Глава 10

Госпереворот в Чили

Странный матч Чили – СССР

Тотальный футбол

Революция гвоздик в Португалии

Перед очередным мундиалем всегда возникают два острых вопроса: кто будет его принимать и как распределятся путевки. В годы, которые мы описываем, исполком ФИФА уже прекрасно осознавал, что чем раньше определится будущая страна-хозяйка, тем больше будет у нее шансов достойно провести очередной турнир. Вот и ФРГ в качестве принимающей стороны избрали аж в 1966 году. Впрочем, инфраструктура Западной Германии, успевшей отстроиться после ужасов Второй мировой, была на таком уровне, что чемпионат можно было проводить «хоть завтра». А вот с распределением квот всегда возникали проблемы и даже скандалы. Мы прекрасно помним, как целый континент забастовал перед мундиалем в Англии, поэтому впредь футбольные чиновники старались прилагать максимум дипломатических усилий, чтобы никто не остался в обиде. Щекотливость ситуации заключалась в том, что перед прошлым чемпионатом урезали количество мест для ведущих континентов – Европы (9) и Южной Америки (3). В Мексике, напомним, чемпионом стали бразильцы, а хозяйкой в 1974-м была выбрана Западная Германия. Представители КОНКАКАФ, Азии, Африки и Океании ни в коем случае бы не отдали свои последние гарантированные места на мундиале. Поэтому пришлось как-то лавировать, чтобы в главном турнире четырехлетия собрать как можно более разнообразный, но и сильный состав участников. В итоге было принято соломоново решение: Африка, КОНКАКАФ и Азия вкупе с Океанией получали по одной путевке. Их выиграли сборные Заира (сегодня – Демократическая Республика Конго), Гаити и Австралии. Для всех стран это был дебют в финальных турнирах чемпионатов мира, и вся троица его благополучно провалила. Это говорит об огромном разрыве, который тогда существовал между ведущими футбольными державами и, скажем так, остальным миром. Бедолаги африканцы и вовсе повторили антирекорд мундиалей, проиграв Югославии 0:9. До этого таким же образом «отличились» представители Южной Кореи в 1954-м. Австралийцы «наковыряли» одну ничью в ничего не решавшем матче с Чили, а гаитяне были биты и итальянцами (1:3), и поляками (0:7), и аргентинцами (1:4).

Но все это лишь прелюдия к основной драме квалификации. 11 путевок нужно было как-то разделить между Европой и Южной Америкой. Отдавать на весь континент 2 слота – это спровоцировать бурю. Поэтому было решено так: Старый Свет получает 8 гарантированных мест (ФРГ – девятая), а Новый – 2 (Бразилия – третья). Оставшееся место будет разыграно в стыковых матчах между командами с этих континентов. И вашим, и нашим, как говорится. Протестовать никто не стал, и чиновники из ФИФА выдохнули. Ненадолго. Латиноамериканцы к тому моменту уже разбились на три группы и решили, что стыки с европейцами будет играть победитель группы номер три. Почему? Ответа ни у кого нет. Видно, решили, что никто из тройки Чили – Перу – Венесуэла сильно протестовать не будет против такой несправедливости. А если и будет – то невелика потеря. Вот и вышло, что из первых двух групп отбора Южной Америки путевки в Германию забронировали Уругвай и Аргентина, а в третьей – одной победы было мало. Правда, Венесуэла снялась, но этого никто и не заметил. Сборные Чили и Перу обменялись домашними победами 2:0, серии пенальти в те годы все еще не существовало, поэтому в решающем третьем поединке проход дальше вырвали чилийцы (2:1). От Европы тоже предстояло кого-то отдать в стыки к латиноамериканцам. «Счастливчиками» оказались сборные Ирландии, Франции и СССР, которых жребий свел в группу 9, победитель которой и выходил в решающий матч. К ликованию 76-тысячной толпы стадиона «Лужники» (о’кей, тогда он назывался «Центральный им. Ленина») сборная Советского Союза одолела в решающем матче группы французов 2:0 и отправилась на летнюю паузу 1973 года в отличном настроении.

