Россия, Кемерово
Июль 2016 года
После завершения сложного проекта Артём получил повышение в IT-компании, где работал. Теперь бо́льшую часть времени он проводил за кодом. Он все чаще сидел допоздна за компьютером, а после валился на кровать и засыпал крепким сном. Иногда мне казалось, что его сны тоже состоят из каких-то абстрактных алгоритмов, которые он пишет прямо в своей голове. Мы почти не разговаривали – его мир уходил в ту сторону экрана, куда я не могла заглянуть. Мне было одиноко.
Лев уехал в археологическую экспедицию. Оттуда он каждый день присылал мне длинные сообщения: мы обсуждали мир, новости, погоду, моду, науку. Иногда он рассказывал про находки – черепки, монеты, осколки прошлых жизней. Вскоре переписка из дневной перетекла в ночную, а темы приобрели более личный характер: мы говорили о мечтах, о детстве, о страхах. Из-за длинных ночных разговоров я спала два-три часа в сутки. Оставшееся время я проводила в каком-то странном состоянии бодрствующего забвения, где реальность казалась вязкой, но не тяжелой. Лев будто подпитывал меня энергией.
Двадцать седьмого июля, в мой день рождения, я услышала звонок в дверь. Курьер с трудом удерживал огромный букет розовых роз. Сто один цветок… «Самой красивой девушке на свете. Скучаю! Навсегда твой, Лев!» – было написано в записке.
Россия, Кемерово
Август 2016 года
Телефон зазвонил в тот момент, когда я читала книгу «Вино из одуванчиков», уютно устроившись на диване.
– Алло, Лев, ты уже в городе? Вернулся с раскопок? – ответила я на звонок, не скрывая своей радости.
– Лиленька, привет. Да, только приехал. Ты дома?
– Ага, а что такое?
– Спускайся. Жду у подъезда. – Это прозвучало как приказ.
– Что за срочность? – Я выглянула из окна, пытаясь его заметить.
– У тебя десять минут. Узнаешь, когда спустишься. – Лев заинтриговал меня.
За последний месяц я не раз ловила себя на мысли, как скучаю по Льву. Теперь, услышав его голос, я почувствовала волнение, словно перед чем-то важным. Я быстро оделась, выскочила из подъезда.
– Куда мы идем? – спросила я, приобнимая его.
– Сдавать экзамен, – ответил он с легкой улыбкой.
– Что? Лев, я же не готовилась. Ты ведь знаешь, что я не собиралась поступать в магистратуру.
– Лиля, это неважно. Просто будь рядом. Ничего делать не нужно – я отвечу за тебя. А если поступишь, решение, ходить на занятия или нет, останется за тобой. Договорились?
Его уверенность успокаивала. Я кивнула, и мы поехали в университет. Аудитория была почти заполнена. Среди студентов я заметила Марка, он удивленно посмотрел на меня. Мы сели за парты, и мне выдали бланк с тестом. Я лишь заполнила пустые поля с фамилией и датой рождения, а потом тайно передала свой тест Льву. Он сосредоточенно вписывал ответы, и я невольно залюбовалась им – вена на его виске едва заметно пульсировала. Закончив мой тест, он взялся за свой.
Марк, сидевший рядом, прошептал:
– Лиля, ты же не хотела поступать в магистратуру?
– А почему бы не попробовать, – ответила я.
Когда экзамен закончился, мы сдали работы и вышли на улицу. Лев и Марк проводили меня до остановки. Сев в автобус, я почувствовала, как телефон завибрировал в руке.
– Лиленька, выйди на следующей остановке, – дал указание Лев.
Мне понравился его настойчивый тон. Я послушалась и выполнила то, о чем он просил. Августовское солнце нежно касалось лица. Я закрыла глаза и наслаждалась последними теплыми лучиками. Я ждала его.
– Прогуляемся? – Голос Льва раздался из-за спины.
– С удовольствием! – согласилась я.
Мы пошли к сосновому бору. Тропинки были покрыты мягким ковром из хвои, а воздух пропитан запахом смолы. Лев шел рядом, и вдруг его рука легко коснулась моей. Я не отдернула, а, напротив, ответила прикосновением. Через несколько минут он остановился, повернулся ко мне и заговорил:
– Лиленька, я тебя полюбил, и весь мир для меня перевернулся! Поэзия, картины, литература, песни – все обрело новые, непонятные мне до этого смыслы. Спасибо тебе, Лиля! Помнишь произведение «Тарас Бульба»? Когда в школе изучал, не понимал, как же Андрий предал из-за любви к полячке отца, казаков, родину. Не мог понять, презирал его поступок. Но теперь это кажется мне таким естественным. Ты изменила все.
Я не ответила. Мы молча отправились дальше по узким дорожкам среди высоких сосен. Я не любила Льва, он мне даже не нравился. И все же что-то неуловимое тянуло меня к нему.
Лев проводил меня до дома. На прощание он слегка коснулся губами моей щеки, и я почувствовала, как тепло разливается внутри. Зайдя в квартиру, я пыталась прийти в себя. Артём сразу почувствовал мое волнение.
– Лия, родная, что с тобой? Где ты была?
– Я сдавала экзамен на поступление в магистратуру, – сама не веря своим словам, ответила я.
