.

Ола, амигос! На связи ваша Чин Санчо. Надеюсь, у вас все хорошо. Прошу прощения, что не сдержала обещания выкладывать по два выпуска в неделю. Я сама всегда придерживалась принципа «количество важнее качества», а теперь вот мучаюсь угрызениями совести из-за того, что покинула вас на целую неделю и заставила переживать. Простите меня, подписчики канала! После поездки на Чечжудо мне было плохо морально и физически. Я всегда гордилась своей выносливостью, но после трех месяцев отчаянных поисков дядюшки Дона на меня навалилась ужасная усталость. Впрочем, главное, что благодаря вашей поддержке и участию мы наконец-то смогли найти Дон Кихота. Словами не передать, как мне хотелось скорее поделиться с вами историями о красотах Баратории и о жизни дядюшки Дона, который теперь превратился в Санчо. Вот только, как вы уже все знаете, нас опередили представители одного телеканала, поэтому передо мной встала нелегкая задача продемонстрировать вам все чуть в ином свете.

В том, что дядюшка Дон согласился на ту съемку, нет его вины – это из-за моей неосмотрительности вам пришлось изрядно понервничать. Я очень переживала и расстраивалась. Мне даже казалось, что я больше никогда не наберусь смелости показаться тут.

И все же на прошлой неделе я собралась с силами и зашла в интернет – и снова ощутила вашу невероятную поддержку! Вы беспокоились обо мне, проводили расследование, приглашали друзей присоединиться к нашему каналу. Было столько лайков, подписчиков и комментариев, что я потеряла дар речи. Как вы знаете, «амиго» с испанского означает «друг» – это тот человек, который сражается с тобой бок о бок. Так вот, вы все – верные друзья верного оруженосца Санчо Пансы!

Вчера я отправила заявку на получение серебряной кнопки от «Ютьюба». Теперь жалею, что так поздно ушла из компании, чтобы стать блогером, но надеюсь, это будут мои последние сожаления. Отныне я больше не подведу вас.

Итак, отправившись на Чечжудо, мы встретились с дядюшкой Доном, прожили целые сутки в его прекрасной республике Баратории, много общались. Наш репортер Ханбин обсуждал с отцом возможность развивать там бизнес; Мин Чуён, который отвечал в нашем отряде за съемку, вспоминал с дядюшкой Доном времена, когда они работали над сценариями. Я же как будто бы перемотала пленку и окунулась во времена пятнадцатилетней давности, когда мы проводили много времени вместе за разговорами в нашем видеопрокате.

А еще мы очень много ели. Дядюшка Дон теперь превратился в любителя поесть Санчо, который угощал нас местными деликатесами. Традиционные печенья, ферментированный напиток свиндари, каша с морскими ушками, ломтики каракатицы, сашими из креветок оставили незабываемые впечатления. Ну и, конечно же, местное сочжу. Островитяне пьют до поздней ночи, а утром лечат похмелье специальным супом под названием чопччакппёгук.

Даже не знаю, как передать все словами. Пора показать вам видео, как и подобает блогеру, а то, наверное, уже утомила вас своим сиплым голосом. Итак, посмотрим, к чему мы пришли за эти три месяца.

В отличие от меня, Мин Чуён – настоящий профессионал. Его руки запечатлели облик «Баратории» и смонтировали для вас короткий ролик «Свобода Баратории», посвященный нашей поездке. На этом я прощаюсь с вами, дорогие амигос. До встречи в новом выпуске!

.

Трехминутное видео Мин Чуёна, смонтированное со множеством спецэффектов и съемок с коптера, произвело настоящий фурор. Качество изображения превзошло все ожидания зрителей канала. Запись начиналась с нашей встречи в аэропорту и поездки через горы в «Бараторию», затем кадры с ветряными генераторами сменили фотографии ветряных мельниц из испанской Ла-Манчи, подчеркивая связь с романом.

Чтобы снять «Бараторию», Мин Чуён запустил в небо коптер, который стал птицей, парящей над островом и наблюдающей за всеми нами. Режиссер видео даже запечатлел в подробностях наш невероятный пир. Не знаю, когда он успел, ведь мы все время ели. В последнем кадре зрители увидели огромное дерево, стоящее в самом центре «Баратории». Камера медленно удалялась от него, прощаясь с красотами этого места.

Спокойная, но при этом ритмичная музыка напоминала саундтрек к лирическому фильму. Видеоролик внезапно стал настоящим произведением искусства и разнесся по всему интернету – от блогов до «Фейсбука» и «Инстаграма». В «Бараторию» хлынуло множество туристов. Представляю ехидную ухмылку Ханбина, кофейный бизнес которого пошел в гору.

С того дня на меня свалилось множество дел. Во-первых, по просьбе дядюшки Дона я аккуратно упаковала все тетради с переводом «Дон Кихота» и отправила их на Чечжудо. Мне было жаль расставаться с рукописями, казалось, будто я отрываю от сердца близкого друга. Чтобы заполнить эту пустоту, пришлось идти в книжный магазин и покупать оба тома романа.

