На следующее утро, несмотря на ранний час и непроглядную темень за окнами, школьные коридоры гудели, как ульи. Из столовой доносился манящий аромат блинчиков, а в воздухе витало то странное напряжение, которое бывает перед важным событием.

Вчера, лёжа с телефоном в руках, Кира долго смотрела на бессмысленный набор букв: «Тд энъ ояэср улзжъ эян! Нпроцт, змр тд пъоэдъ оячьяыяът нъфоъм Пуямрсрэя?» – и вдруг вспомнила про шифр Атбаш. В этом шифре, одном из самых древних, буквы менялись местами – первая становилась последней, вторая – предпоследней и так далее. А значит, то, что выглядело как случайная последовательность знаков, могло оказаться вполне понятной фразой… если только знать, где у алфавита начало, а где конец. Хотя при наличии компьютера эта задача решалась очень просто.

Пара минут – и дешифровальщик в интернете выдал «спрятанный» текст: «Мы всё равно лучше вас! Спорим, что мы первые разгадаем секрет Платонова?»

Никакой тайны. Никакой загадки из прошлого.

– Власов и компания… – прошептала Кира. – Их рук дело.

Власов, Борька Долгов и Колян Якобсон, видимо, тоже расследуют тайну купца Платонова и решили пустить команду «ИКС» по ложному следу. А таким способом объявили войну.

Именно об этом она и сообщила вчера вечером Сашке и Илье. План легального проникновения в учительскую возник сразу. И теперь Кира очень нервничала, как всё пройдёт.

* * *

На перемене команда «ИКС» выжидала. Илья, Сашка и Кира стояли на третьем этаже, возле двери кабинета географии, где должен был быть следующий урок у 7-го «А». Вот и они.

Артём Власов, Борька Долгов и, судя по всему, уже оправившийся от простуды Колян Якобсон шагали по коридору, как актёры на поклон. Самоуверенно, шумно, не спеша. Власов – вальяжная походка, руки в карманах брюк, глаза прищурены. Рядом Долгов что-то говорил, усмехаясь, а Якобсон бурно жестикулировал и улыбался.

За ними шли Оля, Таня и Лера. «Таскаются за Власовым как приклеенные. Хотя, конечно, одноклассники – вот и идут на урок. Но раздражает, – подумала Кира. – Ладно. Действуем по плану».

– Эй, Власов! – позвал Илья. – Мы расшифровали вашу записку.

– Ну надо же! – хмыкнул Артём. – Поздравляю. Правда, я думал, вы справитесь побыстрее.

– Слишком уж простая загадка, – добавил Долгов, с иронией глядя на Илью. – Но похоже, не всем по зубам даже Атбаш.

– Я же говорил – надо было Цезаря брать.

Якобсон постучал себя по виску.

У Ильи сжались кулаки.

– Вам, видимо, совсем нечем заняться, – холодно бросил Сашка, скрестив руки на груди.

– Заняться-то есть чем, – пожал плечами Власов. – Мы, в отличие от некоторых, умеем думать головой. А не только носить по школе свои игрушки, купленные на папочкины деньги.

– Что ты сказал? – вспылил Илья. – Это не игрушка. И вообще, ОКО-3 я взял на время у друзей.

– Ага, конечно, – хохотнул Долгов. – У всех у вас всё на блюдечке с голубой каёмочкой. Приборы, внимание, фан-клуб. А настоящие детективы работают мозгами.

– Вам бы на сцену, – процедил Илья. – Театр абсурда.

– Серьёзно? – Власов усмехнулся. – А спорим, что мы первые разгадаем тайну Платонова? Вот и посмотрим, кто настоящие детективы, а кто просто… массовка.

– Давай, – фыркнул Сашка. – Как раз и узнаем, кто ты есть на самом деле.

– Команда «ИКС», – с издёвкой произнёс Якобсон. – Поиграем в крестики-нолики.