Артём нахмурился, взял меня за руку и осторожно спросил:
– Зачем? Ты же мечтала покончить с историей все эти годы.
– Знаю, милый, знаю. Но что-то заставило меня. Лев… он сдал за меня экзамен.
– А как же переезд в Москву?
Я стояла на пороге квартиры, потупив взгляд. С каждым днем было все сложнее разобраться в своих чувствах.
– Не переживай, милая. У тебя есть время обо всем подумать. Хочешь, прогуляемся? – приободрил меня Артём.
Мы отправились к набережной. Подойдя к парапету, я облокотилась на него. Тут, глядя на тихое течение реки, я поймала себя на мысли, что мне не хватает Льва. Хотелось бродить с ним в обнимку по этим аллеям, взявшись за руки. Я мечтала об этом, пока Артём делился новостями о перспективном проекте на работе, и бросила рассеянно: «Классно».
Через неделю объявили результаты экзамена. Я поступила, набрала больше баллов, чем Лев. Родители настояли на учебе, а переезд пришлось отложить. Артём был расстроен, но старался скрыть это. А я… я просто плыла по течению. Мысли о том, что теперь я буду видеться со Львом почти каждый день, вызывали улыбку.
Россия, Кемерово
Начало сентября 2016 года
Пятый год обучения на историческом тянулся как дождливое кемеровское утро – серое, вязкое и бесконечное. Это были годы, когда мои мечты и желания увязли где-то на обочине. На факультете нас разделили по группам: Лев отправился к археологам, я же вместе с Марком оказалась в группе, изучающей историю Сибири. Лев уехал в экспедицию, оставив меня утопать в докладах, рефератах, конференциях. Университет, который я выбрала ради него, теперь казался мне ловушкой. Я часто задавалась вопросом: зачем я вообще пошла на тот вступительный экзамен?
Мы продолжали переписываться со Львом, я практически не выпускала из рук телефон. Каждое утро вслепую тянулась к экрану, едва открыв глаза, чтобы прочитать его слова. Засыпала, уткнувшись в дисплей. Однажды вечером, когда я уже лежала в кровати, Лев написал:
– Ты читала «Камасутру»?
– Нет, но картинки видела, – ответила я.
– И какие позы тебе понравились?
В этот момент Артём сел рядом на кровать и случайно заглянул в мой телефон. Я торопливо отвернула экран, но было уже поздно.
– Лия, может, стоит поменьше общаться со Львом? Тем более на такие темы… – сказал он спокойно, но в его голосе звучало что-то настороженное.
Чувство вины кольнуло меня и будто вывело из гипноза. Артём и раньше замечал, что я слишком увлечена общением со Львом, но никогда не высказывал этого прямо. Может, чувствуя свою безнаказанность, я продолжала общение?
– Лия, и что по «Камасутре»? – неожиданно спросил Артём.
– А что с ней не так? – удивилась я.
– Какие позы тебе понравились? – повторил Артём вопрос Льва.
– Вот не подумала бы, что тебе такое вдруг станет интересно, – смущенно ответила я.
– И все же? – переспросил Артём, приближаясь и целуя меня в губы.
Не дожидаясь ответа, Артём заключил меня в объятия, и мы повалились на подушки.
– Мне щекотно, – смеялась я, боясь продолжения.
– Кажется, у нас с весны не было секса, – припомнил Артём. – Неужели ты не соскучилась?
Я закрыла глаза и едва слышно прошептала: «Соскучилась». Когда он вошел в меня, мое тело вздрогнуло, но не от удовольствия. Образ Льва всплыл в голове, как случайное видение, которое невозможно забыть. Я открыла глаза, пытаясь отогнать его тень, и обняла Артёма крепче. Когда все закончилось, Артём поцеловал меня в макушку и скрылся в ванной.
Распластавшись на кровати, я смотрела в потолок и снова пыталась разгадать причину моей неспособности испытать оргазм. Где-то глубоко внутри меня шевелилась привычная боль: я снова не смогла. Я чувствовала себя недостаточной, а каждая новая попытка подкрепляла неполноценность. Мое тело будто боролось само с собой, и в этом сражении я всегда проигрывала.
Много лет я пыталась найти решение. Ходила по врачам, читала книги, пробовала упражнения, но все было тщетно. Мы с Артёмом негласно договорились, что его попытки добиться моего оргазма не обязательны. В каком-то смысле я даже смирилась с ситуацией. Но в глубине души знала, что это только иллюзия, чтобы обрести покой.
Россия, Кемерово
Конец сентября 2016 года
Формально я и Лев считались друзьями, но наши разговоры всегда балансировали на тонкой грани. Обычные беседы о фильмах внезапно скатывались в обсуждение эротических сцен, разговоры о моде – в намеки на откровенные наряды, а обсуждение рецептов – в шутки о ролевых играх на кухне. Это странное напряжение между нами порой вызывало у меня чувство неловкости, но я старалась не придавать этому значения. Однако тот вечер, когда Артём снова заметил нашу переписку со Львом, стал для меня моментом истины. Он заметил, но ничего не сказал. Его взгляд говорил больше слов. Стыд накрыл меня волной. Хотелось все исправить, расставить точки над i. Я решилась – позвонила Льву и сообщила, что нам больше не стоит общаться. Ни грусти, ни печали – просто так было надо. Я и сама понимала это.
