– Здесь стоянка платная, – сказал грузный мужик в утепленной кепке и не по погоде расстегнутой кожаной куртке.

– Я на вызов еду, клиента забрать, – ответил усатый водитель через окно красной «Калины».

– Объедешь.

– Да за что платить-то?

– Ко мне-то какие претензии? Я тут просто работаю, – мужик невозмутимо отправил бычок трассером в темноту, развернулся и пошел к своему автомобилю.

Таксист в «Калине» тихо выругался себе под нос, закрыл окно и вывернул руль влево, обратно на Октябрьский проспект. Придется сделать круг, подъехать с другой стороны и звонить клиенту, чтобы тот сумел отыскать свою таксишку.

В начале десятых годов автоматизированные службы с заказом такси через приложение еще не особо развились, и многие по старинке заглядывали в окошко к бомбиле с вопросом: «Сколько до „Орбиты“»? Но для этого надо было где-то пересечься с этим бомбилой. Особенно это актуально, когда ты навеселе выходишь из ночного клуба в два часа ночи. Тут вариантов, по большому счету, три. Выйти и голосовать на дороге, позвонить в службу такси или подойти к мужикам, которые уже скучают в ожидании тебя.

Возле клуба Cosmos была организована стоянка для такси. Никакого сервиса водителям здесь не предоставляли. Главное, что было на этом пятачке, вымощенном фигурной плиткой, – поток клиентов. Днем это были посетители соседнего торгового центра и рынка, а ночью – гости увеселительного заведения, желавшие с минимальными приключениями добраться до дома. Что и нужно таксистам-фрилансерам, наматывающим круги по городу в поисках румяного, распаренного от водки и щей пассажира. Хочешь возить людей из «Космоса» – занеси копеечку. Гио работал администратором стоянки и дважды в день приезжал снимать кассу, когда работники менялись по смене. Платили немного, но все же это была хорошая поддержка для парня, который уже решил, что все силы и время он направит на занятие музыкой.

Источники заработка тоже стали смещаться в сторону уменьшения трудозатрат и увеличения свободного времени. То он в прокате музыкального оборудования у Константина Ерогодского подработает, то устроится помощником к бизнесмену Вячеславу Бочкину, который делал попытки захода в местный шоу-бизнес, то организует какой-нибудь концерт. Первый опыт в роли промоутера, когда он привозил в Сыктывкар команду «Восточный Округ» из Екатеринбурга, прошел очень удачно. Люди пришли, зал заполнили, и касса со входа покрыла все расходы по логистике артистов и гостеприимству на местности. Но главной целью тут были точно не деньги. Карьеру в роли концертного промоутера Гио для себя никогда не представлял. Все эти трудозатратные движения совершались только ради одного – продвижения собственного творчества. Даже если бы привоз именитых артистов обходился ему в минус, то, скорее всего, это не стало бы критическим аргументом при принятии решений.

– Здорово, братуха, как дела? – Гио обратился к мужику, который недавно отвадил залетного таксиста со стоянки. Он уселся в свою тачку и уже успел заскучать, когда к машине подошел Гио.

– О, Гия, привет! Да нормально все, – удивительно, как он помещался в свой старый сто девяностый Мерс.

– Все ровно?

– Да, подъезжал тут один, но спорить не стал. А че тут поспоришь? Или плати, или нарезай круги, – мужик передал через окно небольшую стопку денежных купюр. Гио быстро пролистал банкноты пальцами и убрал деньги в карман пуховика.

– Ты остаешься дома, – строго говорит Гио, обращаясь к Кесе. Шустрый хвостик давно понял, что хозяин собирается уходить, и назойливо мельтешил в коридоре возле выхода. Мы обуваемся, теснясь в небольшой прихожей, а песик только добавляет суеты происходящему. Гио отправил маму с утра к торжественной части свадьбы, а сам хочет приехать уже непосредственно в ресторан. Посидеть пару часиков и назад. Завтра утром ему лететь в Тель-Авив на гастроли.

Тайга – это великая сила, которую нужно уважать. Она не прощает легкомысленного подхода. Остановившись на лесной дороге, даже можно заметить, что лес дышит, смотрит, ждет. Буквально несколько метров вглубь, и назад уже не выйдешь. Не удивительно, что у местных народов тайга окутана легендами и преданиями о могучих духах, обитающих в чаще и способных до смерти заблудить неподготовленного путника.

