На последних двух уроках Люкс вёл себя образцово-показательно. Судя по всему, заварушка в столовой прилично его утомила. Так что теперь он уже не делал вид, что храпит, а совершенно по-настоящему посапывал в рюкзаке. Когда Тилли наклонялась к нему, то слышала тихое потрескивание, напоминавшее ей разгорающийся камин. А через приоткрытую молнию она видела, что правая свеча Люкса плотно прижата к отверстию в основании, как будто он сосёт свой пальчик. Это было так мило, что она вновь и вновь поглядывала на своего подопечного. В какой-то момент господин Долгонуд заметил, что Тилли отвлекается от урока, и отругал её, будто в замедленной съёмке:

– Что ты там… всё время… ищешь… Матильда?..

Тилли поспешно выпрямилась:

– Ничего. Я просто хотела потянуться. Движение очень полезно для здоровья.

– Тогда можешь… после урока… протереть доску, – с некоторой издёвкой предложил господин Долгонуд и продолжил свой рассказ о разных видах лишайников.

Остаток урока Тилли сидела очень тихо, так что в конце концов у неё возникло чувство, что, возможно, и на ней уже могли прорасти лишайники. А затем, вздыхая, направилась к доске, пока одноклассники разбегались по домам. Бросив на неё последний укоризненный взгляд, господин Долгонуд также покинул класс. Закончив протирать доску, девочка поняла, что они с Люксом остались совсем одни.

– Знаешь, что именно кто-нибудь должен срочно изобрести? – спросила она, доставая рюкзак из-под парты. – Губку для доски, которая бы пахла цветами, а не грязными носками, собачьими какашками и тухлыми…

Последнее слово застряло у неё в горле. Дрожащими пальцами девочка медленно открыла рюкзак пошире, достала книги, тетради и бутылку для воды, а затем вывернула его наизнанку и вытрясла всё содержимое на пол. Сломанные карандаши, резинки, несколько винтиков и две пачки растворимого шипучего лимонада образовали приличную гору, приправленную некоторым количеством хлебных крошек. Но её рюкзак был пуст.

«Ладно, успокойся, – сказала себе Тилли, почувствовав нарастающую панику. – Наверняка он просто решил слегка прогуляться, как это было утром. Или спрятался где-то, чтобы поиграть со мной, пока я вытирала доску…»

На подгибающихся от страха ногах она бродила по классу, заглядывая под парты, но не обнаружила ни следа Люкса. Запаха дыма в классе тоже не чувствовалось. Видимо, подсвечник исчез уже довольно давно, а Тилли и не заметила. Может быть, он выскользнул из рюкзака во время урока и вместе с учениками выбрался в коридор?

В подавленном настроении Тилли опустилась на одну из парт и уткнула лицо в ладони. Она же объяснила Люксу, как важно не натворить глупостей! Ну почему он её не послушал? И как ей теперь объяснить Вильме, что она потеряла свою чудо-вещь?

Стук двери напугал её. Вошла Пип, но тут же остановилась при виде Тилли.

– А, ты ещё здесь, – буркнула она. – Я думала, что смогу тут спокойно позаниматься с плащом-невидимкой. Это лучше, чем дома, где сёстры надо мной потешаются.

– Ну, у тебя хотя бы ещё есть твоя чудо-вещь, – вырвалось у Тилли. – А моя сбежала.

– Подсвечник?! – Пип ошарашенно огляделась вокруг, как будто не в силах поверить, что такая безобидная штука могла удрать. Затем она снова повернулась к Тилли.

– Честно говоря, я думала, что Вильма дала тебе вещь, которую похитители чудес лишили магии, – призналась она, и голос девочки прозвучал подавленно. – В общем, что-то лишённое магии, что не доставит тебе хлопот.

– С чего бы ей было так поступить? – удивилась Тилли, наморщив лоб.

Пип смущённо пожала плечами.

– Я думала, ты как-то сумела втереться к ней в доверие и поэтому она любит тебя больше других, – ответила она. И, понизив голос, добавила: – Как это всегда было с моими сёстрами.

– А я думала, что ты мрачная и злая, – призналась Тилли.

– Что за глупость! – взвилась Пип, но тут же улыбнулась. – Ладно, иногда я и правда бываю мрачной. Но ты бы тоже такой была, будь ты в своей семье младшей сестрой, на которую никто не обращает внимания. Да ещё и получила бы в качестве чудо-вещи плащ-невидимку, причём такой, с которым не можешь справиться!