– Лиленька, почему? – взволнованно спросил Лев.
– Артём против, – ровным тоном заявила я.
– Артём? А при чем здесь он и мы с тобой? – возразил с раздражением Лев.
– Может быть, при том, что он мой парень? – спокойно ответила я.
Лев бросил трубку, оставив меня с телефоном в руках и гулом мыслей в голове. Я пыталась понять, действительно ли поступила правильно. Вскоре телефон вновь завибрировал.
– Лиленька, ты зачем сбросила вызов?
От услышанного я не сразу нашла, что сказать:
– Лев, ты же сам это сделал…
– Нет, Лиленька. Я не мог так с тобой поступить! Ты же моя богиня. Ты, наверное, случайно нажала что-то.
Я знала, что не прерывала разговор, ведь я хотела договориться об окончании отношений, чтобы между нами не было недомолвок и обид. Но после слов Льва сомнение поселилось в моих мыслях. Может, он прав и я действительно нажала не туда?
– Лиля. Давай просто общаться, ничего более. Мы же друзья, да? – продолжил Лев.
– Да, друзья, – мягко согласилась я, – но…
– Лиленька, мы же ничего дурного не делаем. Мы никому не приносим вреда, а просто хорошо проводим время. Нам весело и интересно вместе. Что такого? Я тебе попозже напишу, мне на раскоп пора. Обнимаю тебя, Лиленька. Ты делаешь меня счастливым, – сказал он, прежде чем я успела что-то ответить.
Вечером Лев отправил мне сообщение, переходящее все рамки дружеских переписок. Это была интимная фантазия, где главными героями выступали мы. Читая это, я чувствовала стыд и вину, словно оказалась обнаженной перед толпой людей. Но одновременно что-то во мне откликалось. С Артёмом такого никогда не было: ни напряжения, ни страсти, ни переписки, от которой замирает дыхание. Лишь редкий секс, оставлявший меня равнодушной. Со Львом все было иначе, я чувствовала, что эта опасная связь разжигает во мне огонь. Хотя он был далек от моего идеала: высокая линия светлых волос, карие глаза с выгоревшими на солнце ресницами, правильной формы нос, пухлые, немного несимметричные губы, широкие сутулые плечи и чуть неровная походка – ничего яркого и выразительного. Правда, он всегда выглядел аккуратно: был гладко выбрит, носил чистые, выглаженные рубашки, застегнутые на все пуговицы, начищенную до блеска обувь. Из аксессуаров признавал лишь часы на левом запястье. Мне безумно нравились в нем только его высокий рост и парфюм. И да, мне льстило, что я возбуждала в нем сексуальные мечты, я чувствовала себя желанной. Это были новые для меня чувства, но все равно надо было срочно что-то решать!
На этот раз я решила не звонить. Страх снова поддаться его влиянию был слишком велик. Я написала Льву короткое сообщение: «Это была ошибка. Нам не следует больше общаться». Не дожидаясь ответа, я заблокировала его во всех мессенджерах. Ощущение вины перед Артёмом все еще давило, но я знала, что приняла правильное решение. Со временем стало легче, и я вернулась к привычной жизни. Но где-то в глубине души осталось тихое эхо тех чувств, которые разжег во мне Лев.
Россия, Кемерово
Октябрь 2016 года
Лекция по присоединению Сибири ползла монотонно, как старый поезд через бескрайнее поле. Слова преподавателя, брошенные в аудиторию, вязли где-то на середине пути к моему сознанию. Марк сидел рядом, методично записывая конспект. Его рука двигалась с точностью маятника. Телефон Марка, лежащий на столе, вдруг завибрировал. Он нахмурился, мельком взглянул на экран и отклонил вызов.
– Лев звонил. Может, случилось что-то, – шепнул мне Марк. – Перезвоню на перерыве.
Имя Лев повисло в воздухе. Я почувствовала грусть. Как жаль, что наше трио распалось. После лекции Марк перезвонил Льву. Я стояла в стороне, стараясь не встречаться с ним взглядом.
– Лиль, это тебя. Лев почему-то не может до тебя дозвониться. – Марк протянул мне трубку. – Ну бери же! Что с тобой?
– Мне… мне надо отойти… в туалет! – Я убежала, оставив Марка в растерянности.
Лев несколько дней подряд пытался связаться со мной через Марка. В какой-то момент мое терпение кончилось, и я рассказала другу правду.
– Лев меня терроризирует, – выдохнула я.
– Кто? Наш Лев? – удивился Марк.
– Ага, – кивнула я. – Это перешло уже все границы. Если он снова попросит передать мне трубку, не делай этого. Пожалуйста. – Я умоляюще посмотрела на Марка.
– Хорошо, не буду. А что у вас с ним? – поинтересовался Марк.
– Ничего. Я заблокировала его во всех социальных сетях.
– Лев не производит впечатление настойчивого парня, – произнес Марк. – Хотя я помню ваш флирт на выпускном вечере. – Он с укором посмотрел на меня.