– Дальше на север, там, где земля превращается в лед, стоят семь богатырей, замерзших в камне. И зовется это место плато Маньпупунер, – Гио рассказывает древнюю коми-легенду, снижая темп повествования. Подъездное эхо добавляет его голосу глубины и утробности. Мы проходим по коридору и останавливаемся возле двух лифтов. Артур по привычке нажимает обе кнопки вызова. – И будет судный день на земле, и ад восстанет, и будет уничтожать землю. И богатыри воспрянут, и будут биться за человечество, за всю землю и за весь Север. И не дадут преисподней поглотить наш мир. А до той поры они, как скалы, стоят на плато Маньпупунер и охраняют землю Коми.

Речь идет о природном памятнике, уникальных каменных столбах, которые находятся на Северном Урале в Печоро-Илычском заповеднике. Чтобы увидеть эту локацию, внесенную в список семи чудес России, нужно проделать серьезный путь. Электрички туда не ходят, такси тоже не вызвать. Для туристов организуют многодневные туры на Маньпупунер из Сыктывкара, Екатеринбурга и не только. Обеспеченные граждане могут слетать туда на вертолете, не тратя на дорогу несколько дней и тысячи килокалорий энергии. С деньгами оно всегда проще.

На первом выступлении в Екатеринбурге Гио познакомился с группой «Восточный округ». Это важная для екатеринбургской хип-хоп-сцены команда, состоящая из двух участников, – Ямыча и Жамана. Парни были уже знакомы по интернету, но теперь могли развиртуализироваться и нормально, по-человечески забрататься. Они договорились до того, что Гио с друзьями организует для «Восточного округа» концерт в Сыктывкаре, а Леша Маэстро и он сам выступят там в качестве специальных гостей – это популярный способ расширения круга слушателей. Ты выходишь на сцену перед большой целевой аудиторией, и у тебя есть возможность впечатлить их, чтобы они запомнили имя и, может даже подписались на твою группу в соцсетях, а в следующий раз купили билет уже на твой концерт.

Александр (Жаман) Жуйков, группа «Восточный Округ»:

Мы доехали на поезде от Екатеринбурга до Кирова, там нас встретили и повезли в сторону Сыктывкара. И я помню, что Гио нас встречал на повороте с трассы на деревню Ыб. Он был на сером Mitsubishi Lancer 9. Гио попросил машину своего друга специально, чтобы нас возить. Мы тогда уже были вроде как артистами, а он выступал в роли принимающей стороны. Нас разместили в Ыбе, в доме его хорошего товарища. Эта деревня находилась на возвышенности среди тайги и северной романтики. В первый день была баня, шашлык, горячительные напитки, и тогда я хорошо почувствовал его умение захватывать внимание аудитории. Бывает человек, который хорошо трудится, у него семья и все такое, но внутри он пустой как сосуд, а Гио – наполненный человек. И сразу не раскусишь, какой он. Как будто он много что знает, у него богатый жизненный опыт, твердая позиция, он понимает, куда идет. Тогда я осознал, что это как минимум крутой мужик. Сильная личность. О том, что он станет большим артистом, мы даже не думали. Мы все жили здесь и сейчас.

Эти гастроли «Восточного Округа» состояли из двух выступлений, в Ухте и в Сыктывкаре, причем первым городом была Ухта. Логика тут простая. Суббота – самый жирный день для проведения концертов с максимальными соборами. Было очевидно, что концерт в Сыктывкаре обещал больше зрителей, чем в Ухте, поэтому тусу в ухтинском клубе «Неон» поставили на пятницу. Не в воскресенье же выступать после сыктывкарской After Party. А без тусы никуда. Не стоит забывать, что Гио – осетин, выросший в Грузии и впитавший грузинские традиции, а гостеприимство и щедрость обеих этих наций широко известны и многократно воспеты в народном фольклоре, литературе и в кино. Поэтому на следующий день после жаркой баньки в Ыбе с шашлыком и прочими проявлениями кавказского радушия парни сели в две машины и поехали в Ухту за четыреста километров по холодной зимней дороге. Не стоит обманываться тем, что на дворе стояла середина апреля. В этих краях зима цепкая. Она долго держится, запустив свои пальцы в землю.

– У меня был друг, который долго жил в Ухте и имел там много знакомых, – рассказывает Гио. Мы идем вдоль его дома по проспекту Чавчавадзе и поворачиваем направо в переулок. Дорога заметно кренится в горку, и вот уже видна Toyota Corolla Артура. Белый универсал с правым рулем. – Он помог найти клуб и забить выступление. Но ничего знаменательного там не случилось. Пришло, может, под сотню человек. Другое дело – Сыктывкар. Там народу было прилично.

