(Примечание. Я сильный! Очень сильный! Но легкий…)

Никогда не трогайте руками: а) оголенный провод, б) взбешенную женщину.

С первым еще возможны варианты, а вторую… просто не трогайте.

Элементарная же техника безопасности!

А этот гном – кто еще, раз его борода мне все лицо исколола? – трахею девушке сдавить вздумал, для пущего устрашения.

Самоубийца.

Вот не люблю я, когда меня берут за горло! Как неожиданно, правда?

Отвертка – та самая, в ромашку – скользнула в руку будто сама собой. И уперлась наглому типу аккурат в диафрагму. Откуда отвертка? Ну я же не совсем дура, чтобы по злачным местам безоружной шляться! Пусть даже со Стефаном. Он-то у меня, конечно, не интеллигент со скрипочкой, которого от хулиганов защищать надо, но вежливый слишком. А некоторые красотки слов не понимают! Зато отвертку в ухо или там плоскогубцами за нос – так за милую душу… А нечего чужое руками трогать.

Гном дернулся, пресс напряг, отшатнулся – и хватку на моем горле наконец ослабил. Сразу бы так.

Ослабил, но не отпустил. Ты смотри, упрямый какой!

– Слышь, – буркнула я, отверткой поигрывая, – ты хваталки-то убери, а то оторву по самые хотелки.

Гном выругался так, что я аж заслушалась. Филолог, ржа его побери!

– Между прочим, – заметила я, когда он выдохся, – за мат в общественном месте и штраф впаять могут.

Он возмутился:

– Гостиничный номер не общественное место!

Еще один юрист на мою голову? Мне и одного-то слишком. Временами.

– Да неужели? – притворно восхитилась я. И как рявкну: – А чего тогда тут шастают все, кому не лень?!

– Ой, как у вас тут интересно! – сказал с порога еще один незваный гость. Точнее, гостья. И щелкнула выключателем, отчего комнату залил яркий свет. – Вы не стесняйтесь, продолжайте. А снимать можно?

– Нет! – хором рявкнули мы с гномом.

– Ну вот, – надула губы Пайпер. – Такие кадры пропадают! Насильник и жертва, м-м-м?

Гном кашлянул и смущенно отступил. Спрятал руки в карманы:

– Это не то…

– Что я подумала? – подхватила Пайпер насмешливо. – Странно, а так похоже.

– Что ты вообще тут делаешь? – спросил незваный гость номер один, кажется, с немалой досадой. Ну да, ну да. Ворвалась тут, испортила все представление.

– Шла мимо, решила вот к подруге заглянуть, – очаровательно улыбнулась журналистка и крутанула вокруг пальца… универсальный гостиничный ключ? Вот проныра!

А я наконец рассмотрела, кто тут меня за горло хватал. Водитель Титана? И почему я не удивлена?

Уж больно свободно он с Титаном держался. Пытался, конечно, подобострастие изображать, но выходило… Так себе выходило.

Вот и сейчас он смотрел, прищурившись, и явно не слишком переживал, что мы позовем на помощь. Кто он такой, а? Глава банды? Гномий принц?

И взгляд!.. Можно на болгарке сэкономить.

– Ты кто? – мрачно спросила я и отвертку на него наставила. – Ну?

Испугаешь такого, как же. Выглядел он спокойным и сосредоточенным. С учетом ситуации – так даже слишком.

Гном покосился на пресловутые ромашки и сдавленно фыркнул:

– Титан подарил?

– Кто же еще? – буркнула я, борясь с желанием спрятать отвертку за спину. Почему-то стало стыдно.

Гном лишь головой покачал.

– Вы Молибден, да? – спросила Пайпер вдруг. – Мастер Молибден по прозвищу «Молись и бди», верно? Безопасник.

Я встрепенулась. Погодите-ка! Безопасник?

– Вы меня с кем-то перепутали, – отозвался гном безмятежно. Так безмятежно, что я ему не поверила.

Пайпер только фыркнула и переступила с каблука на каблук. Несмотря на поздний час, одета и накрашена она была, что называется, по всей форме. И как ей удается за сенсациями в таком виде бегать? Они же – сенсации – штуки шустрые. Поди еще догони!

– А если подумать? – прищурилась она. – Послушайте, мастер Молибден. Мы ведь можем быть друг другу полезны… – И улыбнулась та-а-а-ак, что я чуть не покраснела. С трудом удержалась, вот честно.

Гном зачем-то оглянулся на балкон. Сбежать вздумал? Ну-ну.

Мы с Пайпер переглянулись – и перекрыли ему пути к отступлению. Я – к окну, она – к двери… И так слаженно у нас вышло, будто мы давно тренировались. Полгода минимум, да-да.

– Дамы, – гном сверкнул очень белыми зубами. – А вы в курсе, что удерживать разумного против его воли незаконно?

– А вы в курсе, – отзеркалила его улыбку журналистка, – что врываться в номер девушки и угрожать ей – тем более незаконно?

Гном улыбнулся еще шире:

– Между прочим, лицам, которые не принадлежат к обслуживающему персоналу, запрещено пользоваться универсальным ключом. И надо еще разобраться, каким образом вы им завладели… и с какой целью.

Журналистка склонила голову к плечу:

– Также не помешает выяснить, чего ради вы назвались чужим именем. И не воспользовались ли поддельными документами?

Ну и ну. Дуэль на уголовных статьях?

Может, Стефана позвать? Как рефери. Пусть прочитает этой парочке лекцию, что тут незаконно и сколько за это дают. Хотя они сами неплохо справляются. Вон как шпарят!

Гном застыл на миг, улыбнулся – уже совсем иначе – и сказал:

– Пожалуй, на этот вопрос я могу ответить. Если вы ответите на кое-какие мои. Ну что, идет? – И руку протянул.

– Идет! – выпалила Пайпер прежде, чем я сумела ее остановить, и пожала его ладонь. Как будто я собиралась!

А то я не понимаю, что информация нам нужна как воздух.

– Два наших вопроса на один ваш, – внесла я рацпредложение.

Пайпер тут же поддакнула:

– У нас численное превосходство!

Ну умничка же! Хорошо с ней играть в одной команде. Главное, рулить не пускать.

Гном только головой покачал:

– Ладно. Присядем?

– Это первый вопрос, я надеюсь? – Пайпер улыбнулась и опустилась в кресло. Само очарование, м-да. А что зубастенькое… Ну так некоторые хищники такие и есть. Приманивают добычу красотой и нежным ароматом, а потом – ам!

Я села за стол у окна. Мало ли что этому типу в голову взбредет? Надо бдеть.

Молибден остался стоять. Сказал галантно:

– Дамы вперед.

Хочет сначала выяснить, что известно нам? Разумно.

Мы с Пайпер быстро переглянулись. Вопросы теснились в голове, натыкались друг на друга, звучали вразнобой. С чего начать? Секта? Убийство? Мой станок?

Я вздохнула, жестом – а, гори оно огнем! – отдала инициативу Пайпер и скрестила руки на груди.

– Что вы делаете в Джонстоне? – прищурилась она. – Вы же не какой-то там оперативник, а целый советник гномьего короля!

Советник? Вот так новость. Хотя я могла бы и сама догадаться, что уж тут. Вряд ли Пайпер, при всей ее пронырливости, знает в лицо всех безопасников.

И хороший вопрос, кстати. Что заставило Молибдена приехать в город, еще и под видом обычного водителя? Вся эта канитель с убийством, кражей станка и прочим началась позже.