Илья вспомнил, как не так давно сам рассказал Власову про «ИКС». Тогда это казалось началом дружбы. Он даже думал принять его в команду. Был такой порыв. А Власов всё разболтал своим приятелям, и те теперь издеваются. Захотелось вмазать им как следует.

– Да уж, – прошептала Кира, заметив, что Таня всё снимала на видео. Телефон она держала на уровне груди, включённая камера была почти незаметна, но она точно записывала.

– С кем поведёшься, так тебе и надо. – Она вызывающе уставилась на Киру. – Подобралась компания! Лично я ставлю на команду Власова.

– Я тоже! – подхватила Лера. – Команда «ИКС»! Детский сад, ясельная группа!

– Вы не иксы, а нули! – выплюнула Таня.

– Да эту, – Лера брезгливо посмотрела на Киру, – вообще скоро из школы выставят. Окно разбила, еду ворует. А всё туда же, в детективы записалась. Ты чего в нашу школу пришла?

– Не надо с ней так разговаривать! – возмутился Сашка.

– А то что? – Власов надменно задрал подбородок.

– Быстро ты переобулся. Прям в воздухе! – Илья ловко закатал рукава пиджака, готовый врезать Власову в любой момент. – Сам ещё день назад с нами был.

– Был да сплыл, – вмешался Долгов.

– Круто вас развели, да?

Якобсон подошёл к Тане и подмигнул ей в камеру, которая по-прежнему всё снимала.

– Давайте идите отсюда, – приказала Оля.

– Отстань от неё! – вскипел Сашка, чувствуя, что девчонки опять начинают.

– Кира сама за себя не может постоять? – усмехнулся Власов, поймав одобрительный взгляд Оли.

Кира, заметив боковым зрением в конце коридора фигуру учителя по праву – Кирилла Михайловича, не мешкая ни секунды, толкнула Власова в плечо. Толчок был сильный и быстрый.

– Сможет! – бросила она. – Особенно когда надо.

– Ты что творишь?

Власов схватил её за руку.

– Отпусти её! – крикнул Илья, а Сашка метнулся вперёд и ухватил Власова за ворот.

Девчонки завизжали, Якобсон попытался оттащить Сашку от Артёма.

– Стойте! – раздался резкий, как выстрел, голос правоведа. – Сейчас же перестаньте! – Он подошёл ближе и разнял Сашку и Власова.

– Абрамов, Самсонов, Ломова. В учительскую. Немедленно. Остальные – отошли. И без возражений. Быстро.

* * *

Учительская встретила команду «ИКС» тишиной и запахом сладкого чая. За столом сидел учитель истории Исаак Шварц, готовился к уроку. Кирилл Михайлович Александров указал ребятам на диван, стоявший прямо напротив шкафа и открывшегося теперь люка, сам сел за стол, снял очки и потёр переносицу.

– Итак, – он испытующе посмотрел на ребят, – рассказывайте. Что случилось? Почему конфликт?

– Они травят Киру, – ответил Сашка. – Мы за неё заступились.

– Кто именно?

– Оля, Лера, Таня… – перечислил Илья. – Они её дразнят, снимают на видео, выкладывают в канал. Постоянно поддевают. Свалили на неё, что она окно разбила, хотя она этого не делала. А Власов с приятелями подливают масла в огонь.

Кирилл Михайлович внимательно выслушал, потом вздохнул:

– В подобных ситуациях самое важное – не поддаваться на провокации. Иногда надо отступить, чтобы выиграть. Но молчать – нельзя. Я поговорю с директором и с психологом. А вы… держитесь вместе. Особенно ты, Кира.

Она кивнула.

Илья, всё это время бросавший взгляды на шкаф, внезапно спросил:

– Простите, а что это за люк в полу?

Кирилл Михайлович и Шварц, отвлёкшийся от своих записей, переглянулись.

