шагами. Он был без рубашки. Незнакомец – но Дагвид не мог не узнать рисунки, украшавшие его тело.

Татуировки были повсюду. Чаровник каким-то образом нашел другого носителя образов. Но настоящий шок он испытал, когда мужчина подошел к краю внутреннего круга. Достаточно близко, чтобы Дагвид смог наконец разглядеть детали. Это были не просто татуировки.

Его взгляд метнулся туда, где сидела Кэт. Она походила на привидение. Кэт поднесла руку к губам, чтобы скрыть судорожный вздох.

Все рисунки принадлежали ей. Каждая татуировка на теле незнакомца была выполнена в ее стиле.

Дагвид вспомнил, как Кэт рассказывала о другом мужчине. О ком-то, с кем она была до него и кто больше не имел для нее значения. Кэт не удосужилась упомянуть, что тот человек тоже был носителем образов.

Очевидно, этот секрет удалось раскрыть только Чаровнику. Да уж, он умел нервировать. Его прием удался – Дагвид никак не мог успокоить бешено бьющееся сердце. Он тяжело дышал, словно он все утро бегал по неровным улицам Равинии.

Он снова принял боевую стойку, но по-прежнему рассматривал татуировки, не в силах отвести взгляд. Дагвид размышлял, какая история скрывается за каждой из них. Долго ли этот мужчина и Кэт были вместе? Любила ли она его так же сильно, как, по ее словам, любила Дагвида?..

Чаровник подал сигнал.

Бой начался.