У меня уже голова кругом шла!

Взгляд льдисто-голубых глаз Молибдена стал острым.

– Расследую контрабанду, – сказал он просто. – По поручению короля.

– Ясно-понятно, – пробормотала Пайпер и волосами тряхнула. – А почему именно вы? Кого-нибудь пониже рангом не нашлось?

Гном пожал широченными плечами и признался неохотно:

– Во-первых, у нас было несколько случаев… Короче говоря, контрабандисты сумели кое-кого подкупить.

– Та-а-ак! – напружинилась Пайпер. Акула пера почуяла кровь. – То есть королю в этом деле нужен был проверенный… гном. Это понятно. А во-вторых?

– Во-вторых, – скупо улыбнулся Молибден, – меня попросил о помощи Титан. Мы дружны еще с юности, как-никак вместе учились. Ему кое-что показалось странным… Но об этом я пока говорить не могу.

– Понимаю, – протянула Пайпер, кажется, напряженно ворочая мозгами. Вон даже морщинка на лбу появилась! – А как вам удалось остаться неузнанным? Вас же многие в лицо знают.

И папенька наверняка тоже.

Гном ответил исчерпывающе:

– Маскировка.

– Личина? – оживилась Пайпер.

Молибден покачал головой.

– Я ведь гном, – напомнил он. – У нас только техномагия.

Я вздохнула. Уже сколько поколений магомехаников бились над амулетом, позволяющим менять внешность! Он ведь не только – и не столько! – шпионам бы пригодился. Девицы с кривыми – зубами, ногами, а главное, мозгами – за такой бы передрались! Увы, увы.

И навести на кого-то личину тоже невозможно. Точнее, возможно, но продержалась бы она только пару минут. Так что иллюзорная внешность пока доступна только сильным магам.

Хотя Стефан говорит, что это к лучшему. Иначе полиция, суды, банки и прочие намаялись бы. Можно, конечно, сличать ауру, но это накладно, да и не всегда возможно.

– Водителем у Титана работал мой кузен, – продолжил Молибден спокойно. Понял, видимо, что иначе от Пайпер не отвяжется. – Мы довольно схожи, только я от природы более рыжий. Чуть подкрасить усы и бороду, надеть униформу – и готово. А в лицо прислуге редко кто всматривается.

«Тем более мастер Неодим», – закончила я про себя. Папенька был тем еще снобом.

– А с чего вы решили, что можете нам доверять? – не удержалась я. – Вдруг мы тоже из контрабандистов?

– После того, что вы устроили на их складе? – усмехнулся гном и головой покачал. – Там товара сгорело на такую сумму, что… Короче, такого не делают ради прикрытия.

Пайпер мрачно посмотрела на него:

– Вы откуда знаете?

Хороший вопрос. Нет, правда, откуда?

Склад выгорел дотла, погрузчик мы бросили в подворотне, и наших отпечатков там – ручаюсь! – не осталось. Так что правда – откуда?

Гном усмехнулся в бороду.

– Поболтал с охранником, – признался он, чуть понизив голос. – Парень трясся, как желе, и называл вас двоих карой небесной.

Мы с Пайпер переглянулись, и я руками развела. И ведь не поспоришь. Кара. Правда, не очень-то небесная.

– А… – начала она.

– Мне кажется, вы играете нечестно, – перебил ее Молибден. – Вы давно превысили лимит вопросов, мисс…

Она отмахнулась:

– Только не говорите, что не знаете, как меня зовут. Мисс Пайпер Йеллоу, если вам так хочется. Ну ладно, ладно. Насчет вопросов вы правы. Спрашивайте!

Он покачал головой.

– У меня вопрос не к вам, а к вашей подруге, – гном вперил в меня неожиданно тяжелый взгляд и повторил: – Что вы подлили Титану?

Ответила за меня Пайпер:

– А вы уверены, что ему что-то подлили?

Молибден вздохнул и глаза закатил:

– Мисс Йеллоу, вы невозможны. Ну что за манера отвечать вопросом на вопрос? Который, на минуточку, задан вообще не вам!

Она надула губы:

– Ну не будьте таким занудой. Что вам, тяжело ответить?

Гном выразительно молчал. Очень выразительно.

Соображала я туговато, после бара-то, но все-таки.

– Приворот?

Он помедлил – и кивнул.

– Уф-ф-ф! – громко выдохнула я.

– Погодите, – Пайпер подняла руку. – А это точно? Похоже, конечно, но… Ну может быть, он просто влюбился? Бывает и такое. – И почему-то поморщилась.

Кажется, дела на любовном фронте у кузена шли не ахти.

– Уверен, – буркнул гном. – Иначе я бы не…

Он осекся, а я фыркнула. Ну да, ну да. Иначе он меня за горло не хватал бы. Не мальчишка ведь, глупостями заниматься. А безопасники – это как электрики, влезешь куда не надо или не проверишь заранее – та-а-ак жахнет! Мама не горюй.

Да и приворот на мастере Титане – если подумать! – горит ярче лампочки на 100 ватт.

– И все-таки, – настаивала Пайпер, голову к плечу склонив. – Откуда такая уверенность? Неужели мастер Титан ездил к ведьме?

Молибден смерил ее не слишком ласковым взглядом. Но кто, спрашивается, мог остановить журналистку, возжелавшую порыться в чужом грязном белье?!

– Не ездил, – он прищурился. – Это и подозрительно. Титан даже слушать об этом не захотел! Мол, не желает марать подозрениями светлое имя любимой.

– Звучит на редкость пафосно, – Пайпер потерла нос, кажется, с трудом сдерживая смех.

Гном мрачно на нее посмотрел:

– Вот-вот. Влюбленные, конечно, часто бывают не в меру патетичны, но на Титана это не похоже. Это во-первых. Во-вторых, он стал безразличен к тому, что раньше было для него очень важным. Не интересуется, как идут дела в столице и… Короче, дела Титан забросил. Даже отказался поехать в университет, когда там возникли проблемы!

– Бьюсь об заклад, вы эти проблемы и организовали, – озвучила Пайпер мою мысль.

А что? Ему это раз плюнуть.

Молибден и не думал отрицать.

– Какая разница? Главное, что он не может думать ни о чем, кроме своей безумной любви. В-третьих, Титан плохо спит, страдает от одышки и боли в сердце, ведет себя неадекватно… Даже стихи писать начал!

– Хорошие? – заинтересовалась Пайпер. Глаза у нее смеялись.

Гном только рукой махнул:

– Короче говоря, типичные признаки приворота. Прямо по методичке.

– Предположим, – кивнула Пайпер, поразмыслив. – Но кому и зачем это нужно?

Молибден выразительно покосился на меня. Я насупилась, а Пайпер фыркнула.

– Ой, только не надо валить все на Ирэн. Видно же, что нужен ей ваш Титан, как…

– Сточенное сверло, – подхватила я. – Между прочим, у меня жених есть!

Новостью это для Молибдена не стало. Оправданием тоже.

Он пригладил бороду и вздохнул:

– И все-таки я уверен… На девяносто девять и девять, так скажем. В Джонстоне у меня нет надежной ведьмы, а везти Титана к первой попавшейся – не вариант.

– Не хотите придавать дело огласке, – понимающе кивнула умничка Пайпер. – Если подозрения подтвердятся, ведьма просто обязана будет заявить в полицию. Дело-то нешуточное!