Марк, не привыкший к драмам, казался выбитым из колеи, но обещал помочь. С этого момента он стал моей стеной. Льву он придумывал отговорки: «Ой, а Лиля ушла в столовую», «Лиля сегодня уехала с учебы пораньше» или «Я ушел на больничный». Марку нелегко было лавировать между нами, но все же он принимал мою сторону. Вскоре, поняв безуспешность своих действий, Лев перестал названивать Марку и сменил тактику. Так начался новый этап атаки. Мой телефон стал полем боя бесконечных звонков. Звонки с неизвестных номеров накатывали волнами. Я знала: звонит Лев. Однажды, устав от этого хаоса, я взяла трубку.
– Хватит мне звонить, – сухо ответила я.
На том конце послышался знакомый голос, полный боли и безумия.
– О боже мой, Лиля! Я так по тебе соскучился! Я схожу с ума, все мысли только о тебе, о твоих глазах. Лиленька, ты для меня все!
– Лев, подожди, стой… послушай, – попыталась я перекрыть поток его слов. – Это зашло слишком далеко. Мы переступили границу дружбы, а я не могу и не хочу предавать Артёма…
– Он не имеет права запрещать тебе, – перебил меня Лев.
– Да дело даже не в этом, Лев! Я не хочу причинять ему боль. Для меня важны его чувства.
– Но тебе же нравится общаться со мной? Почему ты перечеркиваешь свои желания? Ты должна делать то, что тебе нравится, Лиля!
– Нет, Лев! Не все так работает. Иногда приходится выбирать то, что действительно дорого и ценно.
– Значит, я тебе не дорог, да? – с досадой выговорил Лев.
– Лев…
– Послушай, что я тебе скажу. У меня есть предложение: давай я тебе дам пароль от своей странички «Вконтакте», и ты изредка будешь заходить на нее. Мы будем переписываться там, никаких следов преступления, – усмехнулся Лев. – Артём ничего не увидит.
Лев не слышал меня и не понимал, что проблема заключалась не в том, чтобы скрыть наши отношения, а в том, что они меня разрушали. Я не хотела никаких тайн.
– Лиля, я тебе скину пароль.
Я отказалась, но вскоре получила сообщение с логином и паролем от странички Льва. Пароль был почти карикатурно-сентиментальным: «ЛюблюЛиленьку2707». Признание в любви и дата моего дня рождения.
Ночью я долго не могла уснуть, прокручивала произошедшее за день и вспомнила о пароле. Любопытство победило, я взяла с тумбочки телефон и ввела данные в пустые поля. Личная страничка Льва «Вконтакте» загрузилась, и передо мной открылся его мир, довольно скучный и тривиальный. Я зашла в личные сообщения, где меня зацепил диалог с некой Марией. Эта была та самая Маша, с которой Лев болтал в библиотеке университета перед Новым годом. Разговоры с ней проходили непринужденно, с легким налетом флирта. Каждый новый обмен сообщениями пестрел шутками, совместными планами и даже тонкими намеками, которые трудно было бы назвать просто дружескими. И что больше всего потрясло меня – это длилось уже больше года. Горькая волна поднялась во мне, окатила с головой. Вспышка гнева толкала меня разобраться в ситуации. Но что я могла предъявить? В конце концов, я не была его девушкой, чтобы разыгрывать сцены ревности, и это тоже было как-то нелепо. Но, с другой стороны, разве он не играл в какую-то свою странную и двойную игру? Запуталась. Все переплелось – мысли, чувства, и я не знала, что делать.
Тут же в немногочисленных чатах высветилось сообщение от самого Льва:
«Лиленька! Мне пришло уведомление, что ты зашла ко мне на страницу. Благодарю тебя, моя Лиленька, ты мое солнце, я безумно соскучился!»
«Ты ничего не хочешь мне сказать?» – ответила я.
«Только то, что я без ума от тебя!»
«Нет, я говорю о Маше. Тебе не кажется, что ваше общение больше подходит для влюбленных парочек?»
«Вся моя любовь только для тебя, моя богиня».
Сказать в ответ мне было нечего. Еще немного я побродила по страничке Льва в поисках сама не зная чего, нажимая на разные вкладки. Вскоре с сожалением поняла, что затея воспользоваться паролем была ошибкой. Хотела уже выйти, но пришло новое сообщение от Льва.
«Лиля, ты усложняешь и накручиваешь. Мы с Машей просто друзья. Да, просто общаемся каждый день. Моя любовь создана только для тебя. Хочешь, ради тебя я удалю ее из друзей и заблокирую? Только не бросай больше меня. Я сделаю все, как ты захочешь!»
Я приняла его жест, но это был не компромисс, а капитуляция. Наша переписка возобновились, но я чувствовала себя пленницей. Лев удалил Машу из списка друзей и заблокировал. Он убедил меня, что я действительно что-то значу в его жизни, я важнее некой Маши. Не скрою, мне польстил поступок Льва, но теперь я почувствовала себя обязанной продолжить общение.
Лев находился в археологической экспедиции и умолял приехать к нему на раскопки, обещал показать звезды, пить вино, проводить совместные ночи в палатке под дождем, приготовить плов на костре и купаться в холодном озере, после чего отогреваться в жаркой бане. Я не поехала, хотя от его слов у меня пробегали мурашки. Чувство вины за двойную жизнь не давало покоя.
