Илья Ефимович Репин появился на свет 24 июля 1844 года в городе Чугуеве Харьковской губернии Российской империи в семье военного поселенца. Илья Репин нередко подчеркивал, что его происхождение не имело ничего героического. Вопреки распространенному мнению, он происходил не из казаков, а из семьи военных поселенцев. Этот статус в то время считался малопочетным. О казаках Репин лишь слышал от старших, поскольку к его детству самостоятельного чугуевского казачества уже не существовало: бывших казаков включили в систему военных поселений.

Глава семейства в свободное от военной службы время перегонял табуны лошадей на продажу. Чтобы прокормить четырех детей, мать Татьяна Степановна шила на заказ шубы. А еще, как предполагают, она не ограничивалась воспитанием собственных отпрысков, а создала своего рода школу, в которой дети и даже взрослые могли научиться грамоте – знакомились с чистописанием, арифметикой и Законом Божиим.

Илье с детства нравилось рисовать. Первой это заметила мать, увидев, с какой любовью и старанием он раскрашивает яйца к Пасхе.

Решающим моментом в раннем увлечении Репина рисованием стал приезд двоюродного брата Трофима. Он привез с собой настоящие краски – то, чего маленький Илья прежде никогда не видел. Трофим показал, как работать с ними, написав на глазах у детей простые вещи. Одним из таких рисунков был арбуз: срез ярко-красной краской и добавленные сверху темные точки для семян настолько поразили юного Репина, что он воспринял это почти как чудо. С этого момента увлечение рисованием стало для него всепоглощающим. Эта история известна нам по воспоминаниям самого Репина.

Вскоре брат уехал, а краски подарил Илюше. Потеряв всякий покой, мальчик рисовал и рисовал, с трудом отрываясь, чтобы пообедать. В некоторых источниках рассказывается, что от перенапряжения ребенок даже заболел: поднялась температура, из носа периодически шла кровь. «Добрые» соседки пророчили скорую смерть ребенку, но при этом добавляли, что в силу возраста Илюша сразу отправится в рай. Это не пугало мальчика. У него был один вопрос: будут ли в раю красочки? Правда, эта история не подтверждена.

В одиннадцать лет мальчик поступил в топографическую школу, чтобы получить престижную и доходную по тем временам профессию. Но вмешалась судьба: через два года школу закрыли, и юный Репин поступил в качестве ученика в иконописную мастерскую. Именно там Илья усвоил основы живописи и впервые обрел известность, правда, пока что лишь в округе. Заказов стало много, и каждый хотел видеть исполнителем только юного Репина.

Когда Илье исполнилось шестнадцать, он отправился на заработки с кочевой артелью иконописцев, где получал неплохое жалование. Там Репин услышал вдохновляющую историю о Крамском, уехавшем из родного дома, чтобы стать студентом петербургской академии искусств.

Прошло не так много времени, и девятнадцатилетний Репин, накопив денег, решился отправиться в Петербург, чтобы учиться в Императорской академии художеств. Поступает юноша не сразу, но, не опуская рук, обучается в вечерней рисовальной школе. И уже со второй попытки получает гордое звание студента.

Илья жил бедно, подрабатывал, продавая свои картины. И вдруг однажды его творение купили за довольно внушительную для студента сумму: художник был счастлив!

Преподаватели отмечали, с каким рвением и старанием студент относится к учебе, отдаваясь работе без остатка. А когда случалось спорить об искусстве, юноша быстро выходил из себя, если мнение оппонента отличалось. Современники вспоминали, как однажды в споре Репин даже кинул в Куинджи пепельницу. Правда, история эта может быть преувеличением. Обычно Илья Ефимович был достаточно мягким, учтивым, легко находил контакт с окружающими и заводил много друзей.

Еще учась в Академии художеств, Репин часто ходил в гости к товарищу – Александру Шевцову. Глава семьи, Алексей Иванович, был известным петербургским архитектором. В доме музицировали, читали книги и хлебосольно встречали гостей.

В семье росли дочери. Младшей Вере на момент знакомства друзей исполнилось всего девять лет. Когда девушке было шестнадцать, Репин написал ее портрет, а затем Вера получила от художника предложение руки и сердца.