Но в это время в Чили проходили события, которые предрешат исход противостояния двух команд. Напомним, в 1970 году к власти в этой стране пришел социалист Сальвадор Альенде. Он пообещал национализировать предприятия по добыче меди (основной источник дохода Чили), что больно ударило по американским компаниям, и Белый дом развязал активную кампанию по противостоянию неудобному лидеру. Опубликованные позже секретные документы ФБР и ЦРУ говорят о том, что США выделяли деньги на дискредитацию Альенде и на его свержение. 11 сентября 1973 года ситуация в стране накалилась: неэффективные экономические меры команды президента-социалиста привели к массовым забастовкам рабочих. Все рисковало перетечь в гражданскую войну. И здесь на авансцену вышли военные и армия, возглавляемые генералом Аугусто Пиночетом. В указанный день рано утром они вошли в Сантьяго и захватили ряд стратегических объектов. Сальвадор Альенде отказался бежать, он заперся в своем дворце, а затем видя, что ситуация безвыходная, застрелился из оружия, подаренного ему Фиделем Кастро. В Чили был введен комендантский час, начались массовые репрессии. Людей, которых подозревали в лояльности старому режиму, свозили на Национальный стадион, где была оборудована импровизированная тюрьма. Прямо там диссидентов мучили и убивали. И все это случилось за две недели до первой игры СССР – Чили. В Москве отреагировали на свержение союзника грозной отповедью в прессе, назвали произошедшие события «фашистским переворотом», но команду с футболистами приняли, и матч состоялся. Игра, о которой в городе не было ни одной афиши и которую даже по телевидению не транслировали, завершилась нервной нулевой ничьей. 21 ноября 1973 года предстояло сыграть ответный поединок в Сантьяго. Советский Союз справедливо указывал ФИФА в своих письмах, что невозможно проводить официальную встречу на стадионе, где в режиме реального времени мучают и убивают людей. «На стадионе, залитом кровью патриотов чилийского народа, по моральным соображениям не могут выступать советские спортсмены», – заявляли советские чиновники. На что Международная федерация прислала свою комиссию, которая бегло осмотрела поле, раздевалки и, не найдя ничего особенного (заключенных попросту спрятали в подтрибунке), постановила: «Матч можно проводить!» На такой ультиматум Советы ответили просто: значит, мы не прилетим. Справедливости ради чиновники из ФИФА резонно замечали, что принципиальные коммунисты из СССР стали бунтовать во имя свободы чилийского народа только после того, как их команда не смогла дома одолеть соперников, хотя с момента госпереворота и до первой встречи прошло 15 дней – достаточно времени, чтобы заявить протест.

И вот день матча. На трибуне собрались (или собрали?) люди, на поле выходят хозяева, арбитры, а гостей нет! Судьи дают старт «игре», чилийцы разводят мяч с центра поля, доводят его до пустых ворот и забивают гол. Тут же звучит финальный свисток. Сборной СССР засчитано техническое поражение 2:0 за неявку. Кажется, мировой футбол никогда еще не видел подобного фарса.

Команда Чили отправилась в ФРГ, чтобы бороться за новый трофей. Как помним, статуэтку под названием «Кубок Жюля Риме» навсегда забрала Бразилия, и к ЧМ 1974 года решили изготовить трофей с новым дизайном, который мы знаем по сей день. Напомним, наконец использовались желтые и красные карточки. Кстати, первым футболистом, увидевшим красный цвет, был чилиец Карлос Кассели. Уже не зря приехали!

В те годы еще одна страна сменила правительство, и это тоже коснулось футбола, пусть и не настолько в лоб, как в Чили. В 1974-м в Португалии закончилась эра правления Антониу ди Оливейра Салазара и его преемника Марселу Каэтану. Успех сборной на турнире в Англии был не более чем разовой вспышкой. Да, в стране была успешная «Бенфика», но это тоже было скорее исключением из правил. Экономически Португалия была одной из самых отсталых стран Европы, а к 1960–1970 годам еще и африканские колонии начали требовать независимости и поднимать военные мятежи. В сложных социальных условиях часто набирают популярность радикальные идеи, которые в Португалии проникали и в офицерский корпус. Как следствие, 25 апреля группа офицеров под названием «Движение капитанов» захватила ключевые здания в Лиссабоне. Все было похоже на начало переворота в Чили, но в данном случае за сменой власти последовали не кровавые репрессии, а либерализация и медленное, но все же развитие. Кто знает, быть может, без того почти бескровного переворота (погибло всего 4 человека) не было бы сегодня мощной сборной Португалии, давшей миру столько звезд первой величины, включая лучшего бомбардира в истории.