Я вновь попыталась разорвать наше общение. Повторился уже известный сюжет: звонки и сообщения от неизвестных номеров, которые я игнорировала. Вскоре дошло до того, что Лев стал обзванивать ребят из моей группы. Они с недоумением протягивали мне свои телефоны. Я отрицательно качала головой, показывая, что не стану отвечать. Мне было неловко, я сгорала от стыда, а одногруппники – от любопытства.
Однажды я сорвалась. Выхватила телефон из рук Светы и прошептала в трубку:
– Хватит звонить!
– Лиленька, умоляю, не клади трубку! Просто поговори со мной, мне не надо большего. Как у тебя дела? Как проходят дни? Ты скучаешь по мне? Мне тебя очень не хватает. Тебе без меня тоже одиноко, верно? Просто поговори со мной. Мы встретимся, когда я приеду? Хочешь, чаю выпьем или… или чего ты хочешь?
– Лев, я хочу, чтобы ты не искал меня и не звонил. Хватит, я устала!
– Но, Лиля, нельзя же так… нельзя же так просто перестать общаться, так резко все оборвать…
– Можно, – сказала я твердо. – Не звони мне больше. Оставь меня в покое.
– Лиленька, меня до конца года освободили от занятий в университете. Я буду на раскопках и не знаю, когда вернусь.
– Тем лучше. Даже рада, что ты не появляешься на лекциях, что я тебя нескоро увижу.
Я отключила телефон и, выдохнув, поняла, что Света смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Я пробормотала извинения и вышла из аудитории.
Лев поселился в моих мыслях. Я пыталась отвлечься – помимо учебы, устроилась на работу в частную клинику администратором, загрузила себя до предела. Но даже там, среди пациентов и телефонных звонков, он иногда возникал в мыслях.
Россия, Кемерово
5 ноября 2016 года
Первая зарплата. Отмечать это событие мы с подругами отправились в ресторан. Внутри царил мягкий полумрак, а каждый столик освещался свечами, которые наполняли пространство теплым сиянием. За окном вечерний город мерцал огнями. Я увидела Алису и Катю за столиком у окна. Катя с темными локонами, которые мягкими волнами касались ее плеч, была в облегающем черном платье. Алиса в сером свитере оверсайз и с высоким хвостом светлых волос выглядела как воплощение минимализма – простота, доведенная до совершенства. Обе словно светились изнутри.
– Шикарно выглядите! – восхитилась я, подходя к ним.
– Ты тоже супер! – ответила Катя, внимательно меня осматривая. – Где купила костюм? Я уже давно ищу такой в молочном цвете.
– Сшила на заказ, – ответила я с улыбкой. – Дам контакты.
Официант, обходительный и безупречно вежливый, подошел, чтобы принять заказ. Его голос был низким, почти бархатным, и в этом было что-то успокаивающее. По его рекомендации я заказала стейк и бутылку шардоне на троих. Катя выбрала рыбу в лимонном соусе, а Алиса все не могла определиться и попросила официанта подойти попозже. Прежде чем уйти, официант обратился к Алисе:
– Сегодня в нашем ресторане бокал мартини всем блондинкам в подарок, – подмигнул он и удалился.
– Ого, а почему брюнетки обделены вниманием? – вопросительно подняв бровь, воскликнула Катя. – Я бы тоже очень хотела бесплатный мартини.
– Брюнетки и без мартини счастливы. – В голосе Алисы прозвучала легкая грусть.
Мы переглянулись. Что-то было не так.
– Алиса, что с тобой? – спросила я.
Она покачала головой, будто отгоняя непрошеные мысли:
– Девочки, здесь все слишком дорого, лимит на карте почти исчерпан. До стипендии еще целая неделя. Думаю, буду только кофе.
– Алис, ты чего? Я заплачу, – поддержала я подругу, – выбирай что хочешь.
– Почему бы не попросить денег у Димы? – удивилась Катя, обращаясь к Алисе. – Вы же с ним давно вместе.
– У нас раздельный бюджет, – тихо произнесла Алиса.
– Раздельный? – поморщилась Катя.
– Ага, он не дал бы денег на ресторан. Он считает это излишеством.
– Ну ничего себе! – взбунтовалась Катя. – Тоже мне, мужчина! Вот я, например, ни дня не работала, а распоряжаюсь деньгами Максима уже год. На мне вся финансовая составляющая семьи: продукты, оплата по квартире и счетам, расходы на путешествия, бензин, страховка, развлечения. Я заведую целой домашней бухгалтерией. А на свои нужды я сколько хочу, столько и беру и ни перед кем не отчитываюсь. Захотела на массаж – пошла, салон красоты – пожалуйста. Я даже завтра одна в Турцию могу улететь, и Максим мне ни слова не скажет. Учись, подруга.
Алиса с грустью склонила голову. Я спросила у Алисы:
– Хочешь стейк?
Она кивнула. Я позвала официанта:
– Еще одну порцию стейка, пожалуйста.
Потом я обратилась к Кате:
– Не всем так везет с мужиками, как тебе, Кать.
– Ой, – закатила глаза подруга, – будто у тебя хуже. Давай признавайся.
Прежде чем ответить, я сделала глоток шардоне.
