—Мы чуть не попались, – выдохнула Пип, когда они добрались до верхнего этажа. – Я уж думала, бабочка всех нас сдаст! Но с чего это ты вдруг решила поиграть в официантку с голосом утки?

– Потом объясню. – Тилли высунула голову из-под плаща-невидимки и оглядела двери по обе стороны коридора. – Давайте поищем в комнате Клариссы!

– Почему ты думаешь, что подсвечник именно там? – спросил Нико. Он тоже опустил плащ, и теперь Тилли казалось, что верхняя часть его туловища, лишённая ног, парила в воздухе.

– Ну, Кларисса не захотела рассказывать отцу о своей выходке. Значит, она должна была спрятать Люкса там, где господин фон Розенберг не сможет на него случайно наткнуться, – быстро объяснила девочка. – А куда показывает твой компас?

Нико молча указал на противоположный конец коридора. Там находилась белая дверь с витиеватой розовой надписью, которую Тилли не смогла прочитать. Но выглядело это очень в стиле Клариссы! С замиранием сердца девочка пошла по коридору, и друзья последовали за ней. От напряжения Тилли начала задыхаться. Неужели она снова увидит Люкса? Всё ли с ним хорошо? Оставалось надеяться, что Кларисса не обошлась с ним слишком грубо…

Наконец они добрались до двери. И Тилли громко выдохнула. Витиеватая надпись гласила:

– Эй, Нико? – тихо спросила она.

Впервые с момента их знакомства ей показалось, что Нико смутился.

– Ну, честно говоря, я просто хочу в туалет, – признался он. – Причём это довольно срочно. Я за обедом выпил две бутылки сока.

– И всё это время компас показывал тебе дорогу к туалету?! – с ужасом спросила Пип.

Нико пожал плечами.

– Успокойся, комната Клариссы наверняка где-то рядом. – И он взялся за ручку двери.

– Но ты не можешь просто так войти!

– Так мне что, прямо тут на полу нужду справлять? Подождите, сейчас вернусь. – И с этими словами Нико исчез за дверью.

– Мальчики вообще ничего не понимают, да? – буркнула Пип, сворачивая плащ-невидимку и закрепляя свёрток резинками. В общем-то, времени сердиться у неё не было. Пару минут спустя Нико опять стоял перед ними.

– Ты быстро. Руки-то успел помыть? – съязвила Пип.

Вместо ответа мальчик встряхнул ладони и обрызгал девочку водой. Тилли, успевшая увернуться, внезапно выпучила глаза.

– Ребята, вы не представляете, что я нашла! – Она указывала на дверь возле туалета. На дверном косяке было видно множество чёрточек, и возле каждой стояло по цифре, от 2 до 10. Господин фон Розенберг явно каждый год отмечал рост Клариссы!

Нико присвистнул.

– Ух ты, я бы этого точно не заметил. – Он открыл дверь, и Тилли с надеждой заглянула внутрь.

Комната Клариссы, что неудивительно, была оформлена в светлых тонах. Слева стояла белая кровать с пологом и розовым постельным бельём, перед ней лежал светло-серый коврик, на окнах висели розовые шторы. Помимо этого, в комнате стояли белый письменный стол, туалетный столик и огромный гардероб.

– Её спальня больше нашей гостиной! – ахнула Пип.

Тилли же, напротив, была скорее разочарована. Ей показалось, что комната Клариссы похожа на картинку из мебельного каталога: идеально чистая и убийственно стильная, но совершенно неуютная и уж точно не чудесная.

– Я думала, тут повсюду будут волшебные игрушки, – сказала она, глядя на ряд кукол Барби, выстроившихся на полке. Своими пустыми глазами шикарно одетые куклы смотрели в никуда. И выглядели при этом куда менее живыми, чем даже солонка Вильмы.

– Это запрещено, – ответил Нико. – Нельзя иметь собственные магические вещи, пока тебя не примут в школу волшебства.

– Но вряд ли фон Розенберги придерживаются хоть каких-нибудь правил. – Пип указала на светло-розовую лакированную штуку возле шкафа. До сих пор Тилли принимала её за вешалку и удивлялась, что на деревянной опоре не висит ни одного платья. Но теперь, присмотревшись повнимательнее, она заметила, что «руки» вешалки шевелятся. Они вытянулись вперёд, и вешалка наклонилась, будто бы спрашивая: «Чем могу служить?»

– Это что ещё такое? – охнула Тилли.

– Одевалка, – ответила не выглядевшая удивлённой Пип и закатила глаза. – Мои родители подарили такую сёстрам на окончание их первого учебного чудо-года. Она помогает им по утрам решить, что надеть. Как будто для этого необходимо волшебство…

Вдруг она замолчала, и скепсис исчез с её лица. Девочка помахала Тилли и Нико, подзывая их подойти поближе.

– У меня есть идея. Подождите минутку! – шепнула она и обернулась к одевалке. – Мы друзья Клариссы и пришли за её одеждой. Сегодня вечером она хочет надеть синее платье с белыми туфлями, а в качестве аксессуара ей понадобится подсвечник.

Одевалка наклонилась, как будто в раздумьях. Видимо, задача показалась ей необычной.

– Ах, хотела бы я тоже иметь такой классный подсвечник, – быстро добавила Тилли. – Это же последний писк моды! Как жалко, что он мне не идёт!

Эти слова, казалось, убедили одевалку. Она встряхнулась, протопала к шкафу и открыла одну из дверец. Несмотря на то что за ней висело не менее двадцати разных платьев, она вытащила одно конкретное. Затем подошла к следующей дверце, за которой рядами выстроились вычищенные до блеска туфли. Выбрав пару белых лакированных сандалий, одевалка подошла к Пип и передала ей свой улов.

– А подсвечник? – напомнила девочка.

Но одевалка лишь с сожалением покачала руками и вернулась на своё место у шкафа.

– Извините, я думала, это может сработать, – буркнула Пип и принялась развешивать вещи по местам.

– Это и сработало! – возразила Тилли. У неё будто бы комок застрял в горле. – Теперь мы знаем, что Люкса здесь нет! Иначе он давно дал бы о себе знать. Или думаете, Кларисса могла потушить его огоньки? А может быть, он не двигается, когда его свечи не горят…

– Не может быть, – сказал Нико. – Ты зажгла его свечи, значит, он теперь твой, и только ты сможешь их погасить. Чудо-вещи обычно очень привязаны к своим хозяевам, так мне рассказал отец. Компас же показывает только на мои желания, потому что я его владелец. И плащ-невидимка без Пип, скорее всего, не сделал бы нас невидимыми. Чтобы потушить свечи Люкса, Клариссе нужно стать похитительницей чудес. Или ей бы пришлось его уничтожить.

– Она, конечно, глупая коза, но не думаю, что способна на такое, – пожала плечами Пип.

Рухнула последняя надежда Тилли. Значит, всё это время они шли по ложному следу? Если Кларисса не крала Люкса, он мог быть где угодно: в школе, на Вилле Чудес или где-то в Бледнингене.

– Эй, не вешай нос, – успокоила её Пип и повернулась к Нико. – А что, собственно, показывает твой компас? И не говори мне, что ты голоден и поэтому он показывает на кухню!

Нико взглянул на висящий на его груди компас, взял его в руки и потряс. А затем принялся ругаться, причём настолько многословно, что одевалка погрозила ему одной из своих рук.

– Что случилось? – обеспокоенно спросила Тилли.

– Когда я мыл руки, на него попало немного воды, – простонал Нико, – и теперь он всё время показывает в одном направлении. Боюсь, он на меня обиделся. Или сломался.