Фаворитами же того турнира однозначно считались хозяева. Сборная ФРГ в потрясающем стиле выиграла Евро-72, а Беккенбауэр, Мюллер и Нетцер составили топ-3 в списках «Золотого мяча». Нужно сказать, что формат турнира снова решили изменить. В поисках более зрелищного футбола и большего количества игр (и, как следствие, денег) организаторы заменили стадию плей-офф еще одним групповым этапом. 16 команд разделялись на 4 группы, из которых выходило по два лучших коллектива. Восьмерка самых успешных сформировала две финальные пульки, победители которых встречались в финале, а вторые места оспаривали третье место. Судя по тому, что такой формат прожил до 1986 года, чиновникам он понравился.

Не мог не понравиться футбол, который давали команды на том мундиале, и болельщикам! Фестивальную сборную Бразилии сменила немецкая машина. Порядок, дисциплина, трудолюбие. Каждый футболист – четкий винтик в хорошо отлаженной системе. Но настоящим откровением стала сборная Ринуса Михелса. Тотальный футбол, основы которого закладывались еще Джеком Рейнолдсом и Густавом Шебешом (главным тренером той самой непобедимой Венгрии середины 1950-х), расцвел именно на немецком чемпионате. На клубном уровне три года подряд равных не было «Аяксу»: клуб из Амстердама с 1970-го по 1973-й никому не отдавал Кубок чемпионов. Оранжевая сборная была наполовину составлена из «аяксидов», и она стала откровением. Универсализм, революционный для тех лет, гибкость, прессинг по всему полю – пожалуй, можно сказать, что в те годы футбол приобрел очертания той игры, которую мы любим сегодня. Недаром Ринуса Михелса часто признают лучшим тренером в истории. Такой плотный формат турнира позволил Нидерландам пересечься с двумя другими великими командами того времени. В группе второго раунда (где борьба шла за выход в финал) «оранье» протестировали действующих чемпионов мира. И те сдали корону позорнейшим образом. Голландцы играли в футбол принципиально иного уровня, и вдруг магия непобедимых бразильцев испарилась. А что они делают, когда не могут победить? Правильно, дерутся. Такое уже случалось ранее, и своеобразный полуфинал мундиаля в ФРГ стал еще одной позорной строкой в странице истории самой титулованной сборной. Если первый тайм они еще пытались тягаться на равных, то, пропустив два к 65-й минуте, они принялись откровенно грубить и избивать техничных соперников. Встречу судил рефери из ФРГ Курт Ченшер. К началу встречи стало ясно, что победитель поединка выйдет в финал на команду хозяев, поэтому, поговаривают, он позволял командам многое, чтобы те основательно поистрепались к решающей игре.

Прежде чем перейдем к описанию главного поединка четырехлетия, хотелось бы отметить сенсационно классную сборную Польши. Последний раз «бело-красные» приезжали на мундиали еще в 1938-м (когда сыграли сумасшедшие 5:6 с бразильцами с покером Эрнеста Вилимовского). После не было ничего, и лишь в 1972-м Польша сумела сенсационно выиграть Олимпиаду. Пожалуй, стоит особо подчеркнуть роль главного тренера, Казимежа Гурского, кстати, уроженца города Львова, который тогда еще входил в состав Польши. С именем этого коуча связаны первые успехи «Белых орлов». На мундиаль они отбирались из сложной группы с англичанами и валлийцами и сумели оставить позади обе эти команды. В ФРГ тоже было непросто: помимо проходных гаитян, в квартете с поляками оказались аргентинцы и итальянцы. Но состав, сыгравшийся еще на Олимпиаде, сумел победить трижды и с первого места выйти в финальную группу. Особенно отличались голкипер Ян Томашевский и форвард Гжегож Лято. Вратарь сборной Польши стал первым, кому удалось отбить пенальти в двух матчах одного ЧМ. Причем второй 11-метровый был взят в ключевом матче против ФРГ. Легендарный английский коуч Брайан Клафф называл Томашевского «клоуном в перчатках». Он не стеснялся отбивать мяч в сторону, хотя тогда вратари старались брать мячи намертво. Позже, когда Яна признали лучшим голкипером всего чемпионата, пришлось извиняться. Лято впоследствии стал лучшим бомбардиром с семью забитыми голами. Кто знает, как сложился бы финал, выйди туда сборная Польши. Но в фактически полуфинальной игре, под проливным дождем чуть лучше были немцы. Они смогли создать выход один на один для Герда Мюллера, и легендарный форвард не промахнулся.