– Я не распоряжаюсь финансами Артёма, – начала я, – но он частично меня обеспечивает: за съемную квартиру, коммунальные услуги платит он. Я даже не понимаю, если честно, как там все устроено. Счетчики, свет, электричество, интернет – в этом я полный профан. Продукты тоже покупает Артём, я даже не в курсе, что сколько стоит. Рестораны, путешествия – это все тоже на нем. Но вот свои желания – маникюр, новое платье, тренажерный зал – я всегда оплачиваю сама. Это мой принцип, и меня все устраивает.
Официант к этому времени вынес нам заказанные блюда и разлил по бокалам шардоне. От стейков шла ароматная струйка пара. Мы принялись за еду и на мгновение замолчали, наслаждаясь вкусом.
– А если бы ты попросила у Артёма денег? – с любопытством спросила Катя, отправляя кусочек рыбы в рот. – Как бы он отреагировал?
– Думаю, он не был бы против, – ответила я, поднося бокал к губам. – Но я так не хочу. Не мой стиль. Буду чувствовать себя несамостоятельной. Уж прости, не в обиду тебе, Кать.
– Да ладно, не переживай. Я-то живу на полную катушку, – улыбнулась она.
– Да я тоже ни в чем не нуждаюсь. Стипендии обычно хватало на мои прихоти, а сейчас, получая зарплату, я смогу позволить себе немного больше, чем раньше. Даже полететь с тобой в Турцию, – подмигнула я Кате, – только надо накопить.
– Ловлю на слове, – засмеялась Катя и переключила внимание на Алису. – Мужика тебе настоящего надо, слышишь? Сейчас я тебе найду… Дима тебе не пара! – Катя оглядела пространство ресторана. – Вон там, видишь брюнета? Это наш идеальный вариант!
– Кать, не надо, – запротестовала Алиса, покраснев.
– А как ты хотела? Сидишь грустная в ресторане без денег! Это что за жизнь? Быстро иди знакомиться к тому красавчику. Свитшот его видела? Это Balenciaga.
– Дима хороший, – оправдывалась Алиса, – просто у него подход к деньгам серьезный.
– Ага-ага, – зевая, отмахнулась Катя, рассматривая свой маникюр. – Ты ж моя умница. Знаю я такой тип мужчин. Он скоро превратит тебя в серую мышь, и будешь у него в служанках дома в тряпье ходить. Для таких, как твой Дима, всегда мало денег. Копят-копят всю жизнь свои копеечки. А на что, спрашивается? Зато сами кричат на каждом углу: «Вокруг одни мажоры пафосные, ходят по ресторанам, денег девать некуда». Знаю, знаю таких. Еще те жмоты! Порой бутылку воды им купить жалко. Будут из крана пить, зато лишние двадцать рублей сэкономили. Вот такие они молодцы! Еще скажи, что я неправа!
– Катя, – оборвала я подругу и повертела у виска пальцем.
– Молчу, молчу, – усмехнулась Катя, – но я все же права.
Каждая сделала глоток из своего бокала и погрузилась в свои мысли.
Россия, Кемерово
Ноябрь 2016 года
Перед зеркалом в холле университета я натянула серое пальто, по привычке быстро застегнув все пуговицы. Розовый шарф повязала на шею одним движением, автоматически, но небрежно, и он тут же съехал в сторону. Рядом Марк молча возился с замком своей черной куртки, которая шуршала на весь холл. Его лицо оставалось сосредоточенным, он был погружен в свои мысли. Мы подошли к турникету, приложили пропуски, и короткий сигнал дал нам зеленый свет.
Крыльцо перед университетом утопало в полумраке, и свет фонарей едва касался мокрого асфальта. Воздух был пропитан запахом прелой листвы и влаги, будто сама осень дышала нам в затылок.
– Ты домой или прогуляемся? – спросил Марк, чуть повернув голову ко мне.
Я не успела ответить, как из темноты выпрыгнула непонятная фигура. От неожиданности я вскрикнула. Марк произнес:
– Лев, это ты?
– Ага, привет, – ответил знакомый голос.
Я задержала дыхание, пока собирала мысли. Что-то в этой встрече нарушило внутренний порядок – мир превратился в пазл, в который не укладывалась ни одна деталь. Мы трое шли к остановке в молчании, каждый из нас нес в себе свой собственный невысказанный секрет. Общая нить разговора давно оборвалась, а новая не находилась. Когда дошли до остановки, приехал мой транспорт:
– Ну, мне пора, пока! – бросила я через плечо и поспешила на ступеньки.
– Лиля, я с тобой! Мне в магазин надо по пути, – объявил Лев.
Я обернулась и встретилась взглядом с Марком, словно прося его вмешаться, сказать хоть что-то. Но он только пожал плечами и покачал головой, будто извиняясь за свое бездействие. Его виноватая улыбка выглядела неуместно, он сам не знал, что делать. Стало ясно, что рассчитывать на него бесполезно. «Тоже мне друг», – подумала я с раздражением, отворачиваясь. Казалось, в этот момент между нами возникла стена.
В тесной маршрутке мы стояли рядом, держась за поручни, и пытались удержаться на ногах. Маршрутка тряслась на каждой кочке, лампы внутри мигали, как будто чувствовали создавшееся напряжение. Я смотрела в темное окно, за которым сложно было что-то различить. Там вместо пейзажа отражались мои собственные глаза, в которых читалась тревога.