Избранница Ильи была тихой и домашней, она стала верной спутницей художника: с открытым ртом слушала о его успехах, поддерживала. Репину это очень нравилось. Но восхищение мужем постепенно сменилось усталостью от забот с детьми, а их в семье было четверо. Вере хотелось тишины и покоя, тогда как муж обожал шумные компании и часто приглашал гостей. Друзья Репина сплетничали, что жена превратилась в тень известного художника, стала неинтересна как собеседник.

Илья Ефимович был уже очень известен и купался во внимании женщин, каждая из которых хотела позировать ему. Такое внимание весьма льстило мастеру, и он все быстрее терял интерес к супруге. А если добавить, что Репин – натура увлекающаяся, и не только искусством, а еще и прекрасными барышнями, то вырисовывается безрадостная картина жизни этой семьи.

Взаимное недовольство друг другом нарастало. А когда Вера в отместку позволила себе пофлиртовать с сыном художника Василия Перова, Илья Ефимович так рассвирепел, что супруги разделили детей и разъехались. Разрыв был тяжелым. Дети винили во всем отца, и их отношения с ним складывались непросто.

Художник не может творить без музы. В случае Репина – без муз, а их было немало. Он влюблялся, писал письма, полные огня и страсти, снова влюблялся. Но все эти увлечения длились недолго, сменялись одно за другим. По-настоящему серьезное чувство пришло, когда Илье Ефимовичу перевалило за пятьдесят. Этот случай из категории тех, о которых говорят: «Кто бы мог подумать!» Хотя знакомство пары совсем не походило на любовь с первого взгляда.

Однажды к Репину приехала княгиня Тенишева за очередным портретом от великого художника. Но явилась она не одна, а в сопровождении Натальи Нордман, дочери адмирала шведских кровей…

Художник часто писал портреты княгини Тенишевой и никогда не возражал, если кто-то из клиентов приходил позировать в компании друзей. Сидеть на одном месте всегда утомительно, а за разговорами и время быстрее проходит.

Но не в этот раз. Наталья демонстративно уселась спиной к мольберту, выказывая полное отсутствие интереса к работе Репина. Барышня вела себя дерзко и вызывающе. Когда художник, чтобы немного развлечь дам, предложил почитать стихи, гостья начала паясничать. С трудом выдерживая ее общество, Илья Ефимович поспешил закончить сеанс и распрощался с визитершами.

В письме к Тенишевой Репин попросит: «Нельзя ли продолжить наши сеансы без ассистентов? <..> Наталья Борисовна своим прозаическим взглядом Мефистофеля на все становится невыносима для моих нервов и ужасно расхолаживает всякую минуту. Часто я готов был бросить работу и убежать куда глаза глядят. Пожалуйста, не берите ее на сеансы, а то я сбегу».

Но вскоре Илья Ефимович поменяет мнение о Наталье Борисовне, даже купит для нее дом на берегу Финского залива и при каждом удобном случае будет ездить к возлюбленной в гости. Когда скрывать отношения от окружающих станет бессмысленным, он окончательно переедет к любимой.

На момент знакомства с художником Наталье было тридцать лет. Эту даму в обществе не любили: эксцентричная и громкая, она выражала собственное мнение без обиняков и никогда не старалась казаться хорошей для окружающих. Она любила быть в центре внимания, знала несколько европейских языков, увлекалась фотографией, писала под псевдонимом Северова.

Желтая пресса не упускала случая посмеяться над эксцентричностью Нордман. Вегетарианка, экозащитница, борец за равноправие и пропагандист феминизма, она словно родилась не в свое время. Здоровалась за руки с прислугой и сажала кухарку с собой обедать, отказывалась носить шубу и есть мясо, учила молодых девушек брать плату с мужей после рождения ребенка, чтобы их вклад в семью был оценен.