ФИНАЛ

Перед главным матчем турнира пресса отдавала предпочтение голландцам. Главный их посыл был таков: «Этот футбол должен быть вознагражден титулом». Несомненно, «оранжевые» проповедовали самый привлекательный стиль, но немецкие журналисты тактично намекали, дескать, давайте подождем самой игры. Нидерланды сравнивали с неудержимыми венграми образца 1954 года, и они повторили судьбу той суперкоманды. Уже на второй минуте немцы вынуждены были вынимать мяч из сетки. «Оранье» закрутили кружева в центре поля, после чего главная их звезда Йохан Кройф совершил рывок к воротам, обошел Берти Фогтса, и Ули Хёнесс (какие имена!) сумел его остановить лишь ценой фола в штрафной. Йохан Нескенс четко реализовал пенальти. На 25-й минуте случился очень спорный эпизод уже у ворот голландцев. Бернд Хёльценбайн был остановлен подкатом Вима Янсена, и арбитр уверенно указал на точку. По сей день не утихают споры, рисовал немецкий форвард фол или нет. Как бы то ни было, Пауль Брайтнер счет сравнял. Позже голландцы сокрушались, что ранний гол их успокоил, они держали мяч, но не совсем знали, что с ним делать. Зато знали немцы. В конце первого тайма они провели еще одну хорошую атаку, и неудержимый Герд Мюллер вывел ФРГ вперед. Человек, которому вроде бы было суждено стать героем финала и всего турнира, не справился с такой ношей. Помимо заработанного пенальти, Йохан Кройф запомнился только апелляциями к арбитру, неточными передачами и нервной игрой. Позже он сам признавал это и взял на себя ответственность за проигранный финал. Пожалуй, можно смело заявлять, что симпатии большинства зрителей были на стороне Нидерландов. Но в конкретной игре на гол больше забила сборная ФРГ, она и стала чемпионом.

И когда досужие журналисты в очередной раз спросили Герда Мюллера, дескать, как же вам удалось обыграть такую классную Голландию, он не выдержал и ответил: «Они забили гол. Мы – два. Так и победили!» И не поспоришь.

Персона

Йохан Кройф

Справедлив ли футбол? Это сложный философский вопрос. Как и в жизни, в футболе масса несправедливостей, случайностей и парадоксов. История этой игры соткана из тысяч жизней, судеб футболистов. Какие-то обрываются в самом неожиданном месте, какие-то золотыми нитями рисуют незабываемый узор на этом пестром полотне. Карьера Кройфа-футболиста и Кройфа-тренера не просто оставила след, она изменила футбол навсегда. Позвольте высказать субъективное мнение – благодаря Кройфу игра стала лучше.

Йохан, фамилию которого правильно произносить так и не научились (по правилам это что-то вроде «Крауф»), стал первым футболистом в современном понятии этого слова. Описывать его умения и технические характеристики нет смысла, потому что, во-первых, сохранилось достаточно видеоматериалов в хорошем качестве, во-вторых, повторяться вслед за многочисленными публикациями не хочется. А в-третьих, стиль Кройфа – это искусство. А искусство необходимо постигать в первоисточнике, а не через интерпретацию журналистов или писателей. Был ли он гением? Несомненно. Как известно, гению не обязательно быть паинькой. Скорее наоборот. Для того чтобы совершать прорыв в развитии чего-то, нужно выходить за рамки нормальности, постигать то, что миллионам не дано. Кройфа природа наградила прекрасными данными. Мы уверены, что не будь у него футбольного мяча, он бы стал великим танцором. Пластика, гибкость, грация – такое либо дается при рождении, либо достигается невероятно тяжелыми тренировками. Когда в «Аякс» пришел Ринус Михелс, первым, на кого он обратил внимание, был худощавый юноша с большими круглыми глазами. 18-летнему нападающему не хватало мощи, но революционный подход Михелса (еще один неоспоримый гений) позволил Йохану подтянуть «физику». Благодаря своей философии Ринус изменил и тактический аспект игры. В тотальном футболе ты не можешь быть чистым нападающим или защитником. Универсализм и взаимозаменяемость, с другой стороны, требовали от игроков быть всесторонне развитыми. Отныне нападающие не могли играть только на чистых мячах, а с защитников требовалось больше, чем просто отобрать мяч и швырнуть его куда подальше вперед. Для 1970-х это было откровение. И вот в таком новом стиле Йохан Кройф стал главной звездой. Как Казимир Малевич навсегда стал синонимом супрематизма, Курт Кобейн – гранжа, так «Летучий голландец» считается лицом тотального футбола.