– Я соскучился, – наклонившись ко мне, прошептал Лев. – Ты невероятная, моя богиня.
Он вышел за мной на остановке и, как тень, преследовал до самого подъезда. Когда я почти скрылась за железной дверью, он сказал тихо, но твердо: «Ты будешь моей».
За ужином я рассказала Артёму о случившемся. Он хмуро смотрел в свою тарелку, пока я говорила.
– Меня уже напрягает этот Лев, – серьезно произнес Артём. – Хочешь, я с ним поговорю?
– Слушай, я не знаю. Что ты ему предъявишь? – улыбнулась я. – Чтобы не ходил за мной?
– Давай я буду встречать тебя с работы и учебы? – предложил он, и в его голосе звучала искренняя забота.
– Не надо, милый, попробую разобраться сама, – ответила я, не слишком уверенная в своих словах.
– Что-то у тебя не очень выходит, – заметил он, бросив на меня долгий взгляд.
«Может, потому что я не хотела терять Льва», – промелькнуло у меня в голове.
Со следующего дня Лев, как верный пес, ждал меня у подъезда. Ежедневно провожал на работу или учебу, иногда молча, иногда говорил: «Привет, моя Лиля» – и просто плелся позади. Я привыкла к его постоянному присутствию. Если я выходила из дома с Артёмом, то Лев прятался за угол и не показывался. «Ну и трус», – думала я, а в душе все равно что-то теплое шевелилось.
Так продолжалось две недели, как будто в странном сне. И однажды, когда мне это надоело, я повернулась к нему на тротуаре и спросила:
– Ты долго будешь еще ходить за мной?
– Всю жизнь. – Лев ответил так твердо, что я даже растерялась. – Соскучился по твоему голосу, боялся, что больше не услышу его.
Я лишь пожала плечами. Лев шел за мной и всю дорогу рассказывал смешные истории, я невольно улыбалась. Вечером того же дня получила с курьером букет ромашек с подписью: «Спасибо за эту волшебную последнюю встречу. Люблю навеки».
От этих слов внутри что-то оборвалось. Последняя встреча? Я не понимала, что это значит, но ждала и боялась наступления утра. На следующий день у подъезда было пусто. Льва не было. В его отсутствии мир казался другим – меньше света, меньше тепла, меньше эмоций. Даже занятия йогой, работа, учеба, встречи с друзьями и время с Артёмом не могли заполнить эту пустоту.
Когда Лев появился вновь, это было как вспышка света в сером небе. С одной белой розой в руке, он просто смотрел на меня. Я не могла устоять. Мы возобновили нашу связь. Теперь уже скрытую от всех.
Россия, Кемерово
Декабрь 2016 года
От наших тайных встреч и переписки чувства накалились до предела. Иногда волна страсти захлестывала меня, и я оказывалась на дне, где воздух становился редким, словно в заброшенном подземелье. Порой я скучала по Льву до щемящей тоски, а потом меня тошнило при одном только взгляде на него. Временами мне хотелось, чтобы он поцеловал меня – просто и без слов, как будто это могло все объяснить.
Я вспоминала его лицо, которое пряталось за маской. Что скрывал Лев? А может, я все выдумала и мне это только кажется? Я тонула в тревоге и неизвестности. Чувствуя, что втянута в обман, грязный и липкий, я хотела выбраться, но казалось, что уже слишком поздно.
Меня постепенно засасывало в отношения, как в болото. Вроде я и знала, что все это нехорошо, мне это совсем не подходит, но было тяжело противостоять. Мы проводили время вместе, но чаще всего я чувствовала что-то на грани презрения и отвращения к самой себе.
Тридцать первого декабря Лев встретил меня после работы и подарил огромный пакет с конфетами, который я не в силах была поднять.
– Тут двадцать килограммов, – радостно заявил Лев.
– Сколько? – Я вытаращила глаза от изумления.
Лев довольно засмеялся, а я заглянула внутрь подарочного пакета: киндеры, шоколадные яйца, «Рафаэлло», «Ферреро Роше», орешки, мармелад…
– Лев, это запас на целый год!
– Пусть в новом году у тебя будет сладкая жизнь, Лиля! Под стать тебе, – подмигнул мне Лев.
Я улыбнулась, но внутри все было слишком сложно, запутанно.
– Ты уезжаешь к родителям на праздники? – спросила я.
– Да. Буду скучать, – грустно ответил Лев.
– А я – нет, – сказала я, стараясь произнести это легко, почти шутливо.
Но под бой курантов, когда мир вокруг наполнился смехом, звоном бокалов и звуками праздничного веселья, я вдруг вспомнила о Льве. Не хватало его рядом. Одиночество, острое и колющее, накрыло меня в тот момент, когда я должна была чувствовать себя счастливой. Даже в объятиях Артёма мне было тоскливо.
Лиля не замечает, как передает ответственность за свою жизнь Льву: она плывет по течению, доверяя свое существование другому. Ее затягивает в эти отношения, словно в мутное болото, но принять ясного и окончательного решения о завершении она не может.