– Насильственное воздействие на разум и чувства с применением магии, – сумрачно кивнул Молибден. – Вероятно, совершенное с корыстной целью. И вы, мастер Ирэн, были бы самой очевидной подозреваемой.

Опять за калибровку деньги!

Я всплеснула руками, чуть не задев локтем растопыривший колючки кактус. Ему явно у меня понравилось, вон как вымахал. У папеньки-то чахлый такой был, я даже пожалела беднягу, приютила… Только почему-то взаимностью он, гад такой, ответил не мне, а Титану!

Так. Стоп.

Я потерла переносицу.

– Скажите-ка мне, мастер Молибден, – попросила я почти шепотом, словно боясь громким звуком спугнуть мысль, – а как привороты действуют на… цветочки?

Взгляд у гнома стал оч-ч-чень выразительный. Кажется, он спешно прикидывал: я перепила или просто свихнулась?

Зато Пайпер такой ерундой не страдала. Подалась вперед, как гончая, почуявшая след, и выдохнула:

– Кактус?! – Она мотнула головой и рассмеялась. – Только не говори, что ты…

– Вылила свое шампанское в горшок, – признала я уныло и кивнула. – Ну да, так и было. Папенька налил нам шампанское, вроде как помолвку отпраздновать, хоть я и не согласилась. Титан свое выпил, а я… психанула. Ну а кактус теперь по мастеру Титану, чтоб его, чахнет!

И хорошо, что вылила! А то бегала бы теперь за ним, как собачонка. Бр-р-р!

– Парный приворот? – в глазах Молибдена сверкнуло что-то такое… Короче, папеньке впору было с того света порадоваться, что он уже там, а не тут. – Зачем это Неодиму?

– Вы у меня спрашиваете? – пожала плечами я. – Мне эти ваши гномские заморочки – что уравнения с тремя неизвестными.

– Внуков захотел? – предположила Пайпер, хмыкнув. – Ну понянчить на старости лет и все такое. Очень-очень захотел, штука-то не дешевая.

Судя по лицу Молибдена, поверить в это мог бы только законченный… оптимист.

– Погодите! – подскочила я на месте, чуть не смахнув на пол горшок с кактусом. – Раз приворот был на двоих, я тоже потерпевшая, правильно? Можно не заниматься самодеятельностью и отвезти мастера Титана к ведьме!

– Вы могли придумать этот финт вместе с Неодимом, – огорошил меня Молибден. – Чтобы отвести от себя подозрения.

Вот же… подъемный кран! За минуту водрузил упавший с моей души камень на место.

– Ладно, – сказала я, растерла лицо руками и повторила: – Ладно! Как эту пакость снять, кто-нибудь знает?

Гном посмотрел на меня странно, но ответила – опять! – журналистка:

– Приворот снимается либо ведьмой, либо кровью того, кто его активировал.

М-да. Активировал-то его папенька, а из него крови уже не нацедить. К ведьме тоже, по понятным причинам, не пойдешь. Совсем грустно.

– Какие интересные познания, – прокомментировал Молибден, хмыкнув. – Откуда?

Пайпер независимо дернула плечом:

– Доводилось… писать.

Ну-ну. Писать, значит?

Молибден сделал вид, что поверил.

– У гномов еще работает удар сковородкой… – сообщил он задумчиво. – Но вам, мастер Ирэн, фамильную сковородку ведь не вручили?

Я сумрачно кивнула, а Пайпер оживилась. В глазах ее неугасимым пламенем разгорелось любопытство.

– Сковородка? Фамильная? – повторила она, будто пробуя слова на вкус. – Как средство от приворота? Вы меня разыгрываете, да?

– Ничуть, – гном усмехнулся в бороду. – Хотите узнать о роли сковороды в брачных играх гномов?

– Хочу!

Я ожидала, что он ее отбреет. Скажет что-то вроде: «Я тоже многого хочу». Однако Молибден лишь прищурился лукаво и пообещал:

– Расскажу. Если вы в свою очередь кое-что для меня сделаете.

– И что же? – осведомилась Пайпер подозрительно.

Гном смерил ее насмешливым взглядом:

– Сходите в библиотеку.

Пайпер открыла рот. Закрыла. Подумала и спросила мрачно:

– Издеваетесь?

– Ничуть, – повторил Молибден серьезно. – Я слышал, у людей есть какие-то другие способы снять приворот, но подробности мне неизвестны. Официально интересоваться ими, по вполне понятным причинам, я не могу. А вот вы…

– О-о-о! – протянула Пайпер заинтересованно. – Идет! Можем вместе и, кхм, опробовать.

Молибден улыбнулся уголками губ и подчеркнуто уважительно обратился ко мне:

– Вам, мастер Ирэн, тоже придется нам помочь. Немного.

– Зачем это? – насупилась я.

Гном развел руками:

– А как иначе понять, сработало или нет? Реакцию можно проследить только в присутствии предмета страсти.

Опыты ставить? Мало мне сестры – научного работника!

– Ну-у-у, – я поколебалась, однако все-таки кивнула. – Хорошо.

Перед мастером Титаном было почему-то стыдно. Я не сделала ничего плохого, но…

– Прекрасно, – плечи гнома чуть расслабились. – Значит, так и поступим. Заодно я пока наведу справки, что там с вашей фамильной сковородой и нельзя ли ее заполучить.

Я медленно кивнула и бросила взгляд на Пайпер, которая уже что-то строчила в блокноте. Прикидывала, видимо, способы снять приворот.

Бедный, бедный мастер Титан!

* * *

Когда я выпроводила эту неугомонную парочку – троицу, если считать кактус, – на часах уже было начало первого. Кактус Молибден изъял как улику. Я не возражала, пусть сначала на цветочках опыты ставит!

Я широко зевнула, не раздеваясь, упала на кровать и…

В дверь заколотили. Кого там опять принесло?!

– Ну? – спросила я через дверь.

Дура я, что ли, открывать абы кому? И так шастают все как по бульвару!

– Простите, мисс, – голос коридорного звучал приглушенно. – Вам записка.

Я хмыкнула. Записка, значит?

– Минуту! – крикнула я и вернулась в комнату. Где тут моя прелесть?..

Увидев меня, коридорный икнул. Ха! Нервный какой. Подумаешь, с дрелью наперевес. Так ведь она не включена!

Судя по панике, плеснувшей в глазах парнишки, он моментально припомнил все свои грешки.

– Стоять! – рявкнула я, когда коридорный попятился, и требовательно протянула руку. – Давай сюда.

– Да, мисс! – обрадовался он, торопливо сунул мне конверт и улепетнул.

Даже о чаевых не заикнулся!

Я сдула с дрели воображаемый дымок. Страшна я в гневе, да-да.

Прикрыла дверь, развернула записку – и брови у меня поползли вверх.

«Я кое-что узнала! Это очень-очень важно! И срочно! – гласила выведенная округлым почерком надпись поперек листа. – Надо встретиться. Но я ужасно боюсь! Если они узнают, то меня убьют… Можешь прийти в кафе «Клевер» через пятнадцать минут? Я буду ждать! Только одна – это важно! Пожалуйста. Миртл».

Я крякнула и в задумчивости почесала в затылке. Что такого важного могла узнать Миртл? Что-то о Полпенни? О контрабанде? О краже станка?

Толку гадать? Надо сходить и выяснить!

В какую-нибудь подворотню я бы не пошла. Наверное. Но кафе «Клевер» – через дорогу от гостиницы. Место людное, хорошо освещенное. Что может мне там угрожать?..

И все-таки дрель я с собой прихватила.