Наталья всегда поступала только так, как считала нужным, чем, конечно, невероятно тревожила матушку Марью Алексеевну. Виданное ли дело: не хочет выходить замуж и отказывается носить корсет! В восемнадцать лет непокорная дочь вообще ушла в женский пансион… Когда же ей исполнился двадцать один год, мать не на шутку заволновалась: пора устраивать будущее дочери. Вот только красавицей Наталья не уродилась, да и дела семьи после смерти отца шли неважно. Тогда, как рассказывали, матушка решила влезть в долги, сменить юной особе гардероб и вывозить ее в свет. Наталья, почувствовав боевой настрой родительницы, отпрашивается в гости к тетушке в Германию, а потом присылает матери письмо, где сообщает, что решила с подругой отправиться в Америку. Впрочем, в значительной степени это может быть легендой, и выезжала она для продолжения учебы.

И вот Нордман уже за тридцать, она давно «старая дева», имеющая на все свое мнение и категорично его отстаивающая, а пятидесятипятилетний Репин, за плечами которого неудачный брак, известен и привык к обожанию окружающих.

Что же эти двое нашли друг в друге? Друзья Репина в недоумении пытались найти ответ на этот вопрос, но никому не удавалось. Как только ни называли Наталью Борисовну, критикуя ее внешность, интересы и нравы. Мемуарная литература беспощадна к ней: суетливая чудачка! Философ Василий Розанов так и вовсе заявил, что она «проглотила» Репина всего целиком.

В 1899 году Нордман приобрела землю в дачном поселке Куоккала на берегу Финского залива. В том же году Илья Ефимович начал перестраивать для супруги дом.

Историческая справка: в 1864 году Сестрорецкая слобода вместе с оружейным заводом была передана из состава автономной Финляндии в состав Санкт-Петербургской губернии, и в начале XX века Куоккала становится популярным дачным уголком у творческой интеллигенции Петербурга.

Влюбленная пара назвала дом «Пенаты» в честь богинь-покровительниц домашнего очага. В этой усадьбе Репин и Нордман прожили вместе пятнадцать лет. В том же году у пары, по неподтвержденным данным, родилась дочь, прожившая, к сожалению, лишь две недели.

«Пенаты» стали центром притяжения для всей петербургской интеллигенции. В известные репинские среды художники, литераторы, музыканты, артисты – одним словом, весь творческий бомонд – могли приехать сюда на обед на котлеты из соломы! И это действительно были необычные вечера. Прислуги нет, о чем на входе в дом сообщает табличка: мол, раздевайтесь сами и оповещайте о своем присутствии ударом в гонг. Говорили, что помощники по хозяйству в доме все-таки были. Но они не прислуживали хозяевам, а приходили выполнить установленные обязанности.

На необычном крутящемся столе с выдвигающимися ящиками для грязной посуды (все для самообслуживания) стояли вегетарианские угощения, о которых ходили легенды. Нордман даже издала книгу с рецептами блюд без мяса, и говорила, что даже бедная семья может неплохо прокормиться, составляя меню из различных трав, овощей. Кто-то смеялся, а кому-то такие угощения очень даже нравились.

Когда все собирались за столом, помогать друг другу было запрещено. И если кто-нибудь услужливо подавал соседу тарелку с яствами, его ждало «наказание» – выход на специальную тумбу для декламации стихов или разыгрывания сценки. При такой концентрации творческих людей легко представить, как весело и интересно проходили репинские среды.

Участники этих встреч много судачили: и о том, что уезжали голодными (конечно же, преувеличение), и об экстравагантности Натальи Нордман, и об изменениях в поведении художника под ее влиянием – однако всегда в среду дом снова был полон гостей.

«Как и всякий великий труженик, Репин умел отдыхать. В совершенстве владел он искусством в любое время усилием воли отрешаться от забот и тревог», – напишет потом Корней Чуковский, которого с художником связывало не только соседство, но и крепкая дружба, несмотря на то что писатель был значительно моложе Ильи Ефимовича.

В другие же дни Репин занимался работой и очень сердился, если видел дома незваных гостей. Трудился он упоенно, с утра и до ночи, работу в мастерской чередовал с физическим трудом. Нередко можно было увидеть великого художника с лопатой.

Спал Репин всегда на балконе, даже в трескучие морозы. И тут уж Наталья Борисовна ни при чем. Дочь Репина вспоминала, как он всю семью заставлял спать зимой при открытых окнах, для чего были даже сшиты спальные мешки из заячьего меха.