Выезд в Ухту прошел без ночевки. Утром туда, отыграть концерт и сразу назад. Пять часов в одну сторону. После выступления двигаться ночью за рулем несколько часов через пургу – удовольствие ниже среднего, но условия игры устанавливаются не нами. Парни принимали все несовершенства этого мира и старались создать что-то на этой промороженной почве среди суровых таежных лесов и таких же суровых людей с хроническим дефицитом витамина D и серотонина.

Александр (Жаман) Жуйков, группа «Восточный Округ»:

Дорога была очень тяжелая, с метелью и пургой. Я помню, что тогда не пил, потому что я всегда стараюсь контролировать ситуацию и беру с собой права на концерты. Однажды мне пришлось ехать за рулем триста километров по зимней дороге, пока организаторы пьяные спали на заднем сидении. Но в этот раз все прошло нормально, и мы доехали без эксцессов.

– В Сыктывкаре мы поставили концерт в клубе Money Funny, – вспоминает Гио, закуривая в окно. Он сидит на переднем левом сидении, и от этого иногда кажется, что он управляет автомобилем. – По народу был очень хороший сбор, мы неплохо заработали, но и потратились нормально. Все-таки старались встретить парней на уровне.

Юрий Торопов, группа «КуклаЧОВ»:

Гио частенько заглядывал до меня, когда нужно было сделать афишу-приглашение к мероприятию или ковер к песне или к альбому. В смысле обложку. Я тогда много проводил времени в графической программе Photoshop, создавая арты как для себя, так и для других и зарабатывая на мелких заказах. У Гио есть эстетический вкус и свое видение, благодаря чему совместная работа шла быстрее: «Эта деталь не нужна, тут подкорректируем, здесь это добавим, тут замажем, сюда приклеим». И все в таком духе. Вот смотрю я на старые афиши и на те, которые сейчас. Небо и земля. Нет в них того злого духа леса!

С онлайн-продажей билетов не морочились. Купить их можно было только в музыкальном магазине Константина Ерогодского, на входе в клуб и еще в магазине Urban, где продавались всякий прикольный шмот, скейты, краски и прочие атрибуты хип-хоп-культуры. Отпечатали несколько десятков афиш формата А2 и расклеили в ключевых местах города. Размещать рекламу старались в таких локациях, где сыктывкарским коммунальщикам будет лень их отдирать. А если где-то пару штук и срывали, Гио оперативно обновлял рекламную площадь. Он специально оставлял себе несколько афиш для таких целей. Другой метод рекламы был совсем уж дерзким. Парни изготовили большой трафарет: «Восточный округ», дата, место и телефон. Да, в 2012 году билетную информацию люди узнавали по телефону. С помощью этого трафарета и баллона краски ребята бомбили асфальт на важных пешеходных артериях города.

При партизанской рекламе важно было следить за тем, чтобы не прилетело от какого-нибудь коммунально-экологического комитета городской администрации. Реакция властей на нелегальную расклейку варьировалась от региона к региону. Если в Москве «бомберов» уже массово насаживали на кол за стикеры в метро, в Калуге штрафовали на пять тысяч рублей, то в Сыктывкаре андеграундным активистам еще можно было дышать более или менее свободно. Под расклейку старались выбирать строительные заборы. За рекламу на них сильно не гоняли, а на ключевых артериях города в те годы проходило большое количество строительных и ремонтных работ. Так что поверхности под нанесение важной для контркультуры информации имелись в достатке.

– На тех концертах с «Восточным Округом» я исполнил по три-четыре трека, – продолжает Гио. Мы уже выехали из города и мчали по широкой трассе с металлическими отбойниками между встречными потоками. – На тот момент у меня все песни злые были, а слушатели «Восточного Округа» – это все же немного другая публика. Поэтому я исполнил «Сыктывкар-кварталы», «158», «56 метров» и что-то еще. Этот концерт меня очень сильно вдохновил. Там было человек четыреста, наверное, и на тот момент это была самая большая аудитория, перед которой я выступал. Я понял, что, если буду собирать такой зал на свои концерты, это уже сможет меня кормить. В следующий раз я в этом убедился через пять лет, когда собрал свой второй сольник в Москве. Но пока до этого было еще очень далеко.