Как говорится, у девушки-технаря всегда должны быть в сумочке паспорт, отвертка и фата. Мало ли что?

А дрель… дрель лишней не бывает!

В фойе я нос к носу столкнулась с коридорным. Он покраснел весь, пролепетал что-то невнятное и попятился. Чуял кот, чье мяско съел, да.

Я только плечами пожала и вышла из гостиницы, на ходу помахивая тяжелой сумкой. Теплый бархатный вечер был прекрасен. Откуда-то доносилась музыка и смех, под навесом в кафе сидели люди.

Настроение у меня было отличное. Ну сами посудите, разве мало поводов для радости? Во-первых, Стефан приехал. Во-вторых, станок нашелся. В-третьих, противный инспектор так и не смог повесить на меня убийство папеньки. В-четвертых, этот самый папенька больше не сможет меня донимать. В-пятых…

На этом месте мои подсчеты прервал мужской голос:

– Простите, как пройти в библиотеку?

– Что? – я обернулась и уставилась на… эльфа?

Незнакомого эльфа, кстати сказать.

– Я заблудился, – признался он с виноватой улыбкой, наклонился ко мне и понизил голос. – Будьте так добры…

Он коснулся моей руки… И в глазах потемнело.

Последнее, что я увидела, – потрясенное лицо мальчишки-коридорного, который таращился на нас из окна.

* * *

– Идиот! – услышала я сквозь шум в ушах. – Зачем ты это сделал?

– Не смей разговаривать со мной в таком тоне! – вознегодовал тот самый эльф. Его высокий манерный голос трудно было не узнать. – Я перворожденный! Эльфы – первенцы этого мира, плоть от плоти его волшебства.

– Болван ты малолетний, – устало сказал… мэр? А этот-то тут каким боком? – И твоя сестра нас убьет.

У меня аж веки зачесались, так хотелось открыть глаза и… Дальше-то что? Сказать: «Ай-ай-ай! Как вам не стыдно, господин мэр?» В ответ он, конечно, разрыдается и снимет с меня веревки? Ну да, ну да.

Голова трещала, подташнивало, руки-ноги затекли. Чем же меня так приложили, что до сих пор штормит?..

– Ты ведь сам сказал! – повысил голос эльф. – От девицы необходимо избавиться, пока она не навлекла на нас новые беды. Заодно чем-то занять этого мерзкого полукровку, стараниями которого тебя ожидают проверки.

Ой, можно подумать, я этого сноба остроухого просто на улице встретила. И дай, думаю, испорчу ему жизнь. Ну и мэру заодно. Уже смешно?

Между прочим, они первые начали!

А за Стефана я вообще обиделась. Кстати, что за проверки? Стефан ничего не говорил…

– Все так, – вздохнул мэр. – Счастье еще, что главный редактор «Джонстонского вестника» – мой добрый друг, иначе уже завтра вышла бы статья про контрабанду… Но зачем ты сам за девчонкой поперся? Подставился по полной программе! Вдруг тебя опознают?

– Не опознают, – а вот теперь в тоне эльфа слышалось отчетливое самодовольство. – Что видели свидетели? Что девушка добровольно села в автомобиль к некоему эльфу. Согласись, первым делом подумают на этого ее… жениха?

Фу-ты ну-ты. Такое чувство, что Стефан ему не мозоль, а причиндалы отдавил.

– Возможно, – согласился мэр неохотно. – Только лучше бы ты все-таки не выпендривался и послал за ней кого-нибудь из парней. Кстати, ты хоть позаботился, чтобы записка этой Миртл исчезла?

– Разумеется! Несложные чары, и бумажка сгорела. А твоим молодцам пришлось бы силком затаскивать девушку в авто, – напомнил эльф надменно. – Едва ли после этого кто-нибудь поверил бы, что она сбежала от правосудия.

– Поверили бы! Если ты не врешь насчет своих ментальных талантов. Пусть напишет прощальную записку и… Кстати, насчет ментальных талантов. А второй девице, ну той, с выставки, ты что наплел? Чисто ради интереса.

Эльф хмыкнул:

– О, ничего сложного. Дескать, эта Ирэн Саттон обещала продать нам станок, а впоследствии передумала. Мы же намерены принудить ее сдержать данное слово. Не слишком связно, но выбирать не приходилось. Сам понимаешь, ментальное воздействие имеет свои ограничения. И становиться соучастницей… чего-то более серьезного, так скажем, девчонка не согласилась бы.

А ты, недоразумение остроухое, явно не такой сильный менталист, каким хочешь казаться. Насколько я помню из университетского курса, сильнее магии только инстинкт самосохранения. Остальное – так или иначе – можно обойти.

– Ловко, – одобрил мэр со смешком. – Ладно, мне пора. Нужно еще отчеты подготовить…

Он скрипнул зубами.

– Удачи, – пожелал эльф насмешливо.

Мэр в ответ ругнулся. Хлопнула дверь.

И на ухо мне шепнули:

– Просыпайся, милая. Тебе пора.

Что пора-то? Написать записку – мол, уехала в дальние края, не ищите – и покорно сдохнуть?

Ха! Не дождетесь. У эльфа этого руки коротки. Сильно подозреваю, что и вырубить-то он меня сумел только потому, что больно уж мне спать хотелось.

Но если сразу этого типчика послать, он, чего доброго, психанет и прикончит меня безо всяких записок. Нервишки у него явно пошаливают.

Тогда что?

Папа – не папенька, прошу не путать! – однажды рассказывал, как его едва не съели аборигены. И на вопрос, как ему удалось выпутаться, хмыкнул и изрек что-то вроде: «Пришлось стать для них костью в горле, девочки мои!»

Чем не рецепт?

Ну не костью, саморезом… И пусть молотком в стену забивает.

– Доброе утро, любимый! – с придыханием прошептала я, глаза распахнув. Широко-широко, с видом «ах, какая дурочка».

Надо мной склонился эльф. Волосы золотые, глаза изумрудные, ликом прекрасен настолько, что… Как говорил один мой приятель о таких вот красавчиках: «Морда просит кирпича».

Так, теперь быстренько представим на месте эльфа кремовый торт. С розочками…

Видимо, хорошо представилось. Достоверно. Иначе почему эльф вздрогнул и чуть отодвинулся?

– С тобой все хорошо? – спросил он опасливо.

Пфе. Ты совсем идиот, да? Лежу я тут вся такая связанная, мне чего-то там внушать пытаются, впереди перспектива сдохнуть маячит… Да-да, все прекрасно! Какие могут быть сомнения?

– Конечно, любимый… – Я вытянула губки бантиком и потянулась к нему. – Поцелуй же меня скорей!

Ну давай. Испугайся!

Как там было? Три типа реакции на стресс: бежать, сражаться, притвориться мертвым?

Я вот с перепугу буром переть начинаю. А такие типчики, как этот эльф, в любой нештатной ситуации пытаются удрать…

– Э-э-э… – протянул он, отодвинувшись. – Прости, у меня еще много дел. Позже, ладно? Спи! – И поспешно, боязливо ткнул меня пальцем в лоб.

Ужасно хотелось клацнуть зубами, но… Ладно уж.

Я прикрыла глаза и покорно обмякла.

Эльф облегченно выдохнул, пробормотал что-то о необходимости восстановить силы и слинял.

Ура!

Еще минут пять я не шевелилась. Прислушивалась. Но все было тихо. Не бряцали кандалами другие пленники, не прохаживалась туда-сюда охрана, не спешил вернуться эльф. Отлично!