Корней Чуковский писал: «А если и случалось ему заболеть, он (даже в семьдесят лет) отказывался ложиться в постель. Заметив однажды, что его бьет лихорадка, я сбегал через дорогу домой и принес ему в мастерскую термометр. Он с раздражением отвел мою руку. Оказалось, что „все эти градусники“ в его глазах „баловство, придуманное для оправдания бездельников“. „И откуда вы знаете, – сказал он сердито, – может, при градусах мне работается лучше всего!“ И покуда не одряхлел окончательно, все болезни переносил на ногах, не желая ни на один день расставаться с холстами и красками».

Наталья Борисовна не могла похвастаться таким же крепким здоровьем. Заболев пневмонией, Нордман уезжает в Швейцарию, не взяв подарков Репина и отказавшись от денег. Художник писал ей письма, признавался в любви. 30 июня 1914 года Наталья Нордман умерла в швейцарской клинке для бедных от чахотки, которой осложнилось запущенное воспаление легких. Илья Репин приехал к любимой, но уже для того, чтобы проводить в последний путь.

У Ильи Ефимовича было много женщин. Но именно Наталью называл он любовью своей жизни, написал множество ее портретов и даже создал ее бюст. Хотя говорил о Нордман мало. Ученица Репина В. В. Веревкина однажды приехала навестить художника. В своих воспоминаниях она напишет: «В одно из открытых окон влетела какая-то серенькая птица, облетела террасу, испуганно забилась в стекло и вдруг села на бюст Нордман, по-прежнему стоявший перед окнами.

– Может быть, это ее душа сегодня прилетела… – тихо проговорил Илья Ефимович и долго молча смотрел, как вылетела в сад нашедшая выход птица».

Сейчас мы можем посетить «Пенаты», там открыт музей. Дом восстановленный: к сожалению, усадьба в июне 1944 года оказалась в центре военных действий, и все постройки были разрушены. Личные вещи Репина, мебель, картины, рисунки удалось вывезти в Ленинград – они хранились в Академии художеств. Открытие воссозданного музея состоялось в июне 1962 года. Необыкновенная усадьба расположилась в очень живописном месте на берегу Финского залива. Территория у нее огромная: здесь вы найдете «Храм Озириса и Изиды», «Башню Шахерезады», колодец с артезианской водой «Посейдон». С ним, кстати, связана интересная история. Освежиться водой из колодца любил не только Илья Ефимович: с позволения хозяев за ней сюда приходил Корней Чуковский вместе с детьми. Дочь писателя, Лидия Чуковская, потом назовет эти походы за питьевой водой «любимой работой» детей Корнея Ивановича. Детям шуметь не разрешалось: как мы помним, Репин очень не любил, когда его отвлекали от работы. «Молчание давалось нам нелегко, но от напряженности этой тишины нам становилось еще веселее: выходило, будто мы не брали воду у Репина с его согласия, а крали ее», – напишет потом Лидия Чуковская.

И как только семья отходила подальше от «Пенатов», дети начинали с удовольствием выкрикивать песенку:

Так весело, получая воспоминания на всю оставшуюся жизнь, семья Чуковских ходила за водой.

В конце 1917 года Финляндия обрела независимость, и в апреле 1918 года граница с советской Россией закрылась. Карельский перешеек, включая местность Куоккала, стал частью иностранной территории, и Репин, неожиданно для себя, проснулся в чужом государстве.

Но потом грянула революция, и Чуковские, как и многие другие соседи в поселке, уехали в советскую Россию.

Все деньги художника, что лежали на счетах в банке, национализировали, остались лишь те, что были на финляндских счетах. Жить стало сложнее. Илья Ефимович устроил небольшой огород и продолжал писать картины.

По указанию советских властей к Репину неоднократно приезжали: уговаривали вернуться на Родину, предлагали хорошую пенсию. Но художник был непреклонен: он был очень расстроен и подавлен из-за событий, происходящих на Родине, считая, что великая Россия опустошена. Так и остался Репин в Финляндии до конца своих дней. Не покинул он чужбину и после: в соответствии с его желанием, художника похоронили в созданном им вокруг дома парке. Такое решение Илья Ефимович долго согласовывал с властями и добился положительного ответа.

Но через десять лет он вернулся, хотя и уже посмертно: Куоккала отошла к России и могила Ильи Репина вместе с ней.