Надо понимать, как выглядела концертная индустрия в регионах. Это, конечно, не то выжженное поле, на котором делали свои первые шаги рэп-коллективы начала нулевых, но и до порядка было еще далеко. Сейчас у артиста есть райдер, в котором все детально расписано, вплоть до наименования каждого прибора и схемы расстановки артистов на сцене. По сути, это подробная инструкция, как сделать концерт, чтобы все получилось и прозвучало так, как это задумывал исполнитель. У приличного организатора в наше время есть команда, чтобы привести все бытовые и технические аспекты мероприятия в соответствии с условиями, прописанными в этом райдере. В начале десятых годов в регионах уровень сцены был таковым, что организаторами чаще всего становились сами артисты, которые таким образом пытались продвинуть свое творчество.

Гио быстро смекнул, что, если сам не сделаешь, никто не сделает, и стал направлять энергию на организацию концертного хип-хоп-движа. Если хочешь, чтобы твою музыку услышали, надо приложить усилия. Справедливости ради, артисты сами все прекрасно понимали и собственные запросы не раздували. Вписка на хате, пожрать и выпить – уже нормальный комплект, который устраивал такого артиста, как Гио Пика. Если говорить про «Восточный Округ», то к набору прибавлялся еще небольшой гонорар.

– Ахперчик, тормозни по-братски возле цветочного, – Гио показывает пальцем на магазин справа по пути. Он выехал без букета, надеясь купить цветы по дороге. Гио с детства называет Артура «ахпер», что в переводе с армянского значит «брат».

– Давай, конечно, – Артур паркует машину прямо возле магазина. Гио выходит из авто, заходит в магаз и через три минуты возвращается с пустыми руками.

– Нет там нормальных цветов. Володь, можешь посмотреть по карте, где ближайший цветочный? – Гио снова садится на переднее сидение. Видно, что он начинает понемногу переживать. Он уже час как должен был приехать, и ему постоянно названивали: то мама, то двоюродный брат Леван.

С самых первых выступлений парни стали снимать видеоприглашения. Причем не как сейчас, когда артисты в лучшем случае проговаривают на камеру дату и город выступления. К вопросу подходили креативно, со смекалкой. Сочинялся трек, в котором Гио зачитывал все нужные слова. К видеоряду тоже подходили с огоньком. В одном видосе он пристегивал к батарее в гараже какого-то бедолагу с мешком на голове, а в финале по сюжету пырял его заточкой. В другом приглашении он с парнями вырубал человека и укладывал в багажник для дальнейшего разбирательства. В третьем просто зачитывал текст под бодрые монтажные склейки с видами ночного заснеженного Сыктывкара. При определенных условиях эти приглашения сами по себе могли бы стать самостоятельными треками, как это позже случилось с приглашением на концерт во Владикавказе. Трек «Владикавказ наш город» с рэпером Sh Kera оказался очень живучим, и этот ролик за шесть лет набрал тридцать четыре миллиона просмотров в YouTube.

– Многие видосы мне снял Арик Киланянц, – рассказывает Гио, выглядывая цветочные магазины по маршруту. Мы уже кружим по улицам Гори. – Чувак из Воронежа, который почему-то жил в Сыктывкаре. Вообще он фотограф, но ему было интересно то, что мы делаем. Он снимал неплохие видосы и монтировал их. Где-то за поляну, где-то за респект… И недавно был забавный момент, как все закольцевалось. Я увидел в сторис, что у него что-то случилось и срочно нужны деньги. Точно сумму не помню, но там было несколько десятков тысяч рублей. Я сперва подумал, что, может, мошенники его взломали. Связался с ним, но оказалось, что все правда и у него действительно финансовые проблемы. Когда я предложил ему закрыть этот долг, он засмеялся: «Значит, не зря я в свое время снимал для тебя эти видосы». Еще бы! Я добро помню. Сказал ему, чтобы обращался, если вдруг что, в беде не бросим.

Над сценарием видео долго голову не ломали, импровизируя на месте: «Так, ты встань сюда, а ты надень его куртку…» И так на настроении получались неплохие видеоролики, которые потом отправлялись организаторам концертов, а те, в свою очередь, выкладывали их в свои локальные паблики и встречи ВК. Так как люди в большей своей массе ленивые и не хотят морочиться, то Гио часто оказывался в выигрышной позиции, и его объявляли: «А теперь на эту сцену выйдет человек, который единственным записал видеоприглашение!» И народ благодарно принимал гастролера. Теперь он был для них не просто очередным артистом на сцене, а тем самым парнем, который заморочился и сочинил пригласительный трек специально для них.