Надо как-то отсюда выбираться, и желательно не вперед ногами.

Знать бы еще, где это «отсюда»!

Лежала я на диванчике, слишком коротком даже для моего невеликого роста. Или он раскладывается, или… Похоже, все-таки «или». Типичное, обитое дерматином недоразумение, которые почему-то так любят ставить во всяких «комнатах отдыха» для сотрудников пониже рангом.

Я завозилась, пытаясь с него встать – а не сверзиться! Удалось мне это с трудом. М-да, и впрямь комната отдыха. Холодильник, портативная печка, полки с чаем, сахаром и еще какой-то снедью. Ага, нож! Тупой, правда, но лучше, чем ничего.

А рядом – та-дамм! – небрежно брошена моя сумка!

Эти придурки-похитители меня вообще ни во что не ставят? Даже обидно.

То есть понятно, что просто выкинуть они сумку не могли. Кто же поверит, что я выбросила документы, а главное, свои инструменты? Стефан бы точно не поверил, зуб даю. Но разве сложно от нее избавиться как-нибудь иначе? Ну, допустим, бросить в доменную печь или там в болото. Просто, надежно, с гарантией.

Подсказывать им не буду. Обойдутся!

Даже руки мне не за спиной связали, а впереди. Изолентой перемотали. Красненькой. Извращенцы!

С помощью отвертки и такой-то матери я избавилась от пут. И вовремя! В коридоре послышались шаги. И судя по топоту, это не гипноэльфик.

Я не без труда подхватила свою верную дрель и затаилась.

За дверью повозились, замок щелкнул и…

Я прыгнула на первого вошедшего, вопя во все горло и завывая дрелью.

А он, гад, увернулся! Хмыкнул и сказал:

– Дорогая, я тоже очень тебя люблю.

– Стефан? – я так удивилась, что чуть не выронила дрель. Вот до чего дошла!

– О, ты меня помнишь? – съехидничал мой жених, ловко отбирая у меня инструмент, и крепко сжал меня за плечи. – А что ты обещала больше никуда без меня не лезть, тоже помнишь?

– Я не лезла! – праведно возмутилась я и руки в бока уперла. – Меня похитили, знаешь ли.

– То есть это не ты повелась на сентиментальную записку? И вышла из гостиницы – одна, посреди ночи?

Стефан злился. И, положив руку на сердце, я его понимала. Все так. Повелась, пошла…

Я понурилась. Крыть было нечем.

– Погоди! – вскинулась я. – Откуда ты знаешь о записке? Ее же уничтожили. И как ты… – я запнулась, заметив вдруг за его спиной и Пайпер, и Молибдена, и сержанта Стеббинса. Вся честная компания в сборе! И поправилась: – Как вы меня нашли?

– Ха, – фыркнула Пайпер. – Ты думаешь, коридорный не сунул в нее нос? А потом он увидел, как тебя усаживают в машину. И конечно, сразу об этом доложил…

– Полиции? – наивно уточнила я.

– Скажешь тоже. Мне! – подруга ткнула себя пальцем в грудь. – Вообще-то я давным-давно его подкупила.

Кто только этого ушлого типчика не подкупил!

Зато ясно теперь, откуда у нее универсальный ключ.

Только одна неувязка просто-таки бросалась в глаза.

– Но коридорный же не мог знать, куда меня везут!

Мастер Молибден улыбнулся мне и приветливо помахал… моей же контролькой! Вот жук…

До меня наконец дошло.

– То есть вы нашли меня по метке на дрели? – выговорила я сквозь смех. – Серьезно?

Сержант хохотнул:

– Ваши похитители, мисс, идиоты. А кстати! Кто это был?

И тут мне резко стало не до смеха.

– Мэр, – развела руками я. – И какой-то эльф. Он не назвался.

– Не брат ли той самой особы, – прищурился Стефан, – которая сделала тебе предложение насчет станка?

Я пожала плечами:

– Может быть. Мэр упоминал его сестру, но та или не та?

– Во всяком случае, к мэру у нас накопилась масса вопросов, – решил Стефан, обнимая меня. – Думаю, их лучше не откладывать.

– Я тоже поеду! – влезла Пайпер. – Это же сен-са-ци-я!

Это слово она протянула по слогам, смакуя, как деликатес. А я вспомнила еще кое о чем.

– Не хочется тебя расстраивать, – сказала я, кашлянув. – Но твой редактор, кажется, тоже подкуплен.

Лицо Пайпер помрачнело.

– Вот… гад! – выдохнула она и зачем-то покосилась на Молибдена, который быстро и деловито тут все осматривал.

Сержант следовал за ним по пятам, но под руку не лез. Стефан с интересом за ними наблюдал.

– Так вот почему он требовал отдать ему негативы снимков. Мол, целее будут… Ладно. Ладно! Ничего, у меня еще темы припасены. Даже лучше!

– Рада за тебя, – буркнула я и потерла лоб. – Мальчики, а кофе сварить можно? Или тут всё улики?

– Улики, – хмыкнул Стефан, обернувшись. – Но кофе можно. Даже, полагаю, нужно.

Ну не лапочка ли? Так и хочется расцеловать!

– И я хочу кофе, – обрадовалась Пайпер. – Я сварю.

Она принялась варить кофе. Я же, морщась, растирала запястья.

– Давай я, – мягко предложил Стефан и взял меня за руки.

Погладил – нежно-нежно, кончиками пальцев. Согрел дыханием. И боль отступила.

– Спасибо, – я ласково взъерошила и без того растрепанные волосы жениха. – Ты лучший!

Он хмыкнул.

– Но должен предупредить, – мой любимый эльф сделал строгое лицо. – В следующий раз – отшлепаю!

– Ой, боюсь, боюсь, – хохотнула я и благодарно кивнула Пайпер, которая поставила передо мной чашку с дымящимся кофе. – Спасибо.

– Пожалуйста, – буркнула она и села на диванчик. Мне на него даже смотреть было тошно. – Слушай, я вот что хотела спросить…

Под ее выразительным взглядом Стефан поднялся:

– Дамы, я вас ненадолго оставлю. Дела.

Умный он у меня. И понимающий.

– Повезло тебе, – согласилась с моими мыслями Пайпер, проводив его взглядом.

Эй, это мой жених! Я ей и так одного, можно сказать, от сердца оторвала. А кстати.

– Как там мой кузен? – я сделала первый глоток.

М-м-м! Надо отдать Пайпер должное, кофе она варить умеет.

Журналистка поморщилась:

– Как раз о нем я хотела поговорить. Он вообще нормальный?

– Извини, – развела руками я, чуть не расплескав при этом кофе. – Без понятия. Мы меньше недели знакомы. А что он учудил?

– Полюбуйся, – Пайпер вытащила из сумочки толстенную брошюру, озаглавленную «Опросник для претенденток на брак».

Чего-чего?

Ниже от руки было вписано имя Пайпер Йеллоу.

Вопросы, кстати, были вполне прагматичные. «Сколько вы хотите детей?», «Каким видите брак через десять лет» и прочее в этом духе.

Кстати! Что-то мне это напоминало…

– Гномы! – фыркнула я. – Титан мне брачный контракт приволок. Там примерно то же самое.

– Они не все такие, – не согласилась Пайпер. – Молибден вполне ничего.

Я спрятала улыбку в чашке кофе. Ну-ну.