– Магия даже сложнее математики, да? – спросила Тилли, криво ухмыльнувшись.

– Точно, – согласилась Пип и решительно схватила Тилли за руку. – Эй, пошли, я знаю, как мы разыщем этого твоего Люкса. Кое-кто из нас получил чудо-вещь, которая предназначена именно для того, чтобы искать потерянное!

Тилли понадобилось пару секунд, чтобы понять, о чём речь.

– Ты имеешь в виду Нико?

– Я видела, как он пошёл в школьную библиотеку. Давай, пойдём!

И, не дожидаясь ответа, Пип бросилась из класса. Несмотря на свой невысокий рост, она оказалась очень проворной, так что Тилли с трудом поспевала за девочкой. К счастью, школьные коридоры совершенно опустели. По дороге в библиотеку они не встретили ни учеников, ни учителей. А Нико оказался единственным, кто сидел за столом среди металлических полок. Перед ним высилась стопка книг, обёрнутых, как и все остальные предметы в школе, в серую бумагу. Только подойдя поближе, Тилли поняла, что все эти книги были географическими атласами.

Когда Пип и Тилли приблизились, он поднял на них свой вечно угрюмый взгляд.

– Чего вам? – спросил он.

– Нужна твоя помощь! Тилли потеряла свой подсвечник, и мы подумали, ты поможешь нам его найти! – сообщила Пип.

Лицо Нико стало ещё более отрешённым.

– У меня нет времени, – буркнул он и отодвинул свой компас от одной из книг, чтобы закрыть её.

– Ты хотел сказать, нет настроения, – поправила его Пип. В этот момент она немного напомнила Тилли Вильму. – Но чудо-ученики должны друг другу помогать!

И она склонилась над столом.

– ГДЕ ЧУДО-ВЕЩЬ ТИЛЛИ? – спросила она компас, причём так громко и чётко, будто считала его глуховатым.

Нико закатил глаза:

– Это так не работает. Вильма дала его мне, так что его стрелка покажет только на людей и предметы, на которые я попрошу. А теперь… я пошёл.

И он показал на стрелку, которая, совершив пару оборотов, однозначно указала на дверь. А затем, не попрощавшись, вышел из библиотеки.

Девочки обменялись взглядами.

– За ним! – скомандовала Пип, и они бросились за Нико.

– Пожалуйста, подожди! – попросила Тилли, когда они догнали мальчика. – Если ты поможешь узнать, где мой Люкс, я обещаю тебе вознаграждение. Мои родители пекут лучшие… хм… овсяные печенья на свете! А ещё у них самая большая коллекция салфеток…

Тилли не особенно удивило, что Нико не обратил на неё внимания. Лишь перед самыми школьными воротами он вдруг остановился. Глядя на компас, он повернулся к стене. На ней висело зеркало, а рядом – плакат с аккуратным мальчиком, причёсанным на косой пробор и в галстуке-бабочке. Возле него красовалась очередная надпись:

Такими же чистыми и опрятными, какими мы приходим в школу, мы и покидаем её после уроков.

До сих пор Тилли не замечала этого плаката. Вообще-то, с утра довольно-таки непросто было выглядеть опрятно, да и вряд ли кто-то упрекнул бы учёного Эйнштейна за его взъерошенные волосы. Но теперь стрелка компаса указывала прямо на него, как будто желая напомнить Нико, чтобы он срочно погладил свой свитер. Тилли удивлённо наклонилась вперёд… и у неё перехватило дыхание. На первых трёх буквах надписи красовалось серое пятно, как будто кто-то поднёс свечу слишком близко к бумаге.

– S-O-S! – прочитала Тилли. – Это же крик о помощи! Могу поспорить, это Люкс оставил для меня послание!

Пип понюхала пятно.

– Пахнет палёным, – подтвердила она. – Но как Люкс мог здесь оказаться? Он же совсем маленький, не больше тридцати сантиметров в высоту.

– Может быть, его кто-то нёс на руках, – нехотя предположил Нико.

– Думаешь, он наткнулся на кого-то и этот человек забрал его с собой? – спросила Пип. – Не могу себе этого представить. Никто бы не стал смотреться в зеркало после того, как нашёл живой подсвечник…

И тут она запнулась. Тилли схватила её за руку и смотрела на девочку широко раскрытыми глазами.

– Я поняла! – выдохнула она. – Кларисса! Думаю, это она украла Люкса.