Первую в мире железную дорогу общего пользования с паровой тягой запустили в Великобритании в 1825 году, она соединила Стоктон и Дарлингтон. Потом ее продлили до Мидлсбро, где располагалась более удобная гавань. Многие предупреждали, что люди будут бояться той скорости, которую обеспечивает паровоз. Но любознательность и тяга к открытиям и новым эмоциям оказались сильнее страха! Только за первые три месяца работы 56-километровой магистрали на поездах по ней прокатились 72 тысячи человек. В основном – ради удовольствия и приобщения к прогрессу. Оказалось, что капиталы можно преумножать не только с помощью механизмов и модернизации производства и инструментов торговли, но и с помощью индустрии развлечений, играя на эмоциях публики. Через пять лет паровозы и составы пошли из Ливерпуля в Манчестер. Из порта, куда поступало сырье, – в крупнейший промышленный, прежде всего текстильный, центр. Надо ли говорить, что железные дороги – в придачу к флоту – превратили британские колонии в инструмент повышенной рентабельности.

Джон Доббин. Открытие Стоктон-Дарлингтонской железной дороги в 1825 году. 1880

В 1820–1830-х годах стальные магистрали появились во Франции, Бельгии, Германии. Между Мехеленом и Брюсселем, между Нюрнбергом и Фюртом. В основном их строили с помощью частного капитала, но при поддержке государств.