И сильно подозреваю, что именно стараниями мастера Молибдена журналистка оказалась здесь и сейчас. Иначе вряд ли бравый сержант подпустил бы ее к обыскам и прочему ближе чем на километр.

– Значит, мой кузен тебе не нравится? – спросила я в лоб. – Извини, но, может, стоит ему прямо об этом сказать?

– Не то чтобы не нравится, – протянула она, теребя длинную сережку. – Просто он странный. Но умный, этого не отнять! Представляешь, – оживилась она. – Он разузнал об этой загадочной секте. Немногое, но все же! Говорит, во главе секты стоит женщина! У которой нет фаланги на правом мизинце, вот.

– Интересно, – одобрила я, подумав. – Надо будет присмотреться.

А кузен и правда не дурак. Понял, что Пайпер побрякушками и цветочками не соблазнить, и дал ей именно то, чего она жаждала. Тайну!

– Мои осведомители тоже говорили о женщине, – вставил Молибден, даже не пытаясь делать вид, что не прислушивался к разговору. – Но без таких подробностей. Ты уверена, что эта информация достоверна?

Надо же, уже на «ты»? И эти ревнивые нотки… Так-так-так!

– Что нам мешает проверить? – осведомилась Пайпер хитро и потянулась всем телом. – А теперь к мэру, да? Это будет весело!

* * *

Вокруг шныряли полицейские. Кажется, сержант вызвал подмогу, но сам – удивительное дело! – отправился с нами. Ну да, тут же надо просеять все через сито, это работа для рядовых, а не для целого сержанта. Он собирался поохотиться на дичь пожирнее.

Кстати, а где это «тут»?

– Мы на том самом заводе, – объяснил мне на ухо Стефан, заметив, как я глазею по сторонам.

– Джонстонский завод металлоизделий? – обрадовалась я и принялась оглядываться еще активней. – Значит, мы были правы?

– Во всем! – радостно заявила Пайпер, по вечной своей привычке отвечая за других. – Теперь Полпенни с мэром Гудвином ждет множество оч-ч-чень неприятных расспросов. – И прижмурилась довольно. Совсем по-кошачьи.

Стефан покосился на нее, однако ничего не сказал.

Мы все погрузились в полицейское авто (ржавый рыдван с лысой резиной и скрипящими тормозами, бр-р-р!) и рванули к…

– Мэрия? – удивилась я, когда сержант затормозил у помпезного здания с колоннами. – В третьем часу ночи?

– Окна горят, – заметила глазастая Пайпер. – Вон, видишь?

– Как раз кабинет мэра, – вставил сержант на правах местного. – Заработался наш градоначальник, хе-хе.

– Стараниями мистера Тодда, – заметил Молибден негромко, – уже завтра из столицы прибудет несколько инспекций.

– Насчет контрабанды? – снова удивилась я. – Вроде бы доказательств у нас не было.

Разве что фото, и те редактор у Пайпер выманил. Склад-то тю-тю, сгорел, вместе со всеми уликами.

– Да какая там контрабанда, – развеселился сержант. – Выше берите! Там же на складе много чего неучтенного было. А склад муниципальный, за мэрией числится. Вот и озаботились, хе-хе, контролирующие органы. Что же там такое магическое и легко воспламеняемое хранилось? Отличная работа, мистер Тодд!

Стефан только загадочно и чуть устало улыбнулся, крепче сжал мои плечи. Надо его подкормить, вон как отощал! Только глаза азартом горят.

– Пойдем? – не утерпела Пайпер.

Вот у кого не шило в попе, а целый шуруповерт!

Сержант только вздохнул и одернул форму:

– Идем, идем. И да хранят нас боги!

Ему пришлось долго колотить в дверь, прежде чем заспанный сторож ее открыл.

– Ну что вам неймется? – проворчал он. – Ходют тут всякие.

– Спать мешают, – в тон ему ответил сержант, оскалился и сунул под нос старичку свою полицейскую бляху.

– И чегось? – приосанился сторож. – Я законы знаю! Что это вы ломитесь, без ордера-то? Уж я на вас нажалуюсь!

– Боюсь, уважаемый, вы не вполне верно информированы, – заметил Стефан вежливо. – Это общественное место, для доступа к нему не требуется ордер. Мы всего лишь хотим побеседовать с господином мэром.

– А-а-а! – хмурое лицо сторожа просветлело, и он посторонился, ворча: – Так бы сразу и сказали. А то ходют, ругаются, значки суют… Тьфу!

– Поумничай мне… – огрызнулся сержант. И осекся, когда где-то наверху раздался хлопок.

Ой, что-то мне подсказывает, что это не шампанское…

Мужчины переглянулись. Спавший с лица сержант дернул кадыком.

– Кто безобразничает? – всполошился сторож, подслеповато моргая. – Стреляет-то кто?

– Хотел бы я знать, – сержант сплюнул и, не дожидаясь лифта, помчался вверх по лестнице.

Вслед ему неслась брань сторожа.

Мы переглянулись – и дружно бросились за сержантом.

Истошный женский крик здорово добавил нам прыти. Так что отстали мы всего на несколько секунд и как раз влетели в приемную, когда сержант пинком распахнул дверь в кабинет.

Сухопарая миссис Поттер вопила не переставая. А все вокруг – разбросанные бумаги, светлый ковер – было забрызгано… кровью?

– Женщин уберите! – обернувшись, рявкнул бледный до синевы сержант. Глаза у него были бешеные. – Ну!

Он сграбастал секретаршу и силком вывел из кабинета.

Хлопнул дверью.

Стефан крепко взял меня за руку и обратился к Пайпер:

– Пойдемте, мисс Йеллоу. Я отвезу вас домой.

– Не пойду! – возмутилась она. – Я не женщина.

– М-да? – хохотнул Молибден.

Пайпер мотнула головой и гневно наставила на него палец:

– Я журналистка! И ты обещал мне сенсацию.

– Хорошо, хоть не жениться, – вымученно пошутил сержант, похлопывая по плечу рыдающую секретаршу.

Судя по хищной улыбке Пайпер, лучше бы жениться.

* * *

– Давай я отвезу тебя в гостиницу, – предложил Стефан, когда я украдкой потерла кулаком слипающиеся глаза.

– А сам вернешься сюда? – уточнила я с подозрением. Жених нехотя кивнул, и я решительно помотала головой: – Нет уж! Лучше я тут, с тобой. А то в моем номере вечно кто-то шастает.

Стефан чуть сузил глаза.

– Ты права, – проговорил он медленно. – С этим стоит разобраться. Побудь тут, я ненадолго.

Он ушел, а я осталась в приемной: наблюдать, как вокруг бушует расследование. Кто-то что-то фотографировал, замерял, диктовал. Доктор капал всхлипывающей секретарше успокоительное. Миссис Поттер в черном платье под горло походила на печальную ворону. Сержант расхаживал туда-сюда и что-то отрывисто командовал…

Интересно, кстати, а где инспектор? Я-то думала, он сразу примчится!

– А, ты еще не слышала? – обернулась Пайпер. – И да, ты в курсе, что думаешь вслух?

Я потерла лоб. Спать надо больше, м-да!

– О чем не слышала?

– Инспектор Перкинс болеет, – сообщила она с удовольствием. Вот кому недостаток сна был нипочем. – Пострадал от несчастного случая на работе, представляешь? Отчитывал подчиненного, кричал на весь участок про взятки натурой… Потом схватился за оголенный провод – ну и получил разряд тока, разумеется.

Кажется, я начинаю понимать…

– А это, случаем, не настольная лампа сержанта была?