– Мы нашли его вчера, – сказал Шварц. – Шкаф отодвинули – и вот. Каменная лестница уходит вниз, потом ход, сводчатый потолок и, по всей видимости, тоннель под зданием. Мы не стали идти дальше. Корнеев сказал дождаться специалистов.

– А шкаф… старинный? – поинтересовался Илья.

– Восемнадцатый век. Резьба, дерево, форма – типично. Очень добротный. Тогда мебель делали на века, – ответил учитель истории.

– В таких шкафах могли быть потайные отделения?

Сашка подошёл поближе.

– Ещё как, – оживился историк. – В девятнадцатом веке секретеры и бюро часто имели скрытые ящички. Особенно у купцов. Для бумаг, денег, драгоценностей. Использовались фальшивые колонны, двойные стенки, спрятанные рычаги. А почему ты спрашиваешь?

– Смотрите, какие у него толстые стенки.

Сашка потрогал боковую панель шкафа.

– Можно посмотреть?

Кира встала с дивана.

Кирилл Михайлович кивнул:

– Только аккуратно.

Кира открыла дверцы. Папки, бумаги, стопки тетрадей. Она провела рукой по внутренней стенке – гладко. Затем присела на корточки, чтобы осмотреть нижние полки.

– Что вы ищете?

Кирилл Михайлович подошёл и раздвинул дверцы пошире.

– Потайное отделение, – не отрываясь от полок, отозвалась Кира.

– Ну, это вряд ли, – улыбнулся Шварц. – Как я понимаю, шкаф много лет стоит в учительской. Тайник давно бы обнаружили.

Кира не слушала. Изнутри – массив дерева, полостей не видно. Она провела пальцами по швам, осторожно ощупала каждый сантиметр. Разочарованно вздохнула. Уже собиралась подняться, как вдруг взгляд зацепился за крошечное углубление в левой боковой панели – как отверстие от шила.

– Тут… какая-то дырочка, – прошептала она. – Но совсем маленькая, не нажмёшь пальцем…

– Надо чем-то тонким. – Сашка быстро порылся в рюкзаке и в следующую секунду протянул Кире разогнутую скрепку. – Попробуй вот этим.

Кира вставила скрепку в отверстие. Глубоко. Почти до конца. В какой-то момент внутри что-то щёлкнуло – негромко, но отчётливо.

Она подняла голову:

– Сработало…

Медленно и плавно надавила чуть сильнее. Панель издала глухой скрип и едва заметно сдвинулась. Ещё нажатие – и отошедшая вперёд узкая створка открыла потайной отсек.

– Осторожно… – Шварц встрепенулся. Глаза у него заблестели, как у мальчишки.

Кира наклонилась. Внутри, туго обёрнутые в выцветшую и полуистлевшую ткань – холстину или мешковину, – лежали свёртки.

Она протянула руку и взяла один из них.

– Тяжёлые…

Сашка, Илья, Александров и Шварц обступили Киру, затаив дыхание. В комнате воцарилась тишина, полная предвкушения.

Кира с замиранием сердца развернула свёрток. Из складок ткани появился блеск – матовый, глубокий, тёплый.

– Золото… – потрясённо произнёс Илья. – Это… слиток?

Кира слегка дрожащими руками передала находку Сашке. Он взял и с усилием перевернул. Прямоугольный, гладкий, без единого клейма.

Один за другим они достали из тайника все свёртки.

– Десять, – пересчитал Сашка, глядя на ровный ряд золотых брусков. – Кажется, по килограмму каждый…

– Вот почему шкаф был такой неподъёмный, – пробормотал Кирилл Михайлович.

– Настоящее золото, – выдохнул Шварц. – Но без клейма. Это очень странно…

– Может, его спрятали ещё до того, как начали ставить клейма? – предположила Кира.

– Или специально не маркировали, – тихо сказал Илья. – Потому что отливали незаконно.

– Ну и дела… – Шварц во все глаза разглядывал слитки. – Надо звать Корнеева и директора. Это историческая находка. Вы молодцы!