Открытка от дядюшки Дона пришла ровно спустя три недели после звонка Ханбина. Ну и дела! Неужели он и правда отправился в Испанию, прихватив хамон из черной свиньи? В век цифровых технологий его открытка напоминала предмет антиквариата. На лицевой стороне была изображена статуя Дон Кихота в плаще и с мечом, а на обратной знакомым почерком значилось:
Последнее путешествие клуба «Ла-Манча».
Фестиваль, который пройдет в том месте, где все зарождалось.
Дресс-код: ханбок.
Forsi altro canterà con minpulior plectio.
Я постаралась разобраться, что это послание должно мне сказать. Судя по всему, дядюшка Дон созывал наш клуб в последнее путешествие и приглашал в Испанию. «Фестиваль, который пройдет в том месте, где все зарождалось…» Я быстро ввела эти слова в строку поиска, но ничего подобного в результатах не попалось, разве что фотографии туристов, посетивших какой-то фестиваль в Японии и зашедших в магазин мелочей под названием «Дон Кихот».
Про какой же фестиваль говорил хозяин видеопроката? Я снова посмотрела на лицевую сторону открытки. Может, речь о том месте, где стоит эта статуя? Вот только его название нигде не значилось.
Я повнимательнее всмотрелась в статую. Вместо привычной кольчуги и копья Дон Кихот был облачен в плащ и держал меч. Внезапно я разглядела в другой руке перьевую ручку и наконец-то поняла! Это не Дон Кихот, это памятник Сервантесу.
Введя в поисковик новые данные, я выяснила, что на родине писателя, в городе Алькала-де-Энарес проходит фестиваль, приуроченный к годовщине его дня рождения, девятого октября. Перевод последней строчки открытки я уже хорошо знала благодаря записям дядюшки Дона – это последняя фраза из первого тома романа:
Другие, может статься, воспоют это с большим поэтическим блеском.
Может, дядюшка Дон хочет закончить свою историю и поэтому призывает наш клуб воссоединиться на родине Сервантеса? Правда, помимо дресс-кода, никаких других вводных нам не предоставили. Я положила перед собой открытку с отпечатками пальцев дядюшки Дона и задумалась. Впрочем, переживания лишь пустая трата времени. Это ведь я, будучи продюсером, объездила все острова нашей страны, посетила все местные фестивали! Во мне снова проснулись упрямство и азарт. Для начала нужно разобраться, как добраться до Алькалы-де-Энарес.
После обеда мне позвонили из туристического агентства и сказали, что некто Чан Ёнсу включил меня в состав участников пакетного тура. Дядюшка Дон забронировал пять билетов из Инчхона в Мадрид и три двухместных номера в Алькале-де-Энарес.
Я тут же отбросила свои поиски. Хозяин проката уже все продумал. Фактически мне досталась важная миссия – собрать всех участников клуба и через месяц привезти их в Испанию! Дядюшка Дон звал нас закончить путешествие, которое так внезапно оборвалось тогда в Пусане.
Едва узнав об этом, Ханбин разозлился на безответственного отца, потребовал отменить поездку и вернуть деньги.
– Так ты поедешь или нет? В Испанию.
– С ума сошла? Без отца дела и так идут не очень. Пришлось привезти местного из соседней деревни и нарядить его в Санчо. Теперь я плачу ему за каждый день работы! Просто ужас!
Не в силах больше слушать его причитания, я повесила трубку. Настала очередь другого члена клуба.
– Хорошо! – воодушевленно ответил Тэчжун. – Кстати, испанские чурросы могли бы разнообразить наше меню.
– Так ты согласен? – уточнила я.
– Ну идея, конечно, хорошая, но… я не могу оставить ресторан. Если уеду, то…
– Поняла, ладно, – перебила я его нерешительные фразы и повесила трубку.
Сонмину даже смысла звонить не было. Сэром сказала, что занята написанием новеллы и даже из дома не выходит, не говоря уж об Испании. Никто из участников «Ла-Манчи» не мог позволить себе поездку, как же тогда выполнить задачу, которую мне поручил дядюшка Дон? Каждый сантиметр тела наполняли разочарование и тревога. Я грызла пальцы и, размышляя, ходила из угла в угол. Внезапно мне в голову пришла идея.
Дядюшка Дон забронировал для нас пять билетов, но именной был только мой. Предполагалось, что данные остальных участников поездки я отправлю в турагентство сама. Значит, никто не мешает мне определить, кто полетит в Испанию.
– Чан Ёнсу приглашает меня в Испанию? Правда? – с сомнением в голосе спросил Мин Чуён.
– Вы станете новым участником «Ла-Манчи». И кстати, сможете кое в чем нам помочь. Главное, чтобы у вас было время на поездку.
Я рассказала Мин Чуёну, что нам предстоит сделать в Испании, осталось дождаться его ответа. Ему явно требовалось время для принятия решения. Испания все-таки не ближний свет.
– Хорошо, я согласен, – наконец ответил он.
Может, дядюшка Дон хотел помочь мне? Он ведь сильно сожалел о том, что согласился на съемку для моих бывших коллег, а это похоже на шанс исправить все и заодно развеяться. К тому же Ханбин, по-видимому, изрядно утомил его своим ворчанием, вот он и придумал эту затею – собрать снова «Ла-Манчу» и снять ролик о последнем путешествии клуба для моего канала.
Невольно усмехнувшись, я подняла глаза и, увидев свое отражение в зеркале, очнулась от размышлений. В любом случае гений режиссуры Мин Чуён обязательно должен был поучаствовать в этой поездке.
Санын тоже с радостью согласилась на мое предложение, не сомневаясь ни секунды: ей хотелось разузнать все о кофейнях в Испании. Прости, Сэром, но во втором сезоне нашего клуба роль Дульсинеи будет исполнять Санын!
Вскоре позвонил Ханбин и сообщил, что тоже хочет поехать в Испанию. Я спросила, почему он вдруг поменял свое мнение, – в ответ тот пробурчал: мол, надо купить сувениров для декора «Баратории». Но мне-то прекрасно известно, что у него на уме: явно задумал уговорить отца вернуться в Корею.
Ну и в конце концов я решила дать еще один шанс Тэчжуну. Позвонив ему, рассказала о том, что со мной поедет Ханбин и новые участники «Ла-Манчи», а через пару дней он радостно сообщил, что договорился с женой и тоже в деле. И вот наш клуб снова в сборе! Мы с Мин Чуёном принялись за подготовку к поездке. Мое сердце взволнованно забилось, как раньше.