Получив серебряную кнопку, я решила обновить дизайн студии и стала задумываться о том, как дальше вести канал. Для начала я пригласила режиссера независимого кино, с которым меня познакомил Мин Чуён. Одна из его картин должна была вот-вот выйти в прокат. Конечно, особого ажиотажа такой контент не вызвал, и все же я рада, что удалось рассказать публике о независимом кино.

Затем мне пришла в голову идея снимать видео об интересных кафе города. Вместе с Санын мы обошли несколько мест, но особого отклика от подписчиков добиться не удалось, поэтому спустя три выпуска я отказалась и от этой задумки. Чтобы выделяться на фоне других каналов, требовались необычные персонажи или какие-нибудь крутые спецэффекты – ни тем, ни другим я похвастаться не могла.

После долгих размышлений я решила брать интервью у людей наподобие дядюшки Дона – у тех, кто не отказался от своей мечты. Правда, спустя два выпуска пришлось свернуть и это. Последней каплей стал комментарий одного из зрителей о том, что мои выпуски напоминают смесь телепередач «Мастер жизни» и «Бывает же!». Меня не пугали беспочвенные и грубые обвинения, однако к конструктивной критике приходилось прислушиваться.

Поиски Дон Кихота пользовались огромной популярностью в интернете, но я не знала, чем их заменить. Подписчики утекали как песок сквозь пальцы. Все это сказалось на уровне моего дохода: каждый раз, подводя статистику в компьютерной программе, я с грустью вздыхала.

Спустя почти два месяца после поездки на Чечжудо я попробовала вернуться к первоначальной идее – рецензиям на фильмы и книги, однако рейтинги канала продолжали неумолимо падать. Амигос постоянно спрашивали, когда в выпуске появится дядюшка Дон, а я отвечала, что это должно быть его осознанное решение и настаивать нельзя.

Конечно, внутри меня таилась отчаянная надежда на то, что случится это как можно скорее. Интервью дядюшки Дона снова вызовет ажиотаж среди подписчиков, пусть даже это будут простые съемки в замкнутом помещении. Вместе мы бы предались воспоминаниям о временах видеопроката, зачитали бы отрывки из «Дон Кихота» и обсудили бы их, встретились бы с героями предыдущих выпусков, пригласили бы в студию подписчиков… Идеи возникали в сознании одна за другой – и все они разбивались о жестокую реальность. Я блогер, который не способен вести канал самостоятельно.

Дядюшка Дон должен находиться в «Баратории» – его место там, а не здесь. Он больше не Дон Кихот, он Санчо. Я повторяла это раз за разом, стараясь убедить себя.

Как-то мне позвонил Ханбин. В тот момент я читала книгу, которую посоветовал мне один из подписчиков. Ее выпустило небольшое издательство, которым он управлял, и я сильно сомневалась, стоит ли рассказывать о ней на своем канале, потому что эссе казались мне довольно скучными. От вибрации телефона все внутри меня встрепенулось. Может, дядюшка Дон готов приехать в Тэчжон? Хотя тогда бы он позвонил лично… Вот дела, я уже радуюсь звонкам Ханбина! Кто бы мог подумать, что такой день настанет? Сделав глубокий вдох, я подняла трубку.

– Соль, отец не звонил тебе? – спросил он, еле переводя дыхание то ли от спешки, то ли от злости.

– Он ведь даже не знает моего номера. Мы ни разу не созванивались и не писали друг другу.

– Да что ж такое! Он куда-то пропал! Ты правда не знаешь? Не видела его в Тэчжоне?

– Ты в своем уме? Я бы сказала тебе!

– Он куда-то пропал. В своем репертуаре!

– Что? Может, просто ненадолго уехал куда-то?

– Его нет уже два дня, телефон недоступен. Сейчас же разгар лета – куда он мог деться? Ты точно не знаешь? Вы ничего не задумали?

– Эй! Следи за словами! Вдруг что-то случилось? В полицию не звонил?

– Да чтоб меня! Ты вообще не слушаешь!

– Это ты ничего не слушаешь! Что случилось-то? Вы поругались?

– Да так, поспорили… Он часто стал уезжать на рыбалку, а гости спрашивают, где Санчо, хотят сфотографироваться с ним – само собой, я разозлился!

– Значит, сильно поругались!

– Ну, может, и так. Даже девушка уже спрашивает меня. Ладно! В общем, позвони, если вдруг отец выйдет на связь. Обязательно! Передай еще, что мне жаль.

– Это ты сам должен ему сказать. Нельзя такое передавать через других.

– Соль, пожалуйста! С меня причитается!

С этими словами Ханбин поспешил положить трубку. Значит, дядюшка Дон пропал. Слушая друга, я на миг, всего лишь на миг представила, как беру камеру и снова отправляюсь на его поиски. Но этого не повторится. Мне не хотелось стать одним из тех телевизионщиков, которые из года в год выезжают на ремейках одних и тех же передач.

И тем не менее я волновалась за дядюшку Дона. Куда он мог запропаститься? На самом деле я скучала по нему. Только сейчас поняла это, когда услышала, что хозяин «Баратории» пропал. И пусть он теперь Санчо – для меня этот человек навсегда останется Дон Кихотом. Где же он?