Творческие люди тянулись сами, даже уговаривать никого не надо было. Маленькая популярность в интернете уже начала складываться, появились первые иногородние поклонники. Ни Гио, ни кто-то из парней никогда не видел их лично, но они были готовы помогать ему просто из уважения к творчеству. Так один человек стал создавать интересные фан-арты, и Гио попросил его сделать дизайн по своему техническому заданию. Взять национальный узор республики Коми, вписать в него карточный символ пик, пропустить колючую проволоку и написать «Гио Пика». Первый логотип был тут же нанесен на белую футболку, которую можно видеть в нескольких видеоприглашениях. В той или иной форме этот дизайн используется до сих пор. Через какое-то время художник перестал участвовать в создании артов, заехав на побывку в пенитенциарное заведение.

Илья Зубов, музыкант:

Из-за Гио я со своей девушкой расстался. Я пробил ему участие в передаче «Музыкальный джем» на Сыктывкарском телевидении, а она просто терпеть его не могла. Не знаю почему, но не переносила его. Я хотел остаться на съемку, но она вынесла мне голову, и мы уехали домой. Захожу в квартиру и сразу включаю телевизор с прямым эфиром из студии. Она выключает и говорит: «Ты не будешь эту херню смотреть». В итоге все уперлось в то, что я должен был выбирать между ней и Гио. После такого ультиматума я выбрал его. Она пошла собирать вещи, а я включил телек и продолжил смотреть эфир.

Тут, конечно, речь шла не конкретно про Гио, но почему она должна решать, с кем мне дружить? Так и расстались.

Справедливости ради стоит сказать, что Гио не только разрушал пары, но и помогал друзьям находить друг друга. Осетины в Сыктывкаре периодически собирались вместе и отмечали важные национальные праздники. Это помогало поддерживать связи в диаспоре и адаптироваться новым землякам. На одной такой тусовке он познакомился с Таймуразом Плиевым, – молодым юристом, который недавно приехал в Коми из Владикавказа.

«Русское радио Сыктывкар» часто выступало информационным спонсором мероприятий, в которых так или иначе задействован Гио Пика, и он был хорошо знаком с Евгенией Моховой, которая отвечала там за рекламу. Когда Тамик открыл в городе доставку осетинских пирогов, Гио привел его на радио и познакомил с Женей, чтобы они порешали все промо-дела. Дальше Тамик уже сам разобрался, и Гио, увидел в сети их совместные фотографии, очень обрадовался и пожелал молодым «совет да любовь». В итоге Таймураз и Евгения поженились и уехали жить во Владикавказ, где родили двоих чудесных малышей.

Таймураз Плиев, друг Гио Пики:

Гио работал на грузовой машине и периодически забирал меня с работы, а я тогда трудился юристом в «Росгосстрахе». Как-то едем и он говорит: «Ты рэп слушаешь?» А я рэп слушаю с малых лет: Tupak, Onyx, 5 °Cent, а потом и Басту услышал, Гуфа, Триагрутрику и других. Он такой: «Мы тут с пацанами с района сидели, прикалывались. Послушай, что получилось». Гио перекинул мне файл на телефон по Bluetooth. Это, конечно, было не похоже на то, что есть сейчас, но было интересно. Это при том, что запись была крайне непрофессиональная и он там читал не своим басом, а высоким голосом. Чем-то мне это напомнило рэпера Сяву.

В кругу сыктывкарских осетин над музыкальными опытами Гио тихонько посмеивались. На Северном Кавказе вообще приняты повышенные требования к мужественности. Любые отклонения от нормы воспринимаются с опаской. А музыка, особенно рэп, для осетина за тридцать считалась занятием несерьезным.

Таймураз Плиев, друг Гио Пики

Потом он начал писать очень серьезные треки: «Вера-надежда-любовь» и другие. Мне не особо нравилась тюремная тема в его песнях, а тут были глубокие метафоры, интересные смыслы. На тот момент русский рэп был в основном про пацанчиков в подъезде. Гио брал глубже.

После нескольких безуспешных попыток Гио все же удалось купить цветы. Он вышел из магазина с огромным букетом в одной руке и очаровательной цветочной корзинкой в другой. Большой для невесты, маленький для ее младшей сестры. Старшую племянницу я не видел, а с младшей успел познакомиться во время приезда в село Гвлеви в апреле. История этой свадьбы тянет на экранизацию. Жених увидел невесту в шоу «Вписка», когда Гио возил в свое родовое село Колю и Васю, авторов шоу. Девушка просто попала в кадр, запала в душу молодому армянину из Хабаровска, он нашел ее через соцсети, и вот, наконец, дело дошло до свадьбы. Удивительно, что она не говорит ни по-русски, ни по-армянски, а он не понимает грузинский и осетинский языки, на которых говорит невеста. Но любовь, как известно, выше национальных и языковых различий.