Замотала-то я провода на тяп-ляп, пластырем. Сержанта предупредила, чтобы не трогал, и решила, что пока так сойдет. Ну ой.

– Откуда ты?.. – напряглась Пайпер, а потом в глазах ее молнией сверкнуло понимание. – Так-так! Ну ладно, все равно никто ничего не докажет.

Я покосилась на энергичного сержанта Стеббинса, который вовсю командовал полицейскими. Что же, судьба – в моем лице, хе-хе – отплатила противному инспектору. И поделом!..

Стефан вернулся через полчаса.

– Я снял нам дом, – сообщил он мне так спокойно, как будто в этом не было ровным счетом ничего такого. В четвертом-то часу ночи. – Вещи из гостиницы доставят утром. Сержант!

Тот нехотя обернулся и буркнул:

– Что еще?

– Куда подевалась миссис Поттер? – осведомился Стефан мягко и руки в карманы сунул.

– А, – махнул рукой полицейский. – Я отправил ее домой. Доктор сказал, у нее сильный шок.

– Зря, – емко бросил Стефан. – Следовало сначала толком ее допросить. И поискать следы пороховых газов заодно.

Сержант вытаращил глаза:

– Думаете?.. Но зачем ей?!

– Хороший вопрос… – пробормотала Пайпер, насторожившись.

Стефан пожал плечами:

– Я навел справки. Не существует никакой миссис Полпенни, осужденной к отбыванию наказания. Так что история с избиением любовницы мужа – выдумка от начала и до конца.

Сержант поменялся в лице.

– Хотите сказать, что миссис Поттер вовсе не теща Полпенни? То есть они не родственники и живут вместе просто так? Хотя… Даже если она его, кхе-кхе, любовница, кому какое дело? Мы ведь не полиция нравов.

Ну не знаю. Унылая миссис Поттер, вечно в черном, с поджатыми губами и кислым лицом, – и любовница? Хотя желеобразный мистер Полпенни тоже не очень-то походил на пылкого любовника.

Внешность обманчива?

– Разумеется, – согласился Стефан и качнулся с носков на пятки. – Однако такого рода вещи никто не делает просто так. Согласитесь, довольно глупо сочинять такую нелепую историю, если можно, скажем, банально назваться братом и сестрой?

– Предположим, – согласился сержант хмуро и лоб потер. – То есть эту сказочку они сочинили, чтобы никто не докапывался? Мол, такой бред специально не выдумаешь?

– Именно, – чуть улыбнулся Стефан. – Налет нелепости, как это ни парадоксально, придает истории достоверность.

«Нарочно не придумаешь», да-да.

– Я проверю, – пообещал сержант, хмурясь.

Стефан кивнул.

– И еще, – сказал он, поколебавшись. – Мне показалось, что от миссис Поттер пахло килео.

– Серьезно? – вытаращила глаза я.

– Более чем, – вздохнул Стефан.

– А можно объяснить? – встряла Пайпер, переводя взгляд с него на меня. – Для непосвященных.

– Килео – это эльфийский фрукт, – ответила я быстро. – Эльфы его пихают чуть ли не в каждое блюдо. А корочки заваривают. Это вроде традиционного напитка.

Как по мне, так кислятина неимоверная.

Пайпер покосилась на меня уважительно. Ха! Было бы отчего. С моей будущей свекровью и не научиться всем этим эльфийским заморочкам? Нереально. Вдруг я ее драгоценному сыночку неправильно утром этот их чай заварю? Ужас же!

Стефан чуть сжал мой локоть, успокаивая, и я устыдилась. Мама у него все-таки мировая, пусть и слегка повернута на традициях.

– То есть, – заключил сержант и оглянулся на своих людей, которые деловито шныряли рядом с трупом, – эта миссис Поттер может вообще оказаться эльфийкой? Под личиной?

– Как, полагаю, и ее так называемый зять, – хмыкнул Стефан. – И, боюсь, свой шанс застать ее врасплох вы упустили. Теперь придется получить ордер, во избежание международного скандала.

Сержант застонал и схватился за голову.

* * *

«Дом» – это Стефан поскромничал.

По ТТХ он скорее тянул на особняк, разве что слугами не кишел. Хотя и этому нашлось объяснение.

– Я попросил, чтобы нам никто не мешал, – Стефан отпер дверь ключом. – Прошу.

Спать хотелось зверски. Настолько, что я даже по сторонам не глазела. Хотя чего я там не видела? Вон, у моей старшей сестры Греты теперь целый замок! А тут всего-то два этажа. Плюнуть и растереть.

– Я в душ и спа-а-ать, – последнее слово смазалось смачным зевком.

– Боюсь, – виновато вздохнул Стефан, – что пока не выйдет. Мастер Молибден скоро привезет Титана. Сварить тебе кофе?

От таких новостей – и я не про кофе – сонливость слетела мигом.

Ничего не имею против мастера Титана, но когда он в себе!

– Зачем это? – возмутилась я. – А если он тебя ночью из ревности прикончит? И даже отвечать за это не будет – приворот ведь!

Стефан покачал головой:

– Не преувеличивай. Приворот не является основанием, освобождающим от уголовной ответственности. Разве что смягчающим оную.

Я лишь глаза закатила. Юр-р-ристы!

– Ну конечно. Это полностью меняет дело!

Он примирительно улыбнулся:

– Любимая, не тревожься. Мастер Молибден заверил, что его подопечный будет не способен двигаться. Следовательно, никакого риска нет, а снимать приворот здесь будет куда удобнее, чем в гостинице, ты не находишь?

Так и представляю. Связанный, как колбаса, Титан, толпа любопытствующих – и я в главной роли. Снимаю, значит, приворот. Брр!

– Оу, – только и сказала я.

Зато теперь понятно, чем Стефану в доме помешали слуги!

Все оказалось не так плохо. То есть намного, намного хуже.

Я как раз дожевывала пятый бутерброд с ветчиной – от нервов мне всегда хочется есть, – когда в дверь позвонили. Выглядывать я не стала из принципа. Справятся, не маленькие. И чуть не подавилась, когда услышала бодрое: «Заносите!»

Э-э-э?

Семеро гномов – во главе с Молибденом – торжественно несли гроб. Хрустальный. Он покачивался на цепях, гномы пыхтели, а у Титана внутри было такое благостное лицо…

– Умер? – выдохнула я и спрятала за спину недоеденный бутерброд. Как-то стыдно жевать, когда в доме такое горе.

– Сплюнь! – сердито посоветовал Молибден, обернувшись, и мотнул головой своей, кхм, гробоносной команде. – Парни, не отвлекайтесь! Вам туда.

Гномы утопали в подвал, тихо матерясь из-за ступенек, а Стефан обнял меня за плечи:

– Это… изоляция. Кажется, так?

– Кого от кого? – ляпнула я от нечеловеческого изумления.

Может, мне это все-таки снится? Ну мало ли, устала, отрубилась и брежу?

Стефан хмыкнул.

– Титана от приворота, нас от Титана, – объяснил он исчерпывающе. – Мастер Молибден обещал, что на вместилище будут наложены самые крепкие чары.

Я потрясенно молчала. Уж на что у меня бурное воображение, но такое!..

* * *

А в гостиной нас ждала Пайпер, надутая, как голодная мышь.

– Ну и зачем ты меня утащил? – выговаривала она Молибдену. – Я уже почти…

– Ты почти нарвалась на неприятности, – парировал он спокойно. Оазис разума в пустыне приключений, кхе-кхе. – Можешь поинтересоваться у мистера Тодда, что бывает за приворот, совершенный в отношении должностного лица, находящегося при исполнении служебных обязанностей.