В самом начале я отмечала, как быстро и, казалось бы, безосновательно возникли чувства Лили ко Льву. Время раскрыть карты. Когда кажется, что между героями еще ничего не произошло, – на самом деле уже произошло. За долю секунды. Изнутри это переживается как магия, как нечто необъяснимое, как притяжение, как зов самóй жизни. Часто это называют любовью с первого взгляда. Не хочется быть циничной, но психология в этом месте лишает всякого очарования и дает весьма прозаические объяснения. Бессознательно мы считываем людей: их мимику, тембр голоса, а иногда достаточно даже парфюма – мы моментально чувствуем того, кто отзывается на нашу внутреннюю пустоту.
Секрет кроется в глубоких неосознаваемых потребностях – в любви, принятии, внимании, которые и образуют пустоту внутри. Мы «задним умом» выбираем того, кто, как нам кажется, мог бы утолить наш эмоциональный голод, закрыть дыру в сердце. Такой объект привязанности становится сверхценным, от этого особенно страшно его потерять: когда Лев намекает, что это их последняя встреча, Лиля пугается и ждет следующего дня как никогда.
Люди с нарциссическим характером подходят на эту роль как нельзя лучше. Роман со Львом выглядит грандиозно: он ярко признается в любви, возвышая свои чувства до небес, описывая их в самых впечатляющих эпитетах, – еще один признак нарциссизма. Такие люди склонны раздувать себя до вселенских масштабов, придавая своим чувствам, идеям и себе самим огромную значимость. Они одаривают вниманием и завоевывают партнера, словно рыцари в сияющих доспехах.
Все это создает сильнейшее притяжение, потому что дает надежду на утоление самого ненасытного внутреннего голода. Беда только в том, что мы выбираем именно тех людей, кто с очень большой вероятностью оставит нас еще более голодными и пораненными. На фоне интересов и потребностей нарцисса интересы и потребности партнера превращаются в пыль. Разве у Лили есть право голоса, разве она дирижирует этим оркестром? Вряд ли.
Лев манипулирует Лилей и принимает за нее решения, позволяя себе все больше, давно не стесняясь приказного тона. Когда героиня пытается выбраться из отношений, его манипуляции становятся наглее и изощреннее: он прибегает к газлайтингу («Зачем ты бросила трубку?»), а затем умоляет, засыпает комплиментами, давит на чувство вины, искажает реальность («Мы ведь просто друзья!»), преследует ее, втягивает других людей. Кнут сменяется пряником в виде широкого жеста – дать свой пароль, и не просто пароль, а душещипательное и очень личное любовное послание, приглашение в тайную переписку. Лев не понимает (и не собирается понимать), что проблема не в том, как им сохранить секрет, а во внутреннем конфликте и предательстве, которые разрывают ее душу и вытягивают силы. Это дает нам понять, что Лиля не интересна Льву как личность со своими желаниями, чувствами, потребностями и интересами – он игнорировал их с самого начала.
Неосознаваемый внутренний голод, манипуляции и нежелание брать ответственность обуславливают динамику отношений, напоминающую качели. Героиню то накрывает волной страсти, то тянет на дно, где совсем не хватает воздуха. Иногда она невыносимо скучает, а иногда ее тошнит от одного его вида. Романтические моменты сменяются периодами отвержения.
Паттерн зависимости проявляется во всей красе в ее ощущении обмана, из которого ей не выбраться, куда ее засасывает, словно в болото. Ощущение «выхода нет, я не контролирую свою жизнь, меня затянуло в какую-то историю против воли», а также тревога и запутанность – маркеры зависимых отношений.
Красный флаг № 4: Партнер манипулирует: давит на чувство вины, использует газлайтинг, искажает реальность, из-за чего вы чувствуете, что теряете контроль, а отношения засасывают вас, словно болото.
Когда нарциссический партнер завоевывает свою жертву, ему необходимо прикрывать свои нечестные действия, чтобы остаться безнаказанным. Для этого необходимо извращать, искажать, путать понятия. Чтобы обезопасить себя, необходимо «проверить реальность» через других людей. Для этого расскажите трем непредвзятым людям, которые, по вашему мнению, состоят в нормальных, здоровых отношениях, о происходящем в ваших. Если их реакция будет негативной или они выразят обеспокоенность, задумайтесь: возможно, вы на скользкой дорожке.
Именно неосознанные ранние потребности толкают нас в объятия абьюзера, и у каждого они будут своими. Обнаружить их может быть непросто, потому что психика всячески защищает нас от болезненных переживаний, но все же вы можете лучше понять себя в этом месте. Спросите себя: «Какое мое самое сокровенное и безрассудное желание, направленное на этого человека?» Попробуйте представить картинку абсолютного счастья с ним. Что вы в ней получаете? Заботу, признание, все его время, безусловную любовь, защиту и безопасность, ощущение, что выбирают вас и только вас?
Самое важное, что вы хотите получить от партнера, и будет ключом к вашей зависимости. Когда вы узнали свою потребность, необходимо присвоить ее себе, то есть осознать, что это ваш личный дефицит. В зависимых отношениях нам кажется, что непреодолимая тяга к человеку вызвана им, его личной особенностью, но это не так, она вызвана дефицитом внутри нас самих. Уже само это отделение принесет вам бо́льшую степень свободы, чем раньше.