В медсанбате в Каланче об этой истории рассказывали новичкам. При этом то скабрезно и завистливо хихикая в кулак, то с философской задумчивостью, вот как она, жизнь, кувыркнуться может…

В конце 2024 года даже в кулуарах Государственной Думы обсуждали возможность признания законным двоеженства. Мол, в стране дефицит мужчин, падение рождаемости…

– Да они там реальной жизни не знают! – так санинструктор казачьего батальона с авиационным позывным Чкалов, служивший второй контракт, лежа со сломанной ногой в гипсе, митинговал в палате раненых.

– Значит, так… Осенью 22-го по мобилизации ушел на фронт молодой боец. Все как в сказке Аркадия Гайдара «Алька»: принесли отцу повестку, обнял он маму и склонился над посапывающим в кроватке трехлетним сынишкой… Но если в конце рассказа советского классика вернувшийся домой отец был один и с радостью подбросил сынишку над головой… То СВО продиктовало свой сценарий. Счастливый? Как посмотреть…»

Надо пояснить тыловому читателю, что даже японские летчики-камикадзе и беспощадные асы Геринга не получали такого преимущества в небе, как операторы ударных дронов врага в небе СВО. Пилоты Второй мировой хоть рисковали жизнью, а эти… Практическая безнаказанность операторов порождает наглость и жестокость. Мирный дом, где пытаются согреться у печурки женщины с детишками? Где ни одного военного и рядом нет. А все равно – на дымок пикирует дрон-авиабомба! А кто уцелеет, обречен скитаться без крыши над головой и от чаяний о будущем.

Так к медико-санитарному батальону казачьей добровольческой бригады и пришла молодая женщина, у которой взрывом разметало дом и родных. Легкая контузия у нее прошла, а потом куда ей было идти? К кому? В итоге осталась она работать вольнонаемной санитаркой при госпитале…

А вскоре в палату внесли трехсотого. «Контузия и отсекло осколками пальцы правой руки, продырявило ногу, – комментировал ранение Чкалов. – Жена из дома приехать не смогла. Мол, хлопоты с сынишкой, со стариками-родителями, с работой. Ну, позвонил ей. Жив, и слава богу! Скоро комиссуют по ранению и инвалидности, полученной на фронте, – еще лучше. С деньгами домой вернется. Да и кому как не жене теперь калека нужен. Пусть и с медалью. Все хорошо. Все верно, как и то, что жены мобилизованных и добровольцев все как одна „верные Пенелопы‟ – ой, далеко не так это. Но это там… в глубоком тылу.

А на фронте, где смерть может настичь каждого в любую минуту, человеческие отношения молниеносны. Жизнь там „пьют‟, как воду иссохший от жажды путник, жадно, не боясь облиться. Ведь и в госпиталь может прилететь ракета.

Процедура прохождения военно-врачебной комиссии, признающей изувеченного бойца инвалидом СВО, – это хлопоты не на один месяц. Его еще вылечить надо. В общем, когда „мобик‟ был наконец уволен из рядов армии вчистую, его госпитальная подруга ждала его в коридоре, будучи явно беременной. Единственное, в чем могло помочь армейское начальство, – восстановили ей сгоревший в доме паспорт гражданки РФ. Чтобы могли будущие родители купить билеты на поезд в город, откуда призывался боец. А будущая мать поехала с ним. Ибо больше ехать ей было некуда и не к кому.

В вагоне попутчики участливо заботились о паре – боец с искалеченной кистью правой руки на перевязи и с медалью „За отвагу‟ на груди камуфляжки… И его беременная женщина рядом. Соседи по купе ободряли, говорили, что все самое страшное позади и что у них впереди счастливая и мирная жизнь! Несколько смущало поведение супругов – муж сидел с лицом человека, замершего перед прыжком в море со скалы. А мимика жены выражала чувства абитуриента на сдаче вступительного экзамена по математике. Впереди их ждал самый строгий экзамен. Встреча с семьей героя.

На перроне их встречали самые родные: разрумяненная жена, растроганные родители и подпрыгивающий от нетерпения мальчуган, жаждущий увидеть папу-героя!

Ни один кинорежиссер в мире не способен был бы расписать роли в сюжете, который случился на перроне вокзала. На бойца, спрыгнувшего с подножки вагона, первым налетел ликующий сынишка. К раненой руке прильнула мать… Наконец, на шее повисла сияющая законная супруга. Окружающие восхищались, аплодируя встрече бойца с фронта. После минутного всеобщего радостного возбуждения все обернулись в сторону женщины, которая стояла, придерживая рюкзак военного, с сумкой у ног. Платье прикрывало овал живота с серьезным сроком беременности. Поддаваясь всеобщему настроению, она тоже улыбалась. Счастливо. И искренне.

Расстрельным залпом прозвучал в голове воина вопрос супруги: „А это кто‟?!»

– И как он это все им объяснил? – перебил рассказчика сосед по палате, у которого была загипсована рука.

– Честно скажу, подробностей их диалога я не знаю, – открестился санинструктор. – Но знаю, что произошло потом.

– Что же? – раненые в палате даже про боли забыли. Так было интересно.

– За ранение боец страховку-то получил. Отстроили большой дом, на два входа. В одной половине довоенная жена живет, с сынишкой. В другой – фронтовая, с новорожденной дочуркой. А он, как на дежурстве, то у одной жены, то у другой ночует.

Завистливый мужской гогот перекрыл его рассказ.

– И как это у них такая «шведская» семья не распалась? – любопытствовал ветеран трех распавшихся браков с позывным Вымпел.

– А чего ей распадаться? – философски проговорил Чкалов. – Бабы подружились даже. Одни плюсы – мужик налево не ходит, максимум за стенкой пыхтит. Одна другой по хозяйству помогает, с детишками нянчатся. Пока с одной в театр там сходил, за покупками съездили… вторая с ребятней сидит. И позже меняются. Сынишка в школу пошел – кучу пари выиграл, доказывая, что у него две мамы. Они, как-то не сговариваясь, случайно обе на родительское собрание заявились – у училки чуть шок не случился. Зато пилят его, бедняги, как пилой двуручной, в две пилы. Так, что он беспалый в военкомат снова пошел. В кабинете военкома плакался, мол, совсем бабы меня достали! Отправляй опять на фронт!

– И что, из-за ранения отказали? – понятливо закивали фронтовики.

– Нет! – аж подскочил на койке Чкалов. – Военком его выгнал! Кричал: «Пошел вон! Тебя на фронт отправишь – ты оттуда третью жену привезешь!»

Сюжет, достойный внимания кинорежиссера, – то ли мелодрама, то ли комедия… Но в целом власть и население по-разному относятся к добровольцам, вернувшимся с СВО. Но бывает и такое…