В России своя традиция «пузырей». Первые игристые на французский манер появились в Крыму еще в 1794 году. В то же самое время донские казаки делали игристые «казачьим способом»: для безопасности разлитое по бутылкам и бродящее вино закапывали в землю. Каково оно было на вкус – неизвестно. Более-менее современная история российских игристых восходит к заводам в Новом Свете (1878) и Абрау-Дюрсо (1891), заложенных князем Голициным (см. главу 10) и доведенных до состояния полноценных предприятий в бытность оного главным виноделом Удельного Ведомства.
Это и есть отправная точка «русского стиля», главная черта которого – яркий букет, ведь среди его сортов не только ожидаемые «шардоне» и «пино нуар», но и «рислинг», «алиготе» и «пино гри», а также «мурведр» и «каберне совиньон» для розовых и красных.
В XXI веке в России есть много отличных игристых «по классике». Высок интерес к игристым автохтонам – к «кокуру», «сибирьковому», «цимлянскому черному». Однако в массовом сознании образ прочно связан с…
Что не так с «Советским шампанским»
Возникновение супербренда «Советское шампанское» принято ассоциировать со сталинизмом и в общем-то не зря: первая партия и в самом деле вышла в 1937 году. На руководящем уровне проектом занимался нарком пищевой промышленности Анастас Микоян, на уровне разработки – русский винодел-шампанист Антон Михайлович Фролов-Багреев. Идея, что типично для большинства успешных проектов, приписываемых Сталину, была озвучена раньше: первым о доступном широким народным массам игристом задумался Председатель Совнаркома СССР Алексей Рыков в процессе отмены сухого закона в 1924 году. В 1936 году в предисловии к первому изданию книги «О вкусной и здоровой пище» Микоян писал: «Товарищ Сталин сказал, что стахановцы сейчас зарабатывают много денег, много зарабатывают инженеры и другие трудящиеся. А если захотят купить шампанского, смогут ли они его достать? Шампанское – признак материального благополучия, признак зажиточности». Где же товарищ Сталин взял столько «Советского шампанского», чтобы напоить весь СССР?
Отчасти проблему решил Фролов-Багреев, усовершенствовавший метод Шарма – Мартинотти: он предложил проводить брожение в огромных резервуарах до 10 000 литров объемом. Но этого оказалось недостаточно, и переход к очень большим объемам случился благодаря группе учеников Багреева под руководством Георгия Агабальянца. Метод «шампанизации вина в непрерывном потоке» заставил вино бродить поочередно в нескольких резервуарах, объединенных в цепочки. Разливаться оно при этом могло практически беспрерывно, конвейер останавливался на чистку от осадка пару раз в течение года. Не все здесь было гладко, особенно когда нужно было перевыполнить план – вместо стандартных 24 дней вино шампанизировали за 12. Зато под Новый год заветная бутылка была на каждом столе вместе с салатом «Столичным» и мандаринами, а что уж там было внутри этой бутылки – так ли уж это было важно для простого советского человека, которому и сравнить-то было не с чем.
Впрочем, стоит отметить, что делалось «Советское» и обычным резервуарным методом, не непрерывным. Более того, выпускались и небольшие партии, сделанные классическим способом, не только выпускались, но и экспортировались. В эпоху, которую в истории политики принято называть razryadka, сделанное классическим методом «Советское шампанское» под брендом Nazdorovya Russian Champagne даже появилось в американских ресторанах. Стоило оно в картах столько же, как и шампанское начального уровня, в районе $20. Причина появления крылась в сложной схеме взаимозачетов, порожденной сделкой Косыгина и PepsiCo 1972 года, так в Штаты попала не только «Столичная».
Разумеется, отношения России с игристыми, которые можно охарактеризовать как «особые», определяются не только «Советским шампанским». Корни их уходят в эпоху наполеоновских войн. Когда войска Священного Союза оккупировали Шампань в 1814 году, русские войска были расквартированы в Реймсе. С этого момента и началась взаимная любовь русской знати и шампанского. К концу XIX века игристые стали частью повседневной российской жизни.