Важнейший момент: Кройф произвел революцию в жизни футболистов и за пределами поля. В 1968 году, когда пришла пора обсуждать новый контракт с «Аяксом», он привел в кабинет на встречу с руководством клуба своего тестя. Боссы амстердамцев были настолько шокированы, что попросили незнакомца покинуть кабинет. На что 21-летний Йохан невозмутимо сказал: «Вас здесь шестеро, пусть и нас будет хотя бы двое. Отныне этот человек – мой агент». Трюк получился: контракт был подписан на выгодных для футболиста условиях. Кройф вообще был бунтарем по натуре – разве можно иначе? В начале 1970-х он выбил у руководства «Аякса» призовые для всей команды за удачное выступление в еврокубках (после этого Амстердам выиграл подряд три Кубка чемпионов). Заключив личный контракт с брендом Puma, он один из всей сборной играл с двумя полосками вместо трех, чтобы не рекламировать Adidas.

Вообще к деньгам у него отношение было очень трепетное. Во многом из-за них он решился сменить «Аякс» на «Барселону». Тогда в Испании сняли запрет на иностранцев в лиге (да-да, такой был), и Ринус Михелс, которого уже успели заманить в Каталонию, затребовал к себе Кройфа. В 1973-м трансфер состоялся (перед этим капитан «Аякса» успел рассориться с половиной одноклубников), но не все было так просто. «Барса» заплатила 140 миллионов песет – мировой рекорд по тем временам, но Нидерландская федерация затягивала с документами. Пока оформлялись бюрократические детали, Кройф успел сыграть за «Блауграну» 4 товарищеских матча – и только благодаря им отбил свой трансфер.

«Аякс» и «Барселона» – две большие любви Кройфа. Этим двум клубам он посвятил почти всю свою карьеру игрока и тренера, но случилась у строптивой легенды и измена. И снова из-за денег. Под занавес карьеры Йохан вернулся в родной «Аякс» – красивая история, когда великий заканчивает свой футбольный путь там, где его и начинал. Кройф в статусе живой достопримечательности договорился с боссами клуба, что те будут делиться с ним доходами от продажи билетов. При посещаемости выше 10 000 50% от проданных квитков шли в карман 14-го номера (и его предприимчивого тестя). В какой-то момент боссы «Аякса» посчитали, что это слишком жирно даже для игрока его калибра. Кройф пошел на принцип – и отказался продлевать контракт. И ушел в стан врага, в «Фейеноорд». И сделал его чемпионом, выиграв вдобавок и Кубок.

Став тренером, он привнес в футбол едва ли не больше, чем в качестве игрока. С «Аяксом», который он возглавлял с 1985 по 1988 год, Кройф взял Кубок кубков, с «Барселоной» (1988–1996) – Кубок чемпионов (плюс еще один выход в финал), Кубок кубков (и тоже еще один финал) и четыре подряд титула чемпионов Испании. Что важно: когда в 1990-х пошла мода на сугубо оборонительный футбол, голландец был едва ли не единственным топ-тренером, который упрямо делал ставку на атакующий стиль. Впрочем, то упрямство никого уже не удивляло.

Таким был Йохан Кройф. Неоднозначный, живой, яркий. Сегодня, когда каждое слово топ-футболиста рассматривается под лупой, а из игроков делают каких-то роботов, запрещая им даже слишком эмоционально праздновать голы, не хватает живых личностей. Поэтому особенно приятно видеть, как танцует Винисиус Жуниор после забитых голов, как психует 40-летний Криштиану Роналду и орет на партнеров прямо на поле, под объективами камер. В этом есть эмоции, жизнь. За это мы и любим футбол.

А что касается справедливости… Кройф был ярчайшим представителем своего поколения, но ничего не выиграл со своей сборной. Справедливо ли это? Пусть каждый найдет ответ сам.