– Ой, можно подумать, – она принялась накручивать локон на палец. – Мэр вот…

Бледно-голубые глаза Молибдена сверкнули льдом.

– Мэру было что скрывать, – заметил он сухо. – Поэтому он не слишком рвался поднимать шум. Сержант – другое дело. Это же додуматься надо, попытаться магией выведать у него тайну следствия! Поверь, я спас твою очаровательную задницу от крупных проблем.

– О, – Пайпер стрельнула в него взглядом. – Ты находишь ее очаровательной?

– Ты неисправима! – закатил глаза Молибден.

Между этими двумя так искрило, что хоть электроды подключай.

Стефан кашлянул:

– Неловко вас прерывать, но час поздний. Ирэн устала, и нам хотелось бы поскорее лечь.

– Конечно. – Пайпер встряхнулась и вытащила из сумочки блокнот. – Я тут записала кое-что. Начнем с самого простого.

– Почему не с самого надежного? – удивился Молибден. – Зачем растягивать?

– Гномы и их практичность, – фыркнула Пайпер и постучала по блокноту длинным ногтем. – Не все варианты легко провернуть, знаешь ли. Для некоторых нужно полнолуние и кладбище. Другие требуют искупать жертву в «большой воде», то есть ванна не годится. Представляешь, как мы окунаем жертву… то есть Титана в реку?

«Жертву» – это очень точно, да-да. За руки, за ноги… И докажи потом, что мы его не топим, а, наоборот, спасаем!

Судя по скептической мине Стефана, шансов на это было немного.

– Там все такое травмоопасное? – уточнил Молибден осторожно и посмотрел на блокнот в ее руках с некоторым даже уважением. Хорошая у ведьм фантазия!

– Есть и более рискованные, – обнадежила его Пайпер. – Поэтому и предлагаю начать с чего попроще. Хуже не будет!

Оптимистка.

* * *

Пайпер в задумчивости листала свои записи:

– О! Вот это подойдет для начала. Нужны будут соль, восковая свеча, пинцет и гвоздь.

– Гвоздь? – уточнил Молибден осторожно.

Кажется, человеческие ритуалы вызывали у него все больше подозрений.

– Да не бойся, ни один гном не пострадает, – обнадежила его Пайпер. – Гвоздь надо просто раскалить в пламени свечи.

– Полагаешь, меня это успокоило? – осведомился гном сухо. – Нам следует предварительно наложить звукоизолирующие чары?

– Зачем? – вытаращила глаза она. – Тьфу! Я же его не пытать собираюсь, а спасать!

– Вот это-то и пугает… – пробормотал Молибден, и журналистка не сразу различила насмешку. – Поверь, когда женщина собирается кого-нибудь спасти, несчастного стоит лишь пожалеть.

– Между прочим, – надулась она, – я всю библиотеку перелопатила. А ты издеваешься.

– Извини, – попросил он вполне серьезно. – Спустимся в подвал?

– Полагаю, на кухне найдется все необходимое, – решил Стефан. – Ирэн, поможешь?

Я с готовностью пошла за ним, краем уха слыша, как продолжают собачиться Пайпер с Молибденом.

Нашла коса на камень!..

* * *

Таинственный полумрак. Запах влажного камня и земли. Пробирающая до костей тишина.

Хрустальный гроб – такая себе люлька размера XXXL – покачивался на толстых цепях, подвешенных к крюкам в потолке. С этих же крюков свисали колбасы и копченый окорок, от запаха которого у меня громко забурчало в животе. А еще аппетитные огурчики в банках, и маринованные яблоки, и…

Пайпер недовольно на меня оглянулась. Нарушаю, понимаете ли, торжественность момента.

Можно подумать, я одна по ночам шастаю к холодильнику.

Но спорить не стала. Еще передумает расколдовывать, и будет тогда Титан за мной до конца жизни бегать…

Так что я примирительно задрала лапки. Мол, сдаюсь, молчу, внимаю.

Она кивнула и нервно одернула платье. Переступила с каблука на каблук:

– Кажется, все готово. Приступим?

Молибден кивнул, зажег толстую свечу и присел на пустую бочку в изголовье «гроба». Боялся, что приятель выскочит и удерет? Или, наоборот, собирался защищать от страшной Пайпер?

У нее же гвоздь!..

Пайпер быстро облизнула губы и сунула здоровенный гвоздь в пламя свечи.

Я стиснула кулаки. Стефан погладил меня по спине и шепнул: «Все будет хорошо».

И только Титан знай себе посапывал. Даже завидно стало.

Минута, другая… Кончик гвоздя раскалился. Пайпер опустила его в стакан с гневно зашипевшей водой.

– Как этот гвоздь остыл, – произнесла она торжественно, – так и твои чувства, Титан, к Ирэн остыли!

Мы дружно посмотрели на Титана. Ноль эффекта. Как дрых, так и дальше дрыхнет.

– Что теперь? – поинтересовался Молибден, откашлявшись.

– Ну, – отсутствие видимого результата Пайпер слегка обескуражило, но не остановило, – тут написано, что привороженному нужно выпить немного этой воды.

Молибден со Стефаном мрачно переглянулись. Видимо, представили в красках, как будут поить бесчувственное тело.

– Я попытаюсь разжать ему зубы, – решил гном наконец. – А вы вливайте. Возьмите ложку, что ли.

– Там не написано, сколько нужно выпить? – поинтересовалась я у Пайпер. – Можно просто смочить ему губы.

– А вдруг не подействует? – засомневался Молибден. – О! – И такой взгляд у него стал нехороший. Оценивающий.

Я даже попятилась.

– Что? – не утерпела Пайпер.

Молибден усмехнулся:

– Я придумал, как его напоить… Ну и заодно проверить, сработало ли. Как искусственное дыхание, понимаете?

Дошло до меня не сразу.

А когда дошло…

– Ни за что! – выговорила я раздельно и руки в бока уперла…

* * *

Ой, можно подумать, меня кто-то спрашивал!

Сунули стакан в руки, сказали: «Надо, Ирэн, надо».

И пришлось, набрав полный рот воды – почему-то она отдавала солью, – целовать этого спящего красавца.

Между прочим, на глазах у собственного жениха!

Титан сначала скривился, морду недовольно отвернул. Мол, лезут тут всякие, честным гномам спать мешают! Вода потекла по бороде, но сколько-то попало в рот. Кажется.

Гном облизнулся, расплылся в улыбке. Сграбастал меня так, что ребра затрещали, и принялся жадно целовать…

Отдирали Титана втроем. У меня от недостатка кислорода уже темные круги перед глазами поплыли, а этому герою-любовнику хоть бы хны! Так присосался – любой вампир обзавидуется.

Хорошо еще, опять уснул, стоило Стефану изловчиться и захлопнуть крышку гроба.

– Чтоб я… еще раз! – бормотал Молибден, прикладывая к свеженькому синяку под глазом банку с огурцами. – Поверил какой-то доморощенной ведьме!

Пайпер надулась и скрестила руки на груди:

– Надо было его привязать. Нечего сваливать на других собственные недоработки!

Молибден набрал полную грудь воздуха…

– Вы как хотите, – сказала я решительно. – А я спать!

Какие там полцарства? Я бы даже патент отдала за восемь-десять часов спокойного сна!

Хр-р-р.