Представьте себе человека, настолько увлеченного какой-то идеей, что везде видит намеки, знамения и подсказки. Так работает мозг: когда долго и сосредоточенно думаешь о чем-то, начинаешь обращать внимание на самые незначительные вещи, так или иначе связанные с этим. То же самое касается поисков тайных смыслов в поттериане, их не так много – все-таки это не философский трактат, – однако некоторые читатели их старательно ищут и, что не удивительно, умудряются найти!

Например, часто замечают, что у имен Хагрида и Дамблодора есть особое алхимическое значение, и из этого получается довольно стройная теория. Правда, с небольшим недостатком: она слишком надуманна и притянутая за уши, поэтому вряд ли имеет право на существование. Однако она все же занятная.

Итак, если предположить, что в имя Rubeus Роулинг вкладывала латинское значение этого слова, тогда оно переводится как «красный» или «алый». Вместе со значением имени Дамблдора Albus («белый») оно выстраивается в самый известный алхимический процесс opus magnum – Великое делание философского камня. Для этого необходимо смешать философскую серу (Сульфур) с философской ртутью (Меркурий) и нагреть их смесь в алхимической печи. После этого начнется великий процесс, который состоит из трех стадий:

♦ нигредо (nigredo) – чернение: исходные вещества «погибают», преобразовываясь в нечто двуликое, но при этом единое;

♦ альбедо (аlbedo) – отбеливание: появляется тяжелый порошок серого цвета с металлическим отливом (в алхимии это вещество считалось малым философским камнем, который «перегоняет» любой из известных тогда металлов в серебро);

♦ рубедо (rubedo) – покраснение [83]. Если все сделано правильно, в итоге должен появиться тяжелый порошок красного цвета. Это и есть философский камень, превращающий любой неблагородный металл в золото, а в спиртовом растворе являющийся эликсиром жизни.

Если немного напрячь воображение, то Темного Лорда и его раздвоение в доме Поттеров можно уподобить первой стадии, Дамблдора – второй, Хагрида – третьей. Результатом этого процесса будет «золотой мальчик» Гарри Поттер. Впрочем, если исключить Хагрида, в этом случае философским камнем, излечивающим все «болезни» (то есть человеком, который избавит мир от темных личностей), все равно остается Гарри.

Мало того, если глубоко погрузиться в алхимические аллегории, можно придумать еще более безумную теорию. Многие книги алхимиков содержат необыкновенные символические иллюстрации химических процессов. Одним из частых образов является история двух влюбленных: короля (символизирует серу) и королевы (ртуть). В ходе процесса Великого делания они вступают в алхимический брак и умирают (стадия nigredo). Из их праха появляется беременная женщина в белом (стадия аlbedo), рядом с которой иногда изображали цветок белой лилии. В финале (стадия rubedo) появляется юноша в золотых или красных одеждах. Если короля и королеву уподобить Джеймсу и Лили Поттер, алхимические аллегории снова удачно сходятся на их сыне Гарри, доказательством чего также является красный и золотой цвета, символизирующие Гриффиндор, на котором он учился.

Но и это еще не все: если прогнать персонажей через стадии Великого делания, можно додуматься до того, что Темный Лорд (nigredo), проходя через Альбуса Дамблдора (albedo), превращается в лучшую версию себя – Гарри с его «высокими моральными принципами» и архетипом героя, который метко охарактеризовала Гермиона в «Ордене Феникса»: «Ты… Я не критикую, Гарри! Но ты немножко… как бы это объяснить… тебе не кажется, что у тебя есть такой пунктик… что тебя вечно тянет кого-то спасать?» [84]

Волан-де-Морт и Гарри – части единого целого, каждый имеет скрытые черты другого. Если использовать теорию архетипов Карла Густава Юнга, то их можно назвать теневыми сторонами друг друга (архетип Тени по Юнгу – это обратная сторона «я», темная сторона личности – все, что подавлено сознанием и вытеснено в бессознательное [85]). У них даже палочки с одинаковой сердцевиной – пером феникса, птицы, которую, между прочим, часто изображали в качестве символа rubedo.

Короче говоря, если очень захотеть, все можно объяснить и связать друг с другом самым немыслимым образом. Поттериана предоставляет для этого большой простор: персонажей можно подставлять в разные схемы, которые подходят по смыслу. Однако это не значит, что автор, работая над текстом, закладывал в него такие концепции! Все гениальное просто: Джоан Роулинг не нужно было придумывать сложную матрицу, чтобы донести до